Глава 26

— Утром встаёшь по первому сигналу. Никто тут с тобой нянчиться не будет. Себя и одежду содержишь в чистоте — каждый день перед зарядкой проверка. — по дороге наставляла Антонина Сергеевна — мой очередной куратор. — Мне плевать как ты будешь учиться, главное дисциплина. В противном случае не обижайся.

— Не обижаться на что? — простодушно уточнил я, хлопая глазками.

— На то, что с тобой произойдёт, если будешь создавать проблемы. — процедила холодным тоном женщина.

— А что произойдёт-то?

Остановившись, куратор внимательно оглядела меня сквозь линзы своих очков, пытаясь уловить иронию во взгляде или словах.

— Тупой? Хотя судя по тому, что ты не тянул элементарную программу второго класса у Потенциала, так и есть.

Эта тётка мне не понравилась сразу. Слишком уж в ней много желчи и зла. Впрочем, спорить и задавать глупые вопросы я ей больше не стал, предпочитая просто игнорировать то, что она брюзжала сбоку от меня.

— Ты меня хорошо понял?

— А?

— Слышал, что я тебе сейчас сказала? — назойливо повторила куратор.

— Если честно… то нет. — спокойно, без вызова в голосе заметил я.

Антонина Сергеевна же, напротив, потихоньку закипала, что без задержек отражалось на её лице.

— Издеваешься?

— Нисколько. Если повторите, то я обязательно всё запомню. — безэмоционально ответил прожигающей меня взглядом женщине, осматриваясь вокруг.

— Считай, что ты напросился. — сухо бросила она в ответ.

Общежитие при этой школе было несколько меньше того, где я жил до этого. Куратор провела меня на второй этаж и указала комнату, в которой я буду жить. Собственно, именно в ней мы сейчас и находились: я раскладывал свои вещи, а она, напоминая нашу Мегеру, ненавидящим взглядом изучала меня со стороны.

Впрочем, к такому особому отношению мне было не привыкать, поэтому я, не обращая на женщину никакого внимания, спокойно занимался своими делами.

— Быстрее давай. — недовольно бросила куратор, поглядывая на часы и явно не зная к чему можно придраться.

* * *

Знакомство с классом я постарался предельно минимизировать. Представился, когда попросили, махнул ручкой и присел на свободное место. Смысл сближаться и рассказывать о себе, если я здесь ненадолго? Так еще и делу можно навредить, если сболтну лишнего.

Оглядев ребят, я немного удивился, что на почти три десятка человек, здесь было всего две девочки. Чем это объясняется решил разобраться позже, не желая забивать голову лишними мыслями.

Оставшиеся два урока прошли довольно быстро и скучно. Дети что-то писали, считали и не забывали изучающе поглядывать на меня. Я же, совершенно не стесняясь гонял балду. Легенда, как говорится, позволяла. Меня ведь именно за плохую успеваемость и перевели сюда. Это, как выяснилось, была себе вполне нормальная практика в тех редких случаях, когда одарённый отказывался нормально учиться.

Почему я говорю "отказывался "? Да потому что одарённые дети по определению развивались быстрее обычных и учёба редко кому из нас могла даваться с трудом. А вот бунты личности, в силу характера или иных обстоятельств, выражающиеся в отсутствии стремления к учёбе и бойкотированию общего расписания, периодически случались. Тогда таких "трудных" детей и отправляли получить "вдохновения" в одноимённую школу. Не детская колония, конечно, но подход работы здесь разительно отличался, впрочем, как и контингент.

Согласно расписанию, пока мало чем отличавшемуся от прошлой школы, после уроков нас привели на обед в столовую. Местная кухня сердце моё завоевать не смогла, но в целом, всё было съедобно. А вот помещение, после того шикарного зала, в котором я ел ещё вчера, навевало уныние — всё было скромно, дёшево и аскетично. Наверное, это называется "зажрался".

Несмотря на то, что компот был не очень вкусный, я бы даже сказал пресный, пить его было можно — никакой отравы, кроме моего настроения за такое издевательство над вкусовыми рецепторами, не было и в помине.

