Глава 2

Меня смерили таким взглядом, что стало не по себе.

— Я не просто кот. Я- фамильяр! И причём, прошу вас заметить, потомственный! Теперь, после смерти ведьмы Версавии, ваш помощник. Только сразу оговорюсь: я не занимаюсь сомнительными делишками. Теперь не занимаюсь. Хватит с меня. Последний раз чуть лапу не потерял! И зрение. И чувство собственного достоинства. Потому, если планируете заговоры на смерть или членовредительство, то чур без меня!

Как сейчас помню, в тот момент я была готова поверить, что сошла с ума. Говорящий кот, что не кот вовсе, неожиданно обретённая бабушка, что оказалась колдуньей.

— Ведьмой. — ворчливо поправил меня кот, оторвавшись от увлекательнейшего занятия по вылизыванию собственного хвоста. — Причём достаточно сильной.

— А разве настоящие ведьмы существуют?!

Фамильяр мигнул и уставился на меня таким взглядом, что я поерзала на стуле. Попытка избавиться от неприятного чувства, что меня считают дурочкой, провалилась.

— Ну раз вы сидите напротив меня, разговариваете, хоть и невнятно, то значит существуют.

— А причём здесь я?!

— Ну как же? Ваша бабка померла… Услышал таки Господь наши молитвы и прибрал ведьму! Потому дар перешёл к старшей в роду девственнице. Ну что? Принимаете бабкино наследство? Зря, я вас, что ли уйму времени разыскивал?

Мои щёки тогда опалил жгучий румянец. И потому я не сразу сообразила. Кивнула в знак согласия. А когда до меня дошло на что я соглашаюсь, было поздно! Гибкое чёрное тело прыгнуло вперёд, и я не успела даже вскрикнуть. Острые кошачьи когти вонзились в руку и в глазах поплыли разноцветные круги. Где-то, на самом краю сознания, уже практически без чувств, я только и успела подумать: «Вот и делай после этого добрые дела. Подобрала, называется, котика…»

— Ну так как? Думаешь, чердаке можно найти хоть что-нибудь ценное?

— Думаю да. Госпожа Бигсли зачем-то выкупила совершенно ей ненужную мебель. Вы обследовали практически каждый уголок в этом доме. Остался чердак.

— В наших же интересах, чтобы это было правдой. Иначе единственным выходом будет брак с Патриком. По-другому в этом мире мне не выжить…

У меня мурашки от отвращения побежали по спине. Даже мысли не допускаю, что придётся выходить замуж за сына поставщика рыбы госпожи Бигсли, господина Мастерса. Сам парень был неплохой. Но не могу сдержать предательских спазмов в желудке, как начинаю вспоминать про его мясистые губы, тянущиеся ко мне с поцелуями. Фу! Знакомы пару-тройку дней, а он уже явился с букетом пожухлых фиалок и предложением руки и сердца…

Магический огонёк, подвластный моей, недавно обретённой магии, потух. Вслед за ним и другой.

Ориентируясь на ощупь, я поспешила на выход. Снаружи и впрямь раздался грохот повозки, что служила средством передвижения госпожи Бигсли. Она время от времени отправлялась за провизией. Оттого и выдавалось пара часов, чтобы отыскать то, что оставила мне бабушка. Мое наследство. Хотя одного только то, что дар Версавии перешёл ко мне, уже большой подарок от бабушки, хоть и ведьмы.

Магия. Утерянная, оттого столь желанная теперь. Сколько же людей погибло в противостоянии магам и все зря! По рассказам Малавара сотни, тысячи, десятки тысяч и людей и магов. Много сотен лет назад, младший принц Август, занял трон вместо старшего брата, магически одаренного, коего он собственноручно и сверг. А после издал указ о запрете магии. Десятки и сотни магов, помогавших принцу Августу занять трон, оказались в опале. Многие из них были казнены. Простые люди приняли тот указ с ликованием! И схватившись, кто за вилы, кто за факелы, вытеснили магов из королевства Ларгоим. Особенно тяжко пришлось предкам Малавара. Кот вздыхал, вспоминая о своих сородичах.

С тех пор прошло очень много времени. О магах и магии благополучно забыли. А когда вспомнили, было уже поздно. Многие знания были утеряны. Многие магически одаренные покинули пределы государства. И, казалось, бы, такие магички как моя, ныне покойная бабушка, оставшиеся в королевстве, были на вес золото. Однако ей и другим, магически одаренным, приходилось вести нелегальное существование. Столетия, проведенные в страхе и ненависти, дали слишком глубокие корни. Их по-прежнему боялись и недолюбливали. Хоть и пользовались их услугами. Оттого, судя по рассказам Малавара, бабуля выбрала этот тихий городок ИнтерБрелль, пусть и недалеко от столицы королевства. Проводила ритуалы тайно, не для всех желающих. Кому приворот, кому отворот, кому бородавку вывести, а кому и посерьёзнее. Чем на самом деле промышляла бабка, фамильяр так и не поведал. Сказал лишь, что брала Версавия за свои услуги дорого. А ещё она владела вещицами, имеющих магическую силу! После того как магия перестала быть запретной и вернула себе право на существование, люди вспомнили о том, что когда-то маги промышляли созданием необычных вещиц. Они одаривали их волшебными свойствами. Потом маги ушли. Магия затерялась в веках. Но неожиданно люди вспомнили об утраченных артефактах. И начался настоящий бум по поиску магических раритетов.

Незадача состояла лишь в том, что многие хозяева понятия не имели, что владею чем-то поистине ценным. Понять, что вещица создавалась магами можно было по ряду косвенных признаков. Во-первых, такие вещицы как правило передавались из поколения в поколение. Во-вторых, хозяева чувствовали некую отдачу от использования таких вещиц. Правда спроси их об этом напрямую, никто не сможет ответить, почему, например, старинные дедушкины часы никогда не ломаются и всегда напоминают своему хозяину о важных событиях ударом курантов. И расставаться с такими вещицами хозяева, как правило, не любят. У моей бабушки были такие артефакты. Но после смерти старой колдуньи дом подвергся разграблению. Местный городской глава пытался соблюсти законность и провёл аукцион, с которого и были проданы все вещи бабушки Версавии. После, по какой-то очень старой и забытой традиции, дом ведьмы сожгли.

Магические вещицы пропали бесследно! Кто ж добровольно отдаст их назад? И разбрелись они, скорее всего, по всему королевству. Но Малавар убедил меня, что в этом городе есть люди, обладающие вещицами, содержащих толику магии. И моя задача отыскать их.

Правда приходится забирать их не совсем честным путём. Стыдно? Очень! Но передо мной маячит заветная цель! Если мне удастся разобраться, как работает магия, то я смогу вернуться домой!

И тогда не придётся становиться женой Питера Мастерса, чей сюртук насквозь пропитался рыбным запахом. Повезло мне лишь с тем, что у меня есть фамильяр. С его помощью я могу сотворить самую простую магию. А ещё я ощущаю эту магию в виде легкого покалывания в кончиках пальцах. Приходится использовать свой дар в не совсем благовидных целях. При этом я старательно гоню мысли прочь о том, что госпожа Бигсли всенепременно выдаст меня властям, едва узнает о том, что я-новая ведьма ИнтерБрелля.

Так, мечтая о возвращении домой, я добралась до чердака. Пыльное помещение пугало чернильной темнотой. Но зажигать магические огоньки я не решилась. Все же бревенчатый свод и солома на полу заставляли быть поосторожнее.

Малавар лишь презрительно фыркнул, но промолчал. И на том спасибо!

Бредя сквозь ряды коробок и прочего хлама, сваленного здесь видать ещё со времен изгнания магов, я чудом не подвернула ногу, споткнувшись об угол одного из сундуков. Прихрамывая, я добрела до накрытого ветошью кресла и уселась в него, подняв тучу пыли. Та не стала мешкать и воспользовавшись представившимся шансом забралась мне прямо в нос. Удержаться не было ни единого шанса. Потому тишину чердака нарушил мой громкий чих. Малавар, что в это время сидел на пирамиде из коробок, едва не рухнул вниз. Шерсть его при этом встала дыбом, а глаза засверкали будто прожекторы. Пригладив лапой топорщащиеся от возмущения усы, фамильяр рявкнул:

— Чтоб вы были здоровы, хозяйка! Потому как я чуть последней жизни не лишился по вашей вине!

— Последней? Малавар! На что ты растратил свои драгоценные восемь жизней?

Кот недовольно пробурчал себе под нос:

— Если б я… Бабка ваша растратила, стерва. Потому я сразу предупредил вас, что ничем противозаконным заниматься не буду! Последняя жизнь как никак… И терять ее я не намерен! Потому ищите поскорее. Иначе госпожа Бигсли шкуру с меня спустит и продаст на воротник, едва застукает меня тут.

— Не переживай, Малавар. Я не дам тебя в обиду. Она и не думала пускать тебя на воротник. — в моем голосе, как я надеялась, звучала уверенность. — Просто ты попался ей под горячую руку. Кроме того, ей показалось, будто она услышала браное слово от тебя. Вот и перепугалась.

— А она и не такое могла от меня услышать. Ещё бы! Прищемила лапу и хвост!

— Малавар… давай тогда припомним, что хвостом ты пытался вскрыть саквояж госпожи. И тебе это удалось. Даже удалось засунуть в него одну лапу.

— Вы такая же неблагодарная, как и ваша бабка. Ради кого, спрашивается, я полез в тот саквояж, а? Ведь ради вас старался, между прочим! И вот благодарность.

— Малавар! Это не оправдывает воровство. Даже у такой противной особы как госпожа Бигсли. Я, в отличие от тебя, хочу просто забрать своё, понимаешь? То, что бабушка оставила мне! И ты не виноват, что пока искал меня, ее вещи продали. Как понимаю, никто не знал, что у неё есть наследница. Возможно, это к лучшему. Жаль, что и сегодня мы ничего не найдём.

— Ну почему же…Найдем обязательно! Например, неприятности, если не поторопимся и не уберемся с этого чердака!

Я поерзала в кресле. Вставать не хотелось. Но только кот прав и нужно выбираться отсюда.

— Странно, почему такое большое и удобное кресло стоит здесь, на чердаке? Почему госпожа Бигсли не перетащила его к себе в комнату и не поставила у камина. — я провела рукой по подлокотникам, прикрытым белыми чехлами.

Чих, что раздался где-то в темноте, заставил меня вздрогнуть. Кажется пыль попала в нос не только мне.

— Ваша бабка тоже любила своё кресло. А-апчхи! Сидела, бывало, в нем и подлости замышляла.

— Будь здоров, Малавар. А как ты думаешь, может это то самое кресло? Бабушки Версавии?

— Меня в дрожь бросает, как представлю, что эта старая ведьма услышала бы ваше «Бабушка Версавия»… — кот, наглец, передразнил мою интонацию. — Бабушкой ее никто бы не посмел назвать. Ну только самые отчаянные на голову, не боящиеся вечного проклятия на семь колен вперёд. Ведьма она была! И уж никак не милой бабулей! А кресло и впрямь очень похожее на то, что стояло в доме вашей бабки. Ну-ка! Снимите чехол.