Глава 19

Даниил

Я свесил ноги с постели и потряс головой. Срыв? Почему? Из-за чего?

— Не может быть. Когда я уезжал, она… она вполне нормально себя чувствовала.

— Я был там. После нашего разговора с тобой, мне позвонил Виктор, сказал, что с Адой не знает что делать. Я пытался дозвониться до тебя, но не вышло, тогда поехал к ним домой.

У Тохи зазвонил телефон и он, извинившись, вышел.

— Что случилось с ней?

— Когда я приехал, от их подъезда отъезжала скорая. Ей вкололи успокоительное, и она уснула, меня не видела. Я говорил с ее отцом. Он слышал через открытое окно ваш разговор. Сказал, что когда ты уехал, Ада скатилась в истерику, кричала так, что прибежали соседи, и пришлось вызывать скорую. Я попросил посидеть с ней, сказал, что соскучился, он не был против, в это время сходил в аптеку за лекарствами, что сказали купить со скорой. А я… я проверил ее телефон и ноутбук, и не нашел ни одной переписки с кем-то из ее школы. У нее не было переписок вообще. Только с классным руководителем и сохраненные в избранном. С тобой.

— Но она сказала… — начал я.

— Соврала. Чтоб ты оставил ее в покое и занялся своей жизнью. — отец замялся и, посмотрев на меня, продолжил. — Прости, Дань. Я не прав был с этой женитьбой. Если не хочешь, я не буду заставлять. Но ребенок…

— Я же сказал, что я отказываюсь лишь от Карины. Ребенок, если мой, воспитывать я его и буду.

— Хорошо, хорошо. И на счет Ады. Дай ей время. Прошу тебя. Дай ей закончить школу, поступить в институт.

— Да куда она поступит с этим папашей?! Он не работает. Ей пятнадцать, он ее кормить даже не сможет.

— Дань, я договорился. Я буду отправлять деньги на ее содержание. И учебу оплачу. Просто дай ей свободы.

— Хорошо. Но связывайся с этим «Витюшей» хотя бы раз в неделю и спрашивай, как она.

— Это даже не обсуждается. Если вдруг что, он сам мне будет звонить или писать.

— Черт, я не доверяю этому горе-папаше.

— Я тоже, но выбора у нас нет.

— Может, мне пластическую операцию сделать?

— Ты еще пол смени. — рассмеялся вошедший Антон.

В этот вечер пришла в очередной раз Карина. И не одна. Со своей мамой. Отца у Кар нет, лишь отчим, но тому глубоко фиолетово на все, что связано с падчерицей.

— Здравствуйте, Людмила, Карина — поздоровался батя. Я лишь кивнул. Черт. Хотел уже спать идти, потому что похмелье никак не проходит, я уже сегодня даже душ три раза принимал, но ничего не помогает. А тут явление… Христа народу. Пожаловали…

— Какими судьбами к нам, Люд? — перешел сразу к делу отец.

— Странный вопрос, моя дочь беременна, скоро рожать поедет, а кольца на пальце до сих пор нет. Дань, тебе не кажется, что ты что-то забыл.

— Ага, презерватив тогда надеть, — буркнул я, но услышал меня лишь стоящий рядом отец, который тут же тыкнул меня локтем в бок. — Я, Даниил. И нет, вроде не забыл.

— Я пришла обсудить дату свадьбы.

— Вы же замужем уже?! — перебил я ее и, похоже, начал конкретно так подбешивать неудавшуюся тещу.

— Свадьба ваша, Даниил, с моей дочерью. — выделив мое имя, произнесла женщина.

— Нееет. Ошиблись вы, свадьба не предвидится. Тем более, с вашей дочерью. Кстати, ей я об этом много раз говорил. И да, когда родится ребенок, и если он окажется моим, я могу совсем его забрать, а вы и ваша дочурка можете сделать вид, что ничего и не было.

После этих слов отец на меня странно посмотрел, но одобрение в его глазах я все же увидел.

— Что значит, если окажется твоим. А чей же еще? — возмутилась не до теща.

— Ой, вам поименно или просто число назвать, претендующих на звание отца?

— Да как ты смеешь? — подала голос, до этого молчавшая, Карина.

— Кар, я не пойму, ты считаешь, что я олень, который спокойно носит рога и не смотрится в зеркало. Да, ты даже в положении умудряешься спать с тем барменом с клуба Грома.

На самом деле, после тех слов Васи, что мы должны сами разбираться, когда она упомянула Кар, я все же вывел ее на разговор, и она рассказала, как застала Семину с Иваном — барменом в той же нише, что и меня с ней.

— Ты не представляешь, как мне тогда стыдно было. Будто я подсматривала еще и со свечкой. На самом деле, я действительно светила фонариком телефона, там лампочка перегорела, и ничего не видно было. Хоть глаз коли. — говорила тогда Василиса.

— Знаешь, кто ты?

— Дура?

— Нееет. Ты чудо. Которое досталось случайно, такому обормоту, как Гром.

Я знал, что Вася на меня больше зла не держала, и не считала какой-то скотиной. В конце концов, я серьезно заплатил за свою ошибку.

Я никому не рассказывал, но решил проверить, и да, Карина действительно частенько встречалась с Иваном.

— Так что за свадьбой по другому адресу. — Сказав это, я развернулся и ушел в спальню.

Гости не задерживались, тоже быстро ушли. А через два с половиной месяца Семина родила девочку, хорошенькую малышку… мулатку с темными кудряшками. При родах мы, конечно, не присутствовали, но когда она позвонила и сказала, что отошли воды, а Кар лежала тогда на сохранении, мы решили поехать в клинику, тем более она была дяди Валеры.

Нам вынесли малышку и до того, как мы увидели темный цвет кожи, наполовину негритяночки, я услышал Каринин визг.

— Нет, не может быть. Только не от него.

— Бать, у нас негры в семье были? Может, я чего не знаю?

— Точно нет, извини.

— Жаль, девочка симпатичная.

Как оказалось позже, до той нашей встречи в клубе, Карина на неделю уезжала в Таиланд и там с кем-то из официантов развлеклась. И вот. Плод жгучей горячей страсти «Russian» баба и негр «обыкновенный».

Короче, мы даже ДНК тест не делали. Отчим от падчерицы отказался, и от ее мамы тоже, кстати. И они уехали из города.

Но если человек гнилой, то гнилой он по натуре своей. Семина отказалась от дочки и оставила ее в роддоме.

Однако, девочка лишь месяц пробыла в доме малютке, от туда ее забрали молодожены. Громовы Антон и Василиса. Но это другая история.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍История с Кариной закончилась, и как бы там не было, но эта беременность сделала счастливыми минимум двух человек, однако, несчастных тоже хватало…

Наше время…

Я держался, как мог. Закончил учебу, взялся всерьез за дела отца. Готовился потихоньку к открытию нового ресторана. У нас ушло на него два года, и мы вместе с отцом открыли ресторан под названием «Victori». А после, я взялся за строительство своего собственного первого ресторана. Я отдавал почти все силы на него. Изредка отвлекаясь и гоняя на трасах. Место чемпиона я еще не готов был отдать.

Дни сменялись месяцами, месяцы годами. Прошло шесть лет, полных тоски и свершений, горечи и понимания и поддержки со стороны отца.

В день открытия своего детища, я даже и представить не мог, что в толпе увижу эти зеленые глава и рыжие кудрявые локоны. Что посмотрю, наконец, на свою принцессу, которая мучает меня ночами во снах.

Прошло два месяца после моей смс Аде. Ответа я так и не дождался, но хотя бы номер не сменила. В моем положении это подобно знаку с выше.