Судя по тому, что я вижу, отдавать своего ребёнка в такую школу ни один аристократ бы не стал. Только разве что в случае крайней бедности, когда кроме имени, ничего и не осталось. Антонина Сергеевна, кстати, периодически сверлила меня взглядом, и явно была не намерена оставлять утреннюю ситуацию без последствий для меня. Ну а мне было крайне интересно узнать, какие методы борьбы тут используют против самых проблемных детей.

Нет, будь она доброй и приятной женщиной, я бы ни за что не пытался её провоцировать и оставался бы исключительно паинькой. Но эта тётка являлась, объективно, далеко не самым приятным человеком, поэтому отыгрывать дурака и раздражать её своей простотой мне не было стыдно, а напротив, даже немного весело.

— Псс. — привлёк я внимание сидевших за столом. — А эта мегера всегда не в духе или только сегодня.

Абсолютное большинство мой вопрос просто проигнорировали. Но нашёлся и тот, кто был посмелее. Сидевший сбоку парнишка слегка на меня покосился, а затем, взяв стакан в руки и делая вид, что пьёт, негромко ответил:

— Ты ещё её сменщицу не видел. И советую не болтать.

Оно и видно — дисциплина вокруг была довольно хорошая: все молча ели, не вертелись и не галдели, что довольно трудно осуществить при таком стечение народа.

Поморщившись, а затем очередной раз улыбнувшись куратору, которая чуть ли не со старта нашего знакомства источала чёрную дымку, я как и окружающие поднялся с места и направился в сторону специального окошка, куда все сдают подносы с грязной посудой.

Удивляться тому, что на кухне в качестве посудомоек работают дети, я не стал. Очевидно, это была одна из форм наказаний провинившихся. Вот сюда бы мне и попасть…

* * *

После обеда нас повели на занятия по развитию дара, где в большом спортивном зале нас уже ожидали целых пять инструкторов.

Примечательно здесь было то, что в отличие от той школы, где я находился ранее, здесь на занятия пришёл весь класс. Да и жили мы все на одном этаже, и, соответственно, все перемещения по школе были в этом же составе.

— Так, новенький, топай сюда. Проверим тебя. — произнёс один из мужчин, пока остальные дети разбредались по группам исходя из уровня своего развития.

Это был человек среднего роста, с широкими плечами и небольшим животом. Лёгкая седина на коротких и тёмных волосах, выдавала в нем мужчину в годах, но по лицу этого было особо и не сказать.

— Здравствуйте, дядя инструктор.

— Владимир Филиппович, я. — буркнул мужчина.

— Дядя Вова?

— Владимир. Филиппович. — отрезал он и строго посмотрел на меня.

Отвечать я не стал, лишь молча кивнул головой. Инструкторы, в отличие от куратора, чёрной дымкой не светились, поэтому и я лишнее себе позволять не стал.

— Подними его как можно выше и покрути, если сможешь. — поставил он передо мной спичечный коробок.

Ну я и поднял. Высоко, над головой и даже покрутил, стоя при этом на носочках. Большинство ребят вокруг, с любопытством наблюдали за этим тестом — всем было интересно, что я умею и что из себя представляю.

— Так и запишем — "В развитии отстаёт". — вздохнул инструктор, устало качнув головой. — С помощью телекинеза подними.

— А-а-а!

Ну да, шутка так себе, конечно, на два балла. Но хоть какое-то развлечение.

Спичечный коробок взмыл к потолку едва ли не со скоростью пули, после чего также стремительно опустился на уровень глаз инструктора и стал крутиться перед ним по небольшой орбите, и вдобавок, еще и вокруг собственной оси.

— Ладно. Можешь звать меня дядя Вова. — поджав нижнюю губу и довольно кивнув, произнёс инструктор. — Даже удивительно, что тебя из Потенциала выперли. Твоя группа вон та.

Молча кивнув и улыбнувшись Владимиру Филипповичу, я последовал в указанном направлении.

