Глава 4

— Я с миром. Выхожу.

Из кустов медленно показался мужчина. Высокий, жилистый, с широкими плечами и сухим, крепким телом, покрытым загорелой кожей и множеством старых шрамов. На вид ему было лет сорок с небольшим. Для моего времени это был бы ещё вполне молодой мужчина, но здесь, в каменном веке, такой возраст уже считался почтенным. Длинные волосы были полностью седыми и стянуты в тугой хвост. Суровое лицо почти не выражало эмоций. Нос когда-то был сломан и сросся неровно, а одного уха не было вовсе — на его месте остался грубый рубец.

С копьём в руке мужчина остановился в нескольких шагах от нас и некоторое время молча изучал нашу четвёрку. Сначала его внимание задержалось на мне, затем он оглядел Вела, Лиора и Айлу и только после этого остановился на лежащем без сознания Ракане. Но дольше всего незнакомец рассматривал мои амулеты.

Он чуть нахмурился и сделал ещё один шаг вперёд. Двигался спокойно, без лишней суеты, но оставался настороженным. Осторожное, едва заметное движение Вела тут же привлекло его внимание. Рыжий как раз медленно подносил трубку ко рту, но мужчина покачал головой, ясно показывая: даже не вздумай.

Вел замер, встретился с ним глазами и так же медленно опустил руку.

Моё внутреннее чутьё подсказывало, что этот человек чертовски опасен. Если бы он хотел нам навредить, то сделал бы это настолько быстро, что мы и мявкнуть не успели бы. Но угрозы от него я не чувствовал. Ни злости, ни желания напасть — только настороженность и любопытство. Похоже, именно это любопытство заставило его выйти из укрытия и заговорить с нами.

Я внимательно разглядывал этого человека и в голове сам собой всплыл вчерашний рассказ Барка о когда-то потерянном друге.

Слишком много совпадений, чтобы считать их случайностью.

Возраст, когда здесь мужчину называли стариком, множество шрамов — не только от когтей и клыков, но и от жестоких схваток. Об этом говорили сломанный нос и рассечённая бровь. Но больше всего в глаза бросалось отсутствие одного уха.

Много ли одноухих боевых пенсионеров можно встретить на своём пути?

Я не мог знать его в лицо, но описание Барка подходило почти идеально.

Я поднял руку и жестом показал ребятам опустить копья, всё ещё направленные на незнакомца.

— Знакомые амулеты. Где ты их взял, мальчик?

Я на мгновение замер.

Неужели он узнал амулеты Барка? Если так, то сомнений почти не оставалось — передо мной действительно стоял тот самый человек, о котором рассказывал наш старик. И снова он выжил. Невероятно… Бессмертный, что ли?

Я едва заметно усмехнулся.

— Подарок учителя, — спокойно ответил я. — Его зовут Барк.

Мужчина дёрнул бровью и несколько мгновений молча переваривал мой ответ, словно пытался понять, правильно ли его услышал. Затем на его серьёзном лице появилась короткая, недоверчивая усмешка.

— Ты хочешь сказать, этот старый пень всё ещё жив? Неужели племя Гордов решило вернуться на родные земли? Как там поживает вождь Хаб? Надеюсь он жив?

В его глазах на мгновение вспыхнула откровенная ненависть. Я сразу понял, о чём он вспомнил. Хаб когда-то пытался убить Кана, отрезал ему ухо и бросил умирать, поэтому неудивительно, что спустя столько лет одно имя старого вождя всё ещё вызывало в охотнике желание отомстить.

— Тебя долго не было в племени, Кан. Там многое изменилось.

Он едва заметно напрягся, а пальцы крепче сжали древко копья. Несколько секунд мужчина молчал, явно пытаясь понять, откуда мне известно его имя.

— Давно я не слышал собственного имени. Тебе-то, мальчишка, откуда оно известно?

— Барк рассказывал про тебя. Он искал твои останки, чтобы захоронить, но так и не нашёл. Все эти годы Барк считал тебя умершим. Пока этот человек не пришёл к нам просить помощи и не рассказал о своём племени, о проклятых и о вредном старике с одним ухом по имени Злоба, чей язык острый как нож.

Кан едва заметно скривился, а затем усмехнулся. Усмешка получилась короткой, но в ней уже не было прежней настороженности.

— Какой разговорчивый гость к вам пожаловал. Ну? И где же ваши мужчины?

Он медленно оглядел нашу четвёрку, поджал губы.

— Они перед тобой! — Вел шагнул вперёд и гордо выпятил грудь, показывая свои амулеты.

Кан перевёл внимание на него, затем на Лиора и Айлу и снова остановился на Веле. Уголок его рта едва заметно дёрнулся.

