Глава 22

У самого берега горел костёр, возле которого я заметил Таш и Эйо. Девчонка помешивала похлёбку в большом глиняном горшке, а Эйо перебирал какие-то корешки, раскладывая их на плоском камне. Чуть поодаль, в складках огромной медвежьей шкуры, мирно посапывали младшие близнецы Нэры.

Таш заметила нас ещё на тропе. Она вскочила, радостно замахала руками и что-то сказала Эйо. Мальчишка тоже поднялся, а когда разглядел среди спускавшихся Айлу и Лиора, бросил свои корешки и рванул было навстречу. Однако Таш успела схватить его за руку и вернуть к костру.

Молодец, девчонка. Радость радостью, а младенцев и ужин без присмотра бросать нельзя.

Правда, терпения обоим явно не хватало. Таш нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, а Эйо буквально сверлил взглядом Айлу, словно боялся, что та снова куда-нибудь исчезнет.

Мы спустились к берегу, и девчонка наконец сорвалась с места.

— То-Рек! — радостно завопила она, налетев на меня с такой силой, что я едва успел подхватить её на руки.

— И тебе здравствуй! — рассмеялся я, прижимая её к себе. — Ты поосторожнее, а то ещё немного, и придётся меня по частям собирать!

Таш обвила руками мою шею и крепко прижалась щекой к плечу.

— Я скучала! — сообщила она, не собираясь отпускать меня.

— А я, значит, просто так по лесам гулял? — усмехнулся я, ставя её на землю. — Конечно, тоже скучал. Даже Рыжего обратно привёл, хотя временами очень хотелось оставить его где-нибудь под деревом.

— Это ещё почему? — немедленно возмутился Вел.

— Потому что ты всю дорогу жаловался, что голодный, — пояснил я с самым серьёзным видом.

— Это ты жаловался! — возразил он, ткнув в меня пальцем.

— Вот именно, а ты ещё и спорил, вместо того чтобы посочувствовать.

Рыжий закатил глаза, но ответить не успел, потому что Таш уже бросилась к нему и крепко обняла за пояс.

— Вел, я по тебе тоже скучала! — радостно объявила она, задрав голову.

Рыжий удивлённо заморгал, а затем расплылся в довольной улыбке. Он присел на корточки, обнял девчонку и потрепал её по волосам.

— А я думал, ты только То-Река ждала, — усмехнулся он.

— Я вас всех ждала! — возмутилась Таш, после чего снова крепко прижалась к нему.

— Вот видишь, Рыжий, — заметил я. — Хоть кто-то ещё готов терпеть твою болтовню.

— Отвали! — совершенно беззлобно отозвался Вел, продолжая обнимать девчонку.

Вот так и живём. Сначала нежности, объятия и слёзы радости, а следом непременно кого-нибудь пошлют. Высокая культура общения.

Тем временем Эйо окончательно потерял терпение.

— Айла! — завопил он и со всех ног бросился к девушке.

Айла едва успела присесть и раскинуть руки, как маленький рыжий снаряд врезался ей в грудь, обхватил за шею и принялся что-то тараторить на языке Ануи.

Слова сыпались сплошным потоком, без малейших пауз. Мальчишка размахивал руками, показывал то на озеро поддернутое легкой дымкой, то на костёр, то куда-то в темноту, а потом снова прижимался к Айле и продолжал свою скорострельную речь.

Ого! А я-то думал, парень у нас молчун. Оказывается, у него просто стресс был. Сейчас вот включил пулемёт, и попробуй останови.

Айла смеялась, прижимая мальчишку к себе, и что-то отвечала ему на родном языке. Но Эйо, похоже, совершенно не собирался уступать ей право голоса.

Внезапно он замолчал и уставился на Лиора.

— Лиор! — взвизгнул мальчишка и, вывернувшись из объятий Айлы, бросился к нему.

Лиор присел на корточки, подхватил маленького родича и крепко обнял. В ответ Эйо выдал ещё одну длиннющую тираду, из которой я не понял ровным счётом ничего, кроме несколько раз повторённого имени Лиора.

