***

Устало покачиваясь в седле, Егор вспоминал события той ночи и, злорадно усмехаясь, мысленно потирал руки. История эта закончилась не совсем так, как ему представлялось, но вполне удовлетворительно. Тот ночной бой стал для него избавлением от навязанного пустого времяпровождения. Схватка с персами оказалась тяжелой. Судя по упорству, с которым они рвались к генеральскому биваку, противник точно знал, куда и зачем ломится.

Собрав своих бойцов, Егор вывел их во фланг атакующим, и ситуация резко изменилась. Первым же залпом казаки положили не менее десятка бойцов противника. Выстрел из винтовки на расстоянии примерно в тридцать шагов – это гарантированное пробитие человеческого тела насквозь. Егор стрелял из своих револьверов сразу с двух рук. Благо, умений для этого ему давно уже хватало. Не ожидавшие такого удара персы растерялись, но очень скоро в ответ атакующим начали раздаваться выстрелы. Понимая, что позиционный бой – это потери в личном составе, Егор повел свою группу в стремительное сближение с противником.

Вломившись в ряды противника, казаки взялись за шашки, и у бивака завертелась рукопашная. Егор, сжимая в руках револьверы, прикрывая своих казаков, вертелся флюгером, пытаясь отследить каждого из них. Внезапно у палаток генералов какая-то умная голова запалила костер и принялась размахивать факелом. Проверяющие, высыпав из палаток, принялись отдавать команды, противореча друг другу и внося в схватку ненужную суету.

Егор, выпустив в очередного противника последнюю пулю, подхватил с земли чью-то саблю и, резким движением отбив удар по плоскости клинка, шагнул в сторону, уходя от гортанно что-то оравшего перса в сторону. Обратным ударом он разрубил ему горло и, обернувшись вокруг своей оси, шагнул в сторону, выбираясь на свободное место. Лезть в свалку не для него. Сомнут за счет веса и силы.

Схватка начала откатываться в сторону, и неожиданный выстрел на мгновение осветил бойцов. Пуля ударила Егора в левое плечо, и он, невольно ахнув, глухо выругался, приседая на одно колено. Кто именно стрелял, непонятно, но стоять на месте было опасно. Перехватив саблю поудобнее, парень поднялся и двинулся к своим подчиненным. Очередной перс, вскинув над головой саблю, вынырнул на него из темноты и, одним слитным движением сменив плоскость, нанес удар.

Егор скорее почувствовал, чем увидел этот прием и резко прогнулся в пояснице, прикрываясь клинком сабли. Что-то почему-то горячее резануло его по груди, а после по животу покатилось нечто холодное. Заметив, что оружие перса ушло в сторону, парень, не раздумывая, ткнул его кончиком клинка в лицо и тут же рубанул по плечу вооруженной руки. Отступая от падающего противника, Егор запнулся обо что-то и, упав на колени, оперся рукой о землю.

Под ладонь ему попалось цевье винтовки, и парень, подхватив оружие, неловко передернул затвор. Боль в груди и раненом плече становилась все сильнее. Сунув патрон в патронник, Егор вдруг услышал голос того самого индюка, чьей интригой он оказался тут. Развернувшись, он положил винтовку на камень и всмотрелся в толпу, суетившуюся в свете костра. Приметив знакомую шарообразную фигуру, парень зло усмехнулся и, прицелившись, плавно спустил курок.

– Одной швалью меньше, – прошипел он, отбрасывая винтовку.

Подскакавшие казаки из соседнего подразделения одним ударом смели нападавших, и вскоре бойцы его десятка начали возвращаться. Кто-то притащил связку факелов, и место схватки осветилось. Казаки, увидев, что парень ранен, тут же принялись стаскивать с него одежду и готовить все необходимое для перевязки. Вспомнив, что казаки всегда жили с добычи, Егор тихо велел своим подчиненным собрать тела убитых ими персов.

Парню в очередной раз повезло. Пуля прошла сквозь мягкие ткани плеча, навылет, а сабля противника нанесла длинный, но не глубокий порез. В общем, только шкуру попортили, как высказался сам Егор, с грехом пополам оглядев свои раны. Но, несмотря на несерьезность ранений, крови он успел потерять изрядно. Так что, едва оказавшись в своем лагере, парень был схвачен Архипычем и тут же подвергнут тщательному осмотру.