— Передо мной четверо детей с амулетами охотников. Вас здесь быть не должно. Зачем вас отправили на смерть? Хаб совсем потерял разум?

Вел уже собирался что-то ответить, но я опередил его.

— Хаба давно нет в живых. Наш вождь — Барк.

Кан замер. На несколько мгновений его лицо стало совершенно неподвижным, а хватка на копье немного ослабла.

— Не понимаю…

— Поймёшь, если поговоришь с ним. Он будет рад увидеть тебя, Кан из племени Гордов.

Кан дёрнулся от этих слов и машинально потянулся рукой к груди, где висело множество клыков разных хищников. Среди них не было только одного — амулета Гордов. Он на мгновение замер, коснувшись пальцами клыков, а затем снова перевёл внимание на Ракана, неподвижно лежавшего на земле.

— Он умрёт?

— Нет. Он просто спит.

Кан едва заметно расслабил плечи.

— Вы ещё хотите помочь мне убить проклятых? Там есть люди. Живые. Пока ещё живые.

— Мы потому и пришли сюда, — уверенно кивнул я. — Я знаю про людей, Кан. Если бы не они, я бы вообще пошёл один. Но там есть те, кому может потребоваться помощь, поэтому мы пришли вчетвером. И мы это сможем сделать.

Охотник дёрнул седой бровью и, как мне показалось, одобрительно хмыкнул.

— Хорошо…

Он произнёс это тихо и как-то странно, после чего на несколько мгновений замолчал. Его пальцы снова крепче сжали древко копья.

— О чём ты задумался, Кан?

Он поднял голову, но отвечать не спешил. Вместо этого его внимание привлёк мешочек, висевший у Вела на поясе.

— Мне нужен этот яд.

— Зачем? — спросил я, нахмурившись.

Кан требовательно протянул руку.

— Дай мне его.

Вел коснулся мешочка, но снимать его не стал. Лишь сделал шаг назад, не сводя глаз с охотника.

Кан несколько секунд молчал, словно решал, стоит ли вообще отвечать. Затем неожиданно развернулся и скрылся в кустах.

Мы переглянулись, не понимая, что он задумал. Через несколько мгновений Кан снова появился между деревьями. Он тащил за собой тушу зверя, похожего на антилопу, подхватив её за задние ноги, а затем просто бросил тушу к нашим ногам.

— Вот. Это мясо для проклятых. Я подкармливаю их, чтобы они не жрали оставшихся людей. Добавлю яд в мясо и скормлю тварям.

Я перевёл внимание на тушу, потом снова посмотрел на Кана.

— Они просто уснут. А что потом? — спросил я.

Вопрос был вполне резонным. Даже если проклятые были лишь похожими на обычных людей, среди них оставались женщины и дети. Поднимется ли у Кана рука убить их?

Ответ я получил раньше, чем ожидал.

В глазах Кана полыхнула такая ненависть, что все мои сомнения тут же исчезли.

Ещё как поднимется.

Но оставался другой вопрос: каким образом он собирается заставить их съесть отравленное мясо? Просто подбросит его к их логову?

— А если они тебя поймают? — спросил Вел у которого видимо были похожие мысли.

Кан невесело усмехнулся.

— Они меня давно уже поймали, старший охотник племени Гордов. Теперь они жрут из моих рук.

С этими словами он оскалился так, что на мгновение стал похож на одного из тех самых проклятых. Кажется, наш Рыжий только что лишился титула обладателя самой кровожадной улыбки маньяка.

Вел даже передёрнул плечами, глядя на эту улыбку, а затем медленно снял мешочек с пояса и протянул его Кану.

— Они приходят сюда пить, — тихо произнёс Кан, принимая мешочек. — Когда светило поднимается над землёй и когда клонится к краю. Забирайте Ракана и идите к их стоянке. Она там.

Он указал вниз по руслу ручья и некоторое время держал руку вытянутой, чтобы мы точно поняли направление.

— Идите до большого белого дерева, которое сбрасывает кору. Потом поверните туда, где светило спит, и идите до больших зелёных камней. Там найдёте расщелину.

Кан немного помолчал, после чего снова заговорил:

— Если я не приду туда до темноты… значит…

Он замолчал и на несколько мгновений отвёл взгляд, словно не хотел произносить последние слова вслух. Я ничего не сказал, давая ему закончить самому.

Кан снова повернулся ко мне.

— Передай своему учителю, молодой шаман, что Кан не поверил тогда словам Хаба. И что я не держу обиды на Барка.

Я внимательно выслушал его. В словах Кана было слишком много недосказанного, но сейчас я не стал расспрашивать. Если он действительно собирался разобраться с проклятыми один, то у него и без того было достаточно причин торопиться.

— Мы пойдём с тобой, — предложил я. — Поможем тебе.

