Глава 11

Я аж сжалась вся, а потом с удивлением почувствовала, что Даня накрывает меня собой. Совершенно не избалованная рыцарским поведением окружающих мужчин, я настолько удивилась, что на несколько секунд окаменела.

– Ты не того защищаешь, – раздалось сзади. – За себя переживай. Ее я и пальцем не трону.

Даниил выпрямился, и я медленно последовала его примеру.

Вот не так я себе представляла развязку этого вечера. Совсем не так.

Валера выглядел на взводе, будто сейчас бомбанет так, что все разнесет к чертем до фундамента. Я испугалась и отступила на пару шагов назад.

Нет, все-таки не зря я решила, что между нами ничего не может быть. Как был бандюганом, так и остался! Ну что за методы?

Валера заметил, что испугал меня. Бездонный взгляд стал более мягким, но стоило ему зацепиться за букет, в нем снова открывалась черная дыра.

– Там дверь была закрыта, – словно это оправдывало вторжение со взломом сказал Валера. – Я сейчас свяжусь с начальством и возмещу ущерб, не волнуйся.

Сказал, а потом мазнул взглядом по Даниле:

– Свали.

Прозвучало грубо.

И выдернул букет у меня из рук, пихнул парню. Что было еще грубее.

Неандерталец!

Даня лишь улыбнулся на такое обращение. Криво так, с ухмылочкой, будто выиграл только что в битве. Взял букет, отдал обратно мне и сказал:

– Ты пугаешь даму дворовыми замашками. Лера, пойдем, тут дует. А уважаемый Валерий пока решит проблему со сквозняком.

Донской резко втянул воздух, открыл рот,  но тут Даня добавил:

– Ведь дал слово разобраться. Я тебя провожу и вернусь, помогу ему.

И два мужчины скрестили взгляды, как шпаги. В воздухе звенел гнев и агрессия так, что заложило уши.

– Ну уж нет! – сказала откровенно, что думала, а потом посмотрела на Донского. – Валера, тебя даже, может, и поблагодарят за смену двери. А меня уволят.

Потом посмотрела на Даню-провокатора и продолжила:

– Ты тоже с насиженного места не слетишь из-за драки. Связи удержат.

Потом строго посмотрела на них двоих – не знаю откуда силы взялись – и сказала:

– А вот я останусь без работы, которую с таким трудом добивалась. Ведь на кого все свалят? Правильно! А теперь будьте уже мужчинами, не доставляйте проблем, – я посмотрела на Донского, и смягчила голос: – Валер, прошу, ты всегда хвалился своим влиянием. Так повлияй ты уже на эту дверь, пусть обновится до утра.

Донской ни слова не сказал. Только бездна из глаз пропала. Кажется, я сумела его в который раз удивить.

Данила хмыкнул, а потом сказал:

– А она права. Ей больше всех достанется.

– Знаешь, она умерла, – внезапно донеслось мне в спину.

Данила дернулся, как от удара, а я даже не шелохнулась. Сразу поняла, о ком речь. О бедной зависимой супруге. Но сделала вид, что в полном недоумении:

– Кто? Твоя жена? – спросила я.

– Да, – Валера посмотрел на меня с ожиданием, будто ждал, что я обрадуюсь.

Я же изо всех сил держала лицо.

– Сочувствую, – получилось равнодушно, даже самой удивительно, хотя внутри всю треморило.

– Отмучилась, – поправил меня Валера, будто сочувствие тут было не к месту.

Я не знала, что сказать в ответ, раз сопереживание потери не нужно.

– Мне нужно уехать на неделю, – осторожно произнес Валера, внимательно следя за выражением моего лица.

Он будто боялся сделать неправильный шаг. Вот и верно! Не надо этого напора, лучше сдайся!

– Хорошо, – равнодушно произнесла я. – Удачной дороги.

Валеру царапали мои простые ответы и отсутствие интереса, он напрягался, но старался держать себя в руках.

– Похороны будут на родине, – решил поделиться он. – Нужно все подготовить, организовать, потом разобраться с бумагами. Роман сказал, что поможет с распределением недвижимости.

Данила не двигался с места, не говорил, просто слушал и не мешал, поглядывая на меня.

