Глава 4

Он был прекрасен! Замок из моих снов… Я давно вижу сны с удивительным замком. Сейчас видно, что он в упадке, в стенах глубокие дыры, словно кто–то бил по замку чем–то круглым и тяжелым. Черепица на башнях редкая, видны просветы старых перекрытий, которые кое-где провалились.

Я видела его в своих снах другим, светлым, живым, утопающим в зелени. Сейчас осень и растения взялись желто–красным цветом, но все равно красиво. К замку ведет брусчатка, выложенная из серых прямоугольников, раньше по краю были посажены красивые клумбы. Но и сейчас замок был красив. Остроконечные шпили башен, серые стены и узкая речушка с небольшим водопадом, наверно летом тут хорошо купаться. Место возле водопада заросло травой и кувшинками, но все еще видно, что раньше туда шла лестница и был небольшой трамплин.

— Пойдем Юлья, тебе нужно отдохнуть, познакомлю тебя со слугами, которые будут тебе помогать. Элэй подтолкнул меня вперед, и я вся под впечатлением от увиденного засеменила по серой дорожке. Мне удивительно, почему этот замок мне снился, почему я здесь. Словно сон какой–то, которые не кончается.

Нас встречали двое пожилых людей, краснощекая женщина в длинном платье серого цвета и белом чепце, которые охватывали лицо рюшами, делая его каким–то немного комичным и седовласый мужчина в чёрном костюме похожем на военную форму в его руках была небольшая трость, на которую он тяжело опирался.

— Ард Элэй, — мужчина и женщина синхронно склонились в неглубоком поклоне.

— Вот ваша ардина, она с дороги немного устала, накормить и показать ее комнаты. Знакомить с замком, будете завтра с утра, — сказал Элей и подтолкнул меня к мужчине и женщине.

— Юлья это твои слуги, — сказал он мне в спину, — ада Горис повариха и ад Нимер дворецкий.

— Постойте, — я повернулась к желающему смыться так, ничего не объяснив мне мужчине. — Вы обещали мне все рассказать.

За спиной ахнула женщина и я поняла, что делаю что–то не так, но мне было все равно, я хотела знать, где я, и что меня ждет. А еще я желала знать, смогу ли вернуться домой и что для этого нужно. Если мне нужно быть настырной я могу быть настырной. Сжала зубы и решительно посмотрела на черноволосого.

— Ардина Юлья, — как–то слишком мягко сказал мне Элэй, — Вы узнаете все завтра, когда будете отдохнувшей и спокойной.

— Я спокойна, — открыто встретила прожигающий взгляд Элэйя, упрямо не отводя глаз, — Но не зная своего будущего, могу ли спать спокойно, сомнительно, разве можно отдыхать, когда ты не знаешь, что тебя ждет впереди?

Элэй внимательно смотрел в мое лицо и его темные брови сошлись на лбу, показывая недовольство хозяина. Я ощутила, как позади замерли слуги, и поняла, что Элэй не такой уж и добренький, каким хочет казаться. Они боялись его, и я этот страх ощущала, неприятный и разъедающий.

— Хорошо, — сдался черноволосый, а женщина за спиной опять ахнула, чуть слышно, но это нервировало. — Я расскажу вам то, что вам нужно знать ардина Юлья.

Мне показалось, что на секунду его зрачок превратился в узкую полоску, но, когда я моргнула, зрачок стал нормальным. Странное, мне кажется, хотя почему я решила, что Элэй человек, если у него нет хвоста и ушей как у встреченного в лесу мужика это еще ничего не значит.

Черноволосый твердо ухватил меня под руку и повел внутрь замка, позади шаркая ногами, шли слуги. Я озиралась, мне все тут казалось странным, пару раз пыталась привести себя в чувства, щипала себя, потому что происходящее не укладывалось в голове. Я даже позавидовала девушке, которая орала и материлась как грузчик, потому что ей было легче, прооралась и спокойна, можно принять действительность и идти дальше. Элэй привел меня в небольшой зал, в котором стояло пару диванчиков, с двумя креслами, в одно из них Элэй усадил меня, корзинку я ему не отдала, он фыркнул и сел напротив, кресло еле уместила довольно рослого мужчину.

— Ада Горис принесите что-нибудь выпить ардине, ад Нимер можете быть свободны.

Слуги ушли, а Элэй уставился на меня.

— У вас есть вопросы Юлья? — спросил он.