Кан сразу покачал головой.

— Нет. Вы и так помогли. Меня они ждут. А вас сожрут. Уходите отсюда. Утром, если я не приду, уходите совсем. Они будут искать.

После этих слов Кан подошёл к туше, наклонился, подхватил её одной рукой за задние ноги и без особого труда закинул себе на плечо. Поправил тушу поудобнее и на мгновение замер.

— Ученик Барка… Надо же… — тихо пробормотал он, словно больше для себя, и усмехнулся. — Я рад, что этот старый пень жив. Надеюсь, ещё увидимся.

После этого Кан развернулся и ушёл в сторону леса, скрывшись между деревьями так же неожиданно, как и появился.

Мы ещё некоторое время молча провожали его глазами. Никто из нас, похоже, не понимал, что теперь делать.

— И что нам теперь делать? — тихо спросил Вел, наконец нарушив молчание.

Он посмотрел в сторону, куда ушёл Кан, затем перевёл внимание на лежащего Ракана и раздражённо потёр подбородок.

— Может, ну их всех? Им помощь предлагаешь, а они ведут себя так, будто это нам их помощь нужна.

Вел снова посмотрел на Ракана и недовольно поморщился.

— Ещё и эту тварь блохастую тащить…

Он с раздражением пнул спящего. Ракан недовольно всхрапнул, перевернулся на другой бок, подложил обе руки под щёку и сладко причмокнул губами.

Вел несколько секунд молча наблюдал за ним, после чего поморщился ещё сильнее.

— Не нравится мне всё это. Я-то думал, он нас к своим отведёт. Они расскажут всё, что видели, мы сходим, посмотрим и придумаем, что делать дальше…

Он снова посмотрел в сторону леса, где исчез Кан, и тяжело вздохнул.

— А тут… всё не так пошло. Совсем не так. И этот охотник ещё… Он нас вообще всерьёз не воспринял.

Вел был прав лишь отчасти. Всё действительно пошло совсем не по плану. И почему-то мне казалось, что Кан ещё вернётся.

— Духи предков, помогите своему сыну, — прошептал я ему вслед, после чего развернулся к ребятам. — Ну что, берём этого идиота и пошли?

— Идиота… — криво усмехнулся Лиор и сокрушённо покачал головой. — Хорошее мясо кормить проклятых. Может, нести не надо?

Во взгляде пацана плясали весёлые чертята.

— Надо, — хмыкнул я. — Если оставим, он сам никуда не пойдёт.

— А жаль, — вздохнула Айла.

Лиор первым подошёл к Ракану и подхватил его под одну руку. Вел, тяжело вздохнув, взял с другой стороны.

— Раз, два… подняли!

Мы дотащили Ракана до воды и, особо не церемонясь, просто опустили его в ручей.

Холодная вода сделала своё дело.

Недовольное мычание почти сразу сменилось раздражённым бурчанием, затем переросло в громкую ругань и угрозы в наш адрес. Правда, разобрать большую часть сказанного было невозможно. Язык Ракана заплетался, слова слипались между собой, а сам он, похоже, ещё не до конца понимал, где находится и что вообще происходит.

На всякий случай мы предусмотрительно забрали его копьё и отошли подальше.

Ракан кое-как перевернулся, упёрся руками в дно и наконец сумел подняться на четвереньки. Некоторое время он просто стоял так, тяжело дыша и мотая головой, словно надеялся таким способом привести мысли в порядок. Затем пополз к берегу и, добравшись до травы, тяжело рухнул на бок.

— Вроде живой, — заметил Вел.

— Жаль, — хмыкнул Лиор.

Ракан услышал его и что-то гневно пробормотал, после чего попытался подняться.

С первой попытки у него ничего не вышло.

Со второй он сумел встать на колени.

С третьей наконец поднялся на колени, но тут же покачнулся и едва не рухнул обратно в воду.

Мы дали ему немного времени прийти в себя. Ракан стоял на четвереньках, широко расставив руки и ноги, тяжело дышал и время от времени тряс головой. Вид у него был такой, будто он действительно перебрал с хмельным напитком и теперь никак не мог понять, почему весь мир вдруг решил качаться.

Я подошёл, присел на корточки, взял его за подбородок и заглянул в глаза.

— Очухался?

Ответом мне была пущенная слюна и невнятное мычание.

Я вздохнул.

— Давай ещё раз его в ручей. Пусть дух воды вычистит из него яд.

Ракан что-то невнятно пробурчал, но сопротивляться не стал.

Лиор и Айла взяли его с одной стороны, мы с Велом — с другой. Вместе подняли Ракана и окунули в воду.

На этот раз он выбрался на берег гораздо быстрее. Более того, даже сумел самостоятельно сесть.

