Глава 16

Я сглотнула ком в горле, и посмотрела на заметавшуюся феечку. Я видела, что внутри слепленного из зеленых и золотистых нитей тельца есть тёмно-серое ядро, раньше оно было почти черным со светлыми пятнышками. Оно словно очищалось от черноты, это ли не полная индульгенция тёмному духу.

— Элэй у меня договор с ней, — попыталась я сказать дракону. Но он шел, напролом сбивая с пути деревца и веточки, стараясь схватить летающую блёсточку. В оранжерее стало темно, холодно, серыми щупами вилась сила дракона по моим владениям, причиняя мне неприятные чувства. Словно кто-то по коже наждачкой проводит.

— Элэй, — я кинулась дракону наперерез и встала, расставив руки, защищая своего питомца, — Что ты хочешь с ней сделать?

— Это дух Юлья, — рявкнул на меня Элэй, — С дороги!

— Нет! — я закусила губу, чтобы она предательски не тряслась, — Я отвечаю за нее, она ничего не сделает замку!

— Юлья! Ты не имеешь понятия кто в теле твоего голема!

— Имею!

— Тебе мало замка⁈

— Я смогу держать ее в узде, — я не сдавалась, хотя тряслась, как кролик перед удавом.

— Ты же знаешь, что духи туманного леса не могут чтить наши законы Юлья, оно просто копит силы, чтобы убить тут всех. Нельзя верить темным тварям.

— Значит, и тебе нельзя верить Элей⁈ — Разозлилась я от его упрямства и своего страха перед его силой, — Ты тоже темная…‒ Я замолчала, понимая, что говорю что-то лишнее.

— Продолжай, — обманно тихим и спокойным голосом попросил Элэй, — я тоже темная тварь, ты это хотела сказать, — дракон сделал ко мне шаг, я прикрыла глаза, стараясь не сжаться в комочек и не заскулить. Прикусила губу и застыла изваянием.

— Ард Элэй отойдите от ардины Юльи, — передо мной встала ада Горис. Взлохмаченные волосы словно она бежала очень быстро, в руке половник, который она держит как меч, и я ни капли не сомневаюсь, что может пустить его в ход как оружие.

Элэй уставился нечеловеческими глазами на женщину, словно очнулся, огляделся, нахмурив брови.

— Мы справимся с этим духом ард Элэй, — твёрдо сказала, удивляя меня Горис. — Вы доверили нам свою невесту, и мы не подведем.

Элэй рыкнул, черная хмарь, что туманом расползалась по оранжерее, тут же с хлопком собралась в его тело, дракон без слов повернулся и быстро вышел из оранжереи.

— Горис, — мой голос был сиплым от натуги, — Он хотел убить Ею.

Феечка тут же отлипла от ствола деревца и со всхлипом прилетела на мое плечо, прижавшись к моей шее.

— Может, оно было и к лучшему, — устало вздохнула Горис. — Никогда не знаешь, что ожидать от темного духа.

— Она очищается, — стала защищать я Ею, — внутри нее черное ядро почти белое.

Горис нахмурилась и сделала шаг ко мне.

— Я не видящая, — сказала «черная», — потом дотронулась до пискнувшей феечки пальцем, — но поверю вам ардина Юлья. Дай-то небо, чтобы вы были правы.

До обеда я не выходила из оранжереи, не хотела никого видеть. Имею я право на пострадашки. На меня будущий муж наорал, а потом вроде как обиделся, хотя впору и мне обижаться, ведь он пугал своей силой. Но я понимала, что и Элэй имеет право обижаться, пусть я не произнесла до конца обидные слова про темную тварь, но они явственно прочитались на моем лице. Я уговаривала себя, что правильно поступила, что защитила феечку. Ея не виновата, что она темная, так ведь, да и очищается она.

Мелкая словно понимала, что я в расстроенных чувствах, кружилась рядом и помогала по мере своих силенок. Веточки в кучки собирала, семена с новых магических цветов, которые Элэй подарил, в лунки кидала, а потом пыльцой посыпала. Я поняла, что ее пыльца, это не только пыльца полета, но и хорошее удобрение, потому что во втором зрении, она сверкает золотом моей энергией.

