12

- Марина? – Федор удивился. Вскинул темные брови. Я уже поняла, что это его обычная манера – не таить своих чувств. Он был прямой, как рельса. Если не во всем, то в основных принципиальных моментах так точно. И это… это мне в нем тоже безумно нравилось. Как и многое другое. То, что заставляло мое сердце биться чаще, а трусики – влажнеть. То, что напрочь отбивало память, ведь как еще объяснить то, что со мной, замужней женщиной, происходило рядом с ним… женатым?

- Я хотела сказать… что не могу поехать в командировку.

- Почему?

- Свекру будут делать операцию, вдруг осложнения пойдут или… мало ли, - соврала я, потому что далеко не это было причиной моего отказа. Операцию свекру планировали сделать почти на неделю раньше предполагаемой даты поездки. Да и из всех операций на сердце эта была, пожалуй, самая простая. Пациента практически тут же выписывали, и он мог вернуться к обычной жизни. Так что не было никакой необходимости с ним нянчиться. И отнекивалась я совсем по другой причине. Я… просто боялась. Себя… Того, что может произойти вдали от дома, проблем и мужа.

- А это что? – сощурился Федор.

А это то, от чего отказаться было сложнее всего. Деньги. Но я должна была. Пододвинув пачки налички, я встала со стула и тихо заметила:

- Деньги. Я не могу их взять.

- Почему?

- Федор Степанович…

- Почему? – процедил он сквозь стиснутые зубы. А я в ответ тоже разозлилась! Может, он, конечно, думал, будто я ничего не поняла, но у меня голова работала как надо! И эти его… подачки вкупе с заявлением не забыть купить билеты и всем тем, что происходило на диване, означали только одно. Таиров решил вывести наши отношения на новый уровень. Уровень товарно-денежных отношений. А под товаром… под товаром, конечно, подразумевалась я сама.

Злость подхлестывала меня все сильней! В какой-то момент у меня мелькнула мысль, что я в принципе в нем ошиблась. Увидела то, чего нет. А он, может, не такой уж и совершенный. У него, может, уже налажена схема… Ты мне – я тебе. Очень удобно. С секретаршей-то. Особенно с замужней. Потому как такая уж точно не станет выдвигать ему ненужных ультиматумов и лезть в семью. С такой легко. Сделал свое подлое дело, а потом домой, к жене и сыну… Ну?!

- Потому! Не хочу брать, и все! – выпалила зло. Попятилась к двери. А он за мной шагнул. Плавно. Как только получалось при такой комплекции?

- У всего должна быть причина.

Ладно! Он хочет знать?! Пожалуйста! Может, во всем были виноваты месячные, которые у меня начались аккурат сегодня утром, и чертов ПМС, но я выпалила:

- Не хочу быть должной.

- Должной?

Таиров подошел уж совсем вплотную. Я была вынуждена запрокинуть голову, чтобы не отвести глаз. И не показать собственной слабости. От необходимости держать спину прямо сводило плечи и поясницу…

Взгляд Федора шарил по моему лицу, плечам, груди, спускался ниже и снова возвращался к глазам. И чем дольше это длилось, тем злей он становился. Даже крылья породистого крупного носа стали подрагивать.

- Какого черта ты себе придумала?

- Я…

- Думаешь, я тебе денег дал, чтобы руки выкрутить? Ты спятила?!

Он говорил тихо, но слова вырывались с присвистом, и это было даже страшней, чем если бы он просто орал.

- Я…

- Пошла вон!

Таиров оттолкнулся ладонью от стенки и отступил на шаг.

- Но я… - пролепетала в ответ, с ужасом понимая, что… вот теперь действительно ошиблась в нем! Теперь уж точно ошиблась. Накрутила себя сверх меры и задела в лучших чувствах отличного мужика.

- Деньги забери и сделай так, чтобы я тебя в ближайший час не видел.

Стыд опалил щеки. Я резко обернулась, толкнула дверь и вывалилась из его кабинета.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Боже мой… Боже мой! Что я наделала?! Опустилась в кресло. Приложила ладони к горящим щекам. Теперь, когда все утряслось, собственные предположения казались такими нелепыми! Ровно в той же степени, в какой они казались мне справедливыми минутой ранее. Что вообще на меня нашло?

Ревность! Неправильная. Ни на чем не основанная ревность к той, которая имела на него все права.

Жена Федора ворвалась в приемную, привнося с собой смех, свежий аромат дорогих духов и белозубую наверняка искусственную улыбку.

