Глава 27. Разлом

Кестер

— Ну что ж, — устало говорит Айленгор, — можно сделать первые выводы. Карета, как ты уверяешь, не пыталась притормозить?

— Нет, — хрипло отвечаю я и стискиваю зубы.

Сколько можно спрашивать об одном и том же?

— Сколько нужно, столько и можно, — рявкает Айленгор.

Похоже, последнюю фразу я сказал вслух.

— Приди в себя, парень, — продолжает магистр. — Амелия жива, и её не похитили. Тела нет, карета перевернулась сразу же на выезде с площади. Возница, по свидетельству очевидцев, скрылся в соседнем переулке. Все были настолько перепуганы, что никто за ним не побежал. Но карету проверили сразу же, и она была пустой.

— Но Мели не могла раствориться в воздухе, — рычу я сквозь стиснутые зубы.

— Мы с Мардего обползали всю площадь вокруг с артефактами и без. И я уверен, на том месте, что ты указал, остался очень характерный магический след.

— Лорд Варгус? — спрашиваю я, приподнимаясь.

Руки сами сжимаются в кулаки. Мне плевать, какие намерения у моего дяди, даже если он жизнь свою готов отдать за то, что считает для меня правильным… За Мели я готов убить любого. Главное — узнать, где она, и кто похитил.

— …характерный магический след, — терпеливо, как для маленького, повторяет Айленгор.

И я взрываюсь.

— Какой след? — рявкаю я. — Если вы это поняли, то какого марга тянете гаргулью за… Мели в опасности.

Но магистр непрошибаем. Мы стоим глаза в глаза, опираясь кулаками на стол.

— Да, в опасности! — рычит он в ответ. — И ошибиться нельзя! Возьми себя в руки. Ты. Должен. Вспомнить. Мелочи. Любые. Если я намекну, ты вспомнишь то, чего не было.

Меряемся взглядами. И я понимаю, что сейчас больше ничего из магистра не вытрясу. Он прав. Надо попытаться вспомнить.

Закрываю глаза, и сердце стискивает железным обручем. Перед мысленным взором Мели, такая красивая. Сияющие синие глаза затмевают яркостью камни в колье. Губы припухли от поцелуев. Я еле оторвался от них в кафе.

Случайность? Что было бы, если бы мы задержались там? Если охотились на Мели, то то же самое. Мы всё равно когда-нибудь из него вышли бы. Но, вот если бы я не отошёл от неё в сторону, могло бы быть по-другому.

Мне захотелось купить цветы самой красивой девушке. К маргу цветы!

Грохот колёс по брусчатке, визги людей, шарахающихся в стороны из-под копыт взбесившихся лошадей, и Мели, слишком медленно поворачивающаяся навстречу опасности. Эта картина как сейчас перед глазами. Успел бы я оттолкнуть её в сторону, если бы был рядом? Перехватывает дыхание.

— Не о том думаешь, — врывается в воспоминания голос магистра.

Оскаленные пенные морды лошадей нависают над Мели, я бросаю защитное плетение. Но слишком далеко, слишком поздно, слишком медленно оно летит. Чёрная дымка на миг повисает в воздухе. Мелькает надежда, что Мели успела защититься сама. В тот момент я не способен понять, что огненный щит выглядит иначе. А потом я уже ни о чём не думал. Мели исчезла. Не было её ни на брусчатке, ни вообще… нигде.

— Дымка, — вырывается у меня.

— Подробнее? — моментально реагирует на мои слова магистр.

— Огня не было, — говорю я. — Мне показалось, что она поставила щит. Но там не было огня. Только чёрная дымка. Её окутало, и всё.

— Так я и думал, — с удовлетворением заявляет магистр. — Ты понял, Аркис?

— Да, — басит за моей спиной Мардего.

Я пропустил момент, когда он появился. Но не до этого. Снова закипаю.

— Что именно вы поняли?

— Тот, кто направил лошадей и не планировал похищения. Он терпеливо ждал, когда она останется одна.

Мороз по коже. В голове вчерашние слова Мардего: «Ты нужен был ему живым и… одиноким».

— Лорд Варгус?