— Кто такая ардина, спросила я, — вы называли меня арайна, теперь стали называть ардина.

— Так в нашей стране обращаются к высокородной девушке или женщине, — спокойно сказал Элэй, — думаю, вы хотите знать, что это за страна и кто вы теперь?

Я качнула головой, потому что вопросов было намного больше. В принципе мне могли рассказать все слуги, с опозданием подумала я, но потом успокоилась. Слуги скорей всего знают не так много что будет касаться меня.

— Вы ардина Юлья, попали в королевство Лагут, в нем правит мой брат Матиас Первый. Так как вы являетесь арайной, то имеете право на дворянство, не имеет значения кто ваш проклятый, девушка получает статус высокородной в любом случае, это подарок нашего королевства девушкам. Более подробно можете узнать у слуг или прочитать в своде законов. Лагут довольно развитое государство ардина Юлья.

Мне чуть не поплохело, если брат, король, то, значит, Элэй принц, я вздохнула и сжала ручку корзинки еще крепче, отчего она жалобно скрипнула. Судя по одежде слуг да и самого Элэйя не такие они и развитые, я вздохнула, потом прислушалась к объяснениям мужчины.

— Раз в год в наш мир открываются порталы, и приходите вы девы из других миров. Ваша участь помочь проклятым жить дальше, а в лучшем случае одержать вверх над проклятием.

— Кто такие проклятые и имею ли я право отказаться? — спросила я.

Элэй нахмурился:

— Проклятые это маги, которые родились в день черной луны. Проклятие разной формы, но имеет одно спасение, арайну, девушку из другого мира. Вы имеете право отказаться, стать МОЕЙ арайной, но проклятых много, вас найдет другой, но будет ли он так же вежлив в обращении с вами как я?

— Вы прокляты? — догадалась я.

Возникла на пороге Горис и, поставив на столик небольшой поднос с дымящимися кружками поклонившись, ушла, тихо прикрыв дверь.

— Да я проклят. Не имеет смысла скрывать, вы нужны мне, чтобы победить проклятие. Через месяц мы поженимся.

— С чего вдруг вы решили, что я выйду за вас замуж? — Я удивилась, но внутри меня вдруг появилась какое–то томительное ожидание, тело желало повторения поцелуя, я ошарашенно сглотнула комок в горле. Силой воли подавила все низменные поползновения своего тела.

— Чтобы моя сила меня не убила, я должен жениться на вас, если вы не хотите, — улыбка, похожая на оскал, Элэйя не красила, — я найду другую арайну.

— Так просто? Вы вернете меня назад? — Я немного оживилась.

— Вы не вернётесь в свой мир, мне придется отдать вас другому проклятому. Если вы принимаете мое предложение, у вас будет все, что вы пожелаете, дома, слуги, драгоценности.

Я замерла, не сказать, что я была меркантильной, но тот, кто познал голод, хорошо понимает цену деньгам, желанию иметь свой угол и уверенность в завтрашнем дне. Вся моя жизнь — это терпеливый путь к тому, чтобы обеспечить себя нормальной едой, одеждой и насобирать деньги на квартиру.

Мои родители погибли, когда мне было десять лет. Родственников у нас к тому времени не осталось. Бабушки и дедушки умерли, а папины «друзья» быстро разорвали фирму отца на куски оставив меня ни с чем. Оказалось, что наш достаток был эфемерным и держался только на работе отца. Я попала в детдом, домашней спокойной девочкой. И первый раз мне не повезло, детдом был настоящей тюрьмой со своими законами, своими бандами и разборками. Мои личные вещи тут же разошлись по девочкам, которые верходили в группе, пару раз меня избили, только за то, что я домашняя и хорошо училась. Этот год был для меня адом.

Потом в детдом пришла проверка, может, кто–то донес, я не вникала в эти хитросплетения дележки власти верхушкой. Но после проверки меня взяли в частный детский дом. Нас там было двадцать детей. Жили в большом прекрасном доме, кормили досыта, не били, не обижали, но работать там нужно было с утра до ночи. Скотный двор, огороды, сады, зимой уборка территорий от снега и помощь опекунше по дому.

Надо сказать, что наши опекуны работали не меньше и помогать им никто не отказывался. Я уставала, но была счастлива. В доме царила спокойная и уютная атмосфера и была уверенность в завтрашнем дне. Я и сейчас поддерживаю связь с опекунами и общаюсь со своими назваными братьями и сёстрами, но очень редко. После школы я поступила в колледж на профессию кондитера, а потом переехала в другой город, где устроилась на работу. Я ставила себе план собрать деньги на собственное дело.