- Ох, как неожиданно. А вы, наверное, Татьяну Викентьевну подменяете?

- Да… Я могу вам чем-то помочь?

- Нет-нет… - взмахнула женщина руками, - не хочу вас отвлекать. Я у Феди тихонечко посижу. Мы договаривались пообедать.

Я только растерянно хлопнула глазами.

- А вы…

- Ох, вы не знаете? Я привыкла, что все вокруг меня знают, и даже разучилась представляться, - рассмеялась мадам. - Альбина Таирова.

Ну, да… Я ведь тоже ее несколько раз видела на экране. Кажется, Зоя Кирилловна обожала смотреть ее утреннее шоу. Альбина Таирова. Как-то я не сразу соотнесла фамилии.

Вспышка боли была неожиданно острой. Она ударила под ребра и прокатилась по телу судорогой. С чего? Почему? Он ведь ничего мне не обещал… Он – чужой. И я знала это.

С трудом нацепив улыбку на лицо, я заставила себя выдавить:

- Может быть, все же выпьете чая? На улице ужасная погода.

- А давайте!

И, конечно, меня никто не заставлял ее обслуживать. Я сама вызвалась. Будто наказывая себя за все то, что себе позволила. И за то, что не позволила, тоже.

Выдергивая меня из трясины воспоминаний, зазвонил телефон. Дина!

- Привет, Маришка. Не отвлекаю?

- Нет-нет. Что-то случилось, или ты просто так, поболтать?

Я ухватилась за разговор с бывшей помощницей, как за спасательный круг. Мне нужно было любой ценою отвлечься.

- Да я тут просто неподалеку была. И думаю, дай, наберу. Вдруг удастся вытащить тебя на обед.

До моего обеда было еще целых сорок минут. Но Федор ясно дал понять, что не хочет меня видеть. А значит…

- Еще как удастся! У нас здесь на первом этаже есть неплохое кафе. Все хвалят. И недорого.

Дина пообещала быть минут через десять. А я решила, что лучше дождусь ее на месте. Вышла из приемной, прошла через общий кабинет. Каждый был погружен в свою работу – на меня даже не обратили внимания. Я спустилась вниз. Поскольку обед еще не начался, мест в кафе было достаточно. Я выбрала удобный диванчик в углу и открыла папку меню. Вообще в последнее время я не позволяла себе есть в заведениях общепита. Это было слишком накладно для моего бюджета. Поэтому я ограничивалась йогуртом или каким-нибудь бутербродом, взятым из дома.

- Ой, кто это тут? Вы посмотрите, какая красивая! Ты что, похудела?! Ведьма!

Ага. Похудела. В необходимости экономить есть тоже свои немалые плюсы.

- Привет, Дин! Ты здесь какими судьбами?

- А! – отмахнулась подруга, - была у одного мануальщика. Ну, рассказывай! Как жизнь?

- Это искренний интерес или попытка унизить? – схохмила я. Дина улыбнулась.

- Не поверю, что все так плохо. Тебя выдают глаза!

- А что с ними?

- Горят!

- Это ПМС, наверное. Меня в этот раз прям колбасит.

- Неудивительно. После твоих таблеток.

Динка нахмурилась, напомнив мне о залете Вадика.

- Уж лучше пусть так, - вздохнула я.

- И то правда. Это первого ребенка баба для себя рожает, а второго – для мужа. Если тот без отклонений.

- Где ж его, без отклонений, взять? Ты, похоже, последнего заграбастала.

Дина фыркнула.

- И это был мой самый правильный поступок в жизни. Такого нельзя было отпускать.

- А как ты это поняла?

Мне действительно было интересно! Потому что, когда мы поженились с Вадиком… вряд ли это был осознанный выбор. Может, не забеременей я, мы бы вообще разбежались, а так – жили и жили. Как все. Мало ли нас, что ли, таких?

- Как поняла? – повторила Дина и, уставившись будто сквозь меня, окунулась в воспоминания: - Не поверишь… Это было на втором или третьем свидании. Когда я решала, что отношения уже можно переводить в горизонтальную плоскость и все такое… Намарафетилась я, значит, бельишко красивое нацепила, начес соорудила на голове. Помнишь, раньше была мода?

Мы переглянулись и обе прыснули со смеху. Я отчаянно закивала.

