Глава 4. Вред магов в хозяйстве.

Яноро был дома. Здесь тоже было раннее утро, но у селян утро понятие растяжимо — начинается куда раньше, чем у городских. А наши предместья были почти селом.

Услышав мои шаги, сын оторвался от какой-то трухлявой даже на вид книги, резко вскочил на ноги, зажигая на ладони уже крупный огненный мячик. И замер, вытаращившись на меня. Бегала мама где-то бегала, вернулась нарядная (почти) и даже живая.

Я терялась впервые, что сказать сыну, как оправдаться за эти тени под его глазами, худобу, недетский серьезный взгляд.

Ян все решил за меня. С тихим всхлипом погасил шар и бросился ко мне, повиснув, как обезьянка. Я только и успела, что опереться о косяк и прижать отнюдь не маленькое тельце сына покрепче, поглаживая судорожно сжавшимися пальцами по спине.

— Мама… мамочка… я уже думал, что все… Лирка не могла ничего выяснить, в городе объявился сильный маг, она боялась ему попасться. И прямо в том доме, где ты работала… Только тебя уволили за неявку, хорошо хоть штраф не впаяли. Знаешь, мам, я кажется уже и сам терпеть не могу этих магов, — хлюпнув носом серьезно заявил мне сын.

— Солнышко мое. Мой хороший, любимый, сыночек дорогой, — слова бессвязно слетали с губ.

Сейчас мне не было дела ни до тварей, ни до магов — весь мир сосредоточился вокруг Яна.

Только спустя добрые полчаса мы, наконец, расцепились и смогли поговорить уже более серьезно.

— Значит, он послал тебя убить грифона? — сын по-взрослому тяжело вздохнул, пожевав губу. — Плохо. Твари злопамятны, они всегда запоминают тех, кто пытался им навредить. Да и Лирка мне рассказывала, что Судья — это очень высокая должность, такие люди в провинции не сидят. Значит, его за что-то сослали…

— Ян, дело не в том уже, куда там он меня послал, а в том, как нам теперь из этого дна выкарабкиваться. Не спорь! — резко оборвала ворчание сына. — Не вздумай мстить, я же вижу, что у тебя крупными буквами на лбу написано!

Помню-помню, как одному моему ухажеру, когда чудо-мальчику Яну было всего четыре, досталось… Угу, нечего было лапать маму, сердить маму и съедать любимые конфеты Янчика — сын был тогда тем ещё сладкоежкой. Мстя была страшна — оставшиеся «нелюбимые» конфеты были подтоплены у плиты и закинуты в ботинки и новый модный пиджак «ухажера».

Сколько потом было воплей…

В общем, разбирались бы мы и сейчас долго, споря до хрипоты — сын пошел упрямством явно в меня. Но тут влетела Лира.

Ласка, которая на самом деле называлась здесь лашерсой, громко фырчала, топорща крылышки. Заметив меня, она чуть не споткнулась, полетев мордой в стол, но вовремя затормозила.

— Лорд Судья найден раненным возле леса! — зафырчала она отчаянно. — Говорят, все лицо в крови! Уже мобилизуют стражу, едва не вводят комендантский час, ожидается нападение тварей!

Кхм. Я чуть не поперхнулась, изо всех сил стараясь сделать независимое выражение лица. Вот уж не думала, что мою просьбу воспримут настолько буквально. Я-то предполагала, что Ирргонар его отвлечет чем-то, когда говорила свое желание. Обманет, как-то организует вызов в столицу...

И только теперь с дрожью в руках поняла, что мужчина выполнил желание ровно так, как посчитал нужным, с выгодой для себя. Он был опасен. Очень опасен. Я просчиталась. Хозяин замка для нас гораздо более серьезный враг, чем тот же Судья…

Прикрыла глаза, медленно выдыхая. И приняла непростое решение.

— Лира, ты говорила, что у тебя есть один амулет портала? — обратилась я к пушистой заразе, с которой мы в последнее время почти сдружились.

По крайней мере, сейчас хвостатая подбежала ко мне с совершенно человеческим выражением беспокойства на морде. Потыкалась носом в ладонь, потерлась об мою руку, вызывая теплое искреннее чувство признательности.

Я подхватила наш зверинец в количестве одной мохнатой штуки на руки, поглаживая мягкую бархатистую шёрстку.

— Не дай Великий таких подопечных! — бурчала ласка. — У всех хозяева как хозяева: интриги, приемы, балы, эксперименты… а у меня сплошное недоразумение!

