Глава 6

Восемь лет назад…

— Что насчёт него?

— Хм. Нет. — Я сделала глоток кофе со льдом, рассматривая прохожих. — Она милая.

Спрятав глаза за тёмными очками, Пит сидел, откинувшись на спинку стула, полностью расслабившись.

— Думаешь, тебе могут нравиться девушки?

Я думаю, что мне может нравиться он. На самом деле, я уверена, что он мне нравится. Но с тем же успехом я могу пожелать луну с неба.

— Знаешь, я полагаю, это зависит от человека, а не от того, что у него в штанах.

— Не представлял, что это прозвучит настолько зрело. — Он пожал плечами и кивнул. — Но да, я согласен.

Сегодня день подарков (прим. второй день после рождества). Мы решили избегать переполненных торговых центров, пляжей и нашли хорошее, спокойное кафе. Из-за его дерьмовой семейной ситуации и отсутствия девушки, я убедила папу пригласить Пита пообедать с нами в таверне «Пальмсвудс». Пит утверждал, что может готовить, но папа точно не мог. Кроме того, он был слишком занят, чтобы купить продукты. Мы жили на еде на вынос больше недели или около того. Ужин вне дома был лучшим выходом. И я с этим согласна.

— Ты позвонил сестре на Рождество? — спросила я. — Её зовут Кристина, не так ли?

— Да. — Тень прошла по его лицу. — Она на несколько лет моложе меня. Мы ладили, но не очень близки. Во-первых, она живёт в другом конце страны. Вероятно, чтобы не проводить много времени с папой.

— Ты говорил, что у неё есть дети?

Он пожал плечами.

— Учатся в начальных классах. Они милые. Она выкладывает фотографии в Facebook.

Я кивнула.

— Честно говоря, я разговариваю с тобой больше, чем с ней. Может мне стоит принять тебя как свою младшую сестру? Разместить твою фотографию в Facebook. — Он улыбнулся. — Как думаешь?

— Я не твоя младшая сестра.

Пит снял очки и нахмурился. Но это было направлено не на меня.

— Что?

— Один идиот, вон там, глазеет на тебя, — сказал он. — Да, я вижу тебя. Отведи взгляд, придурок.

И действительно, у стойки стоял серфингист, ожидая свой кофе. Милая улыбка. Горячее тело. Не такое, как у Пита, но не могли же мы все быть ходячим совершенством.

— Разве мы не сидим здесь, разглядывая людей? — спросила я.

Он проигнорировал меня, продолжая бормотать…

— Почему бы тебе не надеть грёбаную рубашку? Ты же не на пляже сейчас. Придурок.

Очевидно, он не следил за словами. Пит следил, как парень выходит из кафе, его рот превратился в тонкую линию, а тело напряглось.

— Ему не меньше двадцати. Слишком стар для тебя, ты ещё ребёнок.

Я нахмурилась.

— Я не всегда буду ребёнком.

— Но сейчас ты ребёнок.

Пятница. Настоящее…

Из-за выпитого джина с тоником, на следующее утро у меня болела голова. Я снова надела бикини, шорты и футболку, приняла обезболивающее и двинулась дальше. Калундра, прибрежный городок, находился всего в пятнадцати-двадцати минутах езды. Мне потребовалось немного времени, чтобы найти место для парковки на Кингс-Бич, затем я пошла к океану. Волны выглядели слишком большими, и я не была уверена, что моё тело с ними справится.

Я не снимала очки, чтобы не ослепнуть. На пляже находилось много семей и детей, кричащих от восторга. Немного кофе и яйца бенедикт приведут меня в чувство. Я нашла кафе на пляже, где сидела и размышляла о пальмах, белом песке и кристально-голубой воде, простирающейся до горизонта. Красиво.

Насколько я знала, единственное событие на сегодня — это барбекю с семьёй Шанти. К счастью, у меня ещё много времени, чтобы взять себя в руки. Между долгой поездкой и частым пьянством, я чувствовала себя немного слабой. Мне необходим отдых.

Я чувствовала себя почти человеком, пока ехала домой с опущенными стёклами и ветром, дующим мне в лицо. Удивительно, но в середине дня машина Пита стояла на подъездной дорожке.

Мужчина стоял на крыльце, уперев руки в бока. Он не должен так хорошо выглядеть в брюках-карго и рубашке поло с логотипом компании. Но, конечно же, ему это шло.

— Где, чёрт возьми, ты была?

Я подняла брови.

— На пляже. А что?

— Ты не могла сказать кому-нибудь об этом или, может быть, ответить на звонок?