Ночами я продумывала, как открою свою маленькую кофейню и как буду счастлива купить свою небольшую квартирку. Положенную от государства квартиру получу, может, только к старости, и то сомнительно. Мечты не давали мне хандрить и вели меня к намеченной цели. Я понимала, что придется влезать в кредиты, придется пахать как проклятой, и была к этому готова. Разговоры девчонок, что лучше найти богатого мужика и не мучатся, считала глупостью. Нельзя надеяться только на мужика, в жизни всякое может случиться, лучше уверенно стоять на своих ногах. Моя первая влюбленность, в, казалось бы, классного парня Макса закончилась крахом веры в любовь. Я только сказала себе спасибо, что не легла сразу с ним в постель, как он желал. Поэтому рассталась немного обозленной, но не разбитой на осколки. Знакомится с парнями мне как–то больше не хотелось. Не верила я больше в чистую любовь, сказки все это.

И сейчас, когда Элэй сказал, что у меня будет все, я не поверила, тому, кто шантажирует, чтобы добиться своих целей, нельзя верить, но и выхода у меня нет:

— Может, я еще могу вернуться домой? Я хочу быть уверенной, что вы не обманываете меня.

— Я не привык, чтобы кто–то сомневался в моих словах Юлья, — немного угрожающе сказал Элэй и увидела, как его пальцы обхватили подлокотники кресла, сильно сжимая лакированное дерево. — Нет, в свой мир вы больше не вернётесь. Никто в нашем мире не имеет такой силы, чтобы создать портал в другой мир.

— Если я соглашусь, выйти за вас замуж — сказала я, не спуская с него взгляда, — я хочу договор. Какие тут у вас есть договора, магические, простые?

— И что вы хотите по этому договору ардина? — Губы Элэйя скривились в усмешке.

— Я хочу свой дом и деньги, естественно, которые вы не сможете у меня отобрать невзирая на ваше самочувствие. Вдруг ваше проклятие в какой–то момент, вас убьет. Я хочу гарантий, что не останусь на улице. Если мы заключим договор, я выйду за вас замуж и буду целовать вас, когда нужно. Надеюсь, вам нужны только поцелуи?

Элэй хмыкнул:

— Я не насилую женщин, обычно они сами желают, чтобы я обратил на них внимание, — он показался мне в это момент мерзким.

На несколько минут в зале воцарилась тишина. Я не верила сидящему передо мной мужчине и не собиралась так сразу соглашаться на его предложение. Хотя какое предложение, он просто поставил перед фактом, что будет происходить. Гордо задрать нос и уйти в туман, я всегда успею. Я всегда была несколько прагматичной и смотрела на ситуации с разных сторон, чтобы выбрать лучшую.

Элэй смотрел как–то странно:

— Меня устраивает ваше предложение ардина, — я чуть слюнями не подавилась, словно это я ему сделала предложение жениться на мне. — Вам дом и деньги, мне женитьба. — Черноволосый встал и как–то ехидно улыбаясь, склонился в поклоне. — Думаю остальное, вам расскажут слуги, вы можете спрашивать у них все, что вам будет интересно. Они предупреждены кто вы. Уходить из дома я вам не советую. Не забывайте о других проклятых, которым вы нужны. Все свои пожелания передавайте через ада Нимера. Может быть, я еще приду в Тихий замок, а может, мы встретимся через месяц на ритуале нашего брака.

— Договор? — Я не собиралась сдаваться.

— С договором вы ознакомитесь перед ритуалом. — Элэй кивнул. Я чувствовала, что его отношение ко мне странно изменилось, в нем теперь сквозило пренебрежение. Было неприятно, но терпимо. Неужели он думает, что я буду целый месяц тихо–мирно сидеть и ждать неизвестно чего. Чуть не хмыкнула. Мало ли что может случиться с ним за этот месяц. Я встала, когда он направился из комнаты, вроде так положено провожать высокородных. Вздохнула, когда за ним закрылась дверь, но я недолго оставалась одна. Тут же вошла ада Горис и склонилась в поклоне, несмотря на меня, она проговорила:

— Ардина Юлья, я приготовила вам ванну, если вы желаете…

— Желаю, — я встала и посмотрела грязные ноги в босоножках, кто ж знал, что мне придётся носиться по лесу, надела бы удобные кроссовки. Вздохнула и, не выпуская из рук свое единственное сокровище, потопала за адой Горис. Я правда устала, в голове все перемешалось, было странно понимать, что я больше не увижу Таньку. Не выпью чашечку кофе в любимой кофейне, не увижу родное звёздное небо. Вчерашнее уверенное завтра превратилось в марево непонятного. Но я не хочу сегодня думать над ошибками, подумаю об этом завтра. У меня есть крыша над головой, есть наметки будущего и это лучше, чем сидеть под деревом и трястись от страха, что тебя сожрут. Брак не так страшен… ведь так?

Ада Горис привела меня в небольшую комнатку, в которой стояла большая деревянная бочка, довольно широкая. Внутри бочки маленькая лавка, на которой лежит ткань. Прозрачная вода, от которой понимается легкий пар.

— Вот ардина вещи нужно сложить сюда, я их постираю, — женщина старалась не смотреть на меня. Я подошла к скамье, на которую указала ада и взглянула в огромное зеркало, что стояло тут же. Мутное зеркало, которое показывало не четко, искривляло, но я замерла перед ним и выругалась:

— Мать твою!

Танька любила краситься сама и меня приобщала к этому виду искусства, ведь правильно накрашенная девушка может быть прекрасной феей… и ужасом, когда вся краска потечет. Я смотрела на свое лицо с черными разводами туши и не понимала, почему меня еще не сожгли на костре. Губы красная клякса, щеки залиты черным, страшное зрелище. Я вспомнила, что как раз шла, чтобы смыть с себя краску. В лесу я рыдала, размазывала трёхслойные ресницы по лицу, капец! А–а–а! Что подумал Элэй обо мне? Да как он вообще решился мне замужество предлагать⁈ Видно, сильно припекло! Я выдохнула и поставила корзинку на скамью. Юля, успокойся, ты все правильно сделала. Вытребовала себе плюшки, пусть пока на словах…

— Ада Горис прошу не трогать мою корзинку, там фрукты с моей родины. — Я не знала редкие ли они тут, но предупрежу. Еще раз взглянула на свое черное лицо, содрогнулась, как это твари не разбегались при виде меня, фыркнула. Ада не уходила, а я не стала стесняться, быстро содрала с себя платье, трусики, надоевшие, но удобные босоножки и полезла в бочку.

Утром я принимал душ дома, теперь буду плескаться в иномирной водичке. В принципе если отбросить ужасы леса, то мое приключение вышло не очень страшным. Я не ранена, не изнасилована, даже морально не сильно пострадала. В такой ситуации нужно видеть плюсы…

Я зажмурилась и села на скамью, погружаясь в воду по самый подбородок.

— Ардина, я помою вам волосы? — голос у ады Горис был довольным.

— Конечно, ада Горис, но вы показывайте мне, чем будете мыть, чтобы я знакомилась с местным бытом.

— Конечно, ардина Юлья.

Ее руки мягко касались моей головы, это было приятно. Давно мне голову не мыли. Постаралась не вспоминать родителей, итак, нервы на пределе.

— Вот эта жидкость для мытья головы, она смывает пыль и жир с волос, а вот это специальные масла для того, чтобы волосы были густыми и росли быстро. У вас очень короткий волос, но красивый, не бойтесь ардина Юлья, ваши волосы через месяц будут положенной длины.

Я слушала воркование ады Горис и присматривалась к бутылочкам и глиняным горшочкам, которыми она пользовалась. Судя по замку и обстановке тут не продвинутый мир. Средневековье с бочкой воды… Потом укорила себя, что бочка для помывки все лучше, чем просто таз с кувшином. Я любила читать, так что понимала, как жили в средневековье, и понимала, как мне повезло попасть к принцу, а не к какому-нибудь крестьянину. В присказку с милым и в шалаше рай я не верила. Теперь мне нужно понять, правду ли сказал Элэй, верить на слово первому встречному тоже не всегда правильно. А вдруг он работорговец или… тут я вспомнила о драконе. Стоп он же говорил о драконе, которого я должна спасти.

— Ада Горис, а тут есть драконы?

— Ардина Юлья, драконы есть, и другие расы есть, мы люди самые плодовитые, а вот магические расы малым числом живут. Драконы раньше у нас общиной жили, а потом поняли, что вырождаются, и стали селиться везде. Батюшка арда Элэйя был дракон, а матушка, эльфийская леди. Король наш Матиас Первый взял от матушки своей сущность, а ард Элэй от батюшки.

— Значит, Элэй дракон? — вычленила я из всего набора слов главное.

— Дракон, — ада Горис вылила из ковша мне на голову теплую воду, — темный дракон, только редко когда он оборачивается, проклятие сильно на разум давит.

— А что за проклятие, — я отфыркалась от воды, которая норовила затечь в нос.

— Так, проклятие черной луны, каждому свое оно дает, у кого ипостась звереет, у кого дар преображается в непонятное, а кому сила разум выжигает.

— И помочь можем лишь мы девушки из других миров, можно как-то по-другому снять проклятие. Кстати, а девушки, которые родятся в черную луну, их, как от проклятия спасают.

— Девушки проклятию не подвержены, эльфы тоже не поддаются черной луне. Ард Элэй имеет кровь эльфов, поэтому так долго сопротивлялся проклятию. Почитай сто лет уже скоро. А по-другому, проклятие не снимается, давно бьются уже с этой напастью, –сказала ада Горис. — Все выходите ардина, я вас вытру, да пойдем, комнату вашу покажу. Завтра уже все остальное, отдохнуть вам надо.

Я послушно вылезла из бочки, но большую простыню, что тут полотенце заменяла, забрала из рук ады и стала вытираться сама.

— А вы красавица ардина Юлья. Будет удивление нашему арду Элэйю.

Я усмехнулась про себя. Железные нервы у арда, такую «красавицу» себе в жены брать, чуть не рассмеялась. Но тут можно и задуматься, если ему плевать на мою внешность, какая участь меня ждет после женитьбы. И почему я решила, что ему нужен будет только поцелуй. Сейчас немного придя в себя, я понимаю, что в браке будут дети, а дети — это секс. Или у них тут многоженство и детей он будет делать с другой женой.

Вопросов, конечно, было много, голова пухла оттого, что мне нужно узнать. Но все это утром…я вздохнула.

Ада Горис проводила меня в мою комнату. Надо сказать, что внутри замок был обжитым. Чисто, по стенам светильники, каменные стены убраны в тяжелую гобеленовую ткань, что тонкими узорчатыми деревянными пластинками крепилась к стене. Мебель в основном грубая совсем не подходящая к стенам и общему стилю замка. Пол, каменные плиты, отшлифованные до зеркального блеска, узор натурального камня был красив, серый цвет был щедро разбавлен черными и белыми вкраплениями. Ада Горис дала мне из одежды, теплую рубаху, до пят и кожаные тапки, которые легко надевались.

— Ваши вещи я вам завтра принесу, — сказала она, показывая мне путь до моей комнаты. — Вот здесь вы будете спать, — женщина торжественно открыла дверь в мою спальню, теперь уже мою. Я вздохнула и вошла внутрь, корзинка, естественно, при мне. Это было странно, но мне казалось, что оставлять ее нельзя. — Ард Элэй, как понял, что в этом году ему нужно идти за арайной, так и стал замок готовить к вашему приходу. Отремонтировали комнаты, для вас и мебель привез аж из столицы.

Мебель и правда отличалась от остальной. Деревянные детали были белыми, покрытые лаком, шторы и балдахин на громадной кровати нежно–оливкового цвета с золотистыми узорами. Комната была небольшой, но гармонично обставленной. В ногах кровати стояла длинная танкетка с изогнутыми ножками и прошитым сидением все того же зеленого цвета. Стены убраны в деревянные панели, покрытые лаком, некоторые деревяшки с изящными узорами. Я была уставшей, поэтому рассматривать остальные комнаты не стала.

— Тут, — ада Горис приоткрыла одну из дверей, — если вам, что-то понадобится, — она запнулась, не зная, как сказать про потребности тела.

— Я поняла ада Горис, — кивнула женщине. Установила корзинку на тумбочку у изголовья и отодвинула мягкое, пушистое одеяло. По крайней мере, я буду спать в замке, в комнате, которую ремонтировали ради меня, в мягкой постели, уже это дает мне надежду, что я буду жить нормально… если не вернусь домой.

Мне показалось, что я заснула, как только за адой Горис закрылась дверь. Мне снились сны, в которых я вновь и вновь проживала сегодняшнюю ночь. Сквозь тревожную дрему мне показалось, что моя корзинка, стоящая рядом с кроватью, светится мягким золотистым светом… но открывая глаза, я ничего не видела и опять погружалась в изматывающий сон.