Глава 25

Бестиан Сегодня пошел только второй день нашего вынужденного с Верой перемирия, а у меня уже башню сносит. Внутренности сводит от неудовлетворения. Сперма скоро из ушей польется, яйца почти посинели, а ходить весь день с каменным стояком очень хреново. В штанах все дымится, жесткий член мучительно ноет от прилива крови. Даже сейчас, на совещании Совета, сижу со стояком, болезненно упирающимся в деним тесных джинсов. И это после шикарного утреннего петтинга. Я еще никогда настолько мощно не кончал, как сегодня утром. Даже основательный утренний петтинг не принес облегчения. Лишь усугубил ситуацию. Трахаться хотелось до умопомрачения, но лишь с одной единственной женщиной. Которая сейчас не подпустит к себе и на пушечный выстрел. Я жаждал свою пару до звона ушах, до посинения и пожара в потяжелевших от прилива спермы яйцах. Но приходилось сдерживаться изо всех сил, чтоб еще больше не накосячить. Не напугать. Не оттолкнуть. Чудо уже то, что она согласилась терпеть мои прикосновения. Именно терпеть, малышка зажималась, и дрожала всякий раз, стоило мне приблизиться к ней ближе, чем на метр. Вот и сегодня утром, я безошибочно определил, когда она проснулась. Главным образом, не по изменившемуся дыханию, а по тому, как сразу закаменело ее тело. А ведь все так хорошо начиналось. Каменный стояк по утрам мое обычное состояние, с тех пор как обрел пару. Но этим утром, мы со зверем слетели с катушек, когда еще до конца не проснувшись, почувствовали рядом теплое, расслабленное женское тело. Осознали одурманенным феромонами полусонным сознанием, что наша пара лежит рядом. Сграбастал хрупкую девушку, подтянул к себе, зарылся лицом в шелковистые волосы на макушке, с наслаждением вдыхая легкий аромат мяты, лимона и кокоса. Прижался всем телом к ней сзади, чувствуя каждый изгиб. Обхватил рукой поперек ее бедер, дернул на себя, прижимаясь огромным бугром в штанах к упругой шикарной попке. Все бы отдал, лишь бы одежда между нами испарилась. Лишь бы ткнуться истекающей смазкой головкой между ягодиц, скользнуть ниже, прямо к развилке между бедер, вонзиться в манящую расщелину, прижаться к гладким половым губкам. От одной только этой мысли закаменел еще больше, причиняя болезненный дискомфорт. Я не торопился, даже не смотря на боль, на безумную жажду вонзиться в ее тугую киску сразу по самые яйца, и затрахать до искр из глаз, до помутнения рассудка. Но что-то мне подсказывало, что этого будет мало. Более всего, я жаждал ее ответной реакции, хотел почувствовать, как моя пара истекает медом на мой член. Как оседлает меня, объездит, кончит прямо на мне, сливая собственное наслаждение на мой член. Хотел пировать на ее теле, поглощать каждый стон, впитывать в себя все оргазмы. Райский деликатес для любого архона обретшего пару. Но ничего из этого мне не грозило. По крайней мере, не сейчас. Сам накосячил, самому и исправлять. Потому и сидел сейчас со стояком в штанах, да опухшими яйцами. Хорошо хоть широкий стол с непрозрачной металлической поверхностью из жидкого металла, скрывал мое хреновое состояние. Даже утренняя дрочка не помогла избавиться от каменного стояка, и давления распирающего пах. Недовольный зверь внутри бесновался, рвался на волю, к нашей паре. И мне впервые, с трудом удавалось его сдерживать. – Бес! – громогласный бас вырвал из размышлений. И я, встряхнувшись, обвел потемневшим взглядом членов Совета. Мои заместители. Килл. Бетта. Гор. Гамма Абис. Джета Мрак. Омега. Мы потомки древних архонов, все что осталось от некогда могущественных кланов. Именно нам предстояло возродить империю Эшхарт. – Ну наконец, наш Кахир соизволил вернуться в реальный мир. – Голос Килла буквально сочился сарказмом. – Ты хоть слышал, что мы тут обсуждали? – Нет. – В моем голосе ни капли раскаяния. – Но догадываюсь. – Опять переливали из пустого в порожнее. О том, какую компенсацию взыскать с Международной Федерации? – Бес, они не пойдут на это. – Вставил слово Абис. – Забрать их дочерей? – Мрак уставился на меня как на умалишенного. – У нас нет иного выхода. Только так Международная Федерация перестанет плести интриги. И выполнит все условия соглашения. – Чем мы тогда будем лучше нацистов? – вмешался Гор. – Насильно отлучить девушек от семей? Что еще? Бес, ты хоть представляешь, что начнется, если на базу привезут свободных самок? Все архоны слетят с катушек. – Ну хоть кто-то из них сможет обрести пару. Разговор окончен. Я передал требования генералу, он оповестит Международную Федерацию. Если это все, я должен вернуться к своей паре. – Как она? – Вот только жалости Абиса мне не хватало. Но скрывать от моих братьев правду смысла нет. – Хреново. Но, хорошо уже, что идет на поправку. Арса вливает ей лошадиные дозы витаминов и минералов. А я подпитываю энергией. И если больше вопросов нет… – Нет. Но мы не согласны. Мы не насильники, Бес. – Знаю. – Но и другого выхода у нас нет. Нам нужен союз с людьми, любым способом. Кроме того, посмотрим, на что пойдет Федерация, лишь бы заполучить новые технологии. Продадут своих детей ради этого? Отлично, для нас. И хреново для них. Все. Разговор окончен. Мрак, подготовь крыло для девушек. Обеспечь безопасность на высшем уровне. Каждый из архонов должен получить шанс обрести пару. Любым путем. От этого зависит выживание нашего народа. А и еще, надеюсь, никому не нужно напоминать… Люди не должны знать, что мы совместимы с ними в физическом плане. И что можем иметь совместное потомство. Страшно подумать, на что они пойдут, узнав, что чудовищные эксперименты нацистов увенчались успехом. – Обвел всех присутствующие нечитаемым взглядом. В заместителях я был уверен, как в самом себе. – Все свободны, а мне пора вернуться к паре… – Бес, еще одно. Сегодня прибывает Консул. Что с ним делать? – Займите чем-нибудь, организуйте экскурсию на нижние уровни. Что угодно, только пусть не мешает! – рыкнул я, прежде чем покинуть переговорную. Со всех сторон послышались сальные шуточки. – Не заезди ее, Бес! – Затрахай до потери сознания! – Залижи, да так, чтоб горло сорвала от криков! – Так, все, хватит. Нашлись тут мне советчики. Я сам знаю, что делать с собственной парой. Свалили отсюда. Замы, все еще посмеиваясь, покинули конференц-зал, а я так и остался сидеть. Задумался. Предстояло многое решить. Многое сделать. Но прежде всего, решить одно дело, не терпящее отлагательств. Решительно поднялся с кресла, и направился на выход. Надеюсь, все получится.