Так, понятно. Вторую очередь дал. Причём, судя по напору, боеприпасов у него ещё на полчаса хватит.

Мальчишка то обнимал Лиора, то тянулся к Айле, пока наконец не ухитрился вцепиться в обоих сразу. Он прижался лицом к плечу девушки и вдруг разревелся, да так громко, что я невольно растерялся.

— Эй, а чего это он? — удивлённо спросил я, глядя на мальчишку. — Только что радовался, как ненормальный, а теперь ревёт. Кто его обидел?

Айла подняла на меня глаза и улыбнулась. Она погладила Эйо по голове, что-то ласково сказала ему, а затем немного помолчала, подбирая знакомые слова.

— Хорошо всё, Торек, — медленно объяснила она. — Мы не мёртвые. Вернулись. Он думал… мы тоже не вернёмся. Теперь хорошо плачет. Радость.

А, вот оно что. Значит, не горе, а аварийный сброс накопившегося напряжения. Ну, реви, парень, имеешь полное право.

— Тогда пусть плачет, — согласился я, потрепав мальчишку по волосам. — Главное, чтобы от радости не захлебнулся.

Айла не сразу поняла мою шутку, но, разобравшись, улыбнулась и снова заговорила с Эйо на родном языке.

Майен подошёл поближе и осторожно коснулся плеча Лиора. Тот обернулся, улыбнулся ему и притянул к себе свободной рукой. Парни перекинулись несколькими словами на своём языке, после чего Майен отступил и довольно посмотрел на меня.

— Эйо вас очень ждал, Торек, — сообщил он, старательно выговаривая слова. — Каждый день спрашивал, когда придут Айла и Лиор. Я говорил, что скоро, но он не верил.

— А ты сам-то верил? — поинтересовался я.

Майен немного подумал, затем уверенно кивнул.

— Верил. Вы обещали вернуться.

Вот так. Сказал — значит, должен сделать. Никаких тебе поправок на обстоятельства непреодолимой силы.

Нэра, всё это время молча наблюдавшая за встречей, подошла к Айле, провела ладонью по волосам Эйо и направилась к младенцам. Она присела возле медвежьей шкуры, поправила меховое укрытие и осторожно взяла одного малыша на руки.

Таш тут же оказалась рядом.

— Они хорошо спали, — принялась докладывать девчонка. — Я за ними смотрела, только один всё время просыпался и кричал, а второй начинал кричать вместе с ним.

Нэра погладила дочь по голове и одобрительно кивнула.

Ну конечно. Один поднимает тревогу, второй обеспечивает звуковое сопровождение. Система оповещения в нашем племени уже работает безотказно.

— А мы ещё Эйо учили говорить! — похвасталась Таш. — Он теперь много наших слов знает!

— И Майена тоже учили! — подхватил Тин, подходя к сестре.

Вестник, удобно устроившийся у мальчишки на голове, недовольно каркнул и переступил лапами, пытаясь удержать равновесие.

— Да ну? — заинтересовался я, переводя взгляд на Майена. — А я-то думаю, чего это он у нас так хорошо разговаривать начал.

Парень смутился, но довольно улыбнулся.

— Тин и Таш много учили, — объяснил он, подбирая слова. — Теперь я больше понимаю. И Эйо тоже.

— Мы его даже новым словам научили! — гордо сообщил Тин. — Он теперь знает «дай», «возьми», «не трогай», «вкусно» и «отвали»!

Я медленно повернулся к мальчишке.

— Последнее слово особенно полезное. Сам придумал или подсказал кто?

— Ты! — немедленно ответил Тин. — Ты же Велу так говоришь, Вел тебе говорит.

Вот ведь зараза. Стоит один раз что-нибудь ляпнуть при детях, и они сразу включают режим записи с последующим воспроизведением.

— Покажи, Эйо! — попросила Таш, обращаясь к мальчику. — Скажи, как мы тебя учили!

