Глава 10

Джерси отказывается выходить из моей спальни и остается только надеяться, что за то время, пока меня не будет, он нигде не наделает мне сюрпризов. Гостей в доме значительно прибавилось. Мне легко удается слиться с толпой и никто, вопреки моим опасениям, не видит во мне чужака. Желания спускаться к бассейну у меня нет. Во-первых, там, наверняка, Ян. Мне, конечно, хочется лицезреть его, но пространство там несколько ограничено и появление незнакомки уж точно привлечет внимание тех, кто находится рядом с ним. А, во-вторых, что мне там делать, если плавать я не собираюсь, поскольку у меня нет купальника, да и с чего мне это делать на глазах людей, которых я знать не знаю.

Замечаю у кухонного островка того Саню, который счел меня за девушку по вызову. Вместе с троицей друзей, он выстраивает на столешнице ровный ряд невысоких стопок, а блондин, резко перевернув стеклянную бутылку, махом наполняет их темной жидкостью. Другой парень делает то же самое, но разливает уже другой напиток. Потом третий, четвертый…

– Дамы и господа! – громко объявляет тот, что Саня. – Приглашаем вас принять участие в состязании «А сколько можешь ты?» и отведать убийственный коктейль «Дядя Саша», который определит ваш реальный возраст! – Гости подходят ближе, окружают самозванного ведущего сего вечера. – Напоминаю, что состязание проходит исключительно на днюхах исключительно лучших из нас и потому событие столь редкое, но долгожданное! Есть желающие проверить себя на прочность? Эй, может ты, Паш? – обращается он к мужчине с окосевшим взглядом. – Помнишь, как в старые и добрые времена?

– Эту хрень первый и последний раз я пил ещё студентом! – отвечает тот. – И тогда я очнулся в обезьяннике! Так что, катись к черту со своим коктейлем!

– Фу-у-у! Немощный старикашка! – в шутку издевается Саня. – Ладно, с этим скелетоном всё ясно. Продолжаем искать истинного смельчака, чьи яйца – тверже самого нерушимого камня на земле!

– Эй! – отвечает ему брюнетка с мокрыми и очень длинными волосами. На ней джинсовые шорты и желтый лиф от купальника. Весьма откровенного, я скажу. – Что за дискриминация по половому признаку?

– Воу-воу-воу-у-у-у! – радостно протягивает Саня. – Покажи-ка класс, крошка! Уделай этих стариканов, у которых кишка тонка отведать мой легендарный коктейль!

– Я эту хрень пить не буду! – смеясь, отнекивается девчонка. – У меня грандиозные планы на завтрашний день и вообще, я хочу сохранить достоинство!

– Да ты просто динамщица, Тоня! – кричит ей Саня. – С годами ничего не меняется!

– Эй!

Присутствующие смеются. Оказывается, в кругу незнакомых лиц и впрямь может быть весело.

– Слушай, Сань! – заявляет блондин, с которым я столкнулась на лестнице. – А может сам виновник этого вечера покажет класс и отведает твой улетный элексир?

– Идите к черту! – отвечает им Ян, появившись с противоположной от меня стороны. – Серьезно!

– Друзья, как вам идея? – заводит присутствующих предвкушающий забавное шоу Саня.

– Учитывая, что он несколько лет не проставлялся в этот день, – соглашается Паша, – конечно же ДА!

Толпа волнуется, шумит, смеется. Яна буквально выталкивают на «сцену». Он окидывает смеющимся с ноткой самоуверенности взглядом выстроенную гирлянду из «Дяди Саши». Сунув руки в передние карманы джинсов, Ян смотрит на довольную физиономию друга и одними губами произносит: «Козел ты».

– Супер! Первый игрок готов! – хохочет Саня и снова устремляет взгляд на присутствующих. – А теперь ищем соперника! Ну и? Чего опять хвосты поджали, трусы? Чего тебе ещё? – обращается он к той темноволосой Тоне, которая динамщица. Она тянет руку. – Опять хочешь сказать, что я о ком-то забыл?

– Хочу внести предложение!

– Валяй!

