Глава 20

Мы прошли ещё часть пути, когда снова рухнули без сил. Вел с тревогой посмотрел на солнце, которое уже неумолимо клонилось к горизонту, и тяжело опустился рядом.

— До темноты не успеем, — выдохнул он, продолжая смотреть в небо. — Облизнул палец, провёл им по камню, оставляя влажную линию, затем перечеркнул её выше середины и указал на меньшую часть.

— Примерно столько ещё осталось, — объяснил он, показывая на короткий отрезок.

Если судить по его рисунку, мы уже преодолели около восьмидесяти процентов пути.

— Не так уж много осталось, — заметил я.

— Немного, — согласился Вел, проводя пальцем по нарисованной линии. — Но до темноты всё равно не успеем. В прошлый раз мы с Барком шли этой этим же путём и шли медленно, часто отдыхали. Когда светило было примерно там же где сейчас, до пещеры оставалось совсем немного. А теперь ещё идти и идти.

Он посмотрел на лежавшую рядом добычу и тяжело вздохнул.

— Мы идём вперёд, потом отдыхаем, потом возвращаемся назад и снова идём вперёд и снова отдыхаем. Это очень долгий путь… Если бы мы могли всё взять и пойти, не возвращаясь, то может и успели бы. Но так, точно не успеем. Придётся ночевать здесь, в скалах.

Мне эта идея совсем не понравилась.

— Идти ночью ещё опаснее, — ответил я.

Я ненадолго задумался, оглядывая тропу и окружающие скалы.

Нужно либо как-то ускориться, либо уже сейчас начинать готовить стоянку.

— Костёр всё равно не разжечь, — хмуро возразил Рыжий, оглядывая голые камни. — Здесь нет палок. А без огня, с такой добычей, нас самих ночью сожрут. — он немного помолчал размышляя и нехотя признался — Не знаю, что нам делать.

Я тоже об этом думал.

Вариантов на самом деле было немного. Всего четыре.

Первый — заночевать здесь, а на рассвете продолжить путь. Но Вел прав: без огня это чистой воды самоубийство. На запах крови стопроцентно кто-нибудь да пожалует. И добычу отожмут, и нас самих на ужин пустят.

Второй — идти в темноте. Это риск сорваться в расщелину или переломать ноги. Ну и какой-нибудь хищник вполне может взять наш след и догнать. Вероятность этого слишком велика.

Третий — всё бросить и уйти налегке. Но что мы тогда за добытчики, если вернёмся в пещеру без мяса? Чем кормить племя? Да и обидно. Другое дело, если бы охота оказалась неудачной, но бросать уже добытое — нет, не хочу.

Остаётся ещё один вариант — послать гонца за подмогой. Но и тут есть своя опасность. На него по дороге могут напасть звери или те полулюди. Нельзя забывать, что их стоянка находится где-то поблизости. Да и на тех, кто останется здесь, они тоже могут напасть. У троих подростков отбиться всё-таки больше шансов, чем у одного. Разделяться нельзя. Но и добычу оставлять тоже нельзя. И как быть? Однозначно, кому-то из нас придётся пойти за подмогой.

А кому? тому, кто лучше всех знает этот путь. И это Вел. Значит, ему и идти. А нам оставалось сидеть на месте и не отсвечивать.

Он замолчал, потом неуверенно

— Может, хотя бы этих возьмём и пойдём? — предложил Вел кивнул в сторону спящих козлят.

— Предлагаешь бросить козла и всё остальное? — буркнул я хмуро.

— А разве есть другой способ добраться быстрее? — Вел пожал плечами.

— Есть, — Сколько тебе понадобится времени, чтобы одному добежать до пещеры налегке?

Вел посмотрел на меня и сразу понял, к чему я клоню.

— Быстро добегу, — уверенно ответил он.

— Вот и беги. Приведи Нэру и Айлу.

— Майена тоже? — спросил Вел.

— Майен слишком мал, — ответил я. — У него ноги короткие, он будет вас только задерживать. А ещё возьми мешки, которые мы тогда принесли, и верёвок нужно захватить.

Я посмотрел на сплетённые из травы верёвки и добавил:

— Эти совсем истрепались. Скоро порвутся. Возьми те, прочные, которые были в мешках людоедов.

— Это не их верёвки! — вдруг вспыхнул Вел. — Они всё отобрали у племени Айлы.

Услышав имя сестры, Лиор навострил уши в нашу сторону, хотя до этого изображал из себя дохлый коврик.

Гляди на него, защитник ревностный.

— Остынь. Главное, ты понял, о чём я говорю. А чьи это были верёвки или мешки, сейчас неважно. Важно то, что нам надо как то за раз унести всех козлят шкуры и тушу. А без крепких мешков и веревок сделать это будет очень сложно.

