Глава 15

Карим Сегодняшний отчет о передвижениях Зары выбил меня из колеи. Как умалишенный прокручиваю те четыре фотографии, на которых она стоит с Асланом. И не просто стоит – он прижимает ее к груди и смотрит так, что у меня внутри все клокочет от гнева и безысходности. Увеличиваю снимок, всматриваюсь в лицо то друга, то жены. Она растеряна и смущена, он как всегда слишком серьезный. Но что-то едва уловимое, другое мелькает в его взгляде даже через экран. И мне это очень не нравится. Нахожу его номер в телефонной книге, нажимаю на вызов и, стиснув зубы, жду. когда снимет трубку. – Да? – Аслан спокойный, как удав. – Вечером можешь заехать? – без приветствий, сходу спрашиваю. – Что-то случилось? Заинтригован. Неужели не понимает, почему я звоню? Он же знает, что Зару “ведут”. – Поговорить надо. – Хорошо. К семи подъеду. Отключаюсь. Снова захожу в мессенджер и открываю ее фотографии. Я теперь как чертов сталкер – наблюдаю за любимой женщиной издалека, слежу за каждым ее шагом, но уже не имею никакой власти над ней. И снова возвращаюсь к снимку у ресторана. Аслан открывает Заре дверь. Она улыбается. Следующий кадр – они стоят непозволительно близко друг к другу. Раздраженно опускаю руку, в которой держу телефон, на кровать. В памяти выуживаю эпизод десятилетней давности, когда сам же и познакоми Аслана с Зарой. Что он тогда сказал? “Какая красивая девушка. У нее есть парень?” А я ответил: “Я ее парень. Это моя девочка”. Удивительная вещь – человеческая память. Я не помню ровным счетом ничего, что случилось со мной за последний год, но помню, как увидел Зару впервые после ее возвращения из Англии. В тот день мы с Асланом занимались его новой машиной, которую он только купил в салоне. Он просил меня ему помочь, так как впервые взял автомобиль в масле и даже боялся ездить на нем по городу. Он радовался, как ребенок, хотя для меня тачка из центра давно не была чем-то сверхъестественным. После обеда позвонила мама и спросила, могу ли я приехать домой,так как у них сейчас Сатаевы. Наши с Зарой родители часто собирались друг у друга, а мне это было неинтересно. Но мама, чуть понизив голос, сказала: – Они привезли с собой Зару. Она недавно прилетела из Лондона. Наверное, мама поняла, что эта девчонка зацепила меня еще тогда, когда я пялился на ее фотографию с концерта. Ту, где она была в черном платье. – Я с Асланом сейчас, – объяснил матери. – Приезжайте вместе. Весь день катаетесь, хоть пообедаете нормально. Тогда я не стал говорить Аслану, что к моим родителям мы едим, чтобы посмотреть на мелкую, которая с детства ходила за нами с Искандером хвостиком. Ее сестра Аделина, или Ада, была всегда серьезная и неприступная. А Зара – ну просто шило в одном месте. Еще на ступеньках дома я на секунду замер. Из открытых окон доносились звуки рояля, и у меня от этого внутри все замерло, словно сердце сначала оставили, а потом запустили. – Это твоя мама играет? – поинтересовался Аслан. – Нет, – покачал я головой, уверенный, что за роялем Зара. Конечно, это была она. Помню, как еще школьницей она играла у нас, но мне всегда было все равно. Более того, это раздражало. А теперь хотелось слушать и смотреть на нее – хрупкую, тонкую, нежную. А еще почему-то врезался в память ее образ: белая юбка, небесно- голубая блузка в тонкую белую полоску и в тон ей лента в волосах. В тот день она была похожа на гимназистку. Мы остановились в дверях гостиной и смотрели, как Зара своими длинными изящными пальцами перебирала клавиши рояля. Она играла по памяти, и была погружена только в музыку, будто никого вокруг не существовало. Только она и Шопен, которого, как я потом узнал, она очень любит. Во мне в тот момент что-то щелкнуло, словно кто-то поднял тумблер и внутри все заискрилось и засияло. Не видя ее лица, я от одного ее присутствия чуть не сошел с катушек и пришлось сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы кое- кого усмирить. Наконец, она закончила, поставив плавную точку. – Браво, – произнес это как можно громче, чтоб уж наверняка, все поняла и обернулась. – Карим, – спокойная улыбка озарила ее лицо. Не было больше надоедливой девчонки- хвостика. Передо мной стояла девушка, которая знала себе цену. Но все- таки подойдя ближе и приобняв ее в знак приветствия, я понял, что ее напускная холодность – лишь маска. Сердце Зары стучало так, что я его услышал. Остальное уже не имело знания. За столом мама забросала Зару вопросами об учебе, потому что сама в юности занималась музыкой. Ее ответы я пропускал мимо ушей, больше смотрел, но так, чтобы было незаметно. Хотя это и было сложно. Ей было 23, мне 28, но в тот момент я чувствовал себя мальчишкой. На моем фоне Аслан казался, наверное, старше и серьёзней1. Он говорил о политике и экономической ситуации в стране моим отцом и Габитом – папой Зары. После обеда мы уехали по делам. Аслан осторожно вел свой новенький “Лексус” и внимательно следил за дорогой. На светофоре он неожиданно сказал, все также глядя в лобовое стекло: – Слушай, а ты давно знаешь Зару? – С пяти лет, – я мгновенно напрягся. – Со дня ее рождения. А что? – Очень красивая девушка. Интересно, парень есть,– это был не вопрос, а его мысли вслух. Я прочистил горло и отчеканил твердо: – Я ее парень. Это моя девочка, брат. Он повернул голову и быстро посмотрел на меня. – Всё понял, – коротко кивнув, он вцепился в руль и нажал на газ. Больше о Заре он меня не спрашивал, а вскоре и у него появилась девушка. Правда, за пару недель до нашей свадьбе они расстались и Зара предположила, что ему может понравится ее подруга Индира. Но искра между ними не проскочила. Снова глядя на фотографии в телефоне, начинаю звереть и до приезда Аслана, чувствую себя неважно. Проще говоря, я на взводе. В этом дурацком настроении позвонил Чингизу – директору столичного филиала и ору на него за то, что не поставил меня в известность об их с Зарой разговоре. Это ведь он сказал ей, что Линара получала от меня больше миллиона. Умом понимаю, что он не виноват в моей семейной драме, но ничего не могу с собой поделать. Бедный Чингиз, который работает в Астанинском офисе еще со времен моего отца, стал козлом отпущения. Стыдно за то, что я сорвал на нем злость перед визитом друга. Потом позвоню и попрошу не держать зла. *** – Привет, брат! – зайдя в гостевую спальню, Аслн подходит ко мне и пожимает руку, которую я ему протянул. – Что-то случилось? –Случилось, – севшим голосом заявил я и отдал ему свой смартфон. Увидев себя на снимках, он насупился. – И? – Что ты делал там с моей женой? – Случайно оказались в одном ресторане, – заявляет Аслан. – Она сидела там с Индирой. Я был на встрече по своим делам. Знаю я. что у него за дела. Он успешно инвестирует в ценные бумаги и консультирует в этом вопросе нас с братом. Аслан сильный финансист и прекрасный друг, которому я доверяю, как себе. Но сегодня его тон меня настораживает. – Потом? – Мы вышли, она чуть не упала, я ее удержал, – пожимает плечами. Черные брови все также сведены к переносице. – Удержал или обнимал? – резко обрываю его я и тычу пальцем в телефон. – Это бл**ь что? Аслан чуть наклоняется, еще раз смотрит на экран и цедит сквозь зубы: – Это бл**ь паранойя, Карим. Я просто ей помог, чтобы она не упала. Всё. Я не моральный урод, чтобы делать то, о чем ты подумал. – Я еще ни о чем не подумал. – И не надо. Я уже говорил тебе, что Зара спрашивала меня о тебе и Линаре. Кстати, вместо того, чтобы изображать Отелло, прими к сведению: она знает, что твоя токалка продала квартиру в Астане и переехала сюда. – Она не моя токалка, – нервно рявкаю. – Как Зара узнала? Аслан разводит руками и усмехается. – Мой тебе совет: огради жену и дочь от нее, пока не поздно. Эта женщина слишком многое себе позволяет. Или ты сам ей потакаешь?