***

Домой его Игнат Иванович так и не отпустил, обосновывая это какими-то еще не законченными делами. Понятно, что прямо он ничего не рассказывал, но дело явно раскручивалось на полную катушку. Понимая, что настаивать тут будет неправильно, Егор маялся бездельем, иногда просто катаясь по городу, а иногда бродя по магазинам и лавкам. Точно так же рядом с ним страдали и его постоянные сопровождающие. Кучер Никита и казак Михалыч.

Но у этих хоть какие-то заботы имелись, сам же Егор уже готов был кому-нибудь зубами в глотку вцепиться, когда вернувшийся со службы дядя неожиданно сообщил, что к нему на работу принялись стадом ломиться всякие репортеры. Удивленно хмыкнув, парень окинул его задумчивым взглядом и, чуть пожав плечами, осторожно поинтересовался:

– Дядюшка, а чего это они к вам пришли? На дуэли-то я дрался.

– Самому бы знать, – устало усмехнулся Игнат Иванович. – И ведь как обнаглели! Мало того, что прям на службу явились, так еще и посмели всем вокруг начать вопросы задавать.

– И что? Чем кончилось? – заинтересовался Егор.

– Пришлось жандармов вызывать, – обреченно махнул дядя рукой. – Едва вытолкали.

– А про что спрашивали? – аккуратно уточнил парень.

– С чего та дуэль случилась и что теперь тебе за нее будет, – нехотя буркнул Игнат Иванович.

– Так, может, будет лучше, если я в имение уеду? – в очередной раз задал Егор важный для себя вопрос. – Ну, сами подумайте, дядюшка. Тут я словно три тополя на Плющихе. Со всех сторон видать. А в имении так просто ко мне и не подступишься. Дома я любого репортера окоротить смогу.

– И что им говорить станешь? – с сомнением поинтересовался дядя.

– А что я могу сказать? – пожал парень плечами. – Пришли, стали вам вызов бросать, ничего толком не объясняя. Я и влез, потому как знаю, что вы с оружием не очень. Все на службе радеете. А там уж вышло, как вышло.

– Выходит, про заговор ничего говорить не станешь? – осторожно уточнил Игнат Иванович.

– За то пусть они у того полковника спрашивают. Я в те дела не допущен, – с ходу ушел Егор в глухой отказ.

– Ладно, подумаю, – отреагировал Игнат Иванович совершенно непонятным образом.

– О чем? – растерялся парень.

– Тут такое дело, Егорка, – помолчав, явно нехотя заговорил дядя. – Его величество мне весьма прозрачно намекнул, что тебе пока лучше тут побыть.

– Государь? Зачем? – окончательно завис Егор. – К чему я ему тут?

– Самому бы знать, – скривился дядя.

– Ничего не понимаю, – проворчал парень, почесывая в затылке. – Ладно. Раз так, я завтра снова по городу кататься поеду. Сил моих боле нет попусту дома сидеть.

– Делай, как сам решишь. Главное, чтобы все тихо было, – быстро кивнул Игнат Иванович.

– Да вроде ни с кем драться не собираюсь, – фыркнул Егор. – А что у вас с Еленой Всеславовной? Складывается? – сменил он на всякий случай тему.

– Трудно сказать. При встрече вроде рада меня видеть, улыбается, а как одни остаемся, так словно сторониться начинает, – смущенно признался дядя.

– Так, может, вам какое-то время не видеться? – осторожно предложил Егор.

– И что тогда будет? – удивился Игнат Иванович.

– Ну, тогда и вы сами, и она сможете для себя решить, хотите ли и далее видеться, – пожал парень плечами, вовремя вспомнив про такой женский прием – удержание на расстоянии. И сломать его можно только вот так. Резко оборвав встречи на время. – Уж вам-то объяснить это будет проще простого. По службе заняты были, – быстро добавил он.

– Знаешь, а может, ты и прав, – задумчиво проворчал Игнат Иванович.

Разговор увял, и чуть позже родичи разошлись по своим комнатам, спать. А утром, едва позавтракав, Егор приказал запрягать и, прихватив с собой дядьку, отправился в город. Побродив по всяким лавкам и магазинам, он набрел на магазин оружейных товаров и тут завис надолго. Перебирая всякое оружие, он выбрал себе охотничье ружье и принялся осматривать нарезное оружие. Внимание парня привлекла винтовка фирмы «Лепаж». Оружие не особо украшенное, но с хорошей механикой, примерно в три дюйма калибром.

