Глава 27, переживательная. Ну, то есть, всех пережить планирую

— Отдай.

— Я не уверена…

— Отдавай, сказал!

— Дело в том, что…

— Мешок золота тому, кто продержится дольше всех.

— Ну…

— Почетная медаль от королевской семьи.

— Но…

— Ладно, каждому вплетаю волос единорога — чтобы ни одного волоса не упало. Согласны? Или еще абонемент в тюрьму подарить? У меня есть годовой — на всех хватит.

— Последнего не надо!

Симпатичные горожаночки вскинулись и замотали отрицательно головами. А потом подвели ко мне двух очаровательных пятилетних малышей. На данный момент очаровательных — знала я, во что они превратятся минут через десять, когда некому будет дать ЦУ страшным материнским голосом.

Я поудобнее перехватила пытающегося вырваться из моих рук годовасика и подпихнула пацанов к А-аа, не забыв прошептать им, что для них у меня секретное задание — сорвать как можно больше бантиков с платьев девиц.

Такса проста.

Один принесенный бантик — одна конфета.

Количество детей в комнате с надписью «Кастинг» — а как еще мне было заманить всех этих тыжматерей? — зашкаливало.

И были они от совсем замечательно пахнущих ползунков — ха! без памперсов — это по-нашему! — до семилеток, уже споро обдирающих позолоту с обоев.

Прелесть, а не детки.

Зверята сбили их в похрюкивающую кучку, положив на себя самых маленьких, и потащили в наш любимый зал для приемов, удобный тем, что там были внутренние галереи второго этажа, на которых зрителям можно было укрыться в безопасности.

А матерям следить за своими кровинушками, которым жутко раздраженный Еди и правда воткнул на манер пера индейца по защитному волосу в волосы.

Травм и жертв среди пупсиков мне не надо было.

А на невест… да пофигу. Тем более, что не только Алик пришел в восторг от этой идеи, но и его родители, уже отчаявшиеся дождаться внуков. Ведь мы подбирали не только жену, но и мать будущим детям — а как это проверить? Да просто запустить в клетку к хищникам безоружных жертв…

Тьфу, то есть невест в манеж. Полный розовощеких и кудрявых ангелочков.

Гы-гы.

Испытание заключалось в том, чтобы расположить к себе как можно большее количество детей. Развлечь старших, укачать младших…

Да что там, по меньшей мере просто остаться в живых! Что, судя по шоку и панике на лицах, этим блондинкам особо не грозило.

Я лишь покачала головой глядя сверху с галереи в компании семейства фон Полюбин-Девуа на прижавшихся к стеночке восьмерых девиц.

Я, кстати, искренне пыталась сделать правильный и действительно нужный конкурс. И искренне надеялась, что расстроенный последними событиями Арман получит таки вожделенную должность благодаря восторженным отзывам.

Вот только Арман и так все получил — и для начала, письмо от короля, где тот пожаловался, что во дворце мало кого осталось и мероприятия сделались пресными, а всех так и тянет под любыми предлогами в Академию и игорные дома — и он вообще не понимает, почему? И просит Армана как можно быстрее приступить к своим новым обязанностям.

Потому мой друг ходил с блаженным видом и вообще наср… плевал теперь на мои идеи и их последствия.

А девицы впали в ступор и не шевелились, надеясь, что их просто не заметят.

Но тут один из юрких годовасиков обратил внимание на что-то новое и зефирно-воздушно-женственное и подал сигнал. И вот уже три чертовых дюжины повернулись к блондиночкам.

И пошли на них.

Некоторые побежали. Другие поползли.

Бл..ть, а выглядело и правда страшновато.

— Свет, свет, они лезут на свет! — прошептал мне Арман, уместно вспомнив бородатый анекдот.

И гнусно захихикал. Все таки общение со мной не проходит зря.

Невесты ошалело заметались, моляще сложив рученьки в сторону зверья. Но те стояли кремнем — я их туда отправила детей защищать от этих, а не этих… от детей.

