Глава 18 с минус три. Во всех смыслах

Мы сидели, обложившись со всех сторон папками с подробными данными на невест. Невесты тем временем располагались в отдельном крыле — даже студентки Академии переезжали из своих комнат. Арман фон Буран решил держать их под собственным контролем.

Угу, он все еще думал, что контролировал отбор.

Пусть.

Во-первых, увлечется и не будет мне мешать. Во-вторых, мы с Филиппом решили на пару дней его оставить в покое и усыпить его бдительность — а потом уже приступать к мести. В-третьих, это даже хорошо, что он сам собрался проводить первый конкурс по пению, без моего участия.

У меня не было на это времени. Да и участие мое, если что, не требовалось — я уже насколько возможно поучаствовала. И еще на начальных стадиях убрала всех с ангельскими голосками.

Так что могла сосредоточиться пока на свиданиях.

— Где там у нас стопка с земноводными? — пропыхтел Феникс.

— В смысле, самые змеи из невест? — заинтересовался Тигра.

— В смысле те, кто боится земноводных, — покачала головой я и показала на несколько папок слева. — Туда складывай.

— Мы до смерти или как? — уточнил Еди, сплевывая виноградную косточку, и просматривая очередную запись.

— Это ты почему спросил?

— Да нашел тут парочку, склонную к самоубийствам…

Я задумалась. И решительно покачала головой:

— Нет. Максимум покалечить — потом вылечить. И домой отправить.

— Ну так можно убить, потом поднять — и домой отпра-авить, — удивился А-аа.

— Хм, а ведь правда, некромантки… Кто с задатками — откладывайте вот сюда.

— Они на кладбище пойдут? — склонил голову Еди.

— Именно они на кладбище как раз не пойдут, — покачала я головой. И кровожадно усмехнулась.

Демонский смех мне пока не давался, но я не отчаивалась — репетировала время от времени, когда совсем становилось невмоготу.

Я сердилась. Устала. Расстроилась. Но не давала себе и шанса на то, чтобы раскиснуть. Не дождутся! После свадьбы отдохну.

А сейчас…

В общем, этому миру повезло, что я пересмотрела всех холостяков и «Форт Боярд». Свидания будут… Зрелищными.

— Ты уже решила, кого пустим в расход первыми? — осторожно спросил Тигра. Они с единорожкой как никто чувствовали мое настроение. И потому сидели дальше всех.

Эмпаты фиговы.

— Думаю пока, — буркнула.

Меня угнетал еще один момент.

Ладно, количество баб вокруг ректора будет уменьшаться — вообще не вопрос. И я рядом. Но ведь не только я нужна, но и Анжелика как таковая, чтобы у ректора голова кругом — с одной стороны верный и веселый Анж, с другой — сексуальная блондинка, а с третьей полудохлые кандидатки.

А как это сделать в данных условиях?

Затеряться-то теперь среди невест не получится… Надо появиться, мелькнуть яркой звездой, подогреть интерес и снова исчезнуть.

При мысли о звезде что-то такое появилось…

Нет, пропало.

Еще и солнце палило и мешало думать — а ведь сегодня вечером уже первое свидание.

— Жара, — протянул хрипло Феникс.

— Ты просто горишь, — спокойно заметил Гриф.

— Что за… — не договорил птиц и исчез с пшиком.

— Какой ненадежный друг, — поджал каменный клюв гриффон.

— И правда жарко, — зевнул Чва-Чва. — А-аа, может вы сделаете с единорогом попрохладнее?

— У вас есть кондиционер? — заинтересовалась я.

— Да нет, я просто могу сплести заклинание холода, а змейка распространить его на довольно большую территорию, — пожал плечами розовый.

— Вы гениальны! — меня, наконец, осенило.

— Э-э? — не поняли зверята.

— Так, ну-ка найдите мне папки с невестами, которые прибыли с самого юга. Оттуда, где никогда не бывает снега.

— А-га, — поняли зверята.

Таковых нашлось четверо. Убрала из них самую страшненькую — она и так вылетит — и вчиталась в текст да всмотрелась в портреты.

Чем они таким мажутся, что под палящим солнцем сохраняют белые волосы и кожу? В принципе, если их увезут в неизвестном направлении сразу со свидания, можно будет порыться в их косметичках…

Я удовлетворенно вздохнула.

— В общем, план такой…

— Ух! — сказал Альдорелло и восхищенно уставился на меня. Я скромно кивнула и поправила теплый камзол, отороченный мехом.

А то.

Оранжерея была укрыта снегом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍С потолка сыпались серебряные искорки снежинок, магические лампочки таинственно переливались, сверкала снежно-ледовая горка, а огромный фонтан посередине превратился в каток.

Ректор, одевшийся по этому случаю в шубу, огромный шарф и варежки выглядел еще более мило, чем раньше.

— Откуда ты знаешь, что это были мои любимейшие развлечения в детстве? — спросил он восторженно.

Скромно пожала плечами.

Теперь знаю.

— Хотите? — кивнула на коньки и горку.

— Так ведь невесты…

— Пятнадцать минут у нас есть, — я улыбнулась. И первая бросилась вперед, залезла на горку и с визгом скатилась.

Алик не остался в стороне.

Скатился вслед за мной, потом передо мной, потом мы паровозиком…

Ничего такого, но сердечко екало.

Мы надели полозья коньков — привязывать их надо было прямо к ботинкам специальными кожаными шнурками.

Я встала на лед, изящно развернулась, прокатилась вокруг фигуры, торчащей посередине, и сделала один оборот в прыжке.