В общем, когда ада Горис пришла звать меня на обед я так уработалась, что ни о каких уроках уже думать не хотела. Мое желание было помыться, поесть и уединиться с книжечкой тут же в оранжерее. Трон у меня есть и сидеть удобно и не холодно и перекус сам под руку лезет. Да и наставники опасаются сюда ходить, потому что мои растения в их понимании что-то пугающее.

За обеденным столом все уже собрались, не хватало только Элэйя. Я решила, что дракон потом подойдет, и принялась есть, прислушиваясь к разговорам наставников. Никто не знал, что случилось между мной и Элэйем, поэтому разговоры велись вокруг наступающих холодов, вкусной еды и того будет ли в этом году бал, посвященный прибытию жрецов туманного леса.

Ада Горис расстаралась и сегодня на обед был суп, сдобренный жирными сливками, нежнейшее, запеченное в овощах мясо, с ароматной подливкой. Множество нарезок, варёных овощей, фруктов сыров и колбас. Жареные пирожки всевозможных начинок и густой взвар все из тех же фруктов с добавками вина и специй.

Я отвалилась от стола как пиявка с полным животом и только потом поняла, что Элэй, так и не пришел.

— А где ард Элэй? — спросила я всех сразу.

— Так он уехал, — удивилась ада Арисия, — почти сразу после завтрака и уехал.

Я еле сдержала желание зарыдать. Вот еще рыдать по дракону. Сбежал и пусть бежит! Кивнула замершим наставникам:

— Я прошу прощения, я вас оставлю, очень устала и хочу отдохнуть, всем приятного аппетита, — я склонилась, как учила меня ада Арисия, в простом поклоне и быстренько ретировалась в свою комнату.

Было так обидно. То серенады под окнами распевает, то просто уезжает не попрощавшись. Разве так поступают мужчины⁈ Сама тоже хороша, смотрю на него как кошка на сметану, совсем гордости нет. Обиделся он! Как я себя не уговаривала, что должна быть рассерженной и гордой, но, когда я за моей спиной закрылась дверь в спальню, я упала на кровать и разрыдалась. Мне казалось, что все плохо. Виноград укрыл меня своими стеблями и подсовывал налитые гроздья под нос. Зеленушки не понимали, чего это я страдаю. А я понимала. Я влюбилась. Тогда я еще не знала, что влюбленность, это еще не самое страшное, что со мной, может, приключится.

Дни пролетали за днями, я занималась по графику с учителями, доводя аду Арисию до нервных срывов своим непониманием сути правильного поведения аристократки. Ну, бесит меня ходить все время, словно лом проглотила. Я понимала, что если я буду женой принца, мне придется принимать их правила жизни, но дома-то можно расслабиться?

Больше всего мне нравилось учиться применять свой дар, думать не линейно в его использовании. Так, Ея стала сборщиком фруктов и Неймору с Ваером теперь не обязательно гнуть спины в оранжерее. А феечке это в радость, слишком она деятельная натура. Летает, хохочет, обсыпает своими блестками, спелые фрукты, а потом, как дирижёр управляет их полетом в приготовленные корзины.

Еще я уговорила аду Горис допустить меня к плите и помогала ей с едой. Печь пироги, сладкие, соленые, открытые, закрытые. Обмениваться рецептами и, конечно, учиться использовать местные девайсы артефакты для готовки.

Я выжимала соки, наполняя все емкости, которые нашли чёрные в подвалах. Резала яблоки на сушку, выкладывая их на широких плоских чашах в одном из чердаков башен. Так как тыквы было море, и девать ее было некуда, я использовал ее на нашей кухне, выпекая разные пироги. Больше всего полюбился простой пирог: натираем тыкву, смешиваем с заранее взбитыми яйцами с сахаром, хорошо перемешиваем, добавляем муку с местным разрыхлителем, созданный великим алхимиков в каком-то там году до нашей эры он был так же хорош, как и наш земной. Все это выпекаем в духовке при ста восьмидесяти градусах, сорок, сорок пять минут. Быстро и легко. Сверху можно посыпать сахарной пудрой, а если приложить, лист пергамента с вырезанным в нем узором еще и сделать это красиво.

На кухне я отдыхала душой, мне нравилось, когда едят пищу, приготовленную моими руками. А может дело в том, что я чувствовала себя в это момент нужной.