– Желаю тебе удачи, если так можно пожелать, – я не могла промолчать, поэтому ответила именно  так, повторяя, как попугай, чуть переиначивая слова.

– И все? Больше ничего не хочешь сказать? Написала мне “прощай” и действительно помахала ручкой? – вдруг взорвался Валера.

Нет, он не орал, но возмущение так и кипятило слова.

– Я предупреждала, – защищаться становилось чуть сложнее. С напором хотелось спрятать голову в панцирь.

– Да ты жестока, – внезапно припечатал Валера.

Так меня еще никто не величал. И кто это мне говорит?

– Вспомни наше прошлое и кто был жесток.

– Так ты взяла реванш?

– Нет, – я отвела взгляд. – Удачной дороги. Я домой.

– Я вернусь и позвоню тебе, – перекрыл мне дорогу Валера собой.

– Не стоит. Я не отвечу, с какого номера бы ты не звонил. Не заставляй меня менять номер, – я подвинула его рукой, но он не двигался.

– Я приду домой, – настаивал он.

– Я сменю квартиру. Она все равно арендованная, – пожала плечами, обходя его с другой стороны.

– И что, ты не дашь нам ни шанса? Я абсолютно свободный вдовец, – все еще преграждал мне путь Валера.

Я подняла голову, с упреком посмотрела в бездонные глаза мужчины и сунула ему Данилин букет:

– Звучит жутко. Поздравляю.

И пошла на выход, не зная, поступила ли правильно.

Ничего нет хуже, чем тонуть в сомнениях.

А у вас было так? Поступаешь вроде правильно, по уму, вот только внутри все свербит, нарывает. Так и хочется сковырнуть корочку, чтобы убедиться – не зажило, кровоточит, не надо было трогать.

Дни тянулись на удивление быстро. Роман Андреевич слов на ветер не бросал: несмотря на то, что дело о разводе свернулось из-за трагических обстоятельств, метр юриспруденции натаскивал меня, полностью заполняя рабочее время и даже больше.

Он оказался человеком увлекающимся, который мог говорить  о любимом деле часами. Разбирал схемы ведения допроса свидетеля, рассказывал хитрости психологии, раскрывал маневры по выведению мыслей человека в нужном направлении.

Мне хотелось его записывать, а потом прокручивать снова и снова, потому что знала, что концентрат знаний с одного раза не усвоить. Я воспринимала лишь часть, и уверена, что с каждым новым повтором я бы находила что-то новое.

Мозг буквально кипел и орал: “Я не справляюсь, не успеваю!”

Шеф будто знал, что мне нужно забыться, полностью погрузиться с головой в дела. Я выходила ранним утром из дома и приходила поздним вечером.

Несколько раз Данила пытался прорваться сквозь нагромождения новых знаний, но я упорно отбивалась: “Не могу, занята, Роман Андреевич ждет”

И это работало ровно до момента, пока шеф вдруг не решил, что одного слушателя ему мало. Рядом со мной сел этот хитрый пройдоха.

Воспользовавшись тем, что Роман Андреевич отвлекся на телефонный звонок, повернулся ко мне.

– Давно не виделись! – подмигнул Даня.

– Ты что здесь забыл?

– Если гора не идет к суженому.. – намекнул многозначительно и замолчал.

– Где же ты такое старомодное слово откопал? – покачала головой я, пытаясь скрыть растерянность.

Рабочий настрой мигом вылетел в окно. Присутствие Дани тут же напомнило о последней встрече, что тяжелым грузом легла на сердце.

– Как прошла неделя?

– Постарела, – не моргнув глазом, заключила я.

Даня удивленно хмыкнул, а потом шально улыбнулся:

– Так я тоже не молодел. И раз мы оба набрались житейского опыта за эти дни, не пора бы им поделиться, скажем, сегодня за ужином?

– Я буду учиться. Роман Андреевич… – я посмотрела на шефа, который повесил трубку и обратился к нам.

– На сегодня все. Мне срочно надо уехать, – мужчина снял пиджак со спинки стула и кивнул нам без обиняков: – На выход, отдохните сегодня.

Даня улыбнулся так, словно это он организовал раннюю отставку шефу на сегодня.

