Глава 40. Ванька

— Надо капитану бабла занести, — я отрываюсь от ноута и смотрю на Тима.

Он кивает, берет телефон, быстро набивает сообщение.

Затем аккуратно вносит данные по расходам в таблицу. Я в который раз поражаюсь реинкарнации бухгалтера в своем друге, но не комментирую.

Главное, что получается у него хорошо. Куда лучше, чем у меня. В нашем тандеме я — главное крикливое звено, бронебойная тупая машина, а Тим — спокойный серый кардинал. И только я знаю, чего ему это спокойствие стоит.

Отворачиваюсь, погружаясь в свою работу, перепроверяю в очередной раз присланные юристом доки на собственность.

Сегодня последний штрих, итог нашей работы. Сегодня мы с Тимом официально становимся единственными владельцами сети магазинов и СТОшек Кабана. И это только верхушка айсберга.

Мы все же успели, урвали буквально в последний момент, и я уже миллион раз поблагодарил свою и Тимкину чуйку. Не зря мы начали запасные аэродромы готовить еще год назад. Потихоньку, полегоньку, так, чтоб ни одна проверка не нашла, ни один случайный взгляд не просек.

Кабан не зря нас хвалил, не зря считал кем-то вроде вундеркиндов, юных гениев. Он думал, что мы до конца жизни будем благодарны за предоставленную возможность… В принципе, не ошибся, мы реально благодарны. До конца жизни. Его жизни.

Его наследство — это не только бизнес, но еще и связи. Не все нам удалось восстановить, но многое. А остальное… Наживем, какие наши годы.

Главное, что про наше участие в мероприятии по устранению прежнего лидера никто не чухнул. И это прямо удача невиданная, чистая случайность, когда все звезды в одном месте сходятся. Редко такое бывает, а все же бывает.

Кабана сильно его паранойя подвела, очень уж он не уважал всякие камеры и скрытые съемки, еще с тех пор, как по первой ходке влетел, недолюбливал. И потому его здоровенный дом, больше похожий на мавзолей, который реально стал последним пристанищем, не был оборудован ничем современным. А народ, который нас мог видеть, мы положили в той комнате. Ладно так получилось. На хапок взяли, и прямо свезло. Не иначе, удача наша с нами была.

Вспоминаю, как смотрела на нас Ветка, как на меня смотрела, когда стрелял в Кабана в упор…

И улыбаюсь. Удача наша. С нами.

Поднимаю взгляд от экрана и вижу, что Тим смотрит на меня в упор. И, вот зуб даю, что тоже вспоминает тот вечер и ту ночь сумасшедшую, закруглившую все, что происходило между нами тремя. Закруглившую, но не завершившую, а замкнувшую в круг. В вечный двигатель.

Как она там?

Прошло уже три дня, мы хотели раньше вырваться, но никак. Нельзя сейчас было бросать город, если, конечно, хотели оставить его за собой. А мы хотели.

И потому сидели на задницах ровно, хоть и душа рвалась, и сердце было не на месте. Опять повторялась ситуация, наша подружка в столице, далеко от нас, и связи никакой…

Хотя, существенные отличия имелись: теперь мы ее не потеряем. Просто время нужно. Нам нужно время и она нужна в безопасности. Чем меньше ее с нами свяжут в ближайшие полгода, тем будет лучше.

Мы не питали иллюзий, понимали, что на такой кусок, который хапнули мы, будет много желающих. И нас будут испытывать на прочность. Слишком молодые, слишком борзые… И Ветка в этой ситуации становилась нашим слабым местом.

Нет уж, пусть сидит в своей столице… А мы тут решим и приедем. Может, даже на этой неделе… Надо же разъяснить ее жениха непонятного. Хотя, я больше чем уверен, что его там уже нет и в помине. Ветка не из тех, кто будет прыгать по постелям. А, учитывая, как мы прощались в последний раз, понятно было, что ни о каком женихе речи не пойдет. Я был в этом уверен, но с Тимом не разговаривал на всякий случай на эту тему. А то мало ли… Накрутим друг друга и охереем. А нам пока нельзя. Надо голову трезвую иметь…

Тим достает из сейфа пачки денег, пересчитывает. Слепота капитана, расследующего убийство Кабана, стоит дорого, но она того стоит. Тем более, что мы не особо и усердствуем. С этим капитаном мы учились в одной школе, в параллельных классах, так что это, можно сказать, спонсорская помощь, безвозмездное пожертвование в фонд доблестных органов. Никому не выгодно затягивание процесса. Кабан был редкой гнилью и доигрался: свои же пристрелили. Это официальная версия, и она же — неофициальная.

