Глава 6

Вика.

Сказать, что я удивилась, увидев в подъезде новостройки Фирсова, не сказать ничего и мое удивление росло в геометрической прогрессии. И вот сейчас я сижу в красивой просторной кухне под пристальным взглядом черных глаз. Я до сих пор не могу понять, что здесь делаю и какая муха укусила Фирсова, раз он решил позвать меня к себе скоротать время в ожидании Дашки, которая обещала приехать сразу же после окончания спектакля. Я снова уткнулась в чашку с чаем, который практически уже остыл, а Фирсов продолжал пялиться на меня, как на цирковую зверушку. И я не нашла ничего лучшего, чем завести разговор о Красиной и была безмерно рада услышать, что меня тоже берут на журналистское дело. Думаю, здесь сыграл факт моего безумного поступка со снимками, и это повлияло на решение Фирсова. Он доел свой незатейливый ужин, который предлагал и мне, и от которого я любезно отказалась, хотя есть хотела страшно. Если он питается так ежедневно, то гастрит в скором времени ему обеспечен. Интересно, он сам живет или нет? Я не заметила следов пребывания в квартире женщины.

— Вика, еще чаю налить?

Прервал мои мысли Руслан, вставая из-за стола и возвышаясь надо мной.

— Нет, спасибо, мне уже достаточно.

Сказала я и снова сняла очки. Я всегда так делаю, когда нервничаю, снимаю и надеваю. Фирсов заметил нервные движения моих рук и уголки его губ немного дернулись вверх. Я посмотрела на часы, еще оставалось полчаса. А для меня они казались вечностью.

— Откуда ты так хорошо знаешь английский язык?

Вдруг спросил меня Фирсов, усаживаясь напротив с кружкой горячего напитка.

— Я хорошо закончила школу с углубленным преподаванием английского языка, потом журфак института, и вот, пригодились мои знания.

Заулыбалась я и посмотрела на Фирсова. Да, теперь я еще больше понимаю большую часть нашего женского коллектива, которая смотрит с придыханием на этого мужчину. В домашней обстановке, с кружкой горячего чая Фирсов выглядел весьма колоритно.

— Похвально, а я так и не выучил… Как-то не до английского было…

Сказал он задумчиво, и мне показалось, легкая грусть скользнула в его глазах или мне это просто показалось. Но я не стала задавать лишних вопросов. Громкая трель моего телефона пронзила кухню. Это звонила Даша, которая уже подъехала к дому. А Фирсов, как истинный джентльмен, помог спустить вещи к злополучной двери.

— Вика, если вдруг не получится открыть, ты знаешь, где меня искать.

Но не успел он ретироваться, как двери лифта открылись, и Дашка в плаще нараспашку вбежала на лестничную клетку. Она быстро окинула своим профессиональным взглядом Фирсова и удивленно посмотрела на меня.

— Викуль, бежала со всех ног…

Моя спасительница подошла к нам поближе и поздоровалась.

— Добрый вечер.

— Добрый…

Ответил Фирсов и посмотрел на мою взбалмошную подругу, которая уже не обращала внимания на него, а лишь кивнула головой и протянула мне ключи. Через мгновение дверь поддалась и открылась. Дашка, схватив мои вещи, тут же затащила их в квартиру, а я осталась стоять с Фирсовым на лестничной клетке.

— Руслан, спасибо большое, что помог и приютил.

Сказала я, боясь взглянуть на его лицо. Я до сих пор не могла понять, почему вдруг стала нервничать при нем.

— Не за что, до завтра.

Попрощался Фирсов и скрылся в лифте, а я, наконец, зашла в квартиру. Дашка уже хозяйничала там вовсю.

— Вика, проходи, как раз тебе все расскажу и покажу. Если захочешь перекусить, загляни в холодильник, не стесняйся.

Она быстро провела меня по просторной двухкомнатной квартире своего брата. Планировка квартиры была такая же, как и у Фирсова.

— Ну и кто, этот красавчик?

Спросила подруга, а я даже растерялась.

— Это мой коллега, как раз выяснилось, что он живет здесь. Представляешь, какое совпадение.

— Ну, вот и славно, если что, будет к кому обратиться…

— Не думаю, что он еще поможет…

Сказала я и задумалась, а почему Фирсов вообще решил мне помочь после всех наших рабочих баталий. Дашка оторвала меня от моих мыслей, и я неспешно пошла закрывать за ней дверь. Наконец, я смогла вдохнуть свободной грудью, но тут же вспомнила, как меня выпроводили из дома, и слезы сами потекли. Я все это время старалась не думать о своей семье. А сейчас, оставшись в одиночестве, грустные мысли навалились с новой силой.

Утро снова выдалось дождливым и пасмурным. Я решила пока не надевать свое лимонное пальто, а надела скромную темную курточку с джинсами и выскочила из подъезда. Раскрывая на ходу зонт, боковым зрением увидела, что машина Фирсова стоит припаркованная у дома. Дашка была права, до работы была буквально одна остановка и, не смотря на такую скверную погоду, я решила добежать пешком. Элла Викторовна все утро метала молнии и шерстила всех сотрудников. Фирсов снова опоздал, он быстрыми шагами зашел к себе в кабинет, хлопнув со всей силы дверью. Приветствия от него никто так и не услышал и все погрузились в рабочий процесс. Моя очередная статья посвящалась уже не котятам, а щенкам новой выведенной породы и я усердно работала над ней. Но не успела я дописать нужный текст, как послышалась ругань из кабинета Эллы Викторовны. Не знаю, что там происходило, но мы все притихли. Спустя какое-то время, она вышла из своих кулуаров и направилась к Фирсову. Там ругань снова продолжилась, а я вжала голову в плечи, надеясь, что это не из-за нашего дела Красиной. Казалось, замерла не только я, но и все вокруг. Элла выскочила через несколько минут из его кабинета, а Руслан следом за ней.

— Вика, зайди ко мне.

Пробасил он расстроенным голосом и скрылся в коридоре. Я на ватных ногах направилась к нему, понимая, что дела, мягко говоря, не очень.

— Значит так, дело меняет оборот. Все пошло не так, так я планировал.

Сказал Фирсов у меня за спиной и захлопнул с силой дверь.

— Что случилось?

Я подняла на него глаза в недоумении.

— План был следующий, мы должны были снова проследить за Красиной и Константином и все-таки установить его личность, но вчера вечером они скоропалительно выехали из гостиницы. И завтра за тысячу километров отсюда они будут на благотворительном приеме, куда нам Элла тоже достала пригласительные. Но есть одна проблемка, билетов на самолет ни на сегодня, ни на завтра нет, и поэтому сейчас нам с тобой нужно выезжать на машине. Дорога дальняя, поэтому у тебя есть пять минут. Мы по-быстрому заезжаем домой, я беру костюм, ты приличное платье и выезжаем.

— Руслан, а у меня нет платья.

— Но ты в гостинице была в платье, оно достаточно приличное, возьмешь его.

— Оно было не мое…

Сказала я, а сама подумала, что к платью туфель у меня тоже нет, а на единственных чулках огромная дыра.

— Ладно, решим на месте… быстро собирайся. Детали нашей командировки обговорим в дороге…

Командным тоном произнес он, упаковывая какие-то бумаги в кожаный портфель. А я уже выскакивала из кабинета и бежала брать весь рабочий инвентарь, который может мне пригодиться. Ровно через пять минут, я стояла возле кабинета Эллы Викторовны и ждала Фирсова, который снова что-то выяснял с ней.

— Все поехали, нам еще домой нужно заехать, а времени в обрез…

Сказал он очень громко и на нас покосились проходившие мимо сотрудники журнала. Фирсов размашистыми шагами шел в сторону выхода, а я бежала за ним, неся все собранное. Возле машины он еще раз обернулся и посмотрел на меня с ног до головы.

— Садись спереди.

Скомандовал он и сел в свою иномарку. А я подумала, что Фирсов, видимо, поднял мой статус до уровня напарника, поэтому благосклонно разрешил мне ехать на переднем сидении его авто. Когда я садилась в машину, я кожей чувствовала черную завистью всех сотрудниц нашего журнала, которые прилипли к редакционным окнам. На моем месте хотела быть каждая из них…

Руслан.

Я резко ударил по педали газ и вырулил с офисной парковки. Круглова тихо, как мышка, сидела рядом и при каждом резком торможении хваталась за дверную ручку. Мы в полной тишине в одно мгновение домчались до дома и разбежались, каждый по своим квартирам. Я быстро закидывал вещи в дорожную сумку, не зная, сколько нам придется пробыть в этой командировке. Упаковав свой самый лучший костюм в дорожный чехол, я выскочил из квартиры. Моей рыжеволосой помощницы еще не было, я сел в машину и начал ждать. Чего только не сделаешь ради работы. Элла утром огорошила меня тем, что наша птичка информатор принесла на хвосте плохую новость о том, что Красина и ее избранник выехали из гостиницы. Эта новость расстроила все мои планы. Но были и хорошие вести, мы знали о их дальнейшем местонахождении. Но, как назло, билетов на самолет на эти дни не было, и мною было принято решение ехать на машине. Я даже не задавался вопросом брать с собой Круглову или нет, я решил сразу, что беру. Видимо вчерашняя авантюра со снимками прибавила ей очков, и она выросла в моих глазах, но следует с ней поговорить, чтобы ставила меня в известность о своих планах. А то я вчера до вечера не мог успокоить нервы, а вечером была история номер два, связанная с Викой и ее злополучной дверью.