Эйо, всё ещё державшийся за руку Айлы, внимательно выслушал просьбу, вытер мокрые щёки ладонями и, посмотрев прямо на меня, совершенно серьёзно произнёс:

— Торек, отвали!

Вел расхохотался так громко, что едва не согнулся пополам.

— Отлично! — выдавил он сквозь смех. — Вот это правильно! Сразу видно, умному парня научили!

— Прекрасно, — сдавленно крякнул я. — Однажды Нэра попросит принести дрова и услышит в ответ нечто подобное.

Эйо уловил знакомое имя, посмотрел на Нэру и неуверенно повторил:

— Нэра… отвали?

Тин и Таш дружно ахнули, а Нэра медленно повернула голову и молча посмотрела на троицу маленьких учителей и учеников.

Этого оказалось достаточно.

Тин моментально перестал смеяться, Таш поспешно отвернулась к младенцам, а Эйо, заметив их реакцию, предусмотрительно прикрыл рот ладошкой.

Всё, педагогический коллектив осознал последствия собственной деятельности. Причём директору даже голос повышать не пришлось.

Майен, до этого наблюдавший за происходящим, тихонько рассмеялся.

— Нэра страшная, когда молчит, — осторожно заметил он, поглядывая на нашу общую мать.

— Майен, ты даже не представляешь, насколько правильно сейчас выразился, — одобрительно сообщил я.

Нэра приподняла бровь.

Я немедленно решил сменить тему.

— А чем это у вас так вкусно пахнет? — поинтересовался я, подходя к горшку. — Мне кажется, ещё немного, и мы с Рыжим начнём грызть собственные шкуры.

— Похлёбка готова, — сообщила Таш. — Нэра сказала ждать вас.

Нэра осторожно уложила младенца обратно в медвежью шкуру, поправила «покрывало» и поднялась. Подойдя к костру, она взяла большую деревянную ложку и сняла крышку с горшка.

Наружу вырвался густой пар, а по всей пещере поплыл такой запах мяса и трав, что у меня едва не свело челюсти.

Господи, да я готов жениться на этом горшке. Причём немедленно, без сватовства и предварительного знакомства с родственниками.

Мы расселись вокруг костра. Майен и Лиор принесли сложенные возле камня глиняные миски, поставили их рядом с Нэрой и тоже заняли свои места.

Нэра оглядела нас и принялась разливать похлёбку.

Первую миску она наполнила почти до краёв. Некоторое время выбирала в горшке кусок мяса покрупнее. Найдя подходящий, осторожно подцепила его ложкой, положила в миску, потом залила жидкостью и отставила миску в сторону.

— Это Барку, — негромко пояснила она.

Ну конечно. Вождю — лучший кусок, причём без всяких обсуждений. Субординация у нас тут соблюдается строже, чем в приличном военном гарнизоне.

Следующую миску Нэра наполнила для меня. Она положила туда несколько хороших кусков мяса, добавила густой похлёбки и поставила передо мной.

— То-Рек, — произнесла она, после чего снова повернулась к горшку.

Я благодарно кивнул.

Нэра тем временем наполнила третью порцию и поставила её перед Велом.

— Вел, — сообщила она и на мгновение задумалась, глядя на оставшуюся посуду.

Я сразу понял, в чём дело.

— Теперь себе налей, а потом Кану, — подсказал я, кивнув в сторону свободных мисок.

Нэра посмотрела на меня, затем коротко кивнула и продолжила разливать похлёбку.

Сначала она отложила порцию для себя, потом наполнила миску Кану. После этого принялась раздавать еду остальным, расставляя посуду вокруг костра. Айле она положила несколько хороших кусков мяса, Лиору налила густой похлёбки, а затем дошла очередь до Майена, Тина, Таш и Эйо.

Эйо едва не потянулся к своей миске, но, заметив, что никто больше не ест, быстро убрал руки и посмотрел на Айлу.