Мы с Тимом зря опасались, что будут разыскивать реальных убийц. Некому оказалось разыскивать.

На Кабана было похер: он всем ужасно надоел, и официалам, и коллегам по теневому бизнесу, так что все случилось как нельзя вовремя. И в то же время — неожиданно для большинства, что было для нас с Тимом на руку.

Пока все раскрывали рты и прикидывали, как лучше хапнуть кусок империи, мы с Тимом все поджали себе.

Утром, проводив Ветку на автобус, вернулись в город и сразу рванули на работу. Там узнали новости, которые для нас были нихера не новости, и шустро завершили переоформление. И потом сутки сидели, ожидая реакции… И не дождались.

Капитан, которого кинули на это дело, по секрету рассказал об официальной, полностью устроившей нас версии убийства Кабана. И нам осталось только намекнуть, что все всем довольны. И подкинуть немного радости человеку, чтоб и он тоже доволен был. За эти пару суток мы развили бешеную деятельность, обновляя и возобновляя все связи Кабана, давая понять, что все договоренности в силе, все дороги и пути актуальны, все проценты будут выплачиваться в прежнем объеме. И про все обязательства мы помним. И про долги тоже.

Короче говоря, на редкость бескровно все произошло, и, вполне возможно, что зря мы так перестраховывались и отпускали Ветку в холодную и далекую столицу к непонятному женишку, при одной мысли о котором все внутри каменело.

Может, просто поехать и забрать ее?

Каким образом мы будем делить ее тут, между собой, вопрос, конечно, актуальный, но второстепенный. Лично мне важно, чтоб она под боком была. В зоне досягаемости. Шкурный такой интерес, голодный. Оно и понятно, столько времени упустили, идиоты… По своей вине!

И так бы и не наладили ничего, не переубедили бы нашу подружку, если б не случай. Вовремя Кабан подох, сука, хоть тут дело хорошее сделал.

Мы с Тимом не разговаривали вообще на эту тему, раз и навсегда решив, что всему свое время. Сейчас надо удержаться на плаву, а потом уже можно и в личное поиграть. Первым делом, блять, самолеты…

Я наблюдаю за Тимом, убирающим купюры в сумку, и думаю о том, что, в принципе, меня все устраивает. И даже между нами тремя. Если раньше я на говно исходил, едва только представлял Ветку с ним, то сейчас все как-то успокоилось. И вывелся главный алгоритм: чтоб она была рядом. Не важно, только со мной или со мной и с Тимом. Если ей хочется так, пусть будет так. Это все не важно. В конце концов, он — мой единственный брат. А она — моя единственная любовь. Я не хочу лишаться никого из них. И хочу, чтоб они были рядом. Всегда. Вот такая простая арифметика.

Неправильная, но кому какое дело? Мне похуй, Тиму похуй, Ветке… Ветке тоже похуй. Если сейчас нет, то будет. Мы с Тимом убедим.

Почему мы должны отказываться друг от друга? Из — за чего? Из-за кого?

Наша жизнь, такая короткая, зачем ее делать сложнее, чем она есть?

Я хочу поделиться с Тимом своими философскими мыслями, хоть и не время, и, вроде, не планировал, но не могу ждать, а то вдруг забуду те слова, что так красиво складываются сейчас в башке, но не успеваю.

Тихий хлопок и звон стекла.

Я оторопело смотрю, как на груди Тима расплывается красное пятно. Он удивленно разглядывает быстро пропитывающуюся кровью рубашку, переводит взгляд на меня, и в глазах такое странное выражение… Словно прощается. Спокойно, с полуулыбкой.

Я знаю, что буду до конца жизни эту полуулыбку в кошмарах видеть. И еще знаю, что нихера не позволю этому придурку так просто сдохнуть.

Звук повторяется, но я опережаю, в полете сбивая Тима с ног и прикрывая его собой от осколков стекла, летящих сверху на нас.

Он смотрит на меня, не мигая, а я тихо матерюсь, запрещая ему подыхать. Я не позволю, блять! У нас только-только все налаживаться начало! Это все пиздец, как неправильно! А, значит, и не будет такого!

26.01.2023