— Недоказуемо, — качает головой Айленгор. — Мы провели расследование. Лорд отбыл из Синтры в ту ночь, когда не дождался Амелию. И я вчера получил из столицы известие, что он был на празднестве в честь дня рождения королевского сына.

— Но Мели сама слышала разговор в библиотеке… и зелье… и взбесившееся дерево. Разве это всё не доказательства?

Я с напором перечисляю факты и сам понимаю, что нет ни одного доказательства. Даже если Кайра сознается насчёт зелья, всегда можно будет сказать, что это из добрых побуждений. Да и Мели нет, чтобы подтвердить.

Айленгор, похоже, видит, что я сам всё понял, поэтому не считает нужным отвечать на мои вопросы.

— Спокойно, Алистер, — твёрдо говорит он. — Главное, что у того, кто дважды покушался на Амелию, ничего не получилось. Её вытащили из-под копыт лошадей в последний момент.

— Портал? — спрашивает Мардего.

— Похоже на то, — кивает Айленгор.

А я смотрю на двух лучших магистров Академии и не верю в то, что слышу. Они оба одновременно сошли с ума?

— Какой портал? — рычу я. — Их не существует

— В нашем мире нет, — подтверждает Айленгор. — По крайней мере, мне об этом ничего неизвестно. Но вот…

— Разлом, — подсказывает Мардего. — Разлом — это портал между нашей реальностью и… неизвестно чем.

— Поясняю, — наконец решительно говорит Айленгор, глядя мне прямо в глаза. — Тот магический след, о котором я говорил, соответствует следу от разлома.

— В центре Синтры?

— В том-то и дело, — отвечает Айленгор. — Разломы, как правило, открываются в горной местности. Скорее всего, это связано с тем, что в горах их труднее обнаружить и иномирные сущности надеются закрепиться в нашем мире, до того как их заметят.

— Но их же всё равно узнают, — недоумеваю я. — Эрлан к примеру…

— Если они вселятся в человека, то да. В том-то и дело, что в безлюдных местах у них есть шанс найти подходящее животное. Ты, Кес, ещё ни разу не был на вызове, а детали нашей работы мы сообщаем новичкам только непосредственно перед этим. Наши патрули часто прибывают на место, когда всё уже случилось. И, если сущности уже разбежались, приходится оцеплять опасный район и уничтожать в нём всё живое.

Я всё ещё не понимаю, о каком разломе может идти речь в связи с исчезновением Мели. Айленгор сам переходит к этому.

— То, что портал открылся в центре Синтры и на короткое время в одном конкретном месте, говорит о том, что открывали его не с той стороны, а с этой.

Мели

Мне всё-таки удаётся вспомнить.

Мы с Кесом вышли из кафе, и он оставил меня ненадолго одну. Я отлично видела, что его внимание привлекла цветочница, и уже предвкушала, как мне впервые в жизни парень подарит цветы. А потом раздался грохот. Я только и успела повернуться: пенные морды лошадей оказались слишком близко над моей головой. Я погрузилась в темноту.

Но если меня сбили лошади, то почему у меня ничего не болит?

— Кого ты привёл, Саж?

Смутно знакомый мужской голос раздаётся откуда-то со стороны изголовья. В нём нет враждебности, но зато глыба недовольства.

Саж? Сажик?

— Я отправлял тебя за Ароном.

Вот теперь я его узнаю. Это Алекс Тейлор. В голове чуточку проясняется, и одновременно с этим меня окатывает волной разочарования. Значит, я всё-таки сплю? А Клыкастик показывает мне очередное видение?

В этом есть хорошее: значит не было несущихся на меня лошадей. Но неужели и свидания не было? Не было роскошного платья, романтического ужина, восхищённого взгляда Кестера?

Туман перед глазами окончательно рассеивается, я сажусь, опираясь руками на твёрдую поверхность, и несколько мгновений с изумлением изучаю голубовато-серую ткань, расшитую серебряными нитями. Провожу рукой по открытой шее. Колье тоже на мне.

Два сна смешались в один?

Чушь. Я всегда отличалась способностью мыслить здраво. Сейчас я уже полностью пришла в себя и отлично понимаю, что это не сон и не видение, даже щипать себя необязательно.