– Пусть именинник сам выберет соперника! Только, Ян, – смеется она, выставив руки вперед, – не меня, умоляю! Завтра ранний эфир на радио и моя речь должна быть связной!

– Тоня, это лучшее, что ты говорила за последние десять лет! – шутит Саня. – Отлично! Ян? – Он опускает руку на его плечо, а другой указывает на присутствующих. – Взгляни на эти умирающие от страха лица. Древние мумии, правда же? У кого-то завтра прямой эфир на радио, у кого-то встреча с будущей тещей, да, Паш?

– Отвали, серьезно!

– Всем этим людям страшно вступать с тобой в борьбу, – причитает его друг. – У каждого на завтра планы, дела, дела, дела. Но кому-то, – он смотрит на него, – ты, наверняка, знаешь, кому именно, нужно дать отгул. Нужно остановить бедолагу, которого по самую шею засосала рутина. Может, всё-таки Пашку? Будущая теща считает его идеальным и воспитанным мужчиной. Покажем ей, каким дикарем он может быть? Гляди и Лерку увезет от него подальше.

– Тебе зубы давно не выбивали, Сань?

Присутствующие умирают со смеху. Ян улыбается, окидывая совершенно спокойным взглядом тех, кто приехал его поздравить.

– Давай же, Ян! – торопят его девчонки.

– Ну, же, друг, – смеется Саня. – Тебе предоставляется возможность похитить один день из жизни одного из нас. Кому нужен незапланированный выходной?

А ведь каждый из присутствующих и впрямь опасается, что Ян укажет именно на него. Веселится и опасается.

– Ей, – слышу я ответ Яна, но не успеваю заметить, на кого именно он указывает. Засматриваюсь на внушительного размера женскую грудь невысокой блондинки с короткой стрижкой. Интересно, а ей не тяжело тащить перед собой эту ношу каждый божий день?

– И как же её зовут? – спрашивает Саня.

Я смотрю на Яна, а он… Почему он смотрит на меня?

– Тая.

– Тая! – повторяет Саня. – Иди-ка сюда, красавица!

«Что?! Нет!» – кричит мой взгляд.

«Иди сюда» – приказывает хитрая улыбка Яна.

* * *

Бабушка часто напоминала мне: если чувствуешь, что ситуация выходит из-под контроля – немедленно разворачивайся и беги. Вечерами она с упоением смотрела передачи по телевизору, в которых рассказывались истории о наивных девочках, столкнувшихся с самой страшной бедой двадцать первого века – бессовестностью мужчин. Когда родилась мама, мой дед встретил другую женщину. Она была значительно моложе и «мерзавец», как называла его бабушка, сыграл на её неопытности: женился, уехал в другой город и больше о нем никто и ничего не слышал.

«Попасть под влияние мужчины – опаснее, чем оказаться в лапах дикого хищника. Если второй разделается с тобой за несколько секунд, то первый будет делать это так долго, что даже оставшиеся после тебя песчинки в воздухе ещё будут испытывать невыносимую боль долгие столетия» – говорила моя бабушка. Словом, довериться мужчине, значит пойти на огромный риск. Как в лотерею играешь: кому-то повезет остаться в целости, другим же суждено быть использованными и выброшенными на произвол судьбы. И почему-то донимают меня сейчас именно эти мысли.

– Давай же, Тая! – улыбается тот блондин, протягивая мне руку. – Скромность – это чудесно, но сейчас самое время показать свой дьявольский характер!

Все радуются, уступают мне дорогу. Им весело, ведь участниками шоу им сегодня не суждено стать. Мой взгляд мечется от улыбчивого Яна к пугающе длинной гирлянде полных алкоголя стопок. Я уже догадываюсь, в чем состоит суть этого «боя», но искреннее не понимаю, почему и зачем Ян выбрал для этого кошмара МЕНЯ?!

– Тая, – обращается он ко мне голосом расслабленным и таким…безобидным что ли, – подойди, пожалуйста, ко мне.

Послушно встаю рядом с ним. Надеюсь, его тронет мой полный мольбы взгляд? Я уже даже вспомнить не могу, по какой причине согласилась выйти из своей спальни, ведь градус напряжения и паники во мне выше, чем Эйфелева башня.