Знакомый рыжий силуэт показался из подъезда. С поникшим лицом она подходила к машине, скромно неся какой-то маленький пакет. Я выскочил и закинул ее невесомый пакет на заднее сидение. Она с осторожностью открыла переднюю дверь автомобиля и аккуратно присела.

— Готова?

Скомандовал я и снова ударил по газам. А она немного прищурилась и сняла очки.

— Если честно не совсем…

Сказала Круглова.

— Не понял…

— Руслан, я не совсем готова, это касается моего гардероба…

Продолжала она тянуть свою речь и только сейчас я понял, что у нее нет наряда на завтрашний вечер. Так, еще одна головная боль. Я оторвал взгляд от дороги и перевел на нее. Вика сидела и пустым взглядом всматривалась в окно. И тут я, не ожидая от себя, решил приободрить ее.

— Не расстраивайся, что-то придумаем.

Произнес я, а в голове уже заработали шестеренки. Еще раз посмотрел на телосложение Кругловой. Да, фигура у нее совсем не модельная, но эти тощие вешалки с ногами от ушей мне уже порядком поднадоели, почему-то вспомнилась Алена. Хотя Круглова в «Империале», если честно, выглядела отпадно. Я даже не узнал ее. Странно, а раньше я даже не замечал, какая у нее фигура.

— А ты себе костюм взял?

Спросила Вика, прерывая мои мысли.

— Да, этого добра у меня полно.

С каким-то хвастливым тоном сказал я, даже самому стало неудобно, и, чтобы сгладить ситуацию, сделал музыку погромче. Мы выехали на трассу и я прибавил скорости, боковым зрением видя, как Круглова слегка вжалась в сидение. Я немного сбавил и она расслабилась. Викин телефон пронзил мелодией машину и она нехотя взяла трубку.

— Да, мама привет.

Вика начала диалог, а я сначала пытался ее не слушать, но чем тише она говорила, тем интересней было, о чем идет речь. Видимо, это стало уже моим профессиональным качеством, быть в курсе всего и везде искать интригу.

— Да, все верно, сегодня. Но теперь с этим вопросом ты знаешь к кому обратиться.

Сказала она и, прослушав еще с минуту собеседника, отключила телефон.

— Все хорошо?

Спросил я, видя, что она расстроилась еще больше. Слезы потекли двумя ручейками по ее щекам.

— Да, все в порядке.

С горечью ответила Круглова и отвернулась к окну, а я больше и не лез к ней с расспросами. Я снова увеличил громкость музыки и сосредоточил все свое внимание на дороге, напряженно всматриваясь вперед.

Вика.

Даже стыдно признаться, что у меня нет простого платья и туфель на каблуке. Работала, и все деньги отдавала матери. Вот, глупая. Я села на диван и нервно рассмеялась. Фирсов дал десять минут на сборы, мне хватило минуту, потому что собирать было особо нечего. Я нашла свою самую приличную блузку и юбку, купленную в прошлом году на распродаже, в которых ходила на работу, и туфельки лодочки на низком ходу. Я расстроенно вздохнула, понимая, что этот наряд совсем не для благотворительного вечера, где будут присутствовать известные люди. Потом расстроилась еще больше, понимая, что и денег у меня особо нет, хотя сегодня и была зарплата. Но я не могу себе позволить платье на один выход, а потом месяц сидеть на воде. Я собрала еще кое-какие вещи и немного косметики и с тяжелой душой вышла на улицу, где в машине меня уже ждал Фирсов. Конечно, он меня пытался успокоить, сказав, что придумаем что-нибудь. Это и ребенку понятно, что думать буду только я, где мне найти наряд. Фирсов гнал на всех парусах, а я только успевала, что держаться, то за дверь, то за сидение, иногда зажмуривая глаза.

Мой телефон ожил и на экране высветилась имя мама. Я выдохнула и ответила на звонок.

— Вика, привет.

Произнесла она без особой радости.

— Да, мама, привет.

— У тебя ведь сегодня зарплата? Скоро уже обед, а мы так ничего и не получили.

Я повторила вчерашнюю фразу, к кому ей обращаться.