— Ага, — насмешливо подхватила я, — у тебя бедной недоучка-маг, его бездарная мамаша, ни копейки за душой, маги с тварями на хвосте, и целый мир, который нужно исследовать!

— Замуж тебе надо, хозяйка, — задумчиво выдала эта… сводня мохнатая! Бессовестная, я её поила, я её корми… или это не из той оперы? — а то больно в тебе дурной энергии много.

— Буду тихая, смирная, сидеть прялку в зубах держать? — поддела. — Только и ты тогда будешь комком шерсти на поводке, учти, прогулок на свежем воздухе в прекрасном первозданном….

— Мокром, кишащем тварями…

— С уникальными живыми организмами, — поправила я Лиру.

— Бескрайнем, без дорожек в лесу и…

— И кульки с дичью на деревьях не висят, — поддержала сердито сопящего зверя.

— Язва ты, хозяйка! — меня стукнули лапой по плечу, пока Ян давился хохотом. — Так что делать-то решила? — глаза-бусинки блеснули. — Что-то ты не сильно известию про мага удивилась, я-то вижу… и где пропадала?

Пришлось рассказывать. Коротко и на бегу, собирая наши немногочисленные пожитки. И скрывая большую часть общения с моими любезными нелюдями-хозяевами.

В последний раз я оглядела избушку, служившую нам домом почти месяц. На миг сердце кольнуло страхом, но и оставаться здесь дольше было бы слишком опасно. Да, мы совсем не подготовились к следующему шагу, но…

Портал Лиры вызвал сильнейшее головокружение, выкрутил все мышцы, едва не заставив расстаться с коротким перекусом: стаканом воды и парой местных фруктов…

А потом выплюнул меня… да так хорошенько прицеливался, что я рухнула — карма, не иначе, прямо в объятья крепкому и весьма ловкому телу. Ловкому — потому что тело не растерялось и не упало, а перехватило меня, выкручивая руки и упирая кинжал прямо в ямку между ключицами.

Правда, следом плюхнулись на пол сын и Лира, которая с громким визгом прыгнула прямо на нашего неведомого злодея.

Тут-то ему пришлось постараться… вернее, это я так думала.

А незнакомец лишь как-то зигзагообразно провел рукой — и все вокруг замерло.

Лира, ругающийся сын и я — как мышка в западне. Очень злая и кусачая мышка.

— А теперь, лесса, вы мне внятно расскажете, что это за балаган, кто вам дал портал в мой дом и кто вас надоумил сюда явиться и с какой целью, — прошипели мне на ухо.

Ишь какие шипучие выискались!

Я уже было собралась ответить, когда вдруг раздался тихий тявкающий звук — и откуда из той части помещения, которая мне была не видна, выпрыгнул… сначала я подумала, что мы каким-то образом оказались на земле и это фенек…

Потом я пригляделась поближе и поняла, что у местного лисенка охрово-золотистая шерстка и, боги, это что за отросток на макушке, напоминающий мне цветок? Или даже три отростка? Только два из них такие маленькие, что их почти не видно?Ой, у него кажется на спине под шерсткой ещё искусно запрятаны два кругловатых тонких валика, похожих на золотистые слабые крылышки! Так сразу и не разглядишь — даже не поняла сначала, что мне не мерещится!

— Тир, на место! — в голосе мужчины, который меня удерживал, мелькнуло беспокойство. — Тир, я кому сказал не выходить к чужим!

Это что же… не фамилиар, а, судя по тому, как шипит Лира, тварь?! Тварь в доме мага?!

— Сударыня, либо вы говорите быстро, четко и ясно либо… — в хриплом, каком-то уставшем голосе мелькнули решительные нотки.

Я вскинула голову — и столкнулась взглядом с яркими голубыми глазами.

У мага были каштановые волосы до плеч, легкая небритость, морщинки у глаз и безумная усталость во взгляде.

— Сударь, если вы перестанете в меня тыкать этим интересным предметом, то может быть я вам и отвечу! — хмыкнула.

Есть только одна маленькая деталь… Он что…

— Вы были на Земле? — ляпнула первое, что пришло в голову — и натолкнулась на неверящий взгляд.

Меня резко отстранили, кинжал исчез как не бывало, а сильные руки вздернули вверх, бесцеремонно крутя как куклу.

— Вы землянка? Светлый Дарх, как такое может быть? — неверие и что-то ещё трудноуловимое, злое.

Щелчок — и Ян свободен, как и Лира. Они тут же подбираются ко мне, сверля подозрительного незнакомца недобрыми взглядами. Меня, впрочем, тоже отпускают.

