Эпилог
- Волнуешься? – Рубина отошла от зеркала и посмотрела на меня.
Я смерила подругу ответным взглядом и поняла, что ни капли не переживаю. Все самое страшное осталось позади. Я, вместе с Ником и нашими друзьями, одолела доппельгангера и его приспешницу. Так что мне какой-то там зимний бал?
- Нисколько, - ответила честно, но некромантка фыркнула и даже не потрудилась сделать вид, что поверила мне. А ведь я сказала чистую правду! Но обидно не было. Мне нравилась Руби. Она моя дорогая подруга, близкий мне человек, как и Эван, как и Коннор…
…как и Валентайн.
Уже позже, когда леди Альбу и профессора Милс перевели через портал в столичную тюрьму, где им предстоял суд, а после и заключение, мы поднялись к ректору. Он хотел поговорить с нами со всеми.
- Ну что, ребята, - проговорил Беркли с улыбкой. – Начну с хороших новостей. А потом вы сможете задать мне вопросы, если они у кого-то есть.
Я промолчала, хотя вопросы были. Но они подождут.
Парни тоже промолчали и только Николас крепче сжал мою руку, словно боялся меня потерять.
- Я и весь профессорский состав Мортерей решили, что вы четверо, ввиду ваших заслуг перед академией, освобождаетесь от всех экзаменов во втором семестре. Но, – вскинул йети руку с оттопыренным указательным пальцем, - это не означает, что вы можете пропускать лекции и не приходить на практику. Все, что касается учебной программы, будьте любезны выполнять.
Парни рассмеялись и ректор, присев в кресло, жестом пригласил нас опуститься на стулья, возникшие за нашими спинами.
- А теперь вопросы, если они у вас есть, - предложил Беркли.
Я покосилась на парней и поймав одобрительные взгляды, поняла – мне дают полную свободу действий.
- Скажите, господин ректор.
- Да, Кларк? – взгляд йети обратился ко мне.
- Профессор Стоун. Она ведь ни при чем. Ее вернут в академию? – спросила я.
Беркли улыбнулся.
- Да, мисс Кларк. И я рад, что вы спросили. Думаю, ее отпустят уже через пару дней, и вы сможете вернуть Бусинку ее хозяйке.
- Здорово, - я переглянулась с парнями, зацепившись за вопросительный и посерьезневший взгляд Валентайна.
От Беркли не укрылось то, как мы переглядывались с Тэйлором.
- Я думаю, что знаю, каким будет следующий вопрос, - проговорил ректор.
- Да, - кивнул Валентайн. – Мы с Кристиной хотим понять, что между нами?
Ректор подпер подбородок рукой и задумчиво посмотрел на нас.
- Это редкость – найти человека, свою родственную душу. Вам двоим повезло. Вы хороши и поодиночке, но когда вместе, то становитесь особенно сильными. Я давно не встречал подобных проявлений магии. И тут дело не в родстве, не в любви. Просто идеальное сочетание силы. Это как две веревки. Одна – она по себе крепкая. Но когда две такие перекрутить, то их сложнее разорвать, - пояснил Беркли. – Цените это.
- А я уже было испугался, что являюсь каким-то потомком Трейлона, - облегченно вздохнул Валентайн.
- Нет, - ректор рассмеялся. – Родственные души не подразумевают родство крови. Это нечто более редкое и сложное. Как любовь, - тут Беркли перевел взгляд на Николаса, а затем посмотрел на меня. – Оно или есть, или его нет, - добавил йети.
Некоторое время все молчали. Я держала руку Николаса, чувствуя его поддержку и тепло. Так уютно мне не было никогда прежде. Все испытания позади. Я получила все, о чем только можно мечтать.
- Если это все, - начал было ректор, но я покачала головой.
- У меня еще один вопрос. О профессоре Трейлоне.
Йети вопросительно изогнул бровь.
- Он давно мертв. Сумасшедшая леди Альбы Кларк сохранила его тело, надеясь вернуть в него душу. Я отыскал родственников покойного. Тело будет сожжено по обычаю рода Трейлон, а прах развеян на ветру, - пояснил он.
- Это понятно, - я кивнула, - но меня интересует вопрос, почему леди Альба, которую все считали мертвой, оказалась жива? Нет, то каким жутким способом она продлевала себе жизнь, она сама нам и рассказала. Но моя ба говорила, что леди Альба погибла.