— Ракан, — позвал я.

— М-м… да? Я Ракан…

— Нам надо идти к твоим родичам. Они ранены. Ты помнишь?

Мужчина насупился и нахмурился, изо всех сил напрягая остатки разума. Несколько мгновений он сидел неподвижно, словно пытался вытащить из головы хоть какую-то мысль, а потом его лицо вдруг просветлело.

— Да! Я пошёл за людьми.

— Вот и хорошо, — тут же ухватился я за эту ниточку. — Ты нашёл людей. Теперь идём к твоим родичам.

— Да, да… идём, — согласился Ракан.

Он попытался подняться на ноги, но его тут же сильно качнуло в сторону. Мы с ребятами едва успели его подхватить.

— Может, ещё раз его духу воды отдать? — с жалостью глядя на качающегося Ракана, спросил Вел.

Вот только жалел он сейчас вовсе не Ракана, а себя.

Тащить этого идиота предстояло ему и Айле — они были самыми высокими в нашей компании и почти одного роста. Мы с Лиором взрослого мужика просто не потянем. В буквальном смысле.

Сам Ракан сейчас был совершенно не способен куда-либо вести. Хорошо хоть направление нам уже объяснили.

Вел время от времени поглядывал на него с нескрываемым недовольством.

— Тяжёлый, зараза.

— Он взрослый мужчина, — заметил я.

— Вот именно. Мог бы хоть немного помочь.

Ракан что-то буркнул.

— Он что сказал? — спросил Вел.

— Не знаю. Тащи и не отвлекайся.

Айла пыхтела рядом, поддерживая Ракана с другой стороны. Лиор шёл впереди, а я замыкал нашу небольшую группу.

Ракан снова что-то пробормотал, пошатнулся и едва не повалился на ребят. Кое как но они сумели удержать его.

Когда-то в далёком будущем примерно так друзья будут провожать своих товарищей домой после слишком весёлой ночи.

Я усмехнулся собственной мысли и снова сосредоточился на дороге.

Мы шли вниз по руслу, стараясь не отходить далеко от воды. Ручей постепенно становился шире, а его берега — ниже и удобнее для перехода. Местами приходилось пробираться между густыми кустами и обходить крупные камни, выступавшие прямо из земли.

Ракан понемногу приходил в себя. Шаги всё ещё давались ему тяжело, но теперь он хотя бы перестал виснуть на ребятах. Иногда он пытался что-то сказать, но из его объяснений мы понимали лишь отдельные слова.

Через некоторое время впереди показалось большое белое дерево. Как я и предполагал, это был эвкалипт. Мы дошли до него и устроили небольшой привал в его тени.

Ракан уже почти очухался. Он сидел, слегка покачиваясь, и время от времени тёр лицо ладонями, пытаясь окончательно прийти в себя.

— Что со мной, шаман? — сипло спросил он. В голосе его теперь слышалась какая-то осторожность и даже, кажется, уважение.

— Ты повёл себя неправильно и был наказан за это, — спокойно ответил я. — Но мы не стали тебя убивать. Хотя могли бы.

— Могли… Да… — тихо согласился Ракан. Он опустил голову и после недолгого молчания совсем тихо произнёс: — Приношу вам слова благодарности и прошу простить неразумного.

— Потом поговорим о твоём искуплении, Ракан. А теперь нам пора идти. Твои родичи скоро умрут по твоей вине, — добил я и без того несчастного мужика.

— Я… я покажу дорогу.

Кривая усмешка на моём лице заставила Ракана ещё сильнее вжать голову в плечи.

— И без тебя дорогу знаю. Теперь туда, где светило спит, — сказал я, указывая на запад. — До расщелины в зелёных камнях.

Ракан побледнел, громко сглотнул и медленно кивнул.

— Твоя правда, шаман. Велика твоя сила.

Мне стоило немалых усилий сдержать улыбку. А вот Вел сдерживаться не стал и расхохотался от души, чем только сильнее напугал нашего горе-спутника.

Мы свернули от ручья и пошли в сторону заходящего солнца.

Здесь путь стал заметно тяжелее. Земля под ногами была неровной, корни то и дело цеплялись за ступни, а кусты хлестали по лицу. Ракан несколько раз останавливался, тяжело дыша, и каждый раз нам приходилось ждать, пока он немного отдышится и снова сможет идти.

Но постепенно он всё же пришёл в себя настолько, что смог передвигаться самостоятельно. Через некоторое время впереди показались большие зелёные камни. Они возвышались среди деревьев, словно кто-то специально сложил их здесь огромной кучей. Между камнями действительно обнаружился узкий проход, почти скрытый от постороннего взгляда.

Я остановился перед ним и почувствовал, как внутри снова появляется знакомое напряжение.

Опасность.