Ха.

— Я забыла проверить телефон.

— Ты забыла проверить?

— Да, — ответила я. — Скажи на милость, что такого ужасного произошло?

Он склонил голову и посмотрел на меня, его челюсть ходила туда-сюда. Он сильно хмурился, но в его взгляде проскальзывало сомнение. Затем он повернулся и ушёл в дом.

Вау. Хорошо.

Я отряхнула оставшийся песок со своих биркенштоков (прим. Birkenstocks — прим. обувь в виде шлёпок или сандалий), и не торопясь собрала влажные полотенца и вещи. Потому что ни один здравомыслящий человек не бросится вслед за капризным медведем в его логово. На самом деле, у меня не такое большое количество инстинктов выживания. Они просто не стремились вмешиваться. Но, честно говоря, что это за вечное мозго*бство? У меня ПМС проходили с меньшим перепадом настроения, чем у этого человека.

— Думал, ты не хотела мочить волосы, — сказал он обвинительным тоном, как только я вошла внутрь. Он сидел, ссутулившись, на одном из обеденных стульев, стуча ладонями по обеденному столу.

— Я передумала.

Бормотание.

— Серьёзно, в чём твоя проблема? — спросила я, расстраиваясь всё больше.

Несмотря на то, что я приняла душ на пляже, мои волосы всё ещё полны соли и сильно спутались. Я перекинула их через плечо, убирая с потной шеи. День обещал быть душным.

— Ты всегда рекомендовал пляж, как способ избавиться от похмелья. Я подумала, что могу попробовать.

Ещё одно бормотание.

— Мы теперь будем общаться на языке пещерных людей? — спросила я. — Потому что я не уверена, что это сработает.

— Я не в настроение для твоего сарказма.

— Я была не в настроении, для того, чтобы на меня кричали во дворе, как на непослушного ребёнка, — проговорила я. — Полагаю, мы квиты.

Бледно-голубые глаза стали ледяными.

— Пит. — Я сжала ремень своей сумки. — Что происходит?

— Твой отец попросил меня заехать и забрать тебя, — сказал он, смотря на стену. — Он хочет, чтобы ты присутствовала на деловой встрече. Посмотрела, что и как. И хотелось бы знать, что ты думаешь.

— Он ничего не говорил об этом прошлой ночью.

— Я пытался позвонить тебе, чтобы сообщить об этом, но ты не брала трубку.

— Я плавала, — сообщила я спокойным голосом. Стараясь не ударить его по голове сумкой, как мне того хотелось. Ради интереса, я вытащила телефон из сумки. Пять пропущенных звонков. Довольно много.

— Потом я позавтракала. Я оставила телефон в машине, и не подумала, что нужно проверить сообщения, когда вернулась обратно.

Его челюсть напряглась.

— Я волновался.

— Да?

— Что, если бы ты попала в аварию, а я понятия не имел, где ты находишься?

— Ладно. — Я сделала глубокий вдох. Наконец мы сдвинулись с места. Не то, что люди не заботились обо мне, но это немного чересчур. — Что, если в будущем, я буду оставлять записки?

— И проверять свой телефон.

— Так и сделаю.

Напряжение немного оставило его плечи.

— Хорошо.

— А теперь ты извинишься, за то, что накричал на меня, вместо того, чтобы поговорить о проблемах, как взрослый человек.

Он посмотрел на меня. Я ждала. Через какое-то время он вздохнул.

— Извини. Я не должен был так говорить с тобой. Я просто…

— Ты волновался. Я поняла это, — сказала я.

— Ты готова идти?

— Нет. — Я почесала голову. — Мне нужно принять душ и переодеться.

Он кивнул.

— Пожалуйста, побыстрее — люди ждут.

***

На встрече присутствовал папа, Пит и двое прорабов от каждой из строительных команд. Они говорили о текущей работе (хотя в это время года было довольно тихо, к тому же близилась папина свадьба), о том, что предстоит сделать и поделились сплетнями в их отрасли. Всё это время я сидела в углу с чашкой кофе и делала заметки в телефоне. Пока все не ушли, меня полностью игнорировали. Что было неплохо.

— Ты там в игру играешь? — спросил Пит. — Мы не потревожили тебя?

— На самом деле, проводила исследование и делала пару заметок. — Я улыбнулась ему лучшей своей профессиональной улыбкой. — Похоже, всё идёт так же гладко, как и всегда. Если я выйду на работу, Хельга сможет ввести меня в курс всех административных деталей. Но если вы хотите, чтобы я занималась и клиентами, то мне нужно будет научиться много чему новому.

