Глава 1

Погода была ужасная, и я летела сквозь ветер и снег, норовивший сорвать меня с метлы и слепивший глаза. Настроение было под стать этой пакостной погоде, и, стиснув зубы, я то и дело всматривалась во тьму перед собой, ожидая, когда же наконец увижу огни академии Мортерей.

Внизу, прямо подо мной, проплывали колючие макушки заснеженного леса, такого густого, что я всерьез забеспокоилась, не сбился ли навигатор и не летаю ли я по кругу. Но нет. Магический навигатор показывал, что цель близко, хотя я не видела перед собой ничегошеньки, кроме снега, снова снега и еще раз снега. Но впрочем, что это?

Устремив взгляд в сторону, я даже крякнула от удовольствия, когда заметила вспыхнувший вдали яркий огонек, а за ним второй и еще третий.

Направив метлу в направлении огней, мысленно помолилась всем известным мне богам, благодаря их за то, что, кажется, наконец достигла цели своего пути. Уж там-то я отогреюсь и поем. А остальное — завтра. Главное — оказаться в тепле, как можно дальше от непогоды и жуткого ветра, дышавшего, как ледяной дракон. Мне казалось, что мои пальцы превратились в сосульки, а ног я уже почти не чувствовала — слишком долго была в воздухе, да еще при таких ужасных погодных условиях!

Что и говорить, в снегопад даже магистры не летают, а тут всего лишь я — студентка четвертого курса!

Академия быстро приближалась. Огни становились больше и ярче. Я уже могла различить остроконечные башни и темные стены, едва освещенные светом, лившимся из окон.

Сделав круг почета над главным зданием, успела заметить просторный двор, а затем направила метлу прямо вниз, почти сразу ощутив знакомое сопротивление магической защиты. Меня определенно ждали, иначе я никогда не смогла бы приземлиться — не позволила бы колдовская сеть, растянутая над двором.

Опустилась совсем не плавно — в последний момент непослушные ноги подкосились, и я рухнула носом в нанесенный метелью сугроб, ощутив, как куртка задралась на спине, открывая ветру и снегу те крохи тепла, которые еще сохранялись в моем теле. Рядом приземлился мой скромный багаж, едва не утонувший в снегу в силу своего небольшого размера.

— Проклятье! — проговорила я и села, отплевываясь от снега. Обычно по полетам у меня были одни пятерки, а тут… Увидит кто — засмеет!

Я заметила, что метла зависла в воздухе рядом. Потянувшись к ней, ухватилась за древко и поднялась на ноги. Затем отряхнула колени от налипшего снега и огляделась.

— Мисс Кларк?

Прозвучавший голос прорвался ко мне сквозь завывания метели. Я повернула голову и увидела высокого мужчину, одетого в серое пальто, полы которого с остервенением злого соседского пса рвал ветер. У незнакомца были длинные волосы цвета воронова крыла, затянутые в хвост, и узкое, худое лицо, на котором выделялись удивительно светлые глаза. Мужчина смотрел на меня и ждал ответа, при этом его будто бы и не волновали холод и снег и то, как противно лезут в глаза выбившиеся из немудреной прически пряди.

— Кларк? — ответила я, поправляя куртку. — Да, я за нее!

Незнакомец юмора не оценил. Он приблизился, велел мне взять в руку метлу и мой скромный багаж, состоявший из маленького чемоданчика, и следовать за ним в замок.

— Мы ждали вас на несколько часов раньше, — сказал мужчина, не спеша представиться.

— Что поделаешь. — Я пожала плечами. — Я бы и сама была не прочь оказаться здесь до того, как разыгралась непогода. Но увы…

Я развела руками, но мужчина не оглянулся и даже не посмотрел на меня.

Мы поднялись по ступеням к высокой, в два моих роста, массивной деревянной двери, незнакомец потянул ее за стальное кольцо, изображавшее лапу дракона. Дверь скрипнула и, распахнувшись, дыхнула на меня теплом, да так, что по коже мгновенно пробежали колючие мурашки.

Незнакомец вошел в замок. Я прошмыгнула следом и услышала, как дверь тут же лязгнула за спиной, закрываясь и отрезав все посторонние звуки извне. Только после этого мужчина важно развернулся, сложил руки на груди и сообщил мне холодным голосом:

— Мое имя профессор Коул. Я преподаю темные силы и являюсь куратором вашего четвертого курса, мисс Кларк.

— О! — только и смогла я произнести в ответ, уже пристальнее рассматривая мужчину.

Ему было слегка за сорок. Худощавый и на первый взгляд очень неприятный. Внешность у него была отталкивающая, как на мой вкус. Впрочем, с лица воды не пить. Главное, чтобы мог хорошо преподнести свой предмет. Остальное меня не особо волнует.

— Очень рада знакомству, господин профессор, — ответила я спокойно.

Коул смерил меня взглядом, затем удивил:

— Вижу, вы устали. Поэтому я провожу вас в крыло, где находится общежитие, а завтра утром, до того, как начнутся пары, извольте показаться ректору академии и сдать документы по переводу из академии Сирин.

— Да, сэр! — сказала я.

— Ваша соседка по комнате уже предупреждена о вашем приезде, — продолжил профессор. — Ей поручено показать вам замок и, конечно же, проводить к ректору. От него вы узнаете все, что нужно.

Пока он говорил, мы шли. Я честно старалась запомнить дорогу, по которой меня вел Коул, но спустя несколько минут махнула на эту попытку рукой, решив, что со временем все изучу и во всем разберусь.

Мы с господином профессором то призраками скользили в темноте коридоров, то поднимались по лесенкам, то пересекали залы, и я вертела головой, поражаясь великолепию интерьера. Порой создавалось впечатление, что я попала в музей — слишком уж много висело на стенах картин, большинство из которых были портретами. С них взирали хмурые, серьезные лица людей в старинных одеждах, отчего создавалось неприятное ощущение, словно все они следят за мной, изучая с интересом новенькую студентку, попавшую в Мортерей едва ли не в середине учебного года. Впрочем, в этом не было моей вины. Скорее, насмешка судьбы и второй дар, открывшийся так не вовремя.

Проблуждав так по замку с добрых минут пятнадцать, профессор Коул вывел меня через широкий коридор к массивной и очень высокой деревянной двери, на поверхности которой был вырезан довольно реалистичный дракон. Остановившись в паре шагов от входа в крыло общежития, я принялась рассматривать хищника, который, в свою очередь, смотрел на меня зелеными изумрудами глаз.

«Как-то много здесь драконов», — подумалось мне, но особого удивления не было, ведь Мортерей славился тем, что здесь училось не одно поколение представителей этого рода. А все знают, что клан драконов самый сильный и могущественный в нашем королевстве. И почти все они обладатели темной магии.

Профессор Коул молча протянул руку и прикоснулся к одной из лап чудовища. Почти сразу фигура пришла в движение, оживая. Массивная голова сказочного ящера повернулась, глаза вспыхнули, а лапа, до которой дотронулся куратор, выдвинулась из двери. Острые когти, каждый с мою ладонь длиной, загнулись, превращаясь в подобие дверной ручки. Профессор тут же обхватил ее пальцами и рывком потянул дверь на себя.

— Проходите, Кларк, — велел он, отступив в сторону и пропуская меня вперед.

Я не заставила просить себя дважды. Крепче сжала в руках поклажу и переступила порог, оказавшись в круглой комнате с невероятно высокими потолками. Куратор последовал за мной, закрыв дверь, а я встала, запрокинув голову, и с интересом принялась рассматривать планеты, сияющие с куполообразного потолка. Все они висели в пространстве, двигаясь вокруг яркого светила — солнца, и эта магическая картина, признаюсь, производила впечатление.

— Господин профессор! — прозвучал в тишине спокойный мужской голос.

Я опустила глаза и увидела молодого парня, судя по всему старшекурсника. Он поднялся из-за дальнего стола, за которым сидел, изучая толстый фолиант, и направился к нам.

— Доброй ночи, Коннор, — кивнул студенту куратор. — Благодарю, что дождались нас. — Он явно имел в виду себя и меня. — Принимайте новую студентку. Разместите ее и проследите, чтобы девушка как можно быстрее освоилась на новом месте.

— Не беспокойтесь, профессор, — ответил студент.

Парень подошел, смерил меня взглядом, после чего улыбнулся и протянул руку, которую я поспешила пожать, предварительно зажав метлу под мышкой.

— Кристина Кларк, — представилась я.

— Я уже в курсе. Мое имя Коннор Грант, я студент пятого курса и староста факультета темной магии. Добро пожаловать в Мортерей, Кристина, и да, по всем вопросам, касающимся студенческой жизни, можешь обращаться ко мне.

— Хорошо, — кивнула в ответ, изучая старшекурсника.

Коннор был довольно симпатичный. Шатен с теплыми карими глазами, обладавший приятным тембром голоса, сильными руками и атлетической фигурой. В общем, и глазу приятно, и слуху не противно.

— Сейчас все спят, — сообщил Коннор. — Твоя комната находится выше по лестнице на втором этаже. Я сейчас тебя провожу. В каждой из комнат есть ванная и камин, так что ты сможешь привести себя в порядок и отдохнуть после долгой дороги.