— Где я?

Голос слегка хрипит, но мой вопрос звучит отчётливо. Однако меня не слышат.

— Маргова задница, — негромко ругается мужчина. — И что мне теперь с ней делать, Саж? Скоро очередной прорыв, а ты притащил это недоразумение. Только женских истерик мне тут не хватало.

Резко разворачиваюсь к говорящему, смотрю в знакомые синие глаза. Мне не померещилось: это действительно он, мой так называемый отец.

— Пока что нервничает здесь только один, — огрызаюсь я. — Алекс Тейлор.

До меня уже дошло, что я каким-то образом переместилась через разлом, и, наверное, сейчас мне положено трястись от страха, а возможно, и истерику устроить, но пренебрежительные слова человека, который, скорее всего, является моим отцом, вызывают у меня злость. А злость лучшее лекарство против страха.

— Откуда ты знаешь моё имя? — Алекс Тейлор хмурится.

Отвечать не спешу. Некоторое время мы молча изучаем друг друга.

В лице мужчины что-то меняется. Появляется растерянность.

— Сажик показывал в видениях, — мрачно отвечаю я.

Но он словно и не слышит.

— Кто ты? — охрипшим голосом спрашивает Алекс Тейлор. — Ты похожа… очень. Сестра? Родственница?

На миг мелькает мысль об ошибке. Но я всё-таки решаюсь:

— На Майю?

Он вздрагивает. Некоторое время молчит, а потом словно просыпается.

— Да нет, глупости, у неё светлые волосы и глаза другие.

— Ага, шоколадные, — подтверждаю я и язвительно добавляю: — И что? А в зеркало ты давно смотрелся… отец?

Тишина.

— Это не может быть правдой, — наконец хрипло говорит он.

А я вспоминаю последнюю встречу своих родителей и больше не боюсь ошибиться.

— «Это твой выбор, Алекс Тейлор. Ты отказался от семьи ради своей идеи», — цитирую я.

Мужчина опускается в кресло и закрывает лицо руками.

А я смотрю на него, и слово «отец» не находит в душе отклика. Этот человек бросил мою мать. А она, возможно, бросила меня. Не мне их судить. Я уже выросла и прекрасно обошлась без них. И сейчас мне проще думать о нём как об Алексе Тейлоре.

— Что с ней? — глухо спрашивает он через некоторое время.

— С Майей? — уточняю я и безжалостно заявляю: — Не знаю. Я выросла в приюте. О вас обоих знаю только то, что показывал Сажик. Ну и магистр Айленгор рассказывал…

— Ты знаешь магистра Айленгора? — Алекс поднимает на меня глаза.

— Я учусь в Академии на боевом факультете, — коротко выдаю я основную информацию. — Мой напарник — Кестер Алистер.

— Невероятно, — выдыхает он и требовательно добавляет: — Рассказывай.

Сухо излагаю основные факты. Много времени это не занимает.

Приехала поступать на целительский, появилась магическая привязка к Кестеру. Перевели на боевой. Меня признал меч Алекса Тейлора. А Айленгор и Мардего по магическому рисунку определили моё происхождение.

— Как тебя зовут?

Хмыкаю. Ну да, пора познакомиться.

Однако, прежде чем я отвечаю, Алекс говорит сам:

— Майе нравилось имя Амелия.

Я киваю.

— Сокращённо Лия?

— В приюте — да. В Академии я стала Мели.

Мел-ли. Я даже глаза прикрываю. Кестер первый назвал меня Мели. В груди всё скручивается в болезненный узел.

— Значит, твоя магия совпала с магией сына Арона?

— Да, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

У меня получается взять себя в руки и продолжить. Рассказываю о вторичной привязке Арона Алистера. И о том, что он погиб на разломе.

— Чушь, — неожиданно прерывает меня Алекс. — Арон не мог погибнуть, я бы почувствовал. Наша связь не разорвалась, но она какая-то… односторонняя.

Он говорит об этом убеждённо.

— Но лорд Варгус был с ним на разломе, когда это случилось.

