Глава 23

Я ворочалась и никак не могла уснуть. Никита, словно издеваясь надо мной, пожелал мне спокойной ночи! Как проклял, честное слово. Благородно предоставил мне кровать в своей спальне, а сам удалился в гостиную. Даже не поцеловал на прощание! Не то чтобы мне хотелось, просто это вызвало у меня здравое недоумение. Хотя да, черт возьми, хотелось. У меня, по идее, сегодня вообще брачная ночь. А чем занимаюсь я?

Как идиотка, пялюсь в темноту, стараюсь не бить кулаками подушку. И не думать о том, как сестренка там справляется с Дэном. Не думать о том, что в соседней комнате спит человек, которого я когда-то любила и к которому меня до сих пор тянет. Не думать о том, как я потом буду разруливать ту путаницу, которую сама же и устроила. И как мне потом рассказывать всю правду Киту, если все сложится нужным образом.

Говорят, настоящая женщина из ничего может сделать прическу, скандал и салат. Насчет этого точно не могу сказать, но интригу из ничего я закрутить сумела. Вот только роль серого кардинала с каждой минутой меня напрягала все больше. Я даже близости с Китом не могу себе позволить, пока окончательно не проясню все с Князевым. Это просто будет нечестно. Хотя мне этого бы и хотелось, что уж себя обманывать.

А этот гад сейчас спит, как ни в чем не бывало. Помнится, он и раньше всегда засыпал, как по команде. Мне бы такое умение!

Промучившись еще минут десять, я решила, что с меня хватит. Спустив ноги с кровати, я задумалась, стоит ли включать свет. Хотя за этот день (да и раньше), мне кажется, я изучила здесь все вдоль и поперек. Решительно направилась в сторону двери. И вписалась прямиком в косяк. Ойкнув от неожиданности им боли, я потерла плечо. М-да, кажется, я себя переоценила. Остается лишь надеяться, что через неделю я не выйду отсюда вся в синяках. А то придется потом оправдываться и доказывать, что я не была в клубе с определенными и крайне странными наклонностями. Стоп, Ева! Что за пошлые мысли тебе лезут посреди ночи? Ты же цветочек, тургеневская девушка. Не разочаровывай хотя бы саму себя!

Пока я мысленно вела диалог с самым благоразумным внутренним голосом, реальность несколько изменилась. Резко вспыхнул яркий свет, от которого я от неожиданности зажмурилась, и Косинский недовольно спросил:

— Принцесса, ты вроде ничего не пила, так что косяки собираем?

Проморгавшись, я увидела, что он с самым невозмутимым видом плюхнулся на подлокотник дивана и рассматривает меня пристальным, практически раздевающим взглядом. И отчего-то резко поняла, что на мне лишь тонкая летняя пижамка, да и он тоже не в смокинге спит. Или не спит, раз так быстро вскочил? Но от таких мыслей стало жарко и, кажется, я даже покраснела.

— Я воды попить хотела, — отведя глаза от полуголого парня в пол, буркнула я. А нечего тут мышцами сверкать! Я, в конце концов, тоже не железная. И, учитывая, какое направление приняли мои мысли, лучше вообще взгляд от пола не отрывать. Ну так, исключительно ради безопасности окружающих.

— Может, лучше рассольчику? — кто-то явно собирался развлечься за мой счет. Ну да, мы оба понимаем, что этой ночью нам вряд ли что-то обломится.

— Ты мне еще тест на беременность предложи, — сердито буркнула я, чувствуя себя, по меньшей мере, глупо. Хотя, учитывая наше прошлое, подобные шутки — определенный прогресс в отношениях. Эдак к концу недели мы, и правда, до чего-нибудь дойдем.

— Ну… Это пока рановато, — я не поднимала взгляд, но кожей почувствовала, как меня оглядели с ног до головы. Таким пристальным, жарким, почти раздевающим взглядом. Долгим, уверенным, я бы даже сказала, внушительным. Таким, что в голову невольно полезли приятные, но не самые правильные и приличные мысли. — Вот через месяц-полтора можно вернуться к этому разговору.

— Угу, можешь занести себе этот день в календарь и поставить напоминалку, — пробурчала я, смущенно поеживаясь. Вся ситуация как-то не располагала к спокойствию. Да и в целом, на душе было некомфортно. Хотелось отбросить все мысли и просто жить. А еще на ручки, конфеток и чего-нибудь вкусного и… Подождите, что он сейчас сказал?

Я замерла, пытаясь осознать, что же он сейчас сказал. Вот только перед Никитой таких проблем не стояло. Ухмыльнувшись, как мальчишка, он довольно сообщил:

— Непременно поставлю. Ева. Даже не сомневайся.

И что-то в его голосе слышалось такое, многообещающее. И что-то в этом тоне мне совершенно не понравилось. Будто мы сейчас разберемся с моими проблемами и свадьбой и активно начнем работать над тем, чтобы тест на беременность оказался положительным. Так и хочется крикнуть: «Стоп! Притормози! Мы так не договаривались! Куда спешить-то?!». Но не уверена, что меня услышат. Да и вообще, что все правильно расценят. Как-то все стало совершенно сложно и непонятно. Раньше все казалось проще, когда мы были вместе. Не приходилось каждый раз замирать, боясь ошибиться и поверить. Как говорится, и хочется, и колется. Про маму вообще молчу, моя наверняка в ужасе от всего происходящего. Она-то как никто знает, что такое публичность.

— Косинский, я даже боюсь спросить, что за звери живут у тебя в голове, — вслух я произнесла совсем другое, ошеломленно наблюдая за тем, как Никита демонстративно подошел к журнальному столику, взял с него телефон и начал что-то торопливо вбивать. Нет, вот он серьезно? Глазам своим не верю!

— Ну… Наверное, это особая разновидность тараканов, — широко улыбнулся он. — Огромных таких, с двадцатиэтажный дом размером.

— Даже не хочу уточнять, как они в тебе уживаются, — хмыкнула я. Разговор, хоть и затрагивал животрепещущую тему, был легким и непринужденным. Котяра, одним словом! И, мне кажется, однажды он сведет меня с ума. Если еще этого не сделал.

— С большим удовольствием уживаются, — рассмеялся Кит. — Ты проверять будешь, поставил я напоминание или как?

Я скрипнула зубами. Цензурных слов просто не находилось. Вот гаденыш-то! Нарочно меня доводит. Вот только зачем? И ведь понимаю это прекрасно, но все равно иду у него на поводу. Хотя, с другой стороны, если бы он вел себя как-то иначе, я бы постоянно испытывала неловкость относительного всего происходящего. Так что еще спорный вопрос, правильно он себя ведет или нет.

— Нет уж, Косинский, — сердито ответила я. — Обойдусь без подобных уточнений.

— Ну вот, — притворно расстроился он. — Значит, не спится?

И голос такой невинный, что я тут же заподозрила неладное. Даже захотелось заверить, что все в полном порядке и на меня так неожиданно напала сонливость. Но это будет уже совсем трусостью.

— Даже если и так, то что? — приподняла я бровь. Интересно, что же он сейчас предложит? Зная Кита, я, наверное, уже ничему не удивлюсь. С него станется и что-то совсем запредельное и неприличное попросить.

— Значит, глупо терять время, ворочаясь в постели, — подмигнул мне Никита. Так. Это что он имеет в виду? Если он сейчас озвучит вслух то, о чем я думаю, стукну его по лбу.

— Собирайся, — ухмыльнулся Никита, словно четко уловив, о чем я сейчас размышляю. Или это только я настолько пошлая? Бр-р-р. Докатилась, Евсения Воронцова! А ведь приличная девушка, актриса, представитель творческой интеллигенции. А в голове — ни одной умной мысли. Позор! Бесчестье! Ну и что там у нас идет дальше, по театральному пафосу?

— Куда? — недоуменно моргнула я. Время уже давно перевалило за полночь. Плюс, ко всему прочему, я вроде бы как должна в ближайшее время сидеть в квартире. И пусть мне подобный расклад не слишком нравился, но это казалось разумным. А что предлагает Кит…

— Гулять! — решительно заявил он. — Проветривать тебе мозг. А то он заплесневеет в четырех стенах от переживаний.

Нет, ну это уже наглость! Я не про предложения, а формулировки. Я вроде бы в своих умственных способностях не давала повода сомневаться. Ан нет, некоторые наглеют. Еще подошел и нагло щелкнул меня по носу:

— Что застыла, принцесса?! Собирайся! На сборы даю двадцать минут.

— Тиран! — фыркнула я, собираясь сообщить, что никуда не пойду. А потом замерла. А почему бы и нет, черт возьми? Если очень осторожно, не появляясь в публичных местах? Тем более, сейчас ночь! — Ладно, уговорил.

Развернулась и ушла в комнату переодеваться. Искренне надеюсь, что я об этом не пожалею!