Глава 12

Они подъехали к дому чуть позже, чем обычно. На обратном пути заехали за продуктами. Кирюша настаивал, что «вечером надо что-то сладкое для настроения», и Оля, хоть и покачала головой, не стала спорить. Руслан лишь подмигнул ей в ответ.

Машина остановилась возле подъезда. Летний вечер начинал темнеть, воздух был прохладным . Руслан открыл дверь, Кирюша первым выскочил с пакетом клубники в руках с важным видом.

И тут Оля её увидела.

На лавке у подъезда сидела Людмила Ивановна. Прямая, как струна, с той самой сумкой, которую Оля помнила слишком хорошо. В ней, наверняка, лежали какие-нибудь бумажки, «доказательства», копии «правды» и, может быть, булочка для внука. Всё по старому сценарию.

— Мам… — Оля рефлекторно шагнула вперёд, защищая собой Кирюшу. И тут же поправилась, холодно: — Людмила Ивановна, что вы тут делаете?

— Я пришла увидеться с внуком, — отчеканила та, поднимаясь. — У меня есть право. Я бабушка. Имею полное право знать, как он живёт, в каких условиях, и кто теперь рядом с ним!

Руслан, уже выходя из машины, замер. Он окинул её взглядом — не вызывающе, не грубо, а как человек, который за секунду понимает всё. Подошёл ближе к Кирюше, положил руку ему на плечо.

Оля стояла прямо.

— Вы не предупреждали. И вы приходите не в первый раз. Без спроса. Устраиваете сцены. Кирюше это не нужно. Мне — тем более. Я не обязана с вами общаться.

— А он? Он же мой внук!

— Он — ребёнок. И я — его мать. И я принимаю решения, что для него хорошо, а что — нет. — Голос Оли звучал твёрдо, почти стально. — А теперь, пожалуйста, уходите. В следующий раз я вызову полицию. Это не угрозы — это предупреждение.

— Угу, с чужим мужиком возишься, а родная бабушка — враг?! — выкрикнула Людмила, сделав шаг вперёд.

Руслан спокойно встал между ней и Олей, всё так же сдержанно.

— Я вас попрошу не повышать голос при ребёнке. Мы уходим.

— Кирюша, внук, ты же… ты хочешь со мной пообщаться, правда?

Кирюша прижался к Руслану, не глядя на бабушку.

— Я не хочу. Я маму люблю.

Эти слова стали последней точкой.

Оля коротко кивнула.

— Спасибо, сынок. Руслан, пожалуйста, отведи его домой. Я сейчас поднимусь.

— Конечно. — Он чуть сжал её руку. — Всё хорошо.

— Правильно мой сын с тобой развелся, уже нашла нового мужика и будешь тянуть из него деньги. Только и умеешь ноги раздвигать.

— Идите в пешее эротическое, — грубо сказала Оля.

— Как была хамкой — так и осталась, — ответила бывшая свекровь, уходя в противоположную сторону.

. Оля стояла, глядя вслед, чувствуя, как напряжение в висках отступает. И только когда дверь подъезда захлопнулась за ней, она позволила себе выдохнуть.

— Руслан… — тихо сказал Кирюша, поднимаясь по лестнице рядом с ним. — А ты останешься сегодня?

Руслан замер на секунду, а потом опустился на одно колено, чтобы быть с ним на одном уровне.

— А ты хочешь?

— Угу. После этой бабушки… мне не нравится, когда мама одна.

Руслан кивнул.

— Я могу остаться. Но только если мама тоже будет не против. Мы всегда всё вместе решаем, хорошо?

Кирюша улыбнулся — впервые за вечер по-настоящему.

— Хорошо. Но я могу тебе дать свою подушку. Или ту, которая с динозавром. Она почти волшебная.

— Тогда я точно не откажусь, — сказал Руслан, и они пошли дальше.

Оля поднялась через несколько минут. Руслан уже разогревал чайник и делал салат, а Кирюша сидел с клубникой на диване, устроившись в плед.

— Он предложил мне волшебную подушку, — с улыбкой сказал Руслан, — и я подумал, что устоять уже невозможно.

— Ну раз волшебная, — улыбнулась Оля в ответ, снимая куртку. — Тогда оставайся.

— Спасибо,— обнимая девушку сказал Руслан.

Он положил подбородок на ее макушку и вдохнул цветочный запах, сразу захотелось развернуть ее лицом к себе, страстно поцеловать сначала губы. Затем шею, ключицы, снять это чертово сексуальное платье. Но Руслан понимал, что Олю нельзя брать напором. Плюс рядом Кирюша.

— Спасибо. Ты сегодня был рядом, когда это особенно важно. Даже не представляешь, как много это значит.

Оля развернулась. Он ничего не ответил. Только посмотрел на неё долго-долго. С тем самым теплом, от которого сердце начинало биться чуть мягче. И всё казалось правильным. Даже этот трудный день. Потому что рядом был человек, который не спасал — а просто шёл рядом. И этого оказалось достаточно.