— Мутно всё это, — хмурится Алекс. — Варгус всегда завидовал Арону. Никак не мог успокоиться, что тот сильнейший в Академии. По-моему, он рассчитывал, что привязка во время ритуала случится между ним и Ароном. Тогда он стал бы сильнее с таким напарником. Но боги решили иначе.

— Магистры подозревают, что для вторичной привязки он использовал запрещённое зелье.

— С него станется, — цедит Алекс. — Но что бы там ни было, я уверен: Арон жив.

Он поднимается.

— Ну что ж, время поговорить ещё будет. Есть хочешь?

Мотаю головой. А ведь я совсем недавно сидела в кафе вместе с Кестером. И если в начале меня захватила встреча с отцом, то теперь до меня доходит весь ужас моего положения.

— Как отсюда выбраться? Мы можем вернуться в наш мир?

Алекс качает головой.

— Первое время я надеялся на помощь Арона. Но это всего лишь моя теория. Я думал, что привязка поможет открыть проход. Мне следовало сначала это проверить, а потом уже заняться исследованием этого мира. Но я погрузился в здешние проблемы, а когда сообразил, что надо выбраться и рассказать о том, что тут происходит, Арон перестал отвечать.

Обхватываю себя руками. Меня начинает бить крупная дрожь.

— То есть? Мы здесь застряли навсегда?

Кестер

— Значит, через разлом можно пройти? Есть способы его открыть?

Я ожидаю вспышки магистров на тему: «Эй, парень, не вздумай чудить!» и «Кто ж тебя туда пустит?»

Но Айленгор понимающе кивает.

— Сам думал об этом. Но пока что все разломы открывались только оттуда.

Вспоминаю теоретические занятия: в среднем разломы открываются раз в два месяца. И последний был совсем недавно…

В глазах темнеет от бессилия. Хочется орать и разбивать в кровь кулаки о стены. Но кто будет воспринимать меня всерьёз после истерики?

Словно со стороны слышу свой голос, он звучит глухо, но на удивление спокойно.

— Я должен быть в следующем патруле, если не найдём путь раньше.

Магистры обмениваются взглядами.

— Ты хоть представляешь… — Айленгор качает головой. — …как это происходит? Когда разлом открывается, оттуда несётся волна тьмы. Затем разлом схлопывается, и чёрное облако разваливается на сгустки, которые расползаются с бешеной скоростью.

— Тейлор прошёл через один из таких разломов? Это кто-нибудь видел?

— Нет.

— Значит, это не единственный путь.

— Тейлор был заражённым, — высказывает предположение Мардего. — Что если у заражённых остаётся связь с той стороной и они могут открыть путь туда?

— Эрлан, — в один голос говорим мы с Айленгором.

— Можно попробовать. — Айленгор трёт висок и тут же спохватывается: — Но тебе, Кестер, надо остаться здесь.

— Нет, — твёрдо отвечаю я.

— Моё предположение, — продолжает магистр, глядя мне в глаза, — вытащить с той стороны человека можно только через связь. Именно поэтому Тейлор пытается докричаться до Арона.

У меня внутри всё кипит, но я сдерживаюсь, стараясь говорить как можно спокойнее. Любая моя эмоция сейчас будет вызывать сомнения в том, что я способен думать головой.

— Позвольте не согласиться, магистр Айленгор. Тейлор ушёл на ту сторону с чётким намерением: выполнить миссию, то есть закрыть разлом изнутри.

— Да, и частично у него получилось, — признаёт магистр. — Лет на пять частота прорывов снизилась до двух раз в год. Тогда мы не поняли причин, просто обрадовались. Сейчас, сам знаешь, это происходит раз в два месяца. Похоже, силы у него на исходе.

— Но он жив?

— Видимо, да. До истории двадцатилетней давности это происходило ежемесячно, а порой и чаще. Но о чём это говорит?

— О том, что от моего отца ему нужна была помощь, но не для того, чтобы вернуться, а чтобы призвать магов на ту сторону. В последнем видении Мели он сказал, что закрыть разлом с нашей стороны невозможно и что ему нужна помощь там. Не вы ли два дня назад говорили, что не позволите «профукать такую возможность».

— Да помню я. — Айленгор морщится.

— Так найти и допросить моего дядю — это не та возможность, тем более что улик против него нет. Вы просто потеряете время. А Мели там в опасности.