– Теперь у тебя нет повода для отказа. Верно? – Даня не дал ответить, как сразу добавил: – Кстати, я тут кое-что узнал о Донском. Думаю, тебе будет любопытно узнать кое-что.

Любопытство кошку сгубило, Лера. Сгубило, тебе говорят…

Но я не могла ничего с собой поделать.

– Только ужин, – предупредила я, и Даня довольно кивнул.

Вот только потом поняла, что нужно было уточнять, куда едем. Так сказать, совершила стратегическую ошибку, а теперь озиралась по сторонам в одном уютном дворике в центре.

– Мы куда? – я посмотрела на единственную огромную подъездную дверь. Похоже, тут  только один вариант

– Ужинать же, – напомнил Даниил, безмятежно улыбаясь. Он закрыл дверь такси и провел меня под шлагбаум, закрывающий парковку для жильцов.

– Я думала… – начала тормозить каблучками я.

– Что это будет ресторан? Скучно же. Были уже. Нужно разнообразие. Смотри: на вынос ели, в ресторане даже попировать не успели, но атмосферой надышались, пусть и в неприятной компании. Остается порадовать домашней кухней, – говорил так складно Даня – заслушаешься. Уж в чем ему не отказать, так это в ораторском искусстве.

– Ты умеешь готовить? – удивилась я, поднимая голову вверх.

Высотка будто небо царапала. Интересно, он высоко живет? Какой вид открывается из окна?

Стоп! Но я же туда не пойду! Или рискну?

– Еще как! Ты съешь свои пальцы, – пообещал парень, а потом заметил мою заминку и закатил глаза: – Тебя есть не буду. Правда.

Стало действительно интересно, каков вкус блюд, приготовленных этим лисом. Да и, признаться, не боялась я Даниила от слова совсем. Не видела в нем угрозу.

Может, и стоит развеяться? Сменить обстановку и отвлечься? Валеру-то надо изгнать из разума, как духа, которым одержима.

– Прям не оближу собственные пальцы, а съем? –  Заинтриговал!

– Может быть даже по локоть, – Даня игриво схватил меня за руку, а потом задумчиво добавил:. – Но это зависит от особенностей организма.

– Ты имеешь ввиду вместимость моего желудка или растяжку тела, – спросила, когда мы подошли к крыльцу.

– Достать до локтя проблемно, но я не сомневаюсь в твоих талантах, – Даня галантно открыл дверь в подъезд.

– А тебе не нужно закупать продукты? Или твоя готовка будет заключаться в виртуозном владении “Деливери клаб?” – я затормозила в холле.

Боже, главное не глазеть по сторонам. Мне всегда от такого мраморного куба немного не по себе.

– Ты сильно удивишься, увидев мой холодильник, – прошел к одному из трех лифтов Даня и нажал кнопку вызова.

– Неужели, полный? – я подошла ближе.

– Достаточно, – загадочно и очень расплывчато ответил тот.

– И продукты не полуфабрикаты? – удивлялась я все больше.

– Обижаешь, – протянул Даня.

– О, тогда не пойду, – я развернулась и пошла на выход.

– Это еще почему? – со смехом окликнул парень, но следом не бросился – держал лифт.

– Мне стыдно будет. У меня все полуготовое. Чтобы на быструю руку, – пожала я плечами, но остановилась, повернулась и с улыбкой посмотрела на парня.

– А я себе посадил желудок на первом курсе, поэтому научился готовить быстро и вкусно. Так что полжизни потеряешь, если не попробуешь. Если тебя очень сильно будет мучать совесть, признаюсь, что полуфабрикаты тоже покупаю.Может, вообще вру, питаюсь только пельменями, а тебя так заманиваю…

– Ладно, – решила я. – Уговорил

И вошла в лифт. После легкой словесной перепалки настроение, которое на протяжении недели валялось где-то под плинтусом, поднялось вверх.

– Ты давно живешь один? – спросила, когда лифт поехал вверх.

– Люблю независимость, – обтекаемо ответил Даня.

Двери лифта открылись и мы вышли на площадку.

– Чур, беспорядка в холостяцкой берлоге не пугаться.

Даня открыл дверь и я поняла, что все же сегодня мне будет стыдно. Его беспорядок – это мой идеальный порядок, до которого я так ни разу и не доходила.