Та ласково погладила его по плечу и что-то тихо сказала на языке Ануи.

Мальчишка послушно кивнул.

Мы сидели вокруг костра, терпеливо дожидаясь, пока Нэра закончит. От горячих мисок поднимался пар, запах становился всё мучительнее, а мой желудок уже откровенно возмущался подобным издевательством.

Вот ведь пытка какая-то. Еда стоит прямо перед носом, а трогать нельзя. Причём никто даже не жалуется. Настоящая первобытная дисциплина.

Наконец Нэра выпрямилась, оглядела расставленные миски и посмотрела в сторону прохода.

— Пойду позову их есть.

— Нет, не нужно, — остановил я её. — Пусть пока разговаривают. Лучше отнеси им еду туда, а потом возвращайся к нам. Когда наговорятся, сами сюда придут.

Нэра немного подумала, затем согласно кивнула.

— Хорошо.

Она взяла миску Барка и посмотрела на Айлу.

— Поможешь?

Айла внимательно выслушала просьбу и кивнула. Поднявшись, она взяла вторую миску, предназначенную Кану, но тут же поморщилась и поспешно перехватила её за самый край.

Глина успела сильно нагреться от похлёбки.

— Погодите, — остановил я обеих. — Так ведь руки обожжёте.

Возле костра лежали небольшие шкурки, набросанные одна на другую и служившие нам подстилками. Я взял две, разложил их на камне и осторожно поставил первую миску на одну из них. Затем поднял края шкурки, обхватив посудину снизу, и передал Нэре.

— Вот так держи, — объяснил я. — Теперь не будет горячо. Только неси осторожно, чтобы не расплескать.

Нэра попробовала взять миску через мех, убедилась, что тот действительно защищает ладони от жара, и одобрительно кивнула.

Со второй миской я проделал то же самое и передал её Айле.

— Держи, Валькирия. Только смотри, не урони, а то Кан сегодня без ужина останется.

Девушка благодарно улыбнулась и осторожно приняла посудину.

— Спасибо, Торек, — произнесла она, внимательно следя за тем, чтобы из миски не выплеснулось ни капли.

Нэра первой направилась к проходу, ведущему в малую пещеру. Айла пошла следом, бережно неся порцию Кана.

Мы проводили их взглядами и остались сидеть вокруг костра.

Вел тяжело вздохнул и уставился на свою порцию.

— Если они долго ходить будут, я помру от голода, — пожаловался он, облизнув губы.

— Не помрёшь, — успокоил я его. — Хотя если ещё немного подождём, есть риск, что ты начнёшь жевать соседей.

Рыжий посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на Лиора.

— Начну с него, — заявил он. — Он ближе сидит.

Лиор сначала внимательно выслушал его слова, потом посмотрел на меня, пытаясь понять, шутит Вел или говорит серьёзно.

— Меня… кушать? — недоверчиво переспросил он.

— Не обращай внимания, Лиор, — посоветовал я. — Рыжий просто настолько голодный, что уже плохо соображает. Ещё немного, и начнёт грызть собственную руку.

Майен рассмеялся.

— Свою руку это больно. Лучше чужую руку. Но не мою, — заметил он, постучав пальцем по тыльной стороне ладони. — Зубы сломает.

— Вот именно! — подхватил я. — Поэтому лучше пусть ждёт Нэру и не создаёт нам дополнительных проблем.

Тин, услышав наш разговор, тоже принялся разглядывать соседей.

— А я Вела есть не буду, — серьёзно сообщил он. — Он большой.

— Спасибо, Тин, — усмехнулся Рыжий. — Очень добрый ты мальчик.

— Я лучше То-Река, — добавил Тин с самым невинным видом.

Я повернулся к нему.

— Ах вот как? Значит, меня ты уже мысленно проглотил?

Мальчишка захохотал, а Вестник, сидевший у него на голове, недовольно каркнул, словно тоже желал участвовать в обсуждении меню.

— Кра!

— Вот, даже ворон согласен! — обрадовался Вел.

