***

Отражать удары противника, гораздо тяжелее тебя и сильнее физически, – верх глупости. Этой истине Егора казаки научили твердо. Перехватив клинок гвардейца на подходе, парень ударом по плоскости сбил его в сторону и, делая шаг влево, стремительно обернулся вокруг своей оси, остановив саблю в сантиметрах от шеи поединщика. Все наблюдавшие за этим опасным финтом дружно ахнули, моментально сообразив, что, не останови Егор клинка, и такой удар снес бы гвардейцу голову.

Покосившись на клинок, подпоручик растерянно усмехнулся и, тряхнув головой, хрипло произнес:

– Еще раз.

– Извольте, – без улыбки коротко кивнул Егор. Судя по действиям поручика, бой этот и вправду был показательным.

Противники разошлись, и подпоручик, подобравшись, медленно двинулся по кругу, то и дело делая кончиком клинка короткие выпады. Понимая, что он таким образом пытается выбрать момент для атаки, Егор тоже начал плавно смещаться, сбивая противника с ритма и не давая ему приноровиться к движению. Кончик его сабли выписывал в воздухе маленькие восьмерки, словно выбирая место, в которое успеет уколоть противника. Выбрав момент, когда гвардеец немного провалится в укол, парень отбил его саблю влево от себя и, делая шаг вперед, тут же нанес обратный секущий удар поперек груди.

Егор решил рискнуть, чтобы показать собравшимся раз и навсегда, что он добыча зубастая и просто с ним не будет. Лезвие сабли рассекло ткань рубашки противника, буквально на волос не дотянувшись до тела. Покойный Архипыч недаром гонял парня до седьмого пота, не давая спуску. Умение точно рассчитать расстояние и умение двигаться стремительно было вбито в парня буквально на уровне инстинктов. Старый казак был настоящим мастером боя белым оружием. От ножа и до сабли.

Очередной дружный вздох собравшихся и растерянный взгляд подпоручика послужили Егору даже большей наградой, чем хвалебные аплодисменты. Отступив назад, парень чуть пожал плечами и, воткнув саблю в землю, спокойно произнес:

– Думаю, этого достаточно.

– Кто вас учил? – шагнув вперед, быстро спросил подпоручик.

– Старый казак, которого убили при нападении, когда он закрывал собой старика… Из кустов… – не упустил Егор возможности уколоть собравшихся офицеров.

Подпоручик не нашелся, что ответить на это, и, кивнув, вернулся к сослуживцам. Подойдя к дяде, Егор забрал у него свой френч и, одевшись, проворчал:

– Вам сегодня на службу не надо? Застряли тут со мной.

– Начальство знает, где я, – отмахнулся Игнат Иванович. – Так что спешить некуда.

Раздавшийся голос заставил всех собравшихся растерянно вздрогнуть и, оглянувшись, согнуться в поклонах.

– Что здесь происходит, господа? – поинтересовался император, выходя на лужайку. – Надеюсь, это не дуэль?

– Никак нет, ваше величество, – первым нашелся Егор и, быстро застегивая пуговицы, пояснил: – Господа гвардейцы не поверили, что я мог победить на дуэли корнета, и решили это лично проверить, устроив шутейный бой.

– И как? Убедили, Егор Матвеевич? – иронично поинтересовался государь.

– Осмелюсь доложить, мне это удалось, – коротко поклонился парень.

– Ловкий удар, молодой человек. На волос ближе, и подпоручик был бы убит, – подойдя к офицеру и рассмотрев разрез на груди, одобрительно хмыкнул император. – Надеюсь, вы закончили развлекаться, господа?

– Так точно, ваше величество, – дружно вытянулись гвардейцы.

– Тогда извольте вернуться к службе. А об этом юноше скажу так: в его судьбе я буду принимать особое участие, потому как его знания и умения для государства нашего вельми полезны. Надеюсь, меня все слышали? – уточнил он, чуть подняв бровь.

– Не извольте сомневаться, ваше величество, – бодро доложил все тот же заводила-поручик.

– Я знаю вас, как человека слова, граф, – хмыкнул государь и, кивнув, закончил: – Можете идти, господа.

Поклонившись, гвардейцы отступили назад, как положено по этикету, и, обходя его, направились в сторону дворца, к удивлению Егора, не забыв кивнуть и им с дядей на прощанье.