Ведь по ночам мне опять снился Элэй, а днем от него даже весточки не прилетало. Чешуйчатый гад! Неприятно чувствовать себя покинутой.

Этот день не предвещал никаких перемен в моей жизни. С утра я позанималась с адой Арисией, потом уроки ада Страстмуса об истории становления нынешней драконовской власти. Потом примерки у Касии, ей наконец-то привезли материалы и нужные артефакты, и она воодушевленно измеряет меня вдоль и поперек для одежды на все случаи жизни. Мне нравится выбирать ткань, подбирать для гармоничной отделки кружева и усовершенствовать фасоны, которые кажутся мне слишком тяжелыми. Я считаю, что домашние платье нужны такие, чтобы я могла надеть их сама.

После обеда, уроки в оранжереи с адом Ваором. Эльф был сумасшедшим ученым, а еще влюблённым в мою феечку. Как ученый влюблённый. Когда он смотрел на нее, мне казалось, мысленно ее препарировал и узнавал все тайны полета. У эльфа была идея фикс создать летающий корабль, а пыльца Еи — это волшебный пинок по его самолюбию. Он артефакты разрабатывает, мучается, а тут какая-то пигалица мимоходом чуть замок в небо не подняла. Так что наши с ним занятия идут от силы минут тридцать, а потом Ваор бегает за ней и собирает пыльцу в специальные алхимические мензурки. Я не против, да и феечке весело. Я колдую над семенами, которые сейчас в моих карманах собираются горстями и пытаюсь вывести новые виды растений. Пока получается слабо, даже пыльца Еи не помогает, где-то меня стопорит, и я не могу понять где.

— Ад Ваор, почему на обеде не было помощника ады Арисии? — спросила я эльфа, странный помощник наверно только у меня вызывал неприятие, все остальные относились к нему довольно спокойно. Я даже удивилась, вокруг много темных ходит, а мне не нравится именно этот простой человек.

— Какой помощник ардина Юлья? — Ваор оторвался от пыльцы и чихнул, нос у него блестел.

— Арисия приехала с помощником адом Мессом, я еще удивилась зачем аде помощник.

— Вы что-то путаете ардина, — Эльф хмыкнул, — у Арисии нет помощника, уж я бы знал.

— Но тогда кто тот мужчина, что ходит все время с вами по замку? — удивилась я. — Я точно помню, что, когда я вас увидела впервые, он тоже представился и назвался помощником ады Арисии.

Эльф нахмурился и, поставив пробку в мензурку, встал с колен отряхиваясь:

— Мне это не нравится ардина Юлья, — сказал Ваор, — нам нужно рассказать все вашим телохранителям и послать весточку, арду Элэйю. Я никогда не видел тут мужчину по имени Месс, и, уверяю вас, ардина Юлья, что никто из ваших наставников его тоже не видел.

— Я не понимаю, кто же он? — мне стало вдруг холодно от мысли, что по замку ходит человек, которого никто, кроме меня не видит.

— Вот это и нужно выяснить, а еще понять, почему видите его только вы. Вам лучше пойти со мной.

— Он здесь уже несколько недель, так что мне пока ничего не угрожает, — довольно легкомысленно, отмахнулась я. — Я побуду в оранжерее, сообщите мне, если будут новости.

Эльф с сомнением посмотрел на меня, потом оглядел оранжерею и кивнул:

— Не буду настаивать, но пришлю к вам ада Ваера.

Я кивнула наставнику, раз ему так спокойнее пусть присылает, а сама высыпала на столик пару семечек, пытаясь эти семечки срастить. Мои знания в плане ботаники не были выдающимися, только то, что дают нам в старших классах, но в магическом взоре, там, где работает энергия возможно все. Даже совместить подсолнух с астрой, было бы желание, и понимание чего я хочу, мощный цветок или пахучие семечки.

Феечка прилетела ко мне и уселась на стол рядом с семечками. Подперла ладошками голову и наблюдала, что я делаю, крылышки за спиной плавно порхали, обсыпая всё пыльцой.

— Да, я думала, будет легче, — протянула я через пару минут, когда семена на столике проклюнулись и усиленно цеплялись корешками за поверхность. Им чего-то не хватало, через секунду они затихли, скукожились и посерели в магическом плане, — Гадство!

