30

Франц взял записку у Грэма, развернул её и помрачнел. Глядя невидящим взглядом перед собой, он смял бумажку в руке. Когда Грэм скрылся за поворотом, Легарро отмер и взглянул на меня. – Это не важно, что не получилось пройти испытание, ягодка. Главное, что тебя не отчислили. – Вообще-то я просто не успела уйти. Всё остальное у меня получилось. Я задрала подбородок, глядя, как в голубых глазах поочерёдно зажигаются неверие, удивление и восхищение. С самым серьёзным видом я повернулась к Францу спиной и лишь после этого позволила себе расплыться в улыбке. В общежитие я направлялась почти вприпрыжку. Всё сложилось как нельзя лучше. Адалина сама не подозревает, какую услугу мне оказала. Едва я заглянула в комнату, Сора схватила меня за руку. – Идём, ты должна это видеть! Мы помчались по коридору в мужское крыло. У меня зародились нехорошие предчувствия. – Дэн? В ответ подруга издала сдавленный смешок. Ну точно, Спаркс опять отличился. Когда дверь в его комнату открылась, я зажмурилась. На кровати в унылой позе сидело нечто в водопаде собственных тёмных волос. – Ох, Дэн! Я с трудом сдержала смешок. Похоже, товарищу сейчас было совсем не весело. – Твои ингредиенты не были подписаны, и я перепутал дозировки, – раздался глухой голос из-под волос. – Не горюй, Спаркс, у меня есть для тебя кое-что. – Сора пощёлкала ножницами. – Теперь и у тебя будет новая причёска. Дэн шевельнулся без особого воодушевления. Дверь приоткрылась. Кто-то сунул голову и тут же с хохотом убрался прочь. – Ты что, сомневаешься в моём таланте? – возмутилась рыжая. – Садись сюда. Давно пора было подровнять тебе чёлку. Спустя пару часов на Дэна снова можно было смотреть без смеха. Сора и вправду оказалась талантливой. Новая причёска шла ему куда больше прежней. Следующий выходной прошёл за подготовкой домашнего задания и рефератов. Кажется, из-за козней мажоров мы трое привыкли присматривать друг за другом и не разлучаться. К известию о моём наказании друзья отнеслись спокойно. Они были уверены, что в присутствии декана Грэма мне ничего не грозит. Вечером студенты снова собрались на чердаке, чтобы обсудить результаты испытания, похвалить отличившихся и поддержать провалившихся. Собрание проходило в весёлой атмосфере. Фляжки вроде той, что дали мне на задание, ходили по кругу. Чувствовалось, что новеньких действительно приняли, как равных. Адалины среди собравшихся не было, и меня терзало любопытство, пока Франц не взял слово. – Впервые в истории студенчества МГЛЫ мы столкнулись с предательством. Адептка Адалина Прайс предупредила декана Грэма и разоблачила участницу испытания. – Легарро посмотрел на меня. – И пусть всё закончилось хорошо, я считаю, мы должны ответить на это так, чтобы подобное не повторилось. Все поражённо затихли. – Студенчество – это доверие, – надменно произнёс Эд. – Мы больше не можем ей доверять. Ни в чём. – Я бы посоветовала Адалине забрать документы, – задумчиво ответила Лорейн, как всегда печально сопровождавшая будущего герцога. – Нормальной жизни ей здесь больше не будет. – А я бы просто выдрала ей волосы, – ухмыльнулась Сора и отсалютовала фляжкой улыбнувшемся на её слова Эду. – Думаю, каждый примет для себя правильное решение, – Франц обвёл собравшихся глазами. – Адалина Прайс больше не часть нашего братства. И больше никому не навредит. Он пристально посмотрел на меня, и я смущённо кивнула в ответ. Хотелось верить, что так и будет. До позднего вечера новенькие в красках рассказывали, как они проходили свои испытания. Истории сопровождались хохотом и воспоминаниями старших студентов. Расслабившись, я наблюдала, как Дэн маневрирует по комнате, незаметно стараясь оказаться поближе к белокурой Лорейн. И не заметила, как рядом со мной возник Легарро. Он просто сел рядом, ничего не говоря, не делая попыток сближения. Казалось, Франц был увлечен рассказом очередного студента. Я же по привычке дёргалась, ожидая от него дерзостей. Голова то и дело сама поворачивалась в его сторону. Аромат миндаля действовал на нервы. Прежний Легарро, пристававший с двусмысленными заявлениями, был понятнее. Его можно было спокойно ненавидеть, не задаваясь лишними вопросами. Чего ожидать от Франца, который беспокоится за меня и соблюдает дистанцию, неизвестно. Особенно теперь, когда между нами больше не лежит тень его прежней подруги. Так что теперь Легарро, непринуждённо развалившийся на стуле и задумчиво сминавший пальцами нижнюю губу, со своей слегка покачивавшейся в ухе серьгой, казался ещё опаснее прежнего. Особенно, когда его глаза на доли секунды обращались ко мне. Не выдержав пытки неопределённостью, я сбежала. С трудом уговорила себя не думать о голубых глазах. В конце концов, мне было о чём волноваться. Завтра вечером я пойду со своим первым рейдом во мглу.