– Честь имею, господа, – попрощался Егор сразу со всеми.

– Признаться, я впечатлен, юноша, – проводив их взглядом, едва заметно улыбнулся император. – Клинком вы и вправду владеете отменно.

– Очень рано пришлось понять, что жизнь не так проста, как думается, ваше величество, – нашелся Егор, снова кланяясь.

– Понимаю, – чуть скривился государь. – Что ж, господа, вы тоже можете идти. И спасибо вам, Егор Матвеевич. Сумели поднять мне настроение своим умением, – вдруг добавил он, лукаво, подмигнув.

– Весьма рад, ваше величество, – склонил Егор голову и, отступив назад, поспешил за дядей.

Уже в карете Игнат Иванович, переведя дух, растерянно качнул головой и, повернувшись к племяннику, тихо спросил:

– Егорка, ты хоть понял, что сегодня случилось?

– Государь показал, что я ему зачем-то нужен, – пожал парень плечами, все еще находясь в состоянии тихого охреневания от всего услышанного на поляне.

– Он не просто это показал. Он сказал об этом своим гвардейцам прямо. И это, мон шер, совсем не шутки. Ведь он обещал принимать участие в твоей судьбе. А это дорогого стоит.

– Знать бы еще, зачем ему это, – не удержавшись, вздохнул Егор, про себя думая: «Похоже, он решил из меня для всех живца сделать и ловить всяких заговорщиком и прочих недовольных властью». Блин, теперь ходи, да оглядывайся. Благоволение императора от пули никак не защитит. Вот ведь попадалово.

– Зачем, не скажу, но точно знаю, что государь ничего просто так не говорит, – помолчав, проворчал Игнат Иванович.

– Думаете, начнет игру в долгую? – прямо спросил Егор. – Иной роли как быть живцом, я тут для себя не вижу.

– Скорее тем, кто станет всех при дворе раздражать, – мрачно признался Игнат Иванович. – А когда придворных кто-то раздражает, они начинают интриговать и делать ошибки. А ему со стороны будет прекрасно видно, кто и как о тебе отзывается и как принимает. К тому же не будем забывать, что языков ты и вправду знаешь много, а значит, некоторые вещи, можешь перевести правильнее и точнее.

– Погодите, дядюшка. А как теперь во время приемов иностранных послов и подобных подданных государю их речь переводят? – оживился Егор.

– Ну, все прибывающие ко двору обычно хорошо знают английскую или французскую речь, а государь на этих языках говорит свободно, – отмахнулся дядя.

– Занятно. Чтобы просто поговорить, и та и другая сторона вынуждена использовать речь третьих государств. Но ведь в подобном случае ошибки будут просто обязательно. А это значит, что в любом договоре могут быть разночтения, – указал парень на главную проблему.

– И такое порой случается, – не стал отрицать Игнат Иванович.

– Бог с ним, – вздохнув, проворчал Егор. – Будем жить по правилу «делай, что должно, и пусть будет, что будет». Я могу теперь в имение ехать?

– Торопишься? – насторожился дядя.

– Там дедушка один остался. Трудно ему теперь. Ноги уж совсем не ходят. Даже, чтобы по дому пройти, приходится слугу звать, – вздохнул Егор.

– Завтра я привезу тебе для перевода несколько документов, а после можешь возвращаться, – быстро кивнул Игнат Иванович, сообразив, что речь зашла о его престарелом отце.

– Добре. Значит, послезавтра в путь, – решительно кивнул парень, которому все эти переезды и пустая трата времени начали уже надоедать.

– Думаешь, за день управишься? – усомнился дядя.

– Ну, там же не фолиант размером с британскую энциклопедию, – усмехнулся Егор. – А с полудюжиной листов я за день управлюсь.

– Не забывай, там всякие хитрости могут быть, – не унимался Игнат Иванович.

– Там видно будет, – пожал Егор плечами, не видя смысла продолжать этот спор.

Карета вкатила во двор особняка, и родичи, выбравшись из салона, отправились в дом. Они едва успели перевести дух и выпить по чашке чаю, когда вошедший слуга принес дяде конверт. Удивленно хмыкнув, Игнат Иванович быстро вскрыл его и, достав лист бумаги хорошего качества, вчитался в текст.

– Придется нам с тобой, Егорка, кое-куда съездить… – задумчиво протянул он.