Накладывавшие повязки казаки подробно объяснили дядьке, что раны у парня не особо серьезные и что все нужное уже сделано, после чего казак тихо, но внятно и вполне доходчиво высказал Егору все, что о нем думает. Улыбнувшись, парень вместо ответа просто обнял старого казака, тихо прошептав:

– Уймись, дядька. Живой, и ладно. А шкура заживет. Сам ведь знаешь, как оно в бою бывает.

– Ну, так-то оно да, – смущенно проворчал Архипыч, похлопывая парня по спине. – Принесть тебе чего, Егорка? – чуть отодвинувшись, спросил он.

– Чаю поставь. Пить после драки хочется, – вздохнул парень, чувствуя, как наваливается усталость.

– Ага, сей момент спроворю, – быстро кивнул Архипыч, бросаясь вздувать костер.

Присев на седло, Егор устало огляделся и, найдя взглядом десятника, что вел его группу в бой, жестом подозвал его поближе.

– Присядь, Степан Петрович, – пригласил он, указывая на место напротив. – Казаки твои все целы?

– Слава богу, Егор Матвеич, – улыбнулся боец.

– Добычу собрали?

– Добре все. Утром сам глянешь, чего себе захочешь.

– Если только из оружия чего интересного будет, – отмахнулся Егор.

– Велю казакам, принесут, – одобрительно кивнул десятник.

– Ты бы прилег покуда, барич, передохнул, – оборвал их разговор Архипыч, протягивая парню кружку с чаем. – Со светом видно будет, что да как.

Кивнув, Егор не спеша допил чай и, поднявшись, отправился досыпать. От усталости и потери крови навалилась апатия. Уснул он, едва коснувшись подушки головой. Проснулся парень сам. От роскошного запаха шашлыка. Подняв голову и принюхавшись, Егор недоуменно хмыкнул и, поднявшись, отправился умываться. Приведя себя в порядок, подошел к костру, который казаки использовали как кухню, и, оглядев десяток тщательно ошкуренных прутиков, на которых жарилось какое-то мясо, удивленно поинтересовался:

– Вы где, черти, сумели барана добыть? Неужто в деревню какую ездили?

– Дикую козу случаем подстрелили, – усмехнулся в ответ кашевар, старательно переворачивая импровизированные шампуры. – Видать, ночью стадо пальбой спугнули, вот она сдуру на братов и выскочила. Садись, барич. Поешь. С раной-то мяско свежее в самый раз будет.

Не чинясь, Егор присел к костру и, получив от кашевара пруток с мясом, с удовольствием запустил в него зубы. Готовить казаки и вправду умели. Даже случайно добытая козлятина оказалась настоящим произведением кулинарного искусства. Смолотив два шампура, Егор с довольным вздохом отвалился от костра и, переводя дух, проворчал:

– Благодарствую, казаки. Давно так вкусно не ел.

– На здоровьичко, Егор Матвеич, – заулыбались казаки в ответ.

Вынырнувший непонятно откуда Архипыч, увидев, что его подопечный уже поел, тут же развил бурную деятельность. Разложив тут же у костра все необходимое, он заставил парня раздеться и принялся обихаживать его раны. Казак успел сменить повязку на плече, когда рядом с костром послышались шаги и чей-то голос удивленно произнес:

– Как прикажете это понимать, юнкер? Кто вас ранил?

– Персы в ночном бою, – хмыкнул Егор, оглядываясь через плечо.

Музыкальный слух снова не подвел. К их биваку подошел тот самый генерал, что просил устного перевода при проверке его знаний.

– Так это ваш десяток ударил ночью персам во фланг? – оживился генерал.

– Мой, – коротко кивнул парень.

– Сильно вас достали? – уточнил генерал, кивая на повязки.

– Пуля в плечо, насквозь, и сабельный порез, – коротко доложил парень.

– У доктора уже были?

– Ему и без меня забот хватит, – отмахнулся Егор. – Тут вон и казаки мои сами управятся. Пулю-то вынимать не надо. Только раны почистить. Дядька уж, вон, сделал все, – кивнул он на казака.

– Расскажите мне все, – вдруг потребовал генерал, жестом успокаивая свое сопровождение.

Вздохнув, Егор собрался с мыслями и принялся описывать события прошедшей ночи. Внимательно его выслушав, генерал кивнул и, оглянувшись, нашел взглядом начальника штаба, при котором Егор числился. Оглядев собравшихся казаков из десятка парня, генерал задумчиво хмыкнул и, помолчав, спросил, повернувшись к полковнику:

– Все слышали, Максим Власович?

– Так точно, ваше высокопревосходительство, – бодро доложил тот.

– Вот и славно. Составьте доклад на высочайшее имя и наградные документы. Казакам – солдатского Георгия, а юнкеру – его же орден. А вы, молодой человек, собирайтесь. По ранению, вы будете отправлены домой, на излечение. Максим Власович, проследите, чтобы все бумаги были выправлены в кратчайшее время. Награждение проведем завтра. Перед строем, – закончил генерал и, кивнув, отправился дальше.

Полковник, аккуратно хлопнув Егора по плечу, весело подмигнул и поспешил следом. Глядя им вслед, парень только в затылке почесал, а после, повернувшись к своим бойцам, задумчиво проворчал:

– Ну, хоть недаром головами рисковали.

В ответ весь десяток зашелся дружным хохотом.

– Лошадей проверьте и телеге ступицы смажьте. Дорога у нас будет долгая, – вздохнул Егор, возвращаясь к костру.

Получив от Архипыча очередную кружку чаю, парень поплотнее закутался в бекешу и, грея пальцы о глиняные бока тары, принялся проигрывать про себя результаты случившейся авантюры. Назвать все, что с ним произошло, иным словом, парень просто не мог. Впрочем, после всего этого его рейтинг в глазах обывателей заметно должен был повыситься. Что ни говори, а побывать на фронте и вернуться после ранения в его возрасте – это повод для долгих обсуждений в свете. Иной выгоды из этого приключения все равно не будет. Это Егор понимал отлично.

– С паршивой овцы хоть шерсти клок, – еле слышно буркнул он, попивая чай.

Как генерал и приказывал, на следующий день его и весь его десяток торжественно наградили крестами, после чего начальник штаба лично вручил парню все нужные документы, поздравив и пожелав счастливого пути домой.

– Похоже, вы рады, что избавились от такой докуки, – не удержавшись, хмыкнул Егор.

– Я с самого начала не понимал, зачем вас вообще сюда прислали, – не стал скрывать полковник. – Прошу понять меня правильно, молодой человек, но юноши вашего возраста не должны участвовать в боевых действиях. Даже юнкера и кадеты военных училищ. Слишком рано. Лить кровь в вашем возрасте опасно. Можно вкус к этому делу приобрести. Так что да. Я рад, что вы уезжаете. К тому же вы последний из своего рода, так что вам не о подвигах думать надобно, а о том, как фамилию сохранить.

– В любом случае, я рад знакомству с вами, – кивнув, ответил Егор, проявив вежливость. – Это был весьма занятный опыт. Пусть и не большой.

– Я тоже был рад знакомству, Егор Матвеевич, – улыбнулся полковник, протягивая ему руку. – Даст бог, свидимся. Прощайте.

– Прощайте, Максим Власович, – щелкнул Егор каблуками, склоняя голову.

После награждения казаки принялись сворачивать лагерь, и спустя три часа их обоз двинулся в сторону границы империи. Даже несмотря на ранения, парень решил ехать верхом. Кавалерист из него был не очень, так что Егор старался делать все, чтобы научиться держаться в седле как следует. Благо, коня и седло ему подбирал опытный казак, так что с транспортом все было в порядке. Главное, самому не облажаться, случись какая замятня.

Двигаясь вдоль побережья Каспия, они пересекли границу и, отметив подорожные бумаги у пограничной стражи, двинулись в сторону крепости Дербент. Маршрут им был хорошо известен, так что уже на территории империи можно было слегка расслабиться. Местные разбойники не настолько глупы, чтобы рисковать и нападать на отряд в десяток вооруженных казаков.