— О, в коем-то веке у нас пополнение! — улыбнулся инструктор, полукольцом вокруг которого сидели дети. — Имя?

Этот был не в пример своему старшему коллеге подтянут и без какого-либо намёка на полноту. Светлые волосы и открытое лицо, а также оценивающий взгляд голубых глаз.

— Иван. Степочкин, я.

— Садись давай, Степочкин. — указав мне на свободное пространство недалеко от себя, произнёс мужчина. — Я Николай Саныч — тот, кто из вас, засранцев, тут людей делает.

Улыбнувшись такому подходу, я присел на указанное место и принялся слушать тренера.

Слушать особо было нечего. Точнее, к инструктору претензий не было, но лично мне быстро стало скучно — всю эту информацию о том, как правильно дышать, смотреть и думать, я уже не раз слышал.

В конечном итоге Николай Саныч дал нам задание и велел выполнять. Сам же поднялся на ноги и принялся ходить между рядами и наблюдать за работой.

Задание было, кстати, довольно интересное. Вся та же история со спичками, только в профиль. Для начала нужно было без помощи рук открыть коробочек, затем, вытащить спички из него, поднимая все разом или сколько сможешь. А вот следом, Николай Александрович попросил сделать в воздухе перед своим лицом произвольную фигуру. От банального квадрата или пусть даже треугольника из трёх спичинок, до того, на что хватит фантазии и сил. Передо мной красовался фасад двухэтажного дома. С окнами, дверями и даже небольшой лестницей со ступеньками.

Попотеть, конечно, пришлось изрядно, да и времени ушло уйма, но результат того стоил. Для начала я попросил ещё один спичечный коробок, после чего высыпал перед собой содержимое обоих и принялся их массово ломать напополам. Дело, кстати, тоже нелёгкое, пока не приноровишься.

И вот из полученного объёма начал уже "чертить" свой фасад. Финальным штрихом стал один из пустых коробков, установленный мной в заготовленный для него проём.

— Ну… с точки зрения инженерной мысли, тут, конечно, есть пара огрехов. — улыбнулся Николай Саныч, махнув рукой другому инструктору, подзывая того к себе. — Но моё задание ты выполнил на десять из десяти. — пытаясь сдвинуть находящиеся под моим контролем спичинки с места, произнёс инструктор. — Смотри Вова, че творит.

— Однако. — почесав репу, бросил подошедший Владимир Филиппович. — Почему, говоришь, тебя с той школы выперли?

— Вы же знаете… — опустив взгляд в пол и следом же уронив все спички, расстроенно ответил я.

— При наличии таких природных талантов, только за плохую учёбу оттуда точно не выперли бы. — присаживаясь напротив, и бегло пересчитывая количество спичинок, произнёс главный инструктор.

— Расскажи, что ты там натворил? — по-свойски улыбаясь и оглядывая меня с ног до головы, спросил Николай Саныч.

— Ну… там было несколько случаев.

— Даже так? И каких же? Булочки в столовой воровал? — иронично предположил собеседник.

— Эм… не совсем.

— Ну тогда я весь во внимании. — продолжая улыбаться и с нескрываемым любопытством меня оглядывать, произнёс старший инструктор.

— В общем, так вышло, что я нянечку в стенку впечатал разок. — опустив глаза и надув щеки, стал рассказывать я.

— И что, сразу перевели? Без воспитательных бесед и предупреждений?

— Ну… там ещё один случай был. — отметив, что окружающие заинтересовались, а это кроме инструкторов ещё пятеро мальчишек, я продолжил. — С ребятами дрался и одного охранника о стену шваркнул… пару десятков раз.

— А… ну если так. — вновь почесал затылок главный инструктор.

— Да он сам был виноват! — неподдельно искренне воскликнул я.

— Ну и персонажа нам с тобой подбросили, Колян. — хлопнув сдерживающего улыбку инструктора по плечу, бросил Владимир Филиппович и направился назад к своему столу, прежде бросив. — Надеюсь слепим из тебя настоящего воина.