— Ну уж нет, — возразил я, погрозив птице пальцем. — Этот пернатый предатель и без того слишком хорошо питается.

Прекрасная компания. Стоило оставить нас без еды на несколько лишних минут, и мы уже обсуждаем, кого первого пустить на жаркое. Дикари, что с нас взять.

Таш смеялась вместе со всеми, но при этом не забывала поглядывать на младенцев. Один малыш заворочался под шкурой, и девчонка осторожно поправила там что-то, после чего снова села возле костра.

Эйо тоже улыбался, хотя далеко не все наши шутки понимал. Он посматривал на проход, куда ушла Айла, и время от времени что-то тихо спрашивал у Майена.

Наконец из прохода послышались шаги.

Наконец показались Нэра и Айла. Обе вернулись с пустыми руками, а по спокойному лицу Нэры можно было понять, что всё прошло как надо.

— Отнесли? — спросил я, когда они подошли к костру.

Нэра кивнула.

— Едят, — ответила она и слегка улыбнулась. — Кан очень удивился. Ему понравились наша посуда и еда. А Барк теперь учит его, как правильно есть из миски. Смешно смотреть, как один старик учит другого.

— Ну и отлично, — обрадовался я. — Тогда, если никто не возражает, объявляю начало ужина!

Нэра устроилась возле младенцев, а Айла села рядом с Эйо, который немедленно придвинулся к ней поближе.

Только после этого я первым взял свою миску, осторожно поднёс её к губам подул и отхлебнул горячей похлёбки.

Густой мясной бульон обжёг язык, а следом раскрылся такой насыщенный вкус, что я невольно прикрыл глаза и довольно крякнул.

— М-м-м… Как же вкусно! — протянул я, вылавливая пальцами кусочек мяса. — Кто готовил?

Нэра, уже собиравшаяся взять свою миску, смущённо потупила взгляд. Её щёки заметно порозовели.

— Я, — негромко ответила она.

Я удивлённо поднял брови.

— Сама? Нэра, да у тебя настоящий талант! Расскажи, что ты туда положила?

Она немного помолчала, затем посмотрела на горшок и начала объяснять, неторопливо подбирая слова.

— Я отдала мясо духам огня и воды, как ты учил, — произнесла она. — Потом нюхала, и мне захотелось положить туда коренья, грибы и те листья, что больно жалят руки.

Я перестал жевать и с интересом посмотрел на неё.

Ого! Крапиву, что ли, догадалась добавить? Вот это уже интересно.

— Потом ещё нюхала, — продолжила Нэра, немного осмелев. — Запах стал очень хороший. Вода бурлила, пока мясо не начало отходить от костей. Вот так и получилось.

Она взглянула на меня с плохо скрываемым ожиданием.

— Правда, вкусно?

— Очень! — ответил я уже с набитым ртом и торопливо прожевал, чтобы продолжить: — Нэра, это просто замечательно! Ты сама придумала, что добавить, и получилось отлично!

Нэра смущённо улыбнулась и опустила глаза.

Вот ведь умница. Я всего-то один раз показал ей как мясо варить в воде, а она уже самостоятельно начала экспериментировать с добавками. Ещё немного, и у нас тут появится собственная высокая первобытная кухня.

Вел тем временем расправлялся с похлёбкой так усердно, словно опасался, что кто-нибудь передумает и отнимет у него миску.

— Нэра, очень вкусно! — подтвердил он, выловив очередной кусок мяса. — Так теперь всегда делать будешь?

Она улыбнулась и кивнула.

— Если мясо будет.

— Вот именно, — заметил я. — За мясо теперь придётся взяться особенно серьёзно.

Лиор, внимательно слушавший наш разговор, тоже поднял голову.

— Очень вкусно, Нэра, — произнёс он, старательно выговаривая слова. — Хорошая… еда!

Майен согласно закивал и добавил:

— Я ещё хочу. Потом, если можно.