Беркли пожал плечами.
- Я не знаю подробностей. Прошло слишком много лет. Даже не десятилетия, - он вздохнул. – И сомневаюсь, что леди Альба захочет открыться нам. Но у меня есть предположение, что именно она, ваша пра, была одной из заговорщиков, пытавшихся свергнуть короля с престола. И что тогда погибла не она, а Трейлон, чье тело так и не было найдено.
Я нахмурилась.
- Я знаю из архива, что заговорщиков уничтожили, обрушив мощную магию огня на дом, где они собирались и вынашивали свои планы. В огне не уцелел никто. После пытались опознать кости, чтобы отдать их родственникам. Леди Альбе, благодаря ее дару принимать чужой облик, видимо, удалось скрыться. Никто не знал о ее особенном даре. И вероятно, убегая, она забрала с собой тело Ариуса, уже тогда лелея надежду возвратить его к жизни. – Беркли вздохнул. – Но это только мои догадки, мисс Кларк.
Кивнув, я поняла, что скорее всего, ректор прав.
- Что будет с ней и с профессором Милс? – спросила, хотя прежне не собиралась ничего уточнять. Но слова сорвались с губ, прежде чем я успела остановиться.
- Леди Альба скоро умрет. Сама, - хмуро ответил йети. – Она поддерживала свою жизнь отнимая другие. Без нужного зелья время возьмет свое.
- А Милс? – спросил Коннор.
- А профессору Милс предстоит долгое заточение в королевской темнице, откуда нет выхода, - ответил Беркли и откинулся спиной назад, сложив на животе руки.
- Тогда все, - Ник первым поднялся со стула. Я следом за ним.
- Отдыхайте, ребята. Вы проделали огромную работу и заслужили отлично повеселиться на зимнем балу, - улыбнулся Беркли.
Я покачала головой, прогоняя воспоминания. В дверь нашей комнаты тихо постучали.
Это Эван, поняла я как-то сразу.
Рубина оживилась, едва не подпрыгивая на месте. Кажется, ей уже не нужны никакие зелья. Она и так по уши влюблена. Коннор забыт и это здорово!
Я оказалась права. Руби открыла дверь и на пороге возник Андерс собственной персоной. В руке у парня была одинокая алая роза. Сам он был одет в синий смокинг, волосы уложены, а ботинки так начищены, что в них можно увидеть свое отражение.
- Привет, Кристина, - кивнул мне парень. – О, - его глаза округлились от удивления. – Отлично выглядишь.
- Спасибо! – я улыбнулась другу и поправила волосы.
Рыжий и зеленый – невероятное сочетание цветов. Ник будет в восторге, подумалось мне.
Зеленый мне шел всегда. А в этом платье я особенно привлекательна. Об этом мне сказало зеркало, затем подтвердила Рубина и даже Бусинка, пока еще обитавшая в нашей комнате, живо зашевелила листьями, одобрительно глядя на мой наряд.
- Кстати, Ник скоро придет. Я видел его в общей гостиной, - шепнул мне Эван, прежде чем получил внушительный тычок под ребра острым кулачком некромантки.
- Эй! Ты обо мне что забыл? – возмутилась шутливо Рубина. – А где комплименты? А где восхищенные взгляды!
Эван рассмеялся, упал на одно колено и протянул некромантке розу.
Я отвернулась, слушая, как они шутят. А затем услышала, что Руби и Эван вышли.
- Ну где же Ник? – подумала я, нетерпеливо подошла в Бусинке и присела рядом с ней на подоконник.
Прошло то время, когда любимица профессора Стоун пыталась меня укусить или плюнуть. Кажется, мы с цветочком нашли общий язык. Так что отдавать ее будет даже грустно.
- Что, Буся? – спросила я. – Рада, что скоро возвращаешься к хозяйке?
Бусинка была рада. К гадалке на ходи. Она резво зашевелила листьями, кстати, отросшими после нападения, и кивнула, опустив голову-цветок.
И тут в дверь постучали.
Мое сердце едва не подпрыгнуло в груди.
Ник! Ну, конечно же, это он!
Я бросилась к двери, но задержалась, прежде чем открыть. Перевела дыхание и снова поправила волосы, хотя они были в идеальном порядке. Казалось бы, с чего нервничать? Но я переживала, а еще было интересно, понравится ли Николасу мое платье.