— Как ты разговариваешь с матерью неблагодарная, ты ведь сама знаешь, что Валера сейчас не работает, а жить нам за что? Совести у тебя нет ни на грамм, семью оставляешь без куска хлеба…

А дальше посыпались нелестные ругательства, о том, какая я плохая дочь в отличие от сестры. Это я уже слушать не могла и положила трубку. Фирсов тут же поинтересовался, все ли хорошо. А что я ему скажу, что меня родная семья все эти годы использовала в своих интересах и жила за мой счет. А сейчас пожинаю плоды своей благодетельности. Я даже не поняла, как задремала. Голос Фирсова разбудил меня, и я быстро открыла глаза, машинально приглаживая свои кудри и отлипая от бокового стекла.

— Ну, наконец. Я уже не знал, как тебя разбудить…

Сказал он и протянул мне стаканчик кофе и какой-то пирожок. Я с удивлением покосилась на кофе и перевела взгляд на Руслана.

— Давай бери, я себе тоже взял. Есть хочу безумно.

— Спасибо большое, долго я спала?

— Часа два, может чуть больше.

Ответил он, отпивая кофе и откусывая кусок пирожка. А я, как завороженная, смотрела за тем, как жует Фирсов. Веду себя, как будто никогда не видела, как едят мужчины. Он понял, что я смотрю и повернулся ко мне.

— Вика, давай ешь, а не рассматривай меня. Нам еще ехать и ехать…

Сказал он с ухмылкой и снова сделал глоток кофе.

— Извини, не думала, что усну.

— Ничего. Если захочешь еще спать, перебирайся на заднее сидение, мы должны ночью уже приехать на место. Нигде по дороге ночевать не будем. Элла нам забронировала гостиницу, а завтра утром решим с твоим нарядом.

Я лишь кивнула ему головой, и с удовольствием съела и выпила все, что Фирсов мне купил. Он снова сделал музыку громче, и мы выехали с заправки, освещенной, как цирковая рампа множеством огней. Чуть позже я воспользовалась советом Фирсова и перебралась на заднее сидение.

— А ты, что спать совсем не хочешь?

Спросила я его.

— А я привык ездить на большие расстояния, поэтому умею бороться со сном.

— А я дальше нашего города не ездила никуда.

— Правда?

Он с удивлением спросил, а мне даже как-то неудобно стало.

— Да, некуда было ездить, в командировки меня не отправляют…

Сказала я и задумалась.

— Ну, у тебя еще все впереди, мне сначала тоже командировки не давали, а потом закидывать начали. Тем более, после нашего журналистского дельца, если, конечно, мы справимся, уверен Элла тоже тебя будет отправлять…

— Если бы…

Сказала я и, закрыв глаза, мгновенно провалилась в сон. Поздней ночью мы подъехали к нужной гостинице.

— Вика, просыпайся. Мы уже на месте.

Разбудил меня Фирсов уставшим голосом, а я подозрительно посмотрела на него. Что-то быстро мы приехали, видимо, пока я спала, он гнал с максимальной скоростью.

Просторный холл гостиницы с современным дизайном приятно меня удивил. Не «Империал», конечно, но тоже на уровне. Я шла за Фирсовым, который нес свои вещи и прихватил заодно и мой пакет. На стойке регистрации мы получили ключи от наших номеров и разошлись каждый по своим комнатам.

Встретились мы с Фирсовым утром на завтраке, он выглядел так, словно отдыхал всю неделю, а не проехал вчера тысячу километров. А вот я чувствовала себя на троечку, не привыкла к таким дальним поездкам.

— Вика, значит так, мне утром звонила Элла. Сегодня в семь часов вечера мы должны быть в фамильном особняке Сокольских. Это известный меценат, очень богатый человек, пока еще не в списке Форбс, но скоро туда попадет, и очень влиятельный. Там и будет проходить благотворительный вечер, чему он посвящен, еще не знаю, уточним на месте. Элла также просила передать, что мы должны быть при полном параде, потому что там будет много интересных и значимых для журнала людей.

Я при словах полный парад, вспомнила свою блузку и юбку и снова сняла очки.

— Я ей рассказал, что у тебя нет соответствующего наряда и…

— Зачем?

Мои щеки вспыхнули румянцем, и мне стало так стыдно.

— Что зачем? Я понял из нашего разговора, что у тебя нет нужного гардероба. Вика, а идти с тобой и позориться, мне тоже не хочется… Меня на этом вечере многие могут знать.

— Позориться, значит?

— А как по-другому это называется?

А мне стало так обидно, до слез. Одни требуют денег, второй выставляет нищенкой и не хочет со мной позориться.

— Руслан, ты не будешь позориться из-за меня…

Сказала я и резко встала из-за стола. Фирсов не меняется, такой же напыщенный и самовлюбленный. Я ему покажу позориться, он меня еще не знает…