— Одаренный сын с хранителем… неодарённая мать, хотя есть что-то странное, не пойму… — голубоглазый в черной полувоенной форме ходил вокруг нас, как голодный волк.

Тихо тявкнул лис, выражая одним звуком все, что думает об уме своего хозяина.

— Дур-рак, Крейдор! Она просто спит, спит… кто-то высосал её дотла, до донышка, проклятый маг!

Я изумлённо оглянулась. Но все молчали. Все, кроме фенека, который подбежал ко мне, отчаянно тычась лапой о ткань платья. До тех пор, пока я не наклонилась — и не подняла с уловимым трудом весьма увесистое тельце.

Уши-лопушки смешно задергались, об меня обчесались, обвили хвостом запястье — видимо, чтобы не убежала далеко.

А потом фенек приподнял морду и отчетливо произнес:

— Так кто выпил твою силу, на край могилы привел?

— Это ты… мне? Ты… говоришь? — просипела, чувствуя, что пол уходит из-под ног.

— Он не просто говорит, он тараторит без умолку, — задумчивый, чуть хрипловатый голос мага вывел меня из ступора, — одна беда — никто его не понимает… не понимал до этого момента. Кроме вас.

Голубые глаза впились льдинками, но я против таких «пылких» взглядов уже устойчивая. Память смутно подкидывала воспоминания о встрече в лесу… и дракончике, которого я, кажется, тоже прекрасно понимала.

— Мам, ты правда их понимаешь? — в голосе сына чувствовалась законная гордость и искреннее восхищение.

А как же, мама же в очередной раз доказала, как она крута! Круче любых яиц, даже грифоньих!

— Понимаю, но… я думала их все понимают, — потерла затылок. Как-то дни выдаются слишком … насыщенные.

— Не все. Я бы сказал — вообще никто, кроме самих тварей… Я иногда ощущаю эмоции Тира — когда сам он мне позволяет. Пару раз всего он соизволил со мной связаться мысленно, но чтобы буквально понимать его речь, — мужчина покачал головой, медленно обходя меня по дуге, как опасного, но интересного зверя.

— Я не маг, — открестилась поспешно.

— А что говорил Тир? — полюбопытствовал мужчина. — Смотрю, магические существа к вам так и липнут…

— Да ничего особенного, — вот уж чего-чего, а пересказывать странные слова лисеныша я совсем не хотела… — Ай! — возмущенно дернулась, тряся рукой. — Ты чего кусаешься?

Маленькая розовая зараза цапнула меня за палец и сейчас довольно облизывалась.

— Потому что. Надо. Связь укрепить. И нечего молчать и всякие глупости думать, — на меня зыркнули важно глазками, прижали уши, строя самую умильную на свете морду.

— Так, это все прекрасно, вот только вы мне так и не объяснили, дорогая лесса, как именно вы оказались в моем доме? — в голосе мага прозвучал отчетливый холодок-предупреждение.

Сын быстро передислоцировался, готовый сражать врага если не файерболом, то прихваченным откуда-то подсвечником.

— Портал, лесс, — ответила сухо и спокойно, — дело в том, что у нашей юной хранительницы — теплый взгляд в сторону ревнующей Лиры — а как же, не её теперь чешут, вы как вообще могли, хозяева? — был всего один портал. Мы планировали попасть в Рейкан, хотя бы к воротам, поскольку точных координат не было. И понятия не имеем, как здесь очутились. Искренне прошу прощения за вторжение, если позволите, мы уйдем.

Главное — не пытаться слишком сильно расшаркиваться и извиняться. Маги это воспринимают как слабость. Я же себя виноватой отнюдь не ощущала.

— Боюсь, что так просто я не могу вас отпустить, лесса, — маг говорил вроде бы ровно, но медленно перемещался по направлению к выходу, перекрывая собой дверь, — в домах магов стоит абсолютный запрет на перемещение. Никто. Какой бы силой он ни обладал, не может попасть в чужой дом незамеченным. Я же не почувствовал даже колебания пространства, когда вы на меня свалились. И я обязан разобраться…

Препарировать будет, как лягушек?

— Мама тут ни при чем! Оставьте её в покое! — Ян дернулся, словно закрывая меня собой.

— Ну конечно, мамы всегда ни при чем, — с какой-то неприятной усмешкой заметил маг, — что же… в таком случае я вам скажу одно. Здесь все решаю я. И не советую мне мешать, маленький маг. Из какого ты рода, кстати? Почему отец о тебе не позаботился и отпустил с этой женщиной?

А при первых пяти секундах нашей встречи этот мужчина мне даже показался вполне приятным человеком… Как обманчиