Глава 16

Всё время, пока убираю кабинет ректора, краем глаза ловлю его недоверчивые взгляды.

Волнуется, что пыль оставлю или разобью что-нибудь?

По правде говоря, за второе я и сама сильно переживаю. У меня нет ни малейшего желания прислуживать ему до пенсии.

Я даже не знаю, есть ли вообще в Дракарисе пенсия?

Немного забывшись, начинаю напевать себе под нос детскую песенку.

Ничего особенного, просто весёлая мелодия, которая пришла в голову из прошлого.

Дома я всегда убиралась под музыку. Врубишь на полную — и вперёд. Тут же — скука смертная.

Через какое-то время начинаю пританцовывать — трясти плечами и немного крутить бёдрами в такт.

Однако я увлеклась настолько, что не заметила в̶ы̶с̶т̶р̶е̶л̶ убийственный взгляд в упор.

— Что ты делаешь? — наконец, не выдерживает Рэйдан.

— Выполняю ваше поручение — протираю пыль.

Пожимаю плечами.

— Нет, что ты делаешь?

Он делает круговой жест рукой, очерчивая область моих бёдер.

— Танцую, — отвечаю просто без всяких увиливаний. — Контрактом это не запрещено.

— Ты меня отвлекаешь, — рявкает Рэйдан и хмурится.

Не понимаю, что его так разозлило?

Что я НЕ страдаю?

Снова пожимаю плечами.

— Я тогда пойду убираться в ваши покои, чтобы не мозолить вам здесь глаза, — произношу и мило улыбаюсь.

— Нет, стой. Сейчас принесут ужин. Будешь прислуживать мне за столом.

— Хорошо, — спокойно отвечаю. Это даже проще. — В вашей спальне тогда приберу завтра.

Всё равно ещё много-много дней до истечения контракта. Куда торопиться?

Как и сказал ректор, через пару минут слуга вкатывает серебряный столик.

— Что стоишь? Я на разносе должен есть? Я обычно ем там, — Рэйдан показывает рукой на круглый стол у окна, вокруг которого стоят четыре стула с высокими изящными спинками и мягкой шёлковой обивкой.

Кухонный работник подкатывает тележку, и мы вдвоём начинаем выставлять блюда на стол и снимать с них серебряные крышки.

Две супницы: в одной суп с морепродуктами, во второй — с говядиной; нежнейшая отбивная, кровяной стейк и запечённая курица; несколько видов салатов из свежайшей зелени; хрустящие булочки, тарелки с сырной нарезкой и фруктами. Два кувшина — один с ароматным чаем, второй, судя по запаху, с горячим глинтвейном.

Я такую дорогую еду не ела даже на Новый год! Оливье настрогаешь, майонезиком заправишь, курицу запечёшь, бутерброды со шпротами, мандарины и советское шампанское. Утром кофе с эклерами себя побалуешь.

В общем, стандартный набор.

А тут столько всего для него одного?!

— Вы всё это съедите? — спрашиваю, не выдержав. — Один?

Мой полуголодный желудок истошно заурчал, а рот наполнился слюной.

До моего ужина оставался ещё целый час.

Понятно, почему курсантов кормили так поздно. Сначала накрывали столы начальству, а потом на скорую руку стряпали пайки. Богатенькие дракоши всё равно их не ели, они покупали нормальную пищу за дополнительную плату. А для таких, как я, повара особо не торопились.

— Ты видишь здесь кого-то ещё?

Рэйдан демонстративно оглядывается по сторонам.

Затем вальяжно подходит к столу и встаёт рядом со стулом.

Я, словно заворожённая, продолжаю смотреть на пар, исходящий из ближайшей ко мне супницы.

— Кхм, — возвращает меня Рэйдан на землю из грёз сытости.

Я понимаю намёк, подхожу и отодвигаю стул, чтобы он сел. Затем занимаю своё место сбоку от него в ожидании новых приказаний.

Кухонный работник собирается уйти. Обычно он дожидается окончания ужина в коридоре. Однако Рэйдан его останавливает.

— Ещё один набор посуды.

Работник выполняет поручение — ставит его на стол там, где стою я. Рэйдан даёт отмашку, и тот укатывает серебряную разноску наружу.

— Пробуй, — приказывает ректор, переводя на меня взгляд.

Сердце начинает бешено стучать от восторга, а рот наполняется слюной.

Неужели он меня угостит?

Неужели сегодня впервые за последний месяц я, наконец, буду сыта?!

Значит, ректор не такой уж и тиран?

Очень, очень хороший дракон!

Улыбка расплывается на моём лице, а живот радостно урчит в предвкушении.

— Ты должна всегда пробовать мои блюда на яд, — спокойно говорит Рэйдан, разворачивая белоснежную хлопковую салфетку и доставая из неё столовые приборы.

— Яд?! — восклицаю возмущённо.

Это я хотела его отравить!

А в итоге — он будет травить меня?!

Дура!

Тиран!

Как ты могла, Зина, представить наличие человеческих черт в характере драконодемона?

Пытаюсь успокоить в себе нарастающий гнев.

— Такого в контракте не было! Мы так не договаривались, — зло цежу сквозь зубы.

Сжавшийся желудок, почувствовав ароматные пары горячей, свежей и скорее всего, очень вкусной пищи, начинает жалобно её алкать.

— Пункт про БЕСПРЕКОСЛОВНОЕ ПОДЧИНЕНИЕ ты забыла? Отказываешься исполнять?

Кожа под меткой на руке начинает зудеть.

Так подумать, откуда в АДе мог бы взяться яд?

Каждый кандидат на соискание открытой вакансии досконально проверяется, а при возвращении на территорию с прогулок все тщательно досматриваются.

Риск мизерный. У ректора паранойя?

Тяжело вздохнув, я решаюсь.

Беру глубокую тарелку и наливаю немного мясного супа.

Божественный запах заполняет мой нос и сознание, а голова начинает лихорадочно кружиться.

В этот момент мне уже всё равно, даже если суп сварен из отравы. Я просто хочу его съесть!

Отправляю в рот первую ложку.

Вкус ещё более прекрасен, чем запах!

Закрываю глаза, готовая расплакаться.

Медленно пережёвываю кусочек мяса, смакуя.

— Суп в порядке? — спрашивает Рэйдан, не сводя с меня взгляда.

Его глаза как-то странно прищурены.

Он что, действительно ждёт, не отравлюсь ли я?

— В полном, — отвечаю, когда быстро доедаю то, что у меня налито в тарелку.

— Хорошо. Можешь мне его подать.

Потом я так же пробую второй суп, и все мясные блюда и салаты.

Он приказал проверить даже хлеб!

И каждый раз, когда я отправляю в рот новый кусочек, Рэйдан пронзительно на меня смотрит, слегка прищурив глаза.

Кто же знал, что он так боится отравления?

И как же жаль, что я могу прислуживать ему только за ужином.

— Тебе пора в столовую, — говорит он, когда подходит время выдачи вечернего пайка. — Жду обратно через полчаса.

Благодаря тому, что я впервые пришла на ужин не голодная, то смогла отнести в комнату про запас кусочек хлеба и маленькое яблоко. Добытые путём риска для жизни сокровища я заботливо положила на табурет — иногда использую его как прикроватный столик.

Кажется, нахождение в АДе начинает сиять новыми красками!

Довольная, возвращаюсь к Рэйдану.