— Анж, где ты этому научился?!

В хоккейной коробке во дворе, конечно.

— У нас речка замерзает возле города, — улыбнулась. Еще и тому, что ректор закружился не хуже моего и расхохотался от удовольствия.

Сердце замерло снова.

Зверята, прятавшиеся за деревьями, тактично приглушили свет и…

— Есть кто-нибудь?!

Черт. Невесты. Я и забыла про них.

Ректор, похоже, тоже. Но развернулся с широкой улыбкой:

— Мы здесь! — он помахал рукой. И тут же нахмурился. — А почему они не одеты? — шепнул мне.

— Так испытание, — шепнула в ответ. — Если такие сильные магички, то смогут укрыть себя теплым пологом.

Говорить, что они могут и не знать это заклинание я не стала. Нечего. Нужно было хорошо учиться, значит.

— Точно! — ректор просиял. — Идите сюда! — крикнул он онемевшим во всех смыслах девушкам. Одна едва ли не плакала и с ужасом смотрела на белое безобразие. Первокурсница, наверное, которая — она и в столице еще не зимовала.

Пока девицы добирались, мы прокатились по кругу еще несколько раз. Потом я, как верный помощник, помогла им с коньками и даже подала руку, чтобы они перебрались через бортик.

Девушки уже посинели и стучали зубами. Ну-ну, кто же носит на первом свидании наряды, обнажающие чуть ли не до пупа?

Дальше все развивалось вполне ожидаемо.

Девицы, чтобы не упасть, повисли на ректоре. Ректор крякнул и нахмурился — он не очень-то любил, чтобы на нем висели, я заметила.

Попытался вырваться и отъехать.

Те, понятное дело, вцепились еще сильнее. Он подумал, что вывернется. Они подумали, что без поддержки точно не выживут.

Одна из них догадалась, что если избавится от других претенденток на руку ректора — в прямом смысле — то выжить будет значительно легче.

Я отступила к бортику и уселась на него, приготовившись наслаждаться шоу.

— Семок? — спросил мягко забравшийся на тот же бортик Тигра. Он не участвовал в поддержке заклинания, так что решил поддержать меня.

— Давай, — я кивнула.

Мы продолжили смотреть то ли триллер, то ли комедию.

Расхристанный уже слегка Алик пытался кататься.

Девицы пытались избавиться друг от друга.

Эта куча-мала хаотично перемещалась в разные стороны и периодически попискивала.

Наконец, кому-то из блондинок удалось отцепить вмерзшие руки соперницы и отправить ее в путешествие по скользкому льду. Та не растерялась и, падая, схватилась за ногу обидчицы, так что в путешествие отправились обе.

Третья, что осталась на ногах, с победным вскриком обхватила Алика со спины, но вместо надежных объятий получила шубу, которая с него снялась не без помощи прищуренного глаза Тигры.

Алик, почувствовав свободу, вырвался вперед. Девушка, не поняв, что под ней не ректор, а мех, принялась целовать шубу.

Невесты, что начали валяться раньше, ползком добрались до конкурентки с меховушкой.

Та, решив, что у нее пытаются отобрать мужчину, швырнула в них боевым шаром. Шар, не долетев, замерз и вместо того, чтобы взорваться, ударил одну из кандидаток по голове.

Дальше началась бойня.

Даже Алик засмотрелся, как неуравновешенные блондинки мутузят друг друга и пытаются вырвать волосы.

Но потом он очнулся и рявкнул:

— Хватит! Вон!

И подкрепил свой крик заклинанием.

Все троих, фактически, вышвырнуло из оранжереи, так что мы с Тигрой едва увернулись. А блондин поднял со вздохом шубу:

— Истерички! Такую вещь испортили. И вечер…

Я подкатила к нему и печально кивнула:

— А я ведь так старался… хотел, чтобы они стали немного вам ближе… познакомились с вашими любимыми вещами… — аж самой стало грустно.

— Ну-ну, Анж… — ректор смутился. — Поверь мне, я очень ценю, что ты сделал…

Он похлопал меня по плечу.

Я вздохнула. И вытерла навернувшиеся слезы.

— А вечер еще не испорчен. Почему бы не воспользоваться… всем этим?

И мы начали пользоваться.

Снова катались, смеялись, разговаривали.

Потом сняли коньки и залезли на горку. Построили снежную бабу; и я научила ректора делать снежного ангела. Откуда-то полилась чудесная музыка, а лампочки вдруг взлетели и принялись кружиться в хороводе.

Ректор недоуменно посмотрел вверх.

— Простите, — я покаянно вздохнула. — Так было задумано. Я ведь не знал, что мы останемся одни…

Он кивнул, а потом весело прищурился и кинул в меня снежком.

Я в ответ. Причем попала удачнее — это у них тут зима не больше месяца, а я из России все таки.

В ответ в меня прилетел огромный снежный ком.

Ах так?!

Завязался настоящий бой. Мы уже не просто кидались снежками, а охапками снега, толкали и мутузили друг-друга, роняли в сугробы…

Я в очередной раз толкнула Алика, он не устоял на ногах, начал заваливаться и утянул меня за собой.

И мы оба замерли.

Я — лежа на нем. Он — лежа подо мной. Такой красивый. Мужественный.

Тихонько вздохнула.

В глазах ректора мелькнуло выражение непонимания.

Я чуть наклонилась.

Его губы приоткрылись….

— Таратарарашечки тебе в зад! Ты и Анж?! — прогремел вдруг над нашими головами голос.

Бешеный.

Громкий.

И очень знакомый.