Мой голос всё-таки срывается. Как подумаю, что моя Мели сейчас непонятно где. И не просто в неизвестном месте, но там, откуда приходят те, с кем наш мир бьётся уже несколько веков.

— Успокойся, Кес, — прорывается сквозь туман голос Мардего. — Тот, кто её спас, едва ли хочет её гибели. С ней всё будет в порядке.

— Но она там… И мне надо на ту сторону.

— Да, — неожиданно решает Айленгор. — Надо попробовать открыть проход при помощи Эрлана. Есть у меня идея. Я сам пойду, если получится.

— Вместе пойдём, — поддерживает его Мардего.

— Нет, Аркис, ты останешься здесь, — твёрдо говорит Айленгор. — Мне нужен человек на этой стороне, которому я смогу доверять, как самому себе. Возможно, вам с Кестером придётся нас вытаскивать.

— Я не останусь магистр. — Я с вызовом смотрю на Айленгора.

— Что если вернуться не получится?

— Значит, останемся там. Тейлор как-то прожил около двадцати лет в том мире, значит это реально. Будем охранять наш мир с той стороны.

Мардего вздыхает в своём кресле. И Айленгор наконец сдаётся.

— Ну хорошо… в неизвестность так в неизвестность. Но только нас двоих будет недостаточно. Как думаешь, Аркис, найдём мы добровольцев на старшем курсе?

— Я бы не стал привлекать адептов, когда есть выпускники, соскучившиеся по настоящему делу, — высказывает своё мнение Мардего.

— Тогда объявляем сбор.

Ждать, когда на счету каждое мгновение? Ну уж нет.

— Объявляйте. А пока предлагаю сделать пробный запуск. Проверим сегодня же, как сработает Эрлан. Если у него получится, то я пойду первым. Если нет, то и смысла торопиться не будет. Соберёте отряд поближе к появлению следующего разлома.

Некоторое время в кабинете тихо.

— Это рискованно — идти туда одному. — Мардего неодобрительно качает головой.

Мои руки сами сжимаются в кулаки.

— Серьёзно? То есть для Мели там нет риска, а для меня будет?

— Ладно, Аркис, он прав, — принимает решение Айленгор. — Давайте попробуем. Для начала нужно договориться с Эрланом.

— Надо, — соглашается Мардего, — и именно договориться. Я его пока ещё не рискую надолго выпускать из лазарета. Его только что вытянули из этой марговой задницы. Он имеет полное право послать нас в бездну.

— Ну хоть какая-то движуха, — радостно улыбается Эрлан, стряхивая с покрывала клочки шерсти. — А я уж думал, обо мне забыли. Кажется, я знаю, как открыть дверь на ту сторону.

— У тебя были видения? — догадывается Мардего.

— Ещё какие. Этот ваш Тейлор темноволосый и синеглазый, как подружка Кеса?

— Ты его видел?

Эрлан утвердительно кивает.

— Я же просил рассказывать о каждой мелочи, — недовольно цедит магистр Мардего.

— Ага, щас, — дерзко парирует Эрлан. — Откуда бы у меня взяться уверенности, что вы в это поверите? Для поехавших крышей прямой путь в Обитель Безликих.

— И долго ты собирался это скрывать?

— Пока не выпустите.

— И?..

— Поговорил бы с Лайоном и попросил меня подстраховать на этой стороне. А сам отправился бы за грань.

Сколько уже можно болтать?

Отодвигаю плечом Мардего.

— Где можно открыть дверь в разлом?

— Да хоть из этой комнаты.

Рука Айленгора ложится на моё плечо.

— Стоять, Кес! Куда с голыми руками? Оружие возьмёшь своё, Амелии и ещё пару мечей.

Маргова задница, я сам должен был об этом подумать.

Через полчаса, увешанный мечами, я снова стою в палате лазарета рядом с Эрланом. Кроме этого, на плече сумка, в которой одежда для Мели и немного еды.

— Уверен? — в последний раз спрашивает Айленгор.

Дёргаю плечом.

— Открывай, Эр! — И добавляю, не оборачиваясь: — Догоняйте, магистры..