– Друзья, послушайте! – чуть повышает Ян голос. – Вчера у этой девушки случилось беда: сгорела квартира, в которой она жила. Не будем вдаваться в подробности, но вы сами понимаете, что это ужасное событие и ни о какой привычной жизнерадостности речи быть не может.

– Что ты делаешь? – шепчу я, таращась на него в ужасе.

– Я выбрал тебя, Тая, – поворачивает он ко мне голову, – поскольку считаю, что тебе жизненно необходимо взять паузу. Проблемы решаются на свежую голову, а сбросить всё лишнее, избавиться от сотен других мешающих этому мыслей, поможет только остановка. Она не будет длинной, обещаю, – подмигивает мне Ян с обворожительной улыбкой, – но весьма любопытной и самое важное – полезной.

– Вот так речь! – аплодирует Саня. Гости шумят, хлопают в ладоши, ожидая представления. – Но, постойте, постойте! – он смотрит на меня. – Игра игрой, но мы не вправе заставлять тебя принимать в ней участие. Мы уважаем любое твое решение. И, кстати, – тихонько говорит он, – извини за ту мою выходку на лестнице. Я не хотел тебя обидеть.

Я в таком страшном параличе, что не сразу соображаю, о чем он говорит. Никогда прежде мне не приходилось участвовать в нечто подобном. Все эти люди связаны общим прошлым, их объединяют смешные и грустные истории, в их глазах сверкают огни многолетней дружбы. Они умеют шутить друг на другом и смеяться над собой. Эта компания – хороших и добрых друзей… Мне очень хочется в это верить, ведь, утопая в серых глазах Яна, я чувствую, что он не сделает мне ничего плохого. А, может, мне просто очень хочется и в это верить? Выдаю желаемое за действительное и на самом деле Ян просто собирается повеселиться.

И всё же, я иду наперекор своим опасениям, не говоря уже о сотне тысяч наставлений бабушки.

– Хорошо, – отвечаю я не своим голосом. Стоит Яну услышать мой ответ, как уголки его губ вздрагивают.

– Она сказала «да»! – объявляет Саня, подняв руки. – Тая, ты тут новенькая и тебе необходимо знать правила.

– О, господи…

– Нет, что ты! – опускает он тяжелую руку на мое плечо. – Они просты, как задачка по математике в первом классе. Чтобы победить этого товарища, – указывает он на Яна, поглядывающего на нас с деланной самоуверенностью, – тебе просто нужно выпить больше, чем он.

– Ужас.

– Ужас будет потом, когда «Дядя Саша» начнет действовать, – улыбается он. – А пока ты должна быстро заглотить как можно больше стопок.

– И какой приз? – спрашиваю я.

– Что? – усмехается Саня.

– Приз то какой? Я напьюсь в стельку, возможно выиграю, но ради чего я всё это делаю?

– Вообще, по окончанию состязания ни у кого не возникало желания получить что-то в качестве приза, – смеется блондин, – ведь там вообще не до… Короче, ты поймешь, что тебе будет всё равно на это. Главное – победа и овации.

– Что захочешь, – говорит мне Ян и оборонительно складывает руки на груди. От такого ответа да ещё голосом, ласкающим мои уши, у меня начинает кружиться голова.

– Выиграешь, – улыбается мне Саня, – и Ян выполнит любое твое желание.

– Прям любое? – Мне становится весело.

– В рамках разумного, – кивает мне Ян.

– А где эти рамки?

Присутствующие свистят, им надоело ждать.

– Ты почувствуешь, не волнуйся, – отвечает Ян полушепотом. Я даже не слышу его, только читаю по губам. – Начинаем?

Расправив плечи, я подхожу к торцу кухонного островка. Ян становится в противоположной стороне и опускает ладони на гладкую поверхность.

– Что здесь? – спрашиваю я, кивнув на стопки.

– Веселая ночь, о которой ты, скорее всего, забудешь! – отвечает мне улыбчивая девушка в шортах и черной свободной майке. Над её полной губой кокетливая родинка, как у Наталии Орейро. Она становится за меня и разминает мне плечи. – Мы, девчонки, с тобой, Тая! Верно?