- Ну и, значит, выплываю я вся такая красивая перед ним… А он не на меня смотрит. Мимо. На розетку, которая отходит так, что провода наружу. И говорит, мол, Дин, а у тебя есть отвертка? Непорядок это – провода. Опасно. И потом он весь вечер чинил мне розетки, вставлял лампочки, менял прокладки в кранах, а я сидела рядышком на стульчике в том пеньюаре, который он так и не снял… и, веришь, Маришка,  еще никогда в жизни мне не было так хорошо с мужчиной.

Я грустно улыбнулась. Наверное, стоило радоваться, что мне тоже довелось испытать нечто похожее. И печалиться от того, что не с тем я эти чувства испытала. Ой, не с тем…

- Ну, что мы все обо мне? Лучше расскажи, как тебе с Таировым работается. Видела я его как-то у Васьки. Вот такой мужик! – Дина выставила вперед большой палец.

- Работается неплохо.

- Ты к нему присмотрись.

Я чуть не подавилась водой, которую как раз пригубила.

- В каком смысле?

- В прямом. Хватит тебе уже на Вадика жизнь растрачивать. Мужика тебе надо. Нормального мужика!

- Дина! – выпучила я глаза. – Ты… ты что, совсем спятила? Таиров женат, я замужем… Как тебе такое только в голову пришло!

- Женат? Да нет вроде. Он в разводе. Была у него одна… может, видела, есть такая ведущая в телеке, Альбина Таирова?

- Я ее и живьем имела возможность лицезреть. Буквально сегодня.

- Серьезно, что ли?

- Да. Она к нему приходила. Ты, наверное, что-то напутала, Дин. Ну… про развод.

Дина повела широкими неженственными плечами:

- Всякое может. Я не вдавалась в подробности. Но факт остается фактом. Бежать тебе от твоего Владика и его мамани надо.

- Дин!

- Ладно-ладно! Молчу… Вкусный салат. Ваське бы понравился. Как думаешь, это краб или креветка какая? Дома бы приготовить. На эти деньги тазик бы вышел…

К счастью, Дина не стала больше на меня давить. Отступила. Хотя деликатность явно не была в числе ее достоинств. Но я во многом за эту прямоту ее и ценила. Мы поболтали о том, о сем и разошлись, потому что Дине нужно было забирать сыновей из секции, а мне… мне тоже нужно было возвращаться к работе. Правда, я еще плохо представляла, как это у меня получится. Я выставила себя полной дурой… Оттягивая неизбежное, поплелась в комнату отдыха, где можно было выпить чая или сварить себе кофе. Обед еще не закончился, и у буфета о чем-то спорили мужики, а за столом сплетничали женщины. На секунду разговор стих, но практически тут же возобновился. Обсуждали Таирова. И недавний визит его жены.

- А я тебе говорю, Нинка, я где-то в интернете читала, что ее любовник молодой бросил, вот она к нему и примчалась…

- А может, Янка опять что-то начудила. Не зря ведь Димка тут вчера торчал.

«Любовник? Это у Альбины Таировой любовник? Значит, они и впрямь в разводе?» -  Хаотично метались мысли в моей голове. – «И кто такая Янка?»

- Ты не в курсе, что у них случилось?

Я покачала головой и, не удержавшись, спросила:

- А кто такая Яна?

- Так ведь дочь! Непутевая… Вся в мать. Шалашовка. Сына бросит – и по мужикам.

- Сына? – все больше путаясь, нахмурилась я.

- Ну! Димку…

Господи… Так Димка - это внук?! А Альбина, видимо, и правда бывшая. Выходит, права была Дина. А я ошибалась. Да только что толку? Это ничего не меняет. Только усугубляет все.

Женщины еще что-то говорили… Про то, как портится нрав Таирова, когда у него проблемы в семье. Как он срывается и орет. Так, что весь офис стонет. И что это они не просто так ему кости моют. А, так сказать, выясняют, к чему готовиться. Ведь, ну, правда… шеф становится совершенно невыносимым в такие моменты. Последняя информация, очевидно, была предназначена исключительно для меня. Чтобы я не подумала, будто им больше заняться нечем, кроме как копаться в грязном белье начальства. А я ничего такого и не думала вовсе. Меня волновало другое. Как теперь работать с ним, после всего, что было… По хорошему счету мне нужно было извиниться. Но пока я даже не могла заставить себя вернуться на рабочее место.

Таиров нашел меня сам.

- Марина…

- Да? – я вскочила, едва не расплескав чай.

- Мне нужны данные из архива, – сбавил он обороты. - Будьте любезны, как закончите, найдите проект Завальского.

Я сглотнула и послушно кивнула.