«А поесть?» — едва не спросила я, но вовремя прикусила язык, сообразив, что никто не станет ради меня одной открывать столовую посреди ночи. Значит, придется ждать до утра. Впрочем, мысль о том, что я смогу принять горячий душ, вдохновляла не меньше, чем гастрономическая, уже готовая заявить о себе неприличными звуками организма.

— Итак, Коннор, я рассчитываю на вас, — равнодушно проговорил Коул и, бросив на меня быстрый и очень странный взгляд, развернулся на каблуках и вышел, оставив нас со старостой наедине.

Я бегло огляделась, успев оценить обстановку: огромный камин, уютно трещавший в полной тишине; столы и стулья, расставленные по всей комнате, — видимо, студенты могли здесь заниматься в свободное время; полки с книгами и лестницу, поднимавшуюся вдоль одной из стен наверх, туда, где, судя по всему, находились комнаты студентов. Здесь все было совсем не так, как в моей прежней академии. Все казалось чужим, непривычным. Появилось ощущение, что я начинаю жизнь заново.

— Пойдем, я покажу тебе твою комнату, — сказал староста и любезно потянулся к моему чемоданчику, который я без лишних размышлений передала в его руку. А уже на лестнице Коннор спросил:

— Ты перевелась к нам из Сирин, не так ли? Очень интересно. Насколько я знаю, у светлых редко пробуждается второй, да еще и темный, дар.

Я пожала плечами.

— Так получилось, — ответила парню, а самой стало интересно: что он может знать обо мне? Наверняка по академии уже расползлись разные слухи. Но что я могу сказать, если сама еще до конца не успела осознать то, что со мной произошло? Ведь если говорить откровенно, мало у кого из магов в девятнадцать лет пробуждается второй дар, в этом Коннор прав. Хотя, когда меня готовили к переводу в Мортерей, секретарь ректора Бреденбрука имела неосторожность заметить, что при моем характере пробуждение тьмы было вполне ожидаемо. А еще мне тогда всего на миг, на коротенькую такую секундочку, показалось, будто в голосе секретаря прозвучало облегчение.

Выслушав мой ответ, Коннор хмыкнул, и я поняла, что он знает о том, что предшествовало моему переводу. Не может не знать. Более того, об этом писали в газетах. Так и вижу, как наяву, вызывающий заголовок: «Студентка четвертого курса разнесла в пух и прах северную башню академии Сирин!»

Ну, скажем честно, не в пух и прах, стены там остались, и вполне крепкие, то есть восстановлению подлежат. Что ни говори, раньше умели строить, не то что сейчас. Да и я не виновата, что этот треклятый дар вздумал проснуться на занятии по защите от темных сил! И вместо магии созидания по башне, в которой проходил урок, пронеслась разрушительная волна вырвавшейся темной силы.

Главное, как говорится, обошлось без жертв. Профессор Сильвани успела выставить защитный купол над студентами, и им оставалось лишь наблюдать, как уничтожается все, что находилось на тот момент в кабинете.

— Вот здесь будешь жить. — Коннор остановился перед дверью, на которой висела табличка с номером семь.

Староста вернул мне чемоданчик и добавил:

— Дальше сама. Парням запрещено заходить в комнаты студенток без разрешения.

— Понятно. Спасибо. — Я приняла багаж и открыла дверь, за которой было темно. Лишь неподалеку светлело пятно окна.

— Спокойной ночи, — сказал Коннор и, подмигнув мне вполне дружески, ушел, а я шагнула в комнату и закрыла за собой дверь. Поставив на пол чемодан, пробудила на ладони пламя, чтобы как следует оглядеться, когда резкий порыв холодного ветра задул мой огонь.

— Эй ты, тут вообще-то люди спят! — раздался недовольный девичий голос.

— О, ты о себе во множественном лице? — спросила я темноту. — Мне надо заселяться, так что потерпишь. — Решив ответить дерзостью на дерзость, я снова призвала пламя и в этот раз успела отпрыгнуть в сторону, прежде чем очередной поток едва не опрокинул меня навзничь.

— Эй! — рявкнула я, разворачиваясь всем телом в сторону соседки, потому как уже поняла — именно она швыряется в меня магией. — А ответку не хочешь? — спросила спокойно и заставила огонь на ладони стать больше, после чего с метлой, зажатой под мышкой, уже двумя руками скрутила из пламени шар, который подбросила под потолок. Теперь в комнате стало довольно светло, и я смогла без особого труда рассмотреть обстановку и девчонку, сидевшую на кровати. Наглую такую, глядевшую на меня крайне недовольно.