— Я тоже! — немедленно вмешался Тин, после чего посмотрел на ворона, который уже заинтересованно тянул шею к его миске. — А тебе нельзя!

— Кра! — возмущённо отозвался Вестник.

— Слышишь, Тин, — заметил я, — он с тобой совершенно не согласен.

Мальчишка рассмеялся, а Эйо, наблюдавший за птицей, поднял палец и строго произнёс:

— Не трогай!

Вестник каркнул ещё раз и попытался дотянуться до мяса с другой стороны.

Настоящий профессионал. Когда один путь к добыче перекрыт, немедленно ищет обходной.

Нэра наблюдала за нами с едва заметной улыбкой. Она тоже наконец взяла свою миску и принялась есть, время от времени поглядывая на младенцев.

Несколько минут у костра раздавались лишь потрескивание дров да дружное чавканье и прихлёбывание бульёна из мисок.

Майен и Тин устроились рядом, и десятилетний парень время от времени подсказывал Эйо новые слова на нашем языке, когда тот спрашивал о чём-нибудь на языке Ануи. Таш внимательно следила за близнецами, но тоже успевала есть, а Айла с Лиором, похоже, наслаждались первым за долгое время спокойным ужином.

Я как раз выловил из похлёбки очередной кусок мяса, когда Нэра подняла голову и посмотрела на меня.

— То-Рек, — негромко позвала она.

— Что, Нэра? — отозвался я, не выпуская кусок из пальцев.

Она молча указала рукой в темноту огромного зала, куда не доставал свет костра.

— Ужин там бегает, — совершенно спокойно сообщила она. — Поймай.

Я замер с мясом у открытого рта.

— Какой ещё ужин? — удивился я, переводя взгляд с Нэры на тёмную часть пещеры.

— Твой зверь, — пояснила она. — Еду ворует. Ты обещал поймать.

Ах ты ж зараза! Хомяк-переросток! Совсем ведь про него забыл.

Я медленно повернул голову к темноте.

Где-то там, за пределами освещённого круга, пряталась эта наглая туша, которую мы так и не сумели поймать раньше. Причём, судя по словам Нэры, зверюга не только пережила наше отсутствие, но и продолжала успешно промышлять воровством.

— Он что, до сих пор здесь? — удивился я.

Нэра коротко кивнула.

— Видели сегодня. Мясо унёс.

— Мясо⁈ — возмутился я. — А корешками эта скотина уже не довольствуется? Он же траву должен жрать а не мясо!

Нэра лишь пожала плечами.

Не думал, что эта пакость ещё и всеядная. Хомяки ведь обычно растительной пищей питаются, а этот уже на мясо перешёл. Хорошо устроился, паразит. Жрёт за чужой счёт и в ус не дует.

— Я его видел, Торек, — сообщил Тин, указывая в темноту. — Большой зверь, вот такой!

Он широко развёл руки, показывая размеры животного.

Судя по расстоянию между ладонями, наш хомяк за неделю успел вымахать примерно до размеров молодого бизона.

— Тин, ты точно его видел, а не мамонта? — уточнил я, разглядывая показанную величину.

Мальчишка нахмурился, обдумывая вопрос, а потом покачал головой.

— Нет, точно не мамонт. Хвост маленький, зубы большие, очень быстро бегает, — объяснил он и показал на высокий каменный выступ. — Мы его туда загнали. Майен камнями кидал, а я палкой стучал.

Я медленно повернулся к Майену.

— Значит, вы решили сами поймать эту зверюгу? — поинтересовался я, уже предчувствуя неладное.

— Мы почти поймали! — гордо заявил парень. — Только он убежал!

Тин хотел было ещё что-то добавить, но, заметив мой взгляд, благоразумно промолчал.

Нэра нахмурилась и снова указала рукой в темноту.

— Поймай, То-Рек. Обещал.

— Поймаю твою ходячую котлету. — вздохнул я. — Только сначала дайте человеку поесть.

Она посмотрела на мою миску, затем на меня и коротко кивнула.