Повертев в руках саму винтовку, Егор принялся рассматривать патрон. На первый взгляд, обычная бутылочная гильза с закраиной. Пуля с круглым носом в медной рубашке. Ничего примечательного. Но мысль о том, что эту пулю можно будет сменить на свинцовую с медной опояской, а после просто откреститься от такого боеприпаса, его не покидала. Сделать такую пулю не особо сложно. Главное, это оружие как следует пристрелять. Плюнув на все сложности, Егор купил винтовку и к ней тысячу патронов. Если уж стрелять, так от души.

Выйдя из магазина, парень задумчиво огляделся и, махнув на все рукой, велел Никите везти их к Гостиному двору. В кофейню. Уже в заведении, сделав привычный заказ, Егор с головой погрузился в размышления о возможности избавиться от графа Румянцева. Уж очень ему не понравилась попытка аристократа натравить на него полицию. Этот поступок ясно дал парню понять, что в покое их с дядей не оставят. В общем, появление в кофейне Елены Всеславовны и Натальи он снова благополучно пропустил.

Очнулся, только когда дамы в очередной раз остановились у его столика. Вскочив, Егор почтительно поздоровался и, усадив дам, усилием воли заставил себя вернуться в реальность.

– Егор Матвеевич, а что у Игната Ивановича случилось? Я сегодня получила странное письмо от него, что он будет занят по службе и не сможет к нам заехать, – пригубив чашку с напитком, осторожно поинтересовалась Елена.

– Признаться, толком и не знаю, но суета там какая-то и вправду есть, – туманно отозвался парень, про себя похвалив дядю за оперативность и решительность. – К тому же дядюшка опаску имеет, что не шибко приятен вам.

– С чего бы? – моментально подобралась женщина, словно кошка.

– Ну, об отношениях ваших он мне не сказывал, так что могу только гадать, – пожал парень плечами. – Но как он сам говаривал, не молод, не красавец, да и служба много времени отнимает. А дамы все время к себе внимания требуют. Вот и опасается, что вы вдруг кем помоложе заинтересуетесь, – подлил он масла в огонь.

– Чушь, – фыркнула Елена, гораздо эмоциональнее, чем это было нужно.

– Еще раз повторю, Елена Всеславовна, это только мои догадки. О дамах, мы с ним не говорим. Тут у каждого своя жизнь и свои тайны.

– И у вас? – моментально отреагировала Наталья.

– Так ведь и я живой человек, – хмыкнул Егор в ответ.

– И что, имеете к кому-то сердечный интерес? – ехидно усмехнулась женщина, бросая на дочку выразительный взгляд.

– Нет. Такого интереса не имеется, – едва заметно усмехнулся Егор. – Я в московском обществе белая ворона. Так что родители юных дев стараются держать их от меня подальше.

– Вы это серьезно? – растерялась Елена от такого ответа.

– Совершенно. Похоже, считают, что я могу повести себя как-то неправильно, – презрительно скривился парень. – Впрочем, это только их беда. Мне до того и дела нет.

– А разве вы не собираетесь жениться? – задала женщина прямой вопрос.

– Собираюсь, но не теперь. Рано. Первым делом нужно с самим собой определиться. Решить, что делать дальше и как жить. А после уж можно будет и семью создать.

– Но ведь вы нам вот в этой самой кофейне не так давно говорили совсем обратное. И планы у вас были вполне себе серьезные, – быстро напомнила Елена.

– Слыхали поговорку «хочешь насмешить бога, тогда расскажи ему о своих планах»? Вот я и не хочу господа смешить. А то, что сказывал, так это правда. Но только в общих чертах. Как оно на самом деле будет, посмотрим. Время еще есть.

– Ну, судя по тому, как вы лихо влезаете во всякие дуэли, в этом можно усомниться, – поддела его женщина.

Ответить Егор не успел. В кофейню вошли человек пять мужчин разного возраста и, быстро осмотревшись, направились прямиком к их столику. Обступив его со всех сторон, мужчины дружно уставились на парня. Затем один из них, достав из кармана блокнот, решительно произнес:

– Господин Вяземский, мы хотел бы задать вам несколько вопросов.