Я обернулась на шум, в дверь оранжереи входил Ваер. Вернее, он сделал шаг внутрь и упал лицом вниз. Я ошарашенно смотрела на ухмыляющегося Месса, впервые мужчина показывал хоть какую эмоцию:

— Это же надо чуть не прокололся, — его грубый голос заставил сердце биться как сумасшедшее, а взгляд метаться по оранжерее в поисках хоть какого оружия для защиты, — твои зелёные друзья тебе не помогут, — понял по-своему мое отчаянье Месс, — Они меня не видят, как и все остальные, лишь ты одна меня видишь. Уж думал, что план сорвался, — Феечка зависла над столом переводя взгляд с меня на то место, где был Месс, — Но ты удивительно нелюбопытная для бабы ардина Юлья, — его издевательский голос бросал меня в дрожь. Силой воли я заставила себя подняться и схватила первое, что попалось под руку, лопату. Перехватила ее покрепче и посмотрела на врага, мужчина растянул узкие губы в улыбке:

— Люблю, когда сопротивляются, а ты не из пугливых ардина.

Феечка стрелой метнулась в сторону мужчины, даже не видя его, она пыталась меня защитить. Месс отмахнулся от нее как от назойливого насекомого и феечка отлетела к стене, сильно ударяясь и тихо скатываясь вниз.

— Скотина, — сказала я сквозь зубы, я не могла их разжать, потому что тряслась вся от страха. Я не увидела, как он бросился вперед, вскрикнула и махнула лопатой, которая, не причиняя ему вреда вжикнула по воздуху. Месс оказался за моей спиной, ухватил рукой за шею и прошипел в ухо:

— Пора к папочке, крыска, — пространство странно преломилось, вызывая тошнотворный спазм, а потом меня поглотила тьма.

Элэй

Впервые я был зол на себя так, что хотелось побиться об стену головой. Я напугал ее. Только она стала спокойна в моем присутствии, не сжимается, не смотрит напряженным взглядом, ожидая неприятности и вот. Я показал ей свою суть. Сила давно желает свободы, не зря я в этом году решился идти за арайной, но я все равно мог ее контролировать.

Что есть силы ударил по стене кулаком. Содрал кожу с пальцев, запах крови отсудил голову. Прислужники притаились по углам, не решаясь показаться на глаза. Вестники отправлял к брату, к магистру Наусу. Мне нужно поговорить с ним о даре Юльи. Он поражает. Я знаю, как работают с энергией природы эльфы, но дар моей арайны отличается от всего, что я видел. Духи не могут жить в големах, тем более темные духи. Магистр должен знать об этом хоть что-то. Вот когда я пожалел, что не интересовался ничем кроме темного дара.

Я прошел в ванну и решил принять холодный душ, охладить тело и разум. Дракон внутри ворочается, желает лететь к паре и не спускать с нее взгляда. Он фыркал, когда я пел для будущей жены, но потом довольно жмурился, когда она смотрела восторженным взглядом.

Быстро разделся и вошел в широкую мойку. Юлья называет ее по-другому, опять я думаю о ней. Забросил работу, не вижусь с матерью, а дядя плетет свою паутину, которую нет времени распутать. С потолка распыляет прохладную воду водный артефакт.

Прикрыл глаза, вспоминая свою девочку. Дрожит нижняя губка, а в глазах решимость защитить эту темную тварь, что прячется за деревьями. Я напугал ее и трусливо сбежал. Сам себя успокаиваю, что придумать ей подарок, а на самом деле я не хочу видеть осуждение в ее глазах. Но я же хотел ее защитить.

Вспоминал все до мельчайшей подробности. Она не испугалась тьмы, что черными лоскутами заполонила всю оранжерею, нет, она испугалась моего вида. Скрипнул зубами.

— Молодец Элэй, будешь и дальше так срываться на невесту, она не пойдет с тобой к алтарю. Осталось пару недель.

Один из прислужников докладывает, что в мои покои вошла Намира. Раньше я бы обрадовался такому подарку. Она страстная, безотказная и не требует лишнего внимания. Я думал, что наши отношения продолжатся, когда я женюсь, но теперь понимаю, что не хочу ее. Перед глазами моя Юлья, в просвечивающейся рубахе, тонкая как тростинка с большими… глазами, полными любопытства.