Ну вот, теперь у меня официально две продовольственные проблемы. Одна — три десятка голодных людей под скалой, вторая — хомяк-переросток, который нагло жрёт наши запасы и отказывается добровольно переходить в категорию мясных блюд.

— Торек, — негромко позвала Айла, дождавшись, когда я снова взялся за еду. — А люди, которых мы привели? Они там ждут?

Я поставил миску на землю и посмотрел на неё.

— Пока ждут возле скалы, — ответил я. — Нам сначала нужно поговорить с Барком и решить, что с ними делать, где и как поселить.

Айла внимательно выслушала мой ответ и кивнула.

Нэра, услышав последние слова, подняла голову.

— Сколько людей? — коротко спросила она.

Я осторожно поставил миску на землю и показал ей десять пальцев, потом ещё раз десять пальцев и снова десять пальцев.

— Ну, может ещё немного больше, — признался я.

Нэра замерла, потом медленно перевела взгляд на горшок с остатками похлёбки, на сложенные возле стены корзины с припасами и снова посмотрела на меня.

Ничего не сказала.

Вот это молчание мне совершенно не нравится. Когда Нэра так смотрит, лучше бы уж сразу ругалась.

— Так много? — удивлённо прошептала Таш. — И они все будут с нами жить?

— Пока не знаю, — ответил я. — Сначала нужно посоветоваться с Барком, Каном и Нэрой, а потом уже решать, что делать дальше.

— Много людей… много надо еды, — задумчиво произнёс Майен.

— Именно, Майен, — подтвердил я. — Поэтому нам теперь понадобится хорошая охота, и желательно не одна.

— Я могу копья делать, — немедленно предложил он. — Барк показал, как палки готовить. Я уже много сделал.

— Молодец, — одобрил я. — Ещё пригодятся.

— А я длинноухих ловить буду! — вмешался Тин, гордо выпрямляясь.

— И это пригодится, — согласился я. — Только одними длинноухими такую ораву не прокормишь. Нам нужен хотя бы один хороший бизон, а ещё лучше мамонт.

— Мамонт большой, — серьёзно заметила Таш.

— Вот именно поэтому он нам и нужен, — пояснил я. — Одно плохо: пока ни один мамонт не хочет добровольно прийти к нашей пещере и стать ужином.

Тин рассмеялся, а Майен, немного подумав, тоже улыбнулся.

Жаль, конечно. С таким обслуживанием доставка мамонтов на дом пользовалась бы у меня огромной популярностью.

Вел отставил миску и посерьёзнел.

— Мы ведь не могли тех людей бросить, — произнёс он, посмотрев на Нэру. — У них совсем ничего не осталось.

Нэра медленно кивнула.

Айла некоторое время внимательно слушала, а затем негромко добавила:

— Мы тоже чужие были, — произнесла она, обводя взглядом Лиора, Майена и Эйо. — Когда сюда пришли, плохо говорили. Много не понимали. А теперь мы Горды.

— Именно, — согласился я. — Помочь людям нужно, но сначала следует решить, как разместить всех так, чтобы никто не остался без еды и безопасного места на ночь.

Нэра осторожно передала младенца Таш и поднялась.

— Барк, — коротко произнесла она, указав в сторону прохода.

— Правильно, нужно идти к Барку, — согласился я, тоже поднимаясь. — Пусть старики скажут своё слово, а потом уже будем пересчитывать запасы и решать, кого куда селить.

Я потянулся за миской, собираясь доесть остатки похлёбки, когда Вестник вдруг насторожился.

Птица вытянула шею в сторону неосвещённой части пещеры и громко каркнула.

— Кра!

Тин поднял голову и посмотрел туда же.

— Он опять что-то увидел, — сообщил мальчишка, придерживая ворона рукой.

Майен тоже обернулся и прислушался.

— Там кто-то ходит, — негромко произнёс он.

Я замер.

Из темноты донёсся шорох, затем что-то глухо стукнуло о камень.