— Мешков столько — выставил он перед моим лицом три пальца, а козлят столько, показал он четыре пальца и покачал головой. Не получается всех в мешки. Нет, лучше возьму одного козлёнка сейчас. Он не тяжёлый, добегу с ним быстро. А остальных в мешки.

Ну, если так, спорить не буду.

— Ладно. Бери одного мелкого и беги к пещере. А мы пока останемся здесь и подождём.

Вел кивнул и отвязал от пояса бурдюк с водой. Внутри оставалось ещё около половины.

— Мешаться будет, — заявил он, протягивая бурдюк мне.

Знаю я тебя. Просто не хочешь говорить, что оставляешь воду нам.

— Спасибо, — сказал я, сжав кулак и приложив его к груди.

Вел хмыкнул и тоже кивнул. Похоже, понял, что отговорка не сработала.

Он поднялся, размял плечи и выбрал, вопреки моему совету, самого крупного козлёнка. Подхватил его, закинул себе на плечо, а затем ещё раз окинул взглядом нашу стоянку.

— Будьте осторожны. Постараюсь быстро вернуться.

— Справимся. Иди, — посмотрел я на него серьёзно.

На лице парня отразилось нечто похожее на уважение. Он тряхнул рыжей шевелюрой, скидывая длинную чёлку с лица, и потрусил в сторону жилища.

Подстричь его, что ли? Или собрать волосы в хвост да завязать?

После мытья головы его кудряшки стали ещё длиннее и непослушнее. Свисали длинными пружинами и постоянно норовили залезть то в глаза, то в рот.

— Вел иди Айла? — спросил Лиор, провожая его взглядом.

— Да. Айлу и Нэру приведёт. Они помогут, — ответил я и указал на нашу добычу.

Лиор выставил один палец и повёл руку вправо, словно показывая направление, затем поднял три пальца и вернул руку обратно.

— Вел. Нэра. Айла. Нести. М… хорошо. Мало путь? — спросил он.

— Мало, — кивнул я. — А пока сидим и ждём. Слушай.

Я указал на свои уши, а затем обвёл рукой окружающие нас скалы.

— И смотри, — добавил я, показывая на глаза и снова указывая вокруг.

— Дозор. Понял, — ответил Лиор.

Он серьёзно кивнул.

Слово «дозор» Лиор выучил ещё тогда, когда мы по лесу после стоянки людоедов. Ребята по очереди оставались у костра, а я объяснял, что нужно «нести дозор». Но слово «нести» окончательно их запутало. Для них нести означало именно нести что-то: груз, ношу, добычу. А в дозоре никто никуда ничего не нёс — нужно было просто сидеть, слушать и внимательно следить за тем, что происходит вокруг.

Поэтому решили не усложнять. Осталось одно понятное слово — «дозор».

Я устроился на плоском камне, вытянул ноги и огляделся. Лиор сел неподалёку, положив копьё поперёк коленей. Несколько минут он молча смотрел вслед Велу, пока Рыжий окончательно не скрылся за поворотом.

Теперь оставалось только ждать.

Светило постепенно опускалось всё ниже, и длинные тени от скал начали вытягиваться. Камни, ещё недавно нагретые за день, понемногу остывали, и после дневной жары прохлада казалась почти приятной.

Лиор время от времени поднимал голову и прислушивался. Потом снова смотрел в сторону поворота, за которым исчез Вел.

— Вернётся, — сказал я, заметив его беспокойство. — Жди.

Лиор кивнул, но продолжил поглядывать туда же.

Неплохой парень. Смышлёный, выносливый. Смелый. Побольше бы таких.

Время тянулось медленно. Мы почти не разговаривали. Я следил за округой внимательно всматриваясь в каждую тень, Лиор прислушивался к звукам вокруг, а три козлёнка продолжали спать неподалёку. Их ноги были спутаны, чтобы они не разбежались, когда окончательно придут в себя. Вроде всё было тихо и спокойно. Никакой опасности нет.

Я снова задумался.

Прогулка трёх подростков в каменном веке с копьями в руках. Никаких гаджетов, шараханий по заброшкам и употребления того, чего нельзя употреблять. Каждый выход из дома — смертельный риск.

Закалённая психика, крепкое тело. Я пощупал свои икры — твёрдые, как камень. На руках тоже мышечная масса и ни капли лишнего жира. Вел в свои четырнадцать вообще выглядел как олимпийский спортсмен.

Взрослеют тут рано. Умирают тоже рано. Барк, скорее всего, редкое исключение. И никакого тебе лишнего веса, затяжной старости или долгой инвалидности. Ослаб — и ты труп. Или от голода умер, или сожрут.

Есть в этом какая-то своя прелесть. Останься я без ног в этом мире, ни о каких пяти годах жизни после и речи бы не шло. Выживают сильнейшие. Эти сильнейшие и дают потомство.