— Ты быстро научишься, — решительно сказал он.

Папины брови слегка сдвинулись.

— Я говорил, что это будет нелегко, милая. Но мы поддержим тебя на каждом этапе.

— Так вы предлагаете мне подумать о способах расширить бизнес? — спросила я.

— И об этом тоже.

— Здесь вы говорите с потенциальными клиентами?

— Да, — ответил папа. — Если они к нам приходят. Обычно, всё сводится к подписанию бумаг. Сначала мы идём к ним и проверяем поле деятельности.

Я кивнула.

— Хорошо. Офису неплохо бы начать работать, к тому же здесь нет компьютера. Сейчас многие ваши поставщики выставляют цены с фотографиями онлайн.

— Вот для чего планшеты. — Папа махнул рукой на планшет, лежащий перед ним.

— Возможно, вы подумаете и о том, чтобы установить здесь экран, — добавила я. — Я так понимаю, вы получаете работу по рекомендации кого-нибудь?

— Правильно, — ответил папа, — рекомендации от подрядчиков и клиентов.

— Может потому, что ваш сайт полный отстой. Он, вообще, обновлялся за последние пятнадцать лет? — спросила я. — Если вы хотите продвигать бизнес, то вам придётся обновить его. Там слишком мало информации. Я бы предложила сделать пару профессиональных фотографий предыдущих работ. Некоторые можно вставить в рамки и повесить здесь.

Пит моргнул.

— Так твоя помощь заключается в том, чтобы сделать всё немного красивее?

— Как насчёт того, чтобы вы жили в нынешнем веке и были более доступны для потенциальных клиентов?

— В её словах есть смысл. — Папа почесал голову, обдумывая.

— Вы находитесь на низком уровне в онлайн-поиске. Можете посмотреть.

— Звучит так, будто будет потрачено много денег, — пробурчал Пит.

— Вы хотите расширяться, но не хотите вкладываться в рекламу? — выстрелила я в ответ.

— Эй, что происходит между вами? — спросил папа, слегка повысив голос. — Я думал, что вы уже разобрались в этом.

Пит ничего не ответил. Но негативные флюиды продолжали исходить от него.

— Это всё, что я пока придумала. — Я поднялась на ноги, собирая вещи. — Не переживай, папа. Завра ты женишься. Мысли только позитивно.

Он вздохнул, вставая.

— Тогда мы закончили?

— Да. — Пит кивнул и постучал ручкой по столу.

— Милая, хочешь провести вечер, помогая мне подготовить задний двор? — спросил папа. — Нужно будет залезать на лестницы и деревья, чтобы развесить фонарики.

— Звучит отлично. Могу я сначала зайти к Хельге?

— Конечно.

***

На барбекю, в основном, присутствовала семья Шанти, которая прилетела из Дарвина. Милые люди. Очень болтливы. Я чувствовала себя немного ошеломлённой всем происходящим. Да, я общалась с людьми на работе и за её пределами. Но это было чересчур. Семейное барбекю теперь будет означать две дюжины человек и настоящий экзотический пир. Было такое разнообразие еды — турецкий хлеб и соусы, огромные тарелки мезе (прим. разные закуски), различные салаты и аппетитное мясо на гриле. Довольно скоро, я наелась так, что больше ничего не могла в себя впихнуть.

Кроме того, я не смогла придерживаться плана по спасению моей печени от алкоголя. Каждый раз, когда я опускала стакан, кто-то давал мне другой. Двоюродный брат Шанти владел винодельней, и вино текло рекой. И это было чертовски круто.

Тем временем, Пит продолжал общаться со мной в основном ворчанием и взглядами. Сложный язык. Такой богатый, разнообразный и полный нюансов. Хотя нет. В основном, нам удавалось избегать друг друга.

— Адель, как ты, моя дорогая? — громко спросила Шанти. Скорее всего, она тоже выпила пару коктейлей. Может быть, предсвадебный мандраж?

— Хорошо, отлично. А ты как?

— Фантастично. Разве это не великолепная ночь? — Она обняла меня за талию, прижимаясь ко мне. — И ты выглядишь просто великолепно.

— Ты тешишь моё эго.

— Что? Я говорю правду.

Мы засмеялись. Я остановилась на миди-платье из шамбре, которое мне очень нравилось. У него был красивый V-образный вырез, который заканчивался достаточно низко, чтобы я пренебрегла бюстгальтером, но оно было сшито на заказ и очень элегантное. Я убрала волосы, обнажая шею.

Шанти щёлкнула языком.

— Твой нос стал розовым от солнца.