Сегодня мне нужно было заехать в администрацию города, а она находится напротив моего бывшего колледжа. Там преподает один профессор. Один из лучших. В свое время он мне помогал сильно с учебой, ничего не прося взамен. Но когда я выпускался, профессора не было, и тогда я нашел его адрес и пришел к нему домой, лично поблагодарить за годы учебы и подарить презент.

В его квартире я застал полусонного мужчину, который сильно удивился, увидев меня. Я спросил тогда, не заболел ли он, но оказалось, что больна его дочь. В принципе, болезнь излечима, но необходима операция в Германии и курс реабилитации. Профессор ни копейки не попросил. Более того, уверял меня, что он накопил всю сумму. Но расспросив соседей, которые помогали мужчине присматривать за дочкой, я узнал, что ничего у него нет, дай Бог, четверть от той суммы, что нужна на операцию.

Меня задела эта ситуация и я, поговорив с отцом, решил организовать благотворительный вечер в одном из ресторанов отца. Пригласили много знакомых, кое-кого из политиков, друзей профессора, а так же одну из соседок, что чаще бывала в квартире моего учителя. Она собрала все справки, что были у его дочки, и принесла нам.

Денег мы собрали. И на операцию, и на перелет, и дальнейший курс реабилитации. Профессор был счастлив настолько, что пришлось скорую вызывать. Однако, через неделю уже летел в Германию со своей единственной дочерью.

И раз уж сегодня я рядом, решил зайти, узнать, как у него дела. Купил хорошую бутылку коньяка и отправился по знакомой дорожке в светлое здание.

Долго искать не пришлось, он сидел в своем кабинете. Тепло поздоровавшись, я справился о его здоровье, здоровье его дочери. Оказалось, что дочка работает вместе с ним в колледже, только в театральном кружке.

— Ладно, Аркадий Львович, пойду я, на работу еще надо заехать.

— Постой. Я хотел спросить, знаешь ли ты такую девушку, как Анжела Золотова.

— К сожалению, да. В чем проблема?

— Она совершено не хочет учиться, ведет себя вызывающе, но это ладно. Тут таких много, но вот то, что она постоянно называет вашу с отцом фамилию… напрягает, мягко сказать. Ректор не знает, что делать. Связываться с Александром Сергеевичем не хочется, но и терпеть ее поведение,… сам понимаешь. — устало поведал профессор.

— Единственный человек, с кем могут быть проблемы, это ее мамаша. А так, если вдруг что, звоните мне. Я сам приеду, разберусь. Номер у меня прежний. И не обращайте на ее слова никакого внимания. С нее вообще по всей строгости спрашивать нужно.

— Я тебя понял. — усмехнулся мой собеседник. — Ладно, не буду тебя задерживать, беги по своим делам. Ко мне сейчас должна студентка придти. Ты не поверишь, девчонка в стремлении узнать и выжить из материала все, что можно, прилагает невероятные усилия. Учитывая, что она работает после колледжа, умудряется сидеть в библиотеках и писать доклады. Почти по всем предметам. На тебя похожа в этом.

— Ну, вы скажете тоже. — Не успел я договорить, как открылась дверь и, роясь в рюкзаке, зашла девушка, от которой у меня перехватило дыхание.

— О, а вот и моя любимая студентка. Проходи, Ада.

— Кроха… — прошептал я, и девушка, затормозив, в пяти шагах возле меня, резко подняла голову и посмотрела на меня глазами… Бэмби.

Мы не отрывали взгляда друг от друга, боясь пропустить хоть одно изменение, что произошли с нами за шесть лет. Я сделал шаг ближе, потом еще один и еще. Протянул руку и коснулся ее распущенных кудрявых волос, что длиной уже ей до поясницы. Ее широко открытые глаза блуждали по моему лицу. Рюкзак слетел с плеча и упал на пол.

— Ребят, вы что знакомы? — удивился профессор.