Природный отбор.

Один из козлят шевельнулся. Он поднял голову, несколько раз моргнул и попытался подтянуть под себя связанные ноги. Получилось не сразу. Козлёнок завозился, недовольно заблеял и снова опустил голову.

Лиор тут же повернулся на звук.

— Плохо. Зверь, — встревоженно сказал пацан и вскочил на ноги, озираясь по сторонам.

— Да, плохо, — согласился я, тоже поднялся и подошёл к козлёнку. — Сейчас пасть ему замотаю, будет молчать.

Нечего тут орать, хищников звать. Нам и без того уже рук не хватает, чтобы всю добычу тащить, — усмехнулся я, вспомнив одну реплику из фильма. «Много-то как их… Да, и где только хоронить всех будем?» Вроде бы что-то такое там было.

Присел на корточки и погладил козлёнка. Тот испуганно дёрнул лобастой головой.

Мысленно уже представлял, как эти козлята бегают на привязи в большой пещере.

Это будет наш стратегический запас мяса. Правда, кормить их придётся, но ничего, справимся. Нарезать травы и веток для козлят — дело несложное. Зато будем уверены в завтрашнем дне: если охота не удастся, голодными теперь точно не останемся. А пока нам есть что есть, пусть козлики подрастают и набирают вес.

Мои размышления оборвал резкий свист. Я тут же схватился за копьё — сработал рефлекс.

Приложив к губам два пальца, просвистел в ответ. Мне ответили.

— Наши идут, — радостно сообщил я испуганному Лиору, который тут же подорвался на ноги и начал водить остриём копья по сторонам, выискивая невидимого врага.

— Хорошо, — с облегчением выдохнул он и улыбнулся, опуская копьё.

Вскоре показался и сам Вел. За ним шла Нэра, а следом — Айла. Я продолжал смотреть на тропу, но больше никого так и не увидел.

— А Тин где? — спросил я, когда наши подошли ближе.

— Дома, — ответил Вел.

Я удивлённо посмотрел на него.

— А свистел тогда кто?

— Я свистел, — Рыжий прямо-таки светился от самодовольства.

— Неужели научился?

— Ага. Получилось. С пальцами, как ты учил.

— Ну молодчина, — похвалил я и хлопнул его по плечу. — А ты: «Не получится у меня, не получится», — передразнил я Вела и усмехнулся.

— Спокойно было? — спросил он, оглядываясь по сторонам.

— Да. Всё в порядке.

Пока мы разговаривали, девочки во все глаза таращились на нашу добычу.

— Острозубы? — спросила Нэра, побледнев и указывая на три завязанные, словно мешки, гиеньи шкуры, внутри которых лежали головы, лапы и копыта.

— Да, Нэра, — кивнул я. — Острозубы. Они называются гиены.

— Гиены… Духи сказали? — переспросила она.

Я просто кивнул.

С Велом у нас был примерно такой же разговор во время снятия шкур. Он тоже тогда назвал их острозубами. Я же думал, что так они называют саблезубых тигров. Но нет. Тогда я описал саблезубого тигра, а Вел ответил, что я рассказал, как выглядит большезуб. Ну вот и выяснили, кто такие острозуб и большезуб.

А я-то, дурья башка, предполагал, что большезуб — это бобёр. А вот не тут-то было.

Айла быстро сказала что-то Лиору. Тот так же быстро ей ответил.

Девчонка удовлетворённо кивнула, и её серьёзное лицо немного расслабилось. Она украдкой покосилась на Вела, затем перевела на меня удивлённый взгляд, но ничего не сказала.

Недолго переживала Нэра. Окинула меня и Лиора быстрым взглядом, убедилась, что мы целы, и решительно подошла к козлу. Собрала вместе два передних копыта, связала их, затем так же связала задние. После этого продела своё копьё и копьё Айлы между связанными ногами. Девочки, хекнув от натуги, подняли тушу, положили древки копий на плечи и понесли. Нэра шла первой, Айла — позади.

Я, глядя на это, только мысленно присвистнул.

А мы-то корячились, тянули волоком, даже поднять его толком не могли.

Вел протянул нам с Лиором по пустому мешку. Туда мы посадили козлят и затянули горловину так, чтобы внутрь свободно поступал воздух.

Каждый взял по козлёнку и по мешку из гиеньей шкуры.

Для меня и Лиора даже такая ноша оказалась тяжёлой, но мы старались не отставать. Вел же шагал так, словно его груз был гораздо легче нашего. Всего два года разницы в возрасте, а по силе между нами уже лежала колоссальная пропасть. Вел почти стал мужчиной, а мы с Лиором пока выглядели пусть и жилистыми, но всё равно сопливыми пацанами.