Решительно открыв дверь, я увидела стоявшего за порогом Готтара. Увидела и обомлела. На парне был великолепный изумрудного цвета пиджак, в тон моему платью, и черные брюки. Темные глаза парня смеялись, а руки он держал за спиной, так, словно прятал от меня.
- Привет! – проговорил Ник. – Ты… - его взгляд опустился вниз, затем поднялся выше к моим волосам. – Ты просто великолепна, Кристина.
Я не успела произнести ни слова, как он убрал руки из-за спины и протянул мне коробочку с огромным зеленым бантом.
- Что это? – удивилась я
- Возьми и открой. Это тебе от меня, - ответил Ник.
Я открыла и улыбнулась, увидев на бархатной подушечке красивый серебряный браслет, очень похожий на тот, что Ник подарил мне раньше и который увезла в собой в темницу леди Альба.
- Я подумал, что тебе понравится, - сказал Готтар.
- Мне нравится, - ответила и надела браслет, оставив коробочку на столике. Когда я обернулась к Нику, он обнял меня и притянув к себе поцеловал. Я закрыла глаза, улыбнулась и, обхватив его шею руками, ответила на ласку, чувствуя, что таю в руках любимого.
***
С потолка большого зала, украшенного к празднику, падал магический снег, так похожий на настоящий. А мы с Ником кружились в центре зала под легкую музыку вальса, среди таких же студентов. Несколько преподавателей следили за балом, но делали это настолько непринужденно, что казались просто частью праздника. Были здесь и родственники студентов. Для них специально отвели отдельный зал с накрытыми столами. Моя ба нашла себе собеседницу в лице матушки Валентайна и теперь обе развлекались, несомненно, увлекательной беседой.
Я чувствовала себя невесомой в руках Готтара. Мы кружились и, казалось, еще немного и поднимемся вверх, навстречу снежинкам и серпантину. Повернув голову, я увидела Тэйлора – он вальсировал с Викторией. Она улыбалась Валентайну, и я чувствовала, что у них все будет хорошо. Чуть дальше танцевали Руби и Эван. Полагаю, они уже и думать забыли о всяких приворотных зельях, заколдованные самой чистой магией, которая называется любовью.
- Знаешь, - произнес Ник, - я ведь в этом году заканчиваю Мортерей.
Я посмотрела на парня. Музыка начала стихать, и мы остановились. Затем Ник предложил мне свою руку и повел прочь от танцевального пола.
- Ты же будешь приезжать, - спросила я, а у самой чуть сердце не остановилось. В свете страшных событий я совсем забыла о том, что Готтар выпускник. Ума не приложу, как буду учиться без него дальше.
- Я, вообще-то, ожидал, что ты огорчишься, - усмехнулся мой Тиран, когда мы остановились у окна, там, где нам никто не мог помешать.
- Я и огорчилась, - призналась со вздохом.
Ник качнулся ко мне, наклонился, заглядывая в глаза, затем спросил:
- Тогда я могу тебя обрадовать. Я остаюсь. Беркли предложил нам с ребятами вести практику у младших курсов. Так что…
Он не закончил фразу. Я радостно пискнула и подпрыгнув, повисла на его шее, прижавшись всем телом.
- Люблю тебя, - прошептала и Ник на мгновение будто окаменел. Я же продолжала обнимать его и совсем не обращала внимания на то, что на нас смотрят. А кое-кто так вообще не скрывает своего интереса!
Заметив Коннора, стоявшего неподалеку и таращившегося на нас с усмешкой, я погрозила ему кулаком, но староста факультета лишь рассмеялся.
- Повтори, - попросил Ник. Голос его прозвучал неожиданно хрипло. Он поставил меня на ноги, обхватил ладонями мое лицо и внимательно глядя глаза в глаза, снова попросил: - Повтори!
- Люблю, - ответила я и чуть тише, но уверенно, добавила, – тебя.
Он несколько секунд молчал, будто обдумывая мои слова. Даже стало немного обидно. Я уже собралась шлепнуть его по плечу, когда парень подхватил меня на руки и закружив, громко сказал:
- Вот теперь ты попалась, моя сладкая Тыковка, заноза в моем сердце. И я никогда не отпущу тебя, потому что…
Он остановился и, продолжая держать меня на руках, прошептал слова, от которых мое сердце пропустило удар: - Потому что люблю и всегда любил.
Конец