— Мы больше, чем знакомы. Это моя кроха, моя Ада… — произнес я, и по щеке мелкой скатилась одинокая слезинка.

— Что ты здесь делаешь? — тихо спросила она, не пытаясь убежать или отстранится от моей руки.

— К профессору пришел. А ты? Ты же училась в другом институте.

— Что? — Ада нахмурилась и все-таки отстранилась от меня. — Что ты говоришь. Это мой первый год.

— То есть? Черт. — я повернулся к Аркадию Львовичу. — Профессор, я украду ее. Можно вы на завтра встречу свою перенесете?

— Конечно, конечно. Иди, Адель. Завтра придешь.

Не думая больше не секунды, схватил рюкзак с пола, застегнул его, потом взял за руку свою кроху и на буксире потащил за собой.

— Верхняя одежда есть? — остановился я у гардеробной.

— Нннет. — оглядел ее с ног до головы. Простая одежда и легкая кофточка сверху, а на улице сегодня ветер сильный.

Снял с себя теплый свитер и надел на мелкую, заболеть только не хватало.

— Пошли до машины быстро.

— Даня, Даня, стой. — Пыталась она меня остановить. Но затормозил я только у машины, когда посадил ее на сидение и пристегнул ремнем. — Дань, ну что ты делаешь? Мне на работу надо.

— Куда? — сидя уже за рулем, неверующе посмотрел на нее.

— Работа, Дань. Работу там работают. Если не трудно, довези меня до дома, а там дальше я сама.

— Кроха…

— Я давно выросла.

Смотрю на нее и не узнаю. Да, глаза моей Ады, волосы ее, даже черты лица. Но эта усталость, какая-то печаль во взгляде, и обреченность что ли.

— Дай свой телефон.

— У меня есть твой номер.

— Правда? — улыбнулся я. — Что ж тогда не отвечаешь мне?

— Не когда было.

— Не беси меня, Бэмби.

— Не бесю,… в смысле не бешу!

— Я скучал.

— Я… знаю.

— Где твой отец?

— Где и был, в деревне.

— Ты тоже там живешь?

— Нет, я переехала несколько месяцев назад на квартиру.

— Телефон дашь?

— Ладно, держи. — она протянула мне свой аппарат, и каким-то самым краешком сознания я отметил, что телефон старый, обычный смартфон.

Залез в контакты и промотал по списку контактов. «Милана работа».

— Милана работа, это кто?

— Управляющая, моя начальница.

— Отлично. — Набрал номер, трубку взяли быстро.

— Здравствуйте, это жених Ады, Даниил. Она сегодня не сможет выйти на работу. Вы уж, извините.

— Эээ, я хочу услышать Адель.

Включаю громкую связь.

— Скажи что-нибудь, твоя начальница, наверное, подумала, что я тебя убил и съел.

— Ну, Дань! Милана, прости, пожалуйста, но можно мне отгул сегодня взять, я потом отработаю.

— Это вряд ли. — Буркнул я под нос, но Адель услышала и строго на меня взглянула.

— Без проблем, Адочка. А у тебя правда жених есть?

— Милана, пока.

Мелкая выхватила у меня телефон и нажала на отбой, угрюмо посмотрев на меня.

— Вот и отлично. А теперь мы едем в твой ресторан.

— В твой ресторан, — поправила меня Ада.

— Я так и сказал, в твой.

— Даниил! — не выдержала мелкая и зарычала. Моя прееелесть!

— Давай серьезно, ты название видела?

— Видела.

— Вот и не спорь.

— Что ты хочешь от меня? — устало откинувшись на спинку сидения, спросила Адель.

— Тебя.

— Не смешно.

— Я даже не улыбнулся. Я ждал шесть лет, и думаешь, так просто тебя сейчас высажу у подъезда и уеду восвояси. Нет уж. Прими, наконец, ты моя. Еще с того дня, как первый раз переступила порог нашего дома.

— Хорошо. Давай поговорим.

— Умница девочка.