Намира по-хозяйски обошла мою спальню и скинула легкий халат, оставшись нагишом. Красива, как всегда, я смотрю на нее глазами своего прислужника, что притаился в тенях. Она распускает черные волосы и плавно идет к мойке, открывает дверь. Я не раскрываю глаз, мне интересно, что она будет делать дальше, а еще интересно посмотреть на свое отношение.

Раньше я бы уже был готов к любовному бою, доступное тело и нервы на пределе, но не сейчас. Открываю глаза. Она смотрит на меня облизываясь как хищница, увидевшая добычу, но меня не заводит ее желание. Ее запах возбужденной женщины вызывает раздражение, мне он кажется слишком сладким, почти приторным, словно душит меня, вызывая отторжение.

— Мой принц, — она изгибается, встает на колени, ползет ко мне, — Я ваша игрушка, мой господин.

— Я наигрался Намира, уходи.

Она бросает взгляд на мои чресла и не увидев того, что желает, вспыхивает злостью. Драконица никогда не умела держать себя в руках.

— Ты променял меня на эту безвольную моль⁈ — куда делась покорность и трогательный взгляд, передо мной злая хищница, которой не досталось добычи.

— Ты всегда знала Намира, что я не женюсь на тебе, что ты хотела? Мы дарили друг другу то, что желали, теперь ты мне не нужна.

— Она не знает, что ты хочешь любовь моя, — Намира быстро меняла маски и ползла ко мне. Касается ног, скользит пальцами вверх, вызывая неприятие, но я смотрю на нее думая, что же ей нужно. Не может быть, что она так желает моего тела, есть у драконицы своя выгода ластится сейчас ко мне. Я резко выбрасываю руку, тяну ее за волосы вверх. Она вырывается и кривится от боли.

— Что из того, что я только что сказал, тебе непонятно?

— Мой принц! Я все поняла! Мне больно!

Я откидываю от себя девушку и отворачиваюсь, упираясь руками в стену:

— Убирайся.

Она поспешно встает, скользя по гладким плиткам мойки голыми ногами, бежит за дверь. Выдыхает. Злобно хватает свой халат и кое-как запахнувшись убегает из комнаты. Посылаю одного из прислужников за ней, пусть следит. Отец всегда говорил, что нет хуже твари, чем озлобившаяся женщина. Я не подумал, что в лице арайны найду свою пару, вот и поплатился. Отошли я Намиру заранее, не было бы сейчас проблем.

Прислужник наблюдает за девушкой, которая злится в своих покоях. Со злостью швыряет вещи, рвет тонкое кружево платьев. Чуть успокоилась, зовет служанку.

Я осушаю лишнюю влагу с тела и иду в спальню. Намира все же что-то задумала. Падаю на не расправленную кровать прикрывая глаза и внимательно слежу за ней через тень.

Драконица все еще зла, хлещет по щекам несчастную служанку, которая не угодила с выбором платья. Сравниваю свою арайну и Намиру и понимаю, что Юлья никогда не стала бы бить прислугу. Она хорошо относится к тем, кто ниже ее по статусу.

Намира быстрым шагом идет через весь дворец в сторону крыла дяди. Что и следовало, она заодно с этим длинноухим интриганом, желающим меня убить. Брата он считает слабым и первым делом попытается убрать меня.

— Ты не торопилась Намира, — дядя встречает ее в гостиной зале, вальяжно разлёгшись на диване. Его тело прикрывает лишь халат, ноги широко расставлены, во взгляде торжество.

— Я должна была подумать, — драконица поджимает губы.

— Подумала?

— Да, — девушка выдыхает, — я согласна на ваше предложение.

— Ну что ж, — дядя сверкнул взглядом и откинул полы халата, оголяя свои чресла, — думаю, нам следует закрепить сделку, тебе не кажется?

Намира сжала кулаки, но послушно упала на колени перед дядей. Я отключился от прислужника, отзывая его. Смотреть, как бывшая любовница услаждает другого последнее дело. Я узнал, что хотел. Намира согласилась на сделку с дядей, но, что он задумал я так и не выяснил. Эльф хитер и не разговаривает о делах там, где я могу его услышать.

Я решил, что вернусь в Тихий замок, как только разгребу все дела. Как раз выберу подарок для арайны и возьму пару уроков танца. Я привык выполнять свои обещания как бы абсурдны они не были.