– Это куда еще? – насторожился парень, не имея ни малейшего желания вообще выходить из дому. Уж больно трудный день выдался.

– К начальнику моему. Князю Бобруйскому. Похоже, дело серьезное.

– А я там зачем? Там же, думаю, ваши служебные дела пойдут, – осторожно напомнил Егор.

– В том-то и дело, что он просит меня тебя с собой привезти, – тряхнул Игнат Иванович письмом. – Так что собирайся и поехали, – решительно скомандовал он.

– Не было печали, – проворчал Егор, выбираясь из-за стола.

Благо кучер дяди не стал распрягать лошадей, так что, снова переодевшись, родичи погрузились в карету и покатили на дом к дядиному начальству. Глядя в окно, Егор только мрачно вздыхал, даже не пытаясь строить догадок, зачем он вдруг понадобился какому-то князю. На ум приходила только одна причина: срочно потребовался очередной перевод какой-то важной бумаги. Карета выкатилась на Васильевский остров и, покружив по улицам, въехала во двор широкого помпезного здания.

Родичей встречал мажордом. Судя по всему, их тут и вправду ждали. Пройдя следом за слугой в кабинет хозяина, Егор с интересом осмотрелся и, убедившись, что ничего нового тут не увидишь, обратил свое внимание на хозяина дома. Князь Бобруйский оказался человеком среднего роста, с заметной сединой в темно-русых волосах, с усами и бакенбардами. Вот только взгляд у князя оказался не простым. Умный, внимательный и при этом очень похожий на те, что Егор видел в прежней жизни у военных – особистов.

– Благодарю, Игнат Иванович, что не стали откладывать визит, – поднявшись из-за стола, произнес князь. – Прошу, присаживайтесь. Дело у нас с вами не простое. Два часа назад мне привезли один документ, знать содержание которого нам с вами жизненно необходимо. Потому и я взял на себя смелость просить вас привезти вашего племянника сюда. Взгляните, молодой человек. Сможете перевести? – спросил князь, протягивая парню папку с документом.

Чуть развернувшись, чтобы лучше видеть текст, Егор быстро пробежал по строчкам арабской вязи взглядом и, убедившись, что все вполне читаемо, коротко кивнул. Игнат Иванович, отлично зная, что нужно делать, схватил со стола бумагу и карандаш и приготовился записывать. Переведя про себя первые строчки, Егор еще раз перепроверил сам себя и, убедившись, что все логично, принялся диктовать.

Глядя на этот тандем, князь только одобрительно кивал и удивленно разглядывал парня, явно не понимая, как можно так легко читать текст, написанный задом наперед. Самая большая проблема для человека, изучающего арабскую письменность и, заключалась в том, что читать все приходилось, ломая заложенные с детства привычки. Закончив, Егор еще раз перепроверил весь текст и, вздохнув, вернул папку князю.

– Однако вы и вправду в этом деле дока, – проворчал тот, убирая ее в сейф. – Как прошла аудиенция у его величества, Игнат Иванович?

– Прекрасно. Государь прямо сказал, что станет принимать участие в судьбе Егора, – с гордостью улыбнулся дядя.

– Вот как? И кому же он это сказал? – заинтересовался князь.

– Дюжине гвардейских офицеров, решивших проверить, как Егор владеет саблей. Шутейный бой затеяли, – зло усмехнулся Игнат Иванович. – А он из окна тот бой и увидел. Лично в парк спустился, чтобы выяснить, что там происходит.

– Что ж. Поздравляю, господа. В нашем с вами деле это будет серьезным подспорьем. Жаль, что племянник ваш, Игнат Иванович, еще слишком молод для службы нашей.

– Молодость – штука, которая очень быстро проходит, – не удержавшись, влез Егор в разговор. – Впрочем, я не привык кому-то навязываться.

– С норовом у вас племянник, Игнат Иванович, – тихо рассмеялся князь.

– Будь я другим, уже б схоронили, – пожал парень плечами.

– И то верно, – одобрительно кивнул князь. – Что ж, юноша. Я рад, что у моего товарища имеется столь надежный помощник в делах и жизни. Давно хотел с вами познакомиться, да все не складывалось. Благодарю вас, Егор Матвеевич, что так быстро бумаги наши переводите, – закончил он, протягивая парню руку для пожатия.