— Чёрт.

Папа присоединился к нам и осмотрел мой загар.

— Говорил же тебе, чтобы ты носила шляпу.

— Я нанесла солнцезащитный крем.

Пит стоял рядом. Он был загнан в угол двумя сёстрами Шанти. Я не могла винить их за это. Даже если в данный момент он раздражал меня до чёртиков. Не было никакой необходимости в таком его поведении на собрании. Если он не хочет, чтобы я работала с ними, ему нужно прямо заявить об этом.

Я улыбнулась.

— Я ездила на пляж этим утром. Может тогда и загорела.

— Тебе нужно быть осторожной, — ответила Шанти.

— Такое больше не произойдёт. Обещаю.

— Эндрю, её бокал пуст. — Шанти взяла мой наполовину полный бокал и передала его папе.

— Что ты пьёшь, милая?

— Самильон, спасибо.

Когда папа исчез, Шанти прошептала мне на ухо:

— Как странно, что Леоны здесь нет.

— Её пригласили?

— Пит обычно приводит её с собой. Интересно, не поссорились ли они? У него подавленное настроение. — Её взгляд блуждал по гостям, приглашённым на барбекю. — Ты действительно выглядишь великолепно, дорогая.

— Ты тоже.

Она сжала меня в объятиях, и её роскошный шёлковый кафтан закружился вокруг неё в буйстве красок.

— Питер придёт в себя, и я уверена, вы снова станете хорошими друзьями.

— У нас всё хорошо, — ответила я. — К сожалению, у меня есть дар раздражать его.

— Да, твой отец упоминал…

Шанти повернулась туда, где Питер всё ещё стоял с её сестрами, такими же великолепными, как и она. Может быть, именно поэтому он и не привёл Леону. Набрать очков на свадьбе было старой традицией. Конечно, он выглядел ослепительно. Сегодня он надел чёрные брюки и белую рубашку. Рукава закатал до локтей, и расстегнул пару верхних пуговиц. Чёрт бы побрал его и его грубую красоту, которая всё время мелькала перед моими глазами, даже через комнату. По правде говоря, трезвая я или нет, он крепко засел в моей голове.

— Должно быть, это очень странно для него — знать тебя ещё подростком, а теперь увидеть, как ты выросла и стала такой красивой, — сказала Шанти. — Похоже, ему очень хочется присматривать за тобой этим вечером.

Я облизнула губы.

— Может он думает, что я собираюсь танцевать на столе.

Шанти рассмеялась.

— Это было бы то ещё зрелище.

— Вот. — Папа протянул мне полный бокал вина. И учитывая, что бокал был похож на кубок, всё может легко превратиться в полный хаос.

— Спасибо.

— Как прошёл твой визит в офис? — спросила Шанти.

— Хельге понравились её идеи, — ответил папа. — Чем скорее, тем лучше.

— У этой женщины определённо есть места получше. — Я улыбнулась. — Она показала мне фотографии своего сада и внуков. У неё есть грандиозные планы устроить переворот и занять место президента в местном крокетном клубе.

— Хорошо для неё. Теперь всё зависит от тебя, милая.

Шанти хлопнула в ладоши.

— Я очень надеюсь, что у нас всё получится, и ты будешь жить гораздо ближе, Адель.

— Я тоже. Твоя тетушка хотела бы поговорить с тобой, когда ты освободишься. — Папа подал Шанти руку, и они ушли.

Пит словно почувствовал мой взгляд на нём и поднял голову. Началось очень взрослое и цивилизованное соревнование взглядами. Чёрт возьми, я бы отвернулась первой, независимо от того, как я чувствовала себя внутри. Возможно, он размышлял о моей смерти. Лучше всего мне спать сегодня с закрытой дверью. Поставить стул под ручку или что-то в этом роде. Главное спланировать всё заранее. В конце концов, он извинился и подошёл ко мне.

— Адель.

— Если моя работа здесь проблема для тебя, я хочу, чтобы ты сказал мне об этом.

Его брови поднялись.

— Сразу к делу, да?

— Думаю, так лучше всего, разве нет?

Он ничего не ответил.

— Да или нет, Пит. Это очень просто, — сказала я, стараясь говорить тихо. — Не беспокойся об отце. Я скажу, что меня это не интересует. Но в этот раз, я хочу услышать твой честный ответ.

— Мой честный ответ. — Он улыбнулся и показались его зубы. — Хорошо. Я думаю, что если ты вернёшься и возьмёшься за работу, то в скором времени тебе станет скучно, и ты снова уйдёшь, опять оставив после себя полный беспорядок.