– Ну, чего там вам хочется, это только ваши проблемы, – жестко осадил его парень. – В данное время я отдыхаю и имею беседу с дамами, а ваше поведение, господа, переходит все границы приличий. И посему я попрошу вас оставить нас. Я занят, господа, – твердо ответил Егор, окидывая репортеров жестким, злым взглядом.

– Но у читателей имеются вопросы к вам, – с пафосом начал все тот же репортер.

– Это проблемы читателей, – фыркнул Егор. – Никто не обязан удовлетворять чужое любопытство. Как я уже сказал, я занят.

– Господин Вяземский, этого разговора все равно не избежать, – неожиданно вылез еще один писака. – Сюда едут еще с дюжину наших коллег, так что просто уйти или отмолчаться у вас не получится.

– Получится. Я просто попрошу хозяина вызвать полицию, – жестко усмехнулся Егор. – А на улице сяду в свою карету и уеду, не говоря ни слова.

– Но почему вы так жестко настроены против этого разговора. В прошлые разы вы были куда как лояльнее к прессе, – напомнил первый репортер.

– Тогда все было организовано и упорядоченно. Как это принято у воспитанных людей. А сейчас вы устроили просто какой-то бандитский налет. Вон, даже посетители заведения уже стали на вас коситься, – кивнул Егор в сторону мрачно поглядывавших в их сторону отцов семейств. – Люди сидят, разговаривают, отдыхают, а вы встали посреди заведения, словно столбы, да еще и смеете чего-то требовать. Увольте. В подобном положении я разговаривать не стану.

Словно специально, в кофейню начали заходить еще репортеры и тут же направлялись к уже стоящим. В конечном итоге, у стола и вправду собралось человек пятнадцать пишущей братии. Все посетители, оставив свои беседы, дружно уставились на эту картину, явно ожидая чего-то интересного. Егор, делая вид, что его это совершенно не касается, вернулся к питию кофе.

– Хорошо. Если мы извинимся перед вашими спутницами и рассядемся, вы поговорите с нами? – подумав, выдвинул заводила новое условие.

– Вам не просто придется сесть, а еще и сделать заказ. Это кофейня, господа, а не общественный сквер, – ехидно усмехнулся парень. – И ради ваших хотелок никто не станет терпеть убытков.

– Вы правы, – чуть поморщившись, кивнул заводила. – Рассаживаемся, господа. Рассаживаемся. Официант, кофе, – скомандовал он, усаживаясь за соседний столик.

Выждав, когда все репортеры усядутся и получат напиток, Егор глянул на заводилу и выразительно выгнул бровь. Вздохнув, тот поднялся и, снова подойдя к столу, произнес, вежливо поклонившись:

– Сударыни, я от лица всех собравшихся приношу вам свои искренние извинения за нашу несдержанность. Покорнейше прошу простить.

– Мы не в обиде, господа. Это было даже занятно, – с королевским достоинством произнесла Елена, чуть улыбнувшись.

– И так, господа, о чем вы хотели говорить? – уточнил Егор, промокая губы салфеткой.

– Как случилось, что столь молодой человек дрался на дуэли с настоящим мастером клинка и сумел победить? – тут же последовал вопрос. – Ведь вы слишком юны для подобных эскапад. Уж простите, – первым задал вопрос заводила.

– Изначально вызов был брошен не мне, а моему дяде. Но помня, что он много лет, будучи занят по службе, оружия в руки не брал, я был просто вынужден вмешаться. А что до победы, так мне просто повезло. Тот господин, которого выставили против меня, и вправду являлся мастером клинка, но его оружие – это шпага. А вот с саблей он обращался гораздо хуже. Отсюда и моя победа.

– Вы уверены? – усомнился репортер. – Клинок, он и есть клинок. И для мастера, не думаю, что имеется большая разница в том, как именно он выглядит.

– А вот тут вы сильно ошибаетесь. Шпага предназначена для нанесения колющих ран, тогда как сабля – для рубки. Отсюда и разность во всем, начиная от хвата и заканчивая приемами. Впрочем, вы можете прояснить этот вопрос в какой-нибудь школе.

– А с чего вообще все началось? Кто кого оскорбил? – раздался новый вопрос.

– Признаться, я толком этого не понял. Люди, пришедшие бросить вызов, что-то толковали о моих делах и каком-то вмешательстве, но ничего прямо так и не сказали. Думаю, тут все дело в том, что происходит у дяди по службе.