— Привет, — сказала я, решив быть дружелюбной. Да, начали мы общение не самым лучшим образом, но нам ведь придется жить вместе, так что надо приспосабливаться, или мне, или ей. Скорее даже ей, но она об этом пока не догадывается.

— Это ты Кристина? — спросила девчонка недовольно. — Еще позже заявиться не могла? Я тут вообще-то спать пытаюсь.

— Ну и спи. Я что, мешаю? — Я подняла с пола чемодан и направилась к пустующей кровати, стоявшей в правом углу. Разделив зрительно комнату на две части, решила, что места здесь будет маловато. Вот у нас в Сирин были хоромы так хоромы. А здесь… ну просто какие-то комнатушки. Как сказала бы моя ба — конура, а не комната.

Поставив в угол метлу, я бросила чемоданчик на кровать и снова повернулась к соседке.

— Раз уж ты не спишь, давай знакомиться, — предложила миролюбиво. — Мое имя ты знаешь, а я вот твое нет. Может, представишься?

Девчонка фыркнула. Я же внимательнее посмотрела на нее. Яркая брюнетка с синими глазами, она была бы вполне симпатичной, если бы не кислое выражение на физиономии.

— Рубина Холмс, — без особого желания назвала имя соседка.

— Очень приятно, — ответила я и принялась разбирать чемодан, слушая, как девчонка за моей спиной шуршит, забираясь под одеяло с явным намерением продолжить прерванный сон.

— Ты это, — сказала Рубина, — огонек свой притуши.

— Без проблем. — Я распрямила спину и поманила пламя, которое поплыло вниз, одновременно уменьшаясь в размерах.

Оставив огонь висеть над кроватью, я перенесла вещи в высокий шкаф, расположенный на моей стороне комнаты. К слову, в моих владениях оказались еще тумбочка, стул и, предполагаю, часть огромного стола, который стоял ровно посередине помещения прямо под окном. А значит, предназначался для обоих обитателей комнаты.

В животе протяжно заурчало, и я вздохнула. Есть хотелось ужасно. И почему только я не подумала о том, чтобы взять с собой хоть мало-мальский перекус? Вот что мне стоило сунуть в безразмерный чемодан пару сандвичей, шоколадку или хотя бы обычное яблоко?

Закончив разбирать вещи, сунула чемодан на нижнюю полку шкафа и, прихватив полотенце, взглядом отыскала дверь в, судя по всему, ванную комнату. Шагнув, открыла ее и тут же отпрыгнула в сторону, когда на меня повалился скелет в драном парике и еще какие-то вещи.

— Ну елки-палки! — прорычала Рубина, снова садясь и откидывая прочь одеяло. — Ты всерьез намереваешься превратить мой сон в ад?

— Я просто ищу ванную комнату, — ответила я и отпихнула ногой скелет в сторону. — Гадость какая!

— Для кого гадость, а для кого Тобиас. — Рубина встала с кровати, направилась ко мне и, подняв скелет, вернула его назад за дверь, захлопнула ее и развернулась ко мне.

— Ванная там, — сказала студентка, ткнув пальцем в соседнюю дверь, которую я даже не заметила.

— Тобиас? — с насмешкой спросила я. — Ты дала имя скелету?

— Это одно из моих пособий для занятий по некромантии, — ответила Рубина и как-то пристально и уже с интересом посмотрела на меня. — А у тебя какой дар? Сюда просто так не попадают, да еще и сразу на четвертый курс и прямиком из академии светлячков.

— «Светлячков»? — Я вопросительно изогнула бровь. Так Сирин еще никто на моей памяти не называл.

— Ну да. Вы же там все милые и хорошие, белые и пушистые. — Она улыбнулась.

Я скрестила руки на груди.

— Белые и пушистые? — переспросила с сомнением. — Я что, похожа на добрячку?

— Именно ты — нет, — не осталась в долгу девушка, и мы скрестили взгляды. — Мне кажется, ты как раз тот случай, когда темная магия очень в тему.

— Спасибо! — ответила я и, повернувшись к Рубине спиной, направилась мыться.

Что ж, первое знакомство состоялось. Первое впечатление сложилось. Я вдруг поняла, что вполне уживусь с этой соседкой. Она совсем не походила на девочек, с которыми я жила в общежитии Сирин. Там нас было трое в одной комнате. Люсинда и Маринелла учились на факультете целительства, отделение магии бытовой красоты. Этакие волшебницы-косметологи, постоянно говорившие только на две темы: парни и мода. Рубина показалась мне более энергичной и интересной, по крайней мере на первый взгляд. Ну а там посмотрим, время покажет и расставит все на свои места.