— Это то, что ты думаешь?

Он поднял подбородок.

— Это то, что я думаю.

— Вау. Хорошо. — Я была шокирована. Мои плечи опустились. Словно весь воздух из меня выпустили. Подумать только, я думала, что мы поладили. Как быстро всё изменилось. — Спасибо, что был честен. Хоть и жесток.

— Всегда пожалуйста.

Я выпила больше половины вина. Мне это было необходимо.

— Знаешь, когда я сегодня вернулся домой и не нашёл тебя, — начал он, — на мгновение, подумал, что ты собрала вещи и вернулась на юг.

Я замерла.

— Подожди, что?

— Да. Подумал, что ты уехала, не сказав ни слова.

— Но все мои вещи были у тебя, — сказала я, сморщив нос от недоверия. — Я всего лишь была на пляже.

— Точно. Я понял это. — Он кивнул. — Но знаешь, то, что я подумал, что ты могла просто уйти, о многом говорит, не так ли?

— Да, Пит. Это говорит о твоём неврозе.

— Не можешь не дерзить, да? — Он улыбнулся, затем сглотнул. — Но вот в чём дело. Я не доверяю тебе, детка. Вот к чему все сводится.

— Ты не хочешь доверять мне.

— Может быть. А есть разница?

Моя улыбка дрогнула.

— На самом деле не имеет значение, что я говорю и делаю. Ты никогда не простишь меня.

Он отсалютовал мне бокалом.

— Доброй ночи.

***

Хейзел: Если ты не спишь, то нам нужно поговорить. Если ты ещё не проснулась, нам всё равно нужно поговорить.

Я: Блин, проснулась.

Хейзел: Звоню.

— Мне нужны новости, — сказала Хейзел, как только я подняла трубку.

— И тебе привет.

— Что происходит в солнечном штате?

Я застонала.

— Ты точно хочешь знать?

— О Боже, я знаю этот тон. Что ты сделала?

— Хорошо. — Я глубоко вздохнула. — Итак, мы поговорили, и я обняла его.

— Ты обняла его или трахнула? Говори правду.

— Только обняла, честно, — ответила я. — Я старалась держать себя в руках.

— Ха. И всё?

— Видимо, этого было достаточно. Целый день он ходил несчастный.

— Придурок.

— О да, — пробормотала я. — Я не заслуживаю доверия, и хуже всех.

— Не знаю. Должно быть, это было адское объятие.

— Я даже не щупала его. Всё было довольно сдержанно. — Я плюхнулась на кровать. — Как Мэгги и всё остальное?

— Хорошо, просто прекрасно, — ответила она. — Мы просто скучные старые пердуны. Теперь мы будем жить через тебя. Что ещё произошло?

— Хм. Я познакомилась с его девушкой. Хотя он говорит, что она больше друг, нежели девушка.

— Ох.

— Адвокат. Великолепная. Худая.

— Чёрт бы её побрал.

— Ага.

— Собираешься ли ты снова его обнимать?

— Не думаю, что он будет рад такому поведению, — ответила я. — Что ты хочешь, чтобы я сделала? Наброситься на него в тёмном коридоре? Подкрасться к нему, когда он спит?

— Уверена, что оба этих варианта, будут рассматриваться как нападение.

— Тогда точно нет. В любом случае, сейчас я предпочитаю пнуть его.

— Хм.

— Мы так хорошо ладили, — начала я. — Делились мыслями и даже чувствами.

— Звучит пугающе.

Я ничего на это не ответила.

— Особенно для таких, как ты, кто обычно избегает всего этого.

— Это твоё профессиональное мнение?

— Моё профессиональное мнение заключается в том, что из-за грязного развода твоих родителей и парня, который отверг тебя, когда тебе было восемнадцать, ты решила, что таких эмоциональных осложнений в твоей жизни не будет, — проговорила она. — По крайней мере, по большей части. Так было безопаснее, верно?

— Я не говорю, что эмоции — это плохо, и они мои враги, потому что это прозвучало бы безумно. Но мы все знаем, что так и есть.

— Да, но теперь ты снова включила их, и вот, что происходит.

— Теперь уже нет, он полностью закрылся от меня, — ответила я.

Она прочистила горло.

— Жаль, что всё пошло наперекосяк.

— Я выживу. Спасибо, что выслушала и дала совет.

— Всегда пожалуйста, — сказала она. — Позвони мне, если соберёшься сделать что-то слишком безумное и тебе нужно будет поговорит напоследок.

— Ха. Конечно. Я поняла.

— Спокойной ночи.