– Да!

– Да! Уделай его!

– С такой командой поддержки у тебя есть все шансы победить!

Не могу сдержать улыбку. Яну-таки удается отвлечь меня и он явно собой доволен. Девчонки подмигивают мне, желают удачи. Мужская половина целиком и полностью на стороне именинника.

– Ну, что, ребята, – затягивает Саня, оглядев нас с Яном. Он протягивает мне игральные кости. – У кого выпадет больше, тот и начинает.

У меня выпадает десятка. Когда Ян сжимает кости в своей ладони, его заразительная улыбка откликается во мне сладким трепетом.

– Одиннадцать! – объявляет Саня. – Что ж, начинай, Ян!

Он поднимает первую стопку и останавливает на мне смеющийся взгляд.

– Удачи тебе, Тая! – салютует он и залпом выпивает прозрачную жидкость. Я всё жду, что Ян скривится, но такое чувство, будто он водичку выпил. – Твоя очередь.

Мне не удается сохранить привычное выражение лица. Горечь, кислота и огонь обжигают мое горло. Я закашливаюсь.

– Что это?!

– Мой фирменный коктейль, – подмигивает Саня. – Ничего, после третьей стопки привыкнешь. Ян, твоя очередь!

Он выпивает вторую стопку с ужаснейшей на вкус жидкостью. Его глаза смеются. Я в тысячный раз поддаюсь им, во мне разжигается азарт. На ум приходит пугающая идея, но она однозначно удивит Яна.

Следующий черед мой. Я поднимаю вторую стопку, распахиваю взгляд и салютую:

– За твое здоровье, Ян!

Горькая, кислая, терпкая на вкус жидкость вновь попадает в мое тело. Ставлю пустую стопку на стол, а мои глаза следят за Яном, чья застывшая улыбка говорит только об одном: я его удивила и он догадывается, что будет дальше.

– Третья пошла! – объявляет Саня, когда Ян выпивает следующую.

– За твои успехи, Ян! – выпиваю я.

– Четвертая залетела!

– За твои мечты, Ян!

На шестой раз дрянь, что я вливаю в себя, уже не кажется такой мерзкой. А вот на девятой от одного только вида мне становится дурно. Я даже не замечаю, когда ноги становятся мягкими, как вата. Смутно припоминаю, что минуту назад я ощутила щекочущее чувство в коленях… Может, это тот самый момент? А, впрочем, так ли он важен, если передо мной спокойный, трезвый, улыбчивый и наблюдательный Ян.

Прекрасный Ян.

Обворожительный Ян.

Мужественный Ян.

Возбуждающий меня Ян.

– Это какая уже? – спрашиваю я девчонок возле меня.

– Одиннадцатая, крошка! Уделай его!

– Ты это сделаешь!

– Давай, Тая! Дыши! Дыши! Блевать ты всё равно будешь, а победа никуда не денется.

Я поднимаю, как выясняется, одиннадцатую стопку и смотрю на нее так, будто пытаюсь втереться в доверие, чтобы она согласилась сделаться безвкусной.

– За твою сексуальнось, Ян!

Мои веки опускаются. Коктейль остается во рту слишком долго, горечь будто разъедает зубы. Проглотив кошмарнейший яд, я с трудом удерживаюсь на ногах. Хватаюсь за края гладкой столешницы, но та будто мокрая.

– Что он творит? – слышу я то громкий, то отдаленный голос…как его там зовут? – Он выпил сразу две! Ты ещё способен держаться на ногах? Тая, осилишь ли ты его…

– Нет, – машу я головой, а говорю так тихо, что сама себя не слышу. – Нет.

– Всё, хватит! Я выиграл!

Аплодисменты, свист, радостные вопли сливаются в один большой и продолжительный шум. Кто-то протягивает мне бутылку воды и я незамедлительно принимаю помощь. Облиться бы ею. Выпить всю залпом. Нырнуть!

– Ты как?

Меня кто-то тянет. С каждой минутой тело всё меньше слушается меня. Ноги расслабляются до такой степени, что я едва не падаю под островок.

– Стой, стой, стой! – Мужской голос ласкает меня. Совсем близко, почти касается моей шеи.

Перед глазами люди, движение и красивое лицо. Я стараюсь сфокусироваться на нем, но выходит не очень.

– Ян? Это ведь ты?

– Я, – усмехается он. – А ты меня уже не видишь?

– Я вообще мало, что вижу. У меня колени пополам так тюк – и всё. Правда. Ноги меня не слушаются. И рука. Сил совсем нет! Открой эту бутылку, пожалуйста. И, Ян, зачем ты сделал это?

– О чем ты сейчас думаешь, Тая? – Он забирает бутылку с водой, а через пару секунд подносит горлышко к моим губам. Мне удается сделать лишь несколько глотков, поскольку такие же бессильные руки Яна едва не роняют бутылку и на мою футболку выливается, должно быть, большая её часть. – Прости. Я сейчас неуклюжий.

– Ещё бы тебе им не быть после этого ужасного пойла! – Я стараюсь прямо взглянуть на него, но Ян будто бегает из стороны в сторону. – Зачем ты сделал это? Я же… Ох! – Хватаюсь за Яна. Моя голова, как детская карусель кружится. – Какой ужас. Ты хотел, чтобы мне было плохо?

– Ни в коем случае! Наоборот.

– Знаешь, мне сейчас совсем не айс. Да и ты тут такой стоишь…

– О чем ты сейчас думаешь? – повторяет он свой вопрос.

– О, нет! Я ещё не настолько пьяна, чтобы выдать тебе все свои грязные мыслишки на блюдечке!

Я слышу его смех и с удовольствием присоединяюсь, хотя понятия не имею, что становится причиной веселья.

– Вот бы узнать суть этих грязных мыслишек.

– Обойдешься! Я никогда не делала ничего подобного! И сейчас я думаю, как вообще согласилась на это кошмарное издевательство над моим ртом и желудком?

– Если так, значит, у меня получилось отвлечь тебя от плохих мыслей и поднять настроение. Видишь, ты смеешься, а ведь вчера у тебя сгорели все твои вещи.

– О! – пихаю я его. – Спасибо, что напомнил!

– И как? – хохочет Ян. – Прежняя грусть прикатила обратно?

Я замолкаю, пытаясь понять свои мысли. Получается с трудом.

– Мне всё равно! Ничего не вернешь, ничего не будет, как прежде! – тяну я, оперевшись лбом о его грудь. Мое тело весит килограмм двести, не меньше. – Я обожгла свой рот, – мямлю я с закрытыми глазами.

– «Этим ужасным пойлом»?

– Именно.

– Мне очень жаль, – смеется Ян. – Тебе надо прилечь.

– Надо, – соглашаюсь я, находясь в странном, будто подвешенном состоянии. – Очень надо. Лежать – это прекрасно. Это так чудесно, Ян! Кажется, именно этого я сейчас и хочу.

– Не сомневаюсь. Пойдем, я помогу тебе подняться?

Его руки опускаются на мои плечи и мне вдруг становится очень спокойно. Я знаю, что пьяна, знаю, что язык заплетается, но мне так уютно находиться в личном пространстве Яна, что я не спешу сдвинуться с места.

– Тяжелое.

– Что? – губы Яна рядом с моим ухом.

– Мое тело такое тяжелое. На мне как будто огромный булыжник лежит.

– Согласен с тобой насчет тяжелого тела. Хотел тебя на плечо закинуть, но оценил твою комплекцию и понял, что мне ни за что не потянуть. Особенно в таком состоянии.

– Негодяй! – заявляю я, пихнув его. – Каков наглец!

– Ты меня оскорбляешь с самой первой встречи, заметила? – смеется он.

– И не просто так! – Его лицо становится четким, Ян совсем рядом. Он смотрит на меня с интересом, его веки движутся очень плавно. Кто-то зовет всех к озеру, вокруг снова шум, но у меня мало того, что сил нет даже пальцем пошевелить, так ещё и дурацкое бесстрашие начинает просыпаться. В мыслях я уже в его объятиях, абсолютно голая и позволяю делать всё, что ему хочется. Как и мне… Ох, нет, Тая. Не позволяй! Крыши над головой нет, а эта работа ею тебя обеспечивает. Говорю сама с собой, но, кажется, в моем подсознании есть ещё одна я, жаждущая оказаться под ним. – Так! Мне правда нужно идти! Знаешь, спасибо тебе! Блевотная ночь мне обеспечена и я уж точно не буду думать о… – Что я вижу? Вижу, ведь да? Ян оголяет белоснежные зубы, опускает голову, а его клыки… Господи, я хочу, чтобы на моем теле от них остался след. – Я к себе! То есть, в ту комнату, где временно обитаю. Где ночую, когда работаю. Что ты делаешь?

– А что я делаю? – продолжает улыбаться Ян.

– Это твой план, да? Решил напоить меня?

– Ничуть. Сказал же, просто хотел заставить тебя не думать о насущных проблемах.

– Но теперь я думаю о проблеме, размером с этот дом! – Я ведь с ума сойду, если он только коснется меня! Мои соски так затвердели, что прикосновение к лифчику уже доставляет боль. – Спасибо за приглашение, Ян. Было весело.

Ничего подобного. Я смотрю на него, а мое тело почти чувствует его влажный язык. Он скользит вниз по животу и ласкает мой клитор, пульсирующий так сильно, что становится больно.

– Так ты позволишь мне составить тебе компанию? – спрашивает Ян.

– Не надо. Я в состоянии сама подняться и лечь в постель. А у тебя тут веселые гости. Они к тебе пришли и всё…такое.

– Как скажешь, – пожимает он плечами. – Просто хотел убедиться, что ты не свалишься с лестницы.

– Не беспокойся. Не свалюсь.

Взяв волю в кулак, я делаю шаг в сторону, чтобы обойти Яна, но это оказывается не так-то просто. Я как будто не чувствую собственных костей, колено щелкает, и Ян успевает подхватить меня. Цепляюсь за его руку, вдыхая опьяняющий меня аромат.

Черт.

Черт! Это же невыносимо!

– Там что, был наркотик?

Ян помогает мне подняться, но продолжает придерживать за плечи. Ужас ситуации в том (и я очень рада, что ещё могу давать этому оценку!), что моя задница упирается в кухонный островок, вокруг которого уже никого нет. Играет музыка, разговоры доносятся издалека, а руки Яна держат меня за плечи. Возбуждение во мне вспыхивает, как спичка.

– В этом коктейле текила, белый ром, водка и джин. Ничего запрещенного, что могло бы нарочно отключить тебя.

– Звучит заманчиво, – полушепотом говорю я, испытывая настоящую боль внизу живота. Комок моих нервов каменеет и в мгновение превращается в теплую лужицу, согревающую ноги. – Очень даже.

– Вот как. Знал бы, так обязательно об этом позаботился.

– И зачем?

– Мы ещё не так близко знакомы, чтобы я охотно делился с тобой своими мыслями, – улыбается Ян. – И, если что, они тоже грязные.

Вот же черт.

– А мне не нужны твои мысли. Желаний будет вполне достаточно.

Я говорю это вслух? Судя по темнеющему взгляду Яна, это так. Давление его тела и твердой столешницы вызывают в моем пугающие реакции. Они прекрасны, блаженны, мучительны, но чертовски опасны.

Здесь моя работа.

Здесь мой работодатель.

«Возьми себя в руки, испорченная девчонка!» – проносится ледяной голос бабушки в моей голове.

У-у-ух, как бы её сейчас разозлили мои мысли. Сколько бы скверных слов она сказала мне, зная, что в своих фантазиях я стону от сладкого наслаждения. Это было бы забавно.

– Их слишком много, – отвечает Ян, оглядев мое лицо.

– А мне не нужны все. – Во рту увлажняется. Мой язык скользит по зубам, я сглатываю слюну. Грудь наполняется, тяжелеет, я мечтаю, чтобы Ян сжимал её, кусал и управлял всем моим телом. – Только те, где ты трахаешь меня.

Сумасшедшая.

«Вся в мамашу!» – чуть ли не с плевком фыркает бабушка.