Вперед шагнула самая храбрая блондинка. И принялась причитать какую-то песенку, надеясь сплотить вокруг себя самых адекватных.

Это она зря. Самым адекватным я как раз дополнительные задания и дала.

Мы продолжали наблюдать.

Хм, одна уже молится в углу на коленях.

О, вот эту точно исключат — она громко орала и истерично отчитывала нескольких девочек, которые всего то хотели рассмотреть её роскошное платьюшко. Ну оторвали несколько кусочков нечаянно — ну зачем лялечкам настроение портить?

О, вот эта, кажется, в обморок собирается свалиться… А нет, передумала. Вперед нее свалилась другая и ее тут же погребло под наползшими младенцами.

— Анж… — задумчиво произнес рядом Камиллар.

— Да? — я даже не поворачивалась — картина внизу приковала внимание каждого.

— Что ты там говорил по поводу желания работать инквизитором?

— Ой правда?! — я восторженно запрыгала, — Ну в смысле…Поговорим после финала?

Уймись, деточка. Вряд ли он захочет видеть тебя потом…

Печалька выдавила из меня слезки. Но происходящее — восторженный стон. Несколько детишек постарше уже зажали в углу парочку кандидаток и, кажется, вариант «кошелек или жизнь» выглядел гуманнее.

Кто-то радостно делал прическу из длинных белых волос… ничего, короткая стрижка — тоже модно.

Кто-то подвывал в такт истеричному уже веселью самой стойкой красотки.

Другие ревели от происходящего — а может и от того, что им жертва не досталась — а потом рев подхватывали те, кто был рядом, как раз, когда первые успокаивались.

Звери, глядя на все это остановившимися взглядами, все больше нервничали.

Придворные нервничали.

Мамаши тоже нервничали.

И ведь без последствий все эти нервы не обойдутся… Ладно, чего пугать детей магией — пойду так разберусь. Не впервой.

Спустилась вниз и прошла в зал. Хм, а в 3D даже страшнее смотрится…

Прошла в самую гущу событий, попутно подхватив на руки самых расстроенных малышей — ууу, изверги, не дали по себе топтаться, орут на няшечек — и громко, заявила:

— Хотите покататься на карусели?

Конечно хотят. Нормально развлекаться здесь не умеют — я давно это заметила. Детишки отлепились от своих носителей и стеклись ко мне.

Я взглядом показала зверям место рядом.

Еди недоверчиво дернул глазом.

Птиц закашлялся.

А-аа свернулся смертельными кольцами.

А Тигра прорычал:

— Анж…Какую в ж…карусель? Я хищное животное.

Я как ни в чем не бывало сообщила собравшейся вокруг малышне:

— Сейчас звери станут в круг и будут катать вас по очереди под музыку.

И снова сурово посмотрела на зверят.

Феникс первым пришел в себя от моей наглости — еще бы, ему ж не катать. Летать только.

— Ты еще на кол нас посади, ду…душа наша. Чтоб двигались синхронно…

— Ты блин думай, что говориш-шь… — занервничал А-аа, глядя на воодушевленную меня.

— Не будет такого, я магический зверь, а не деревянная лошадка! — буркнул Еди.

— Ну пожа-алуйста… — сделала я глазки. Хотелось деток развлечь все-таки, а то что зря они сюда тащились.

Глазки не помогли.

Ну ладно, сами напросились.

Я повернулась к замершей в ожидании ребятне и грустно объявила:

— Дети… Они сказали, что не хотят с вами играть в карусель…

Ух, команда «фас» питбулю и та не была бы эффективней.

В общем, не прошло и десяти минут, как ситуация нормализовалась.

Звери работали.

Дети катались, стояли в очереди, самые догадливые — торговали билетами.

Несколько слегка окосевших невест помогали стоять в очереди самым маленьких, а самых-самых маленьких еще и укачивали.

Их и стоило, пожалуй, выбрать — но это уже не ко мне.

Ночь перед финалом я не спала.

Понимала, что завтра все решится окончательно и бесповоротно — или я решусь окончательно. Или меня решат бесповоротно. И это меня пугало до жути.

Было ощущение, что все это время я радостно скакала по лесу с корзинкой, дружила с волком, бабушкой и охотниками — но вот уже опушка и мне придется из леса выйти.

В реальную жизнь.

Зал мы обставили как должно. Со всей изысканностью боксерского клуба.

Транспаранты. Синий и красный цвет. Трибуны и флаги. Ну и полураздетые красотки с подобием попкорна — здесь его заменяли маленькие фруктовые клубни. А уж сколько Филиппу с Арманом пришлось приложить усилий чтобы сделать магические световые рампы над рингами, представлявшими собой бассейны для драки.

Скамейки — довольно неудобные, кстати, зато удобно вскакивать и болеть — ломились от публики.

— Не многовато народу-то? — я удивилась.

— Так здесь все, — пожал плечами Феникс.

Я сглотнула.

Ага, на королевской скамейке все…

И там где фон Полюбины-Девуа тоже…

Да и в принципе… придворные. Советники. Бывшие невесты. Свисающие как гроздья в окнах студенты.

Ну и главная «ложа» с организаторами и собственно виновником торжества. В окружении стражи — чтоб заранее на сувениры не разобрали — и дознавателей во главе с Палачом.

Эти во всех смыслах по мою душу.

Пи..ц.

— Анж! Иди к нам! — махнул мне радостно блондинчик и указал на оставленное местечко.

Ну уж нет. Я тут пока. В сторонке.

— Еди, — сдавленно прошептала я единорогу. — Ты уверен, что одного браслета хватит?

Он внимательно осмотрел зал. А потом, кажется, мысленно со мной попрощался.

— Рви еще три волосины. И знаешь чо…Мы как бы тоже с тобой.

Так что мы остались отдельной суровой грудой.

Благодушно настроенный Арман взял магический рупор и толкнул отличную речь, как же все счастливы, что Отбор подходит к концу — да еще и таким вот распрекрасным образом.

Он-то как раз выглядел счастливым.

И собирался комментировать из непосредственной близости.

Заиграла торжественная музыка и к бассейнам с чистейшей лечебной грязью приблизились четыре финалистки.

— Бл…ть, — я не сдержалась, глядя на их кружевные панталоны до щиколоток и закрытые до шеи рубашки. — Я ж им сказала — в купальных костюмах!

— Так они в купальных костюмах, — розовый недоуменно покосился на меня рогом.

— Ну и как я должна среди них затеряться? — прохныкала, вспоминая свое вязаное бикини под камзолом.

Тут уже на меня посмотрели все звери:

— А ты собиралась затеряться?!

Ядосадливо махнула рукой.

— Чтобы поединок был честным и оградить невест от помощи, вот за этот магический барьер ни один мужчина не проберется, пока все не закончится. И выйти оттуда никто не сможет. А еще внутри него не возможна никакая магия! — продолжил пояснения Арман. Я только хмыкнула. Угу, никакая, кроме заложенной. Природой так сказать. — Девушки должны будут драться по двое в своих коры…бассейнах, а победительницы сойдутся в честной последней битве. Ну что, вы готовы?!

Ух ты.

А музычку-то какую подобрал!

Толпа взревела.

Невесты залезли в бассейны.

И…

Хм. Она точно думает победить, пытаясь вырыть в грязи ямку?

А вот она? Она ж блин…. поливает соперницу, чуть ли не нежно. Еще масочку бы предложила ей сделать для лица.

А эта? Да она испачкаться боится! Ага, стоя по колено в грязи

Это были самые скучные бои всех времен и народов!

— Все-таки я была права, — сказала удовлетворенно и подмигнула А-аа.

— Чего я не знаю? — насупился единорог на наши перемигивания.

— Того что…

Договорить я не успела.

С диким грохотом обвалилась часть стены возле нас и возникла…

— Катрин… — я сглотнула. — А вы откуда?

Впрочем, может и не стоило спрашивать. Уж не знаю, где она была все это время, но то, что с ней там делали… В общем, я так полагаю это делают на кастингах в порно-фильмах. Нет-нет, я не смотрела — мне рассказывали.

Демоница-в-очень-откровенном-платье, слегка пошатываясь, обвела одухотворенным взором зал и удивленно округлила губы.

— О, а у вас тут не менее весело.

Чем еще больше подтвердила мои подозрения.

И не успела я ей что-либо сказать, как она уже лезла на ринг. И даже Кам, бросившийся наперерез мамочке, не смог помешать.

— Так что ты там говорила про «была права»? — немного обеспокоено спросил Еди.

— Грязь. Зачаровали. Чтоб у них там все… веселей пошло, минут через пять после начала, — я уже почти хныкала

— Агрессивин с адреналином. Пятьдесят на пятьдесят. Эффект на десять минут — а потом должна была появиться Анжелика, — если бы А-аа мог делать рука-лицо он бы сделал.

Хвостом по морде выглядело не так.

Потому что когда Катрин появилась на ринге, невестушки, уже изрядно вдохнувшие грязевых паров, обратили свой взор на нее. И, мысленно посовещавшись между собой, точно определили, кто здесь лишний.

Огненная и не поняла сначала.

Как поняла — призвала свою силу…Да только не было ее внутри. И рассерженный сына не мог пробиться — мы на славу барьер делали. Половину кристаллов Академии туда закачали.

А Катька, какой бы ни была оторвой и роскошной, оказалась в общем-то одна против четверых.

У которых натурально уже скрючило пальцы и загорелись глазки.

Так вот что адреналинушка животворящий делает…

— Я пошла, — сказала убито и действительно пошла.

Уж не знаю, как я собиралась провернуть до этого победу, но сейчас понимала — ждать нельзя. И смело шагнула за барьер, вызвав недоуменный вдох окружающих. И встала плечом к плечу с Огненной.

И пошло грязевое рубилово.

И полетели руки-ноги девичьи.

И мордасы в пол впечатались.

И превратились локоны в копьюшки…

— Все-таки опыт не пропьешь, — сообщила мне демоница, заламывая очередную рученьку.

— Ага, — я сидела на спине у другой кандидатки.

Та затихла.

Да и остальные тоже.

Действие-то грязи закончилось.

Хм, странно, а ведь ВСЁ затихло. Вокруг тоже…

Я привстала. И сглотнула.

Смотрели на меня и молчали все. А больше всех смотрели Альдорелло с Камилларом. Вот прям возле барьера смотрели. И смотрели так….

В общем, я уже подумывала, а не выиграть ли мне путевку в Ад?

— Он же… — прошептала одна из невест.

И все шумно вздохнули.

— Ты выдала себя, чтобы спасти меня? — расчувствовалась Катя.

Я лишь вяло махнула рукой. Что уж там… Пора уже…так что хуже не будет…

Ан нет… ошибалась.

Потому что демоница вдруг всмотрелась в лицо сына, потом перевела взгляд на меня…

— Да ты же… — прошипела она.

Но её прервали.

У входа в зал раздался шум и вперед выступила расхристанная розово-рюшевая дамочка, которая тащила за собой осоловело глядящего молодого человека в одних кальсонах:

— Я требую чтобы мне объяснили! — и уставилась на меня и завизжала — Ага, так и знала! Это же…

И все снова посмотрели на меня.

А я что?

А я стянула парик и смущенно улыбнулась.

— Я же… ради любви.

И вздрогнула от восхищенного голоса короля:

— Арман… Если твои вечеринки не будут похожи на это — можешь меня не приглашать.