Глава 12

Ксюша

Кромешная темнота, тяжелая и вязкая, точно кисель, поглотила без остатка. Я боялась пошевелиться, только часто дышала. Так часто, что болели легкие и кружилась голова. Сердце колотилось, норовя выпрыгнуть из груди от обуявшего неподконтрольного ужаса. Шорохи. Они доносились с разных сторон и не поддавались объяснению. Я не могла себя заставить открыть глаза, ведь знала, что все равно не увижу ни зги, и станет только страшней, а так оставалась хоть какая-то иллюзия выбора. Я крепче стиснула веки, кулаки и зубы, отчаянно цепляясь за остатки воли…

«Archive — Whore» только ко второму куплету пробилась сквозь дурной сон. Кто-то очень желал пообщаться. Уронив с тумбочки фонарик, я нащупала мобильный и, все еще не открывая глаз, с облегчением выдохнула в трубку:

— Да!

— Здравствуй, Ксения! Разбудила? Долго спишь, уже почти полдень!

Как обычно менторский тон и разочарованные нотки. Ощущение, что эта женщина будет довольна, только если я лично попрошу поднять мне оплату. Мгновенно сбросив остатки сна, я села на кровати, утерев ладонью лицо и, стараясь не выдать раздражения поздоровалась:

— Добрый день, Наталья Эдуардовна.

Звонок от хозяйки квартиры, да еще вкупе с ночным кошмаром, вряд ли сулил что-то хорошее. Обычно все общение с желчной дамой сводилось к тому, что раз в месяц я переводила ей деньги, получая в ответ короткое сообщение: «Получила, спасибо». Я судорожно постаралась припомнить, не забыла ли вчера закрыть кран, принимая душ на автопилоте в состоянии крайней усталости. Нет, тогда меня бы уже разбудили соседи. Стуком в дверь и намноо-о-го раньше.

— Обстоятельства таковы, — продолжала хозяйка, — что я больше не намерена сдавать эту квартиру. Моя дочь выходит замуж, и они с женихом желают въехать как можно скорей.

Блин! Я поморщилась и упала на подушку. Пускай эта однушка не ахти, но довольно уютная и оплата приемлемая. Район хороший, до метро пешком всего десять минут и на работу удобно ездить. От предвкушения всего того геморроя, который неизменно сопровождал поиск нового жилья, заранее сводило скулы.

— Алло! Алло? Ты меня услышала?

— Да, я освобожу квартиру к концу месяца.

— Ксюша, я надеялась, что ты пойдешь молодым навстречу, и съедешь пораньше… — принялась было уговаривать меня женщина.

Я задумалась. Покупка фотокамеры и объективов серьезно подорвала мой бюджет, при всем желании нет у меня достаточной суммы, чтобы прямо сейчас снять новое жилье и заплатить агенту, а на самостоятельный поиск требуется время. Эх, повышение сейчас мне ой как не помешало бы…

— Ксения? Алло!

Может, попросить аванс и стрясти долг с Ветлинской…

— Хорошо, Наталья Эдуардовна. Перечислите, пожалуйста, мне на карту залог, и я постараюсь съехать на этих выходных.

Теперь уже зависла хозяйка, взвешивая «за» и «против». Конечно, редко кто готов вернуть, наверняка, уже потраченные деньги.

— Ладно, Ксения, можешь остаться до конца месяца, — наконец, приняла она нелегкое решение. — Но имей ввиду, я проверю, в каком состоянии квартира, — голос владелицы прямо сочился недовольством из-за того, что вынуждена поступить по совести.

— Огромное спасибо! — искренне поблагодарила я ее и сбросила звонок.

Радуясь выигранному времени и досадуя неожиданной неприятности, я прикрыла глаза, переваривая новость. Переезжать откровенно не хотелось. Эту квартирку я нашла чуть меньше года назад и никуда перебираться не планировала.

— Что ж. Может, новые хозяева окажутся не против котенка? — я постаралась хоть в этом найти позитив.

Положив смартфон на тумбочку, протянула руку, чтобы поднять с пола фонарик. Поиграла переключателем. Неплотные шторы на окнах радовали проникающими в комнату солнечными лучами. Глядя в окно, пробормотала:

— Куда ночь, туда и сон, — и погасила за ненадобностью ночник.

Это давно уже не суеверие, просто привычная присказка вроде мантры, нужная просто для того, чтобы поскорее вернуть психологическое равновесие. Тягостное чувство потихоньку отпускало, и я отправилась в душ. После водных процедур и завтрака принялась шерстить сайты объявлений, не гнушаясь группами соцсетей. Порой, там тоже можно найти что-то стоящее. Время от времени я набирала Машку Ветлинскую. Однажды я выручила подругу, теперь пришла ее очередь.

Спустя полтора часа у меня закружилась голова от многочисленных предложений, фотографий и адресов, среди которых ничего стоящего не обнаружилось. Машка пока не брала трубку. Наверное, чуяла, что разговор вряд ли выйдет приятным. После вчерашних нагрузок тело изрядно ныло и, несмотря на поздний подъем, меня так и тянуло прилечь. Решив, что пришла пора передохнуть, я включила свой любимый йога-канал и с удовольствием позанималась, чувствуя, как в забитые вчерашней беготней мышцы постепенно возвращается подвижность. Едва закончила, когда на экране мигнуло сообщение, заставив меня броситься к компьютеру, полагая, что это кто-то из арендодателей — я оставила отклик на добрый десяток объявлений.

Сообщение оказалось от Варьки:

«Это бомба! Посмотри, не пожалеешь! ДО КОНЦА!!!!!»

Корткий текст сопровождался кучей крышесносных смайликов и ссылкой на видеоролик.

— Хм…

Обложка ролика говорила о том, что это что-то о страйкболе, и я нажала на «плей», разворачивая окошко на весь экран. Колонки грянули, придавая действию эпика. Ролик показался мне здоровским. Хотя я и не фанатка подобных видео, но с точки зрения съемки и ракурсов, поставила бы оператору твердую пятерку на свой дилетантский взгляд.

— Нужно научиться снимать хоть в половину так же! — восхищенно воскликнула я, и осеклась, вдруг увидев собственное лицо.

Нам с Анваром в ролике отводилось почти треть минуты, я словно снова оказалась там. Заново пережила все ощущения, но сейчас эмоций было больше. В тот раз я мало что видела, но теперь, наблюдая все со стороны, видя выражение лица, я не знала как реагировать, а по телу бежали мурашки, как от просмотра качественного фильма. Глубоко вдохнула, осознав, что задержала дыхание на последних кадрах и со смешком сделала вывод:

— Ничего круче с мужчиной у меня еще не было.

Нервно хихикнула нелепому сравнению, и вдруг поняла, что до этого момента так ни разу и не вспомнила о несостоявшемся поцелуе с Котом.

Подумала о вчерашнем вечере. Как же я рада за Варьку! А Ермак — мужик. Кстати, о мужиках. Вчерашний вечер ненавязчивый флирт и внимание командира «Дровосеков» настроили меня на благожелательный лад. А уж счастливая развязка Варькиной проблемы и вовсе заставила сердце тоскливо биться в груди. Я всерьез решилась попробовать дать Косте шанс, почувствовав потребность в новых отношениях. Но вмешался Анвар, в миг растоптав всю мою решимость. Его злой взгляд и презрительная ухмылка напрочь разрушили всю романтику. Сразу вспомнив намек про палатку, я остановилась. Не смогла, и предпочла ретироваться. Кажется, я теперь вообще ни с кем больше целоваться не смогу, буду вспоминать его рожу каждый раз. Тряхнув головой, отогнала наваждение. Пробормотала в пространство:

— Все к лучшему.

А затем нашла в ролике тот самый момент. Пересмотрела волнующие кадры. А потом еще раз. И еще. После пятого повтора, пальцы набрали коротенький ответ:

«Я в шоке!»

Мелодия мобильника заставила вздрогнуть. Подсознательно я ждала плохих новостей от хозяйки. В конце концов ей ничего не мешает просто выставить меня за дверь. В юридическую силу бумажки, что подписала при заселении, мне верилось слабо. Вопреки моим опасениям на этот раз с экрана улыбалась шикарная блондинка с чуть вьющимися волосами и ярко-красными губами, того самого оттенка, когда очень пикантно, но до «вульгарно» не хватает еще несколько тонов.

— Ветлинская, привет! — заорала я в трубку и, путаясь в легких шторах, вывалилась на балкон.

С одиннадцатого этажа двор и близлежащие улицы казались сплошным изумрудным морем — всего за одни сутки листва распустилась и скрыла детские площадки, тротуары и улочки.

— Звонила? Прости, я отсыпалась. Звук выключен был.

Голос Машки звучал до отвращения бодро.

— Ничего, я сама поднялась почти в двенадцать, — ворчливо успокоила ее я.

— Божечки-кошечки! Так тебя можно поздравить?

Машка явно заподозрила меня в отношениях.

— Пока не с чем, — засмеялась я, памятуя о единодушии, с которым они с Варькой пытаются меня пристроить.

Кажется подруг больше, чем меня саму тяготит мое одиночество. Это, наверное, единственное, в чем они, такие разные, проявляют удивительное единодушие.

— Как в целом дела?

— Как сказать? Из хорошего: фотик новый приобрела. Зато сегодня хозяйка квартиры «обрадовала». Нужно новое жилье искать.

— Божечки-кошечки! Опять?! — ужаснулась Машка, не понаслышке знакомая с этой тягостной процедурой.

Я вздохнула:

— Что-то не везет мне с жильем.

— Это ж бабок надо… — сочувственно протянула Ветлинская и весьма кстати вспомнила: — Ой! Я же тебе денег должна!

Обрадовавшись, что не пришлось самой поднимать эту тему, я подтвердила:

— Если честно, потому и звонила. Сможешь вернуть к концу месяца?

Машка с ее авантюризмом, нестабильными доходами и привычкой жить не по средствам была не самым надежным кредитором, и занимала я ей скрепя сердце и готовая навсегда попрощаться с этими деньгами, но вопреки всем опасениям, она даже не стала мяться и просить отсрочки.

— О’кей! Только маленькая просьба, выручишь сегодня меня?

— Ладно, — ответила я с некоторой опаской.

От Машки можно ожидать чего угодно.

— Вот и отлично! — голос подруги зазвенел от ликования — Через сорок минут жду тебя в нашей кофейне, не опаздывай! Оденься удобно для недолгой поездки и не планируй ничего на вечер! — выпалила она одной тирадой и повесила трубку, прежде чем я успела задать хоть один вопрос.

По опыту я знала, перезванивать бесполезно — в этом вся Ветлинская. Заинтригует и за уши втянет в авантюру. Несмотря на ее радостный голос, чувство беды нависло над моей головой, точно снежный козырек над подъездом — хлопни чуть сильнее дверью, и глыба обрушится прямо на глупую башку.

Тем не менее через тридцать минут я уже выбиралась из метро на поверхность. Здесь почти в центре Москвы на одной из старых улочек расположилась кофейня «Plesuar», где мы с подругами иногда встречались после работы. Несетевое заведение неизвестно как выдерживало конкуренцию с заполонившими все и вся собратьями. Собственная пекарня с выпечкой на вынос, запах корицы, винтажный интерьер и на удивление демократичные цены когда-то покорили наши сердца и желудки, сделав неизменным местом для встреч. Здесь не бывало слишком людно, играла тихая музыка, которая не мешала разговорам, а неизменный улыбчивый парень с модностриженой бородой и туннелями в ушах — бармен и официант в одном флаконе — кажется, знал всех посетителей в лицо, включая вкусовые пристрастия.

Машка по обычаю опоздала, и я проторчала одна за столиком добрые пятнадцать минут, прежде чем она подкралась незаметно сзади и посмотрела в очередной раз запущенный мной от скуки ролик на экране смартфона, и только потом обозначила свое присутствие восторженным возгласом:

— Божечки-кошечки! Это же блокбастер с тобой в главной роли! Последняя сцена достойна «Оскара». Признайся, постановка?

— Маха! — вскрикнула я, вскочив на ноги и схватившись за сердце. — Напугала, блин!

Мы крепко обнялись, приветствуя друг друга.

Ветлинская благоухала свежестью и дорогими духами. Щеголяла прической «живописный беспорядок», над которой, зуб даю, провозились не меньше получаса, укладывая каждую прядку. Дополняли облик успешной и ухоженной девушки нейтральный, профессионально наложенный макияж и идеальный маникюр — она всегда тщательно следила за руками. Коротенькое платьице с белым верхом, юбкой-разлетайкой в цветочек, и широким атласным пояском кремового цвета сидело потрясающе. Длинные сияющие гладкостью и ровным загаром ноги, обутые в классические в тон поясу лодочки на шпильке притягивали взгляды сидящих за соседним столиком парней. Ярко-салатовый кардиган ставил точку в образе девушки-весны.

— М-да, ты бы хоть предупредила, если мы куда-то идем вместе, а то начинаю подозревать, что тебе потребовалась «некрасивая подружка».

Памятуя о ее наставлениях, я оделась удобно и теперь в простой футболке с принтом, изображающим лисью мордочку, обтягивающих джинсах и балетках, почти не накрашенная, без толкового маникюра и с невнятной гулькой на голове, явно не вписывалась туда, куда бы там Ветлинская не собиралась меня затащить.

— Прекрати! Выглядишь отлично, — не моргнув глазом соврала Машка и добавила: — При условии, что мы едем в разные места.

Я одарила ее укоризненным взглядом, а потом мы рассмеялись.

— Ты ведь согласна мне помочь? — спросила подруга и добавила заискивающе: —Согласна?

— Добрый день!

Тот самый бармен-официант собственноручно поставил перед нами две порции глясе и корзинку с ещё теплыми улитками с корицей.

Мы дружно его поблагодарили, и я отметила, как он задержал взгляд на Машке, едва обратив на меня внимание. Этим все сказано. Моя шутка про некрасивую подружку как-то стала реальнее. За кофе мы вкратце обсудили последние новости, прежде чем заговорила, собственно, о деле. Узнав, в чем оно заключается, я даже вскочила, едва не уронив стул.

— Ветлинская, нет! Нет! Нет! И, нет! — шипела я, выпучив глаза на строящую умильную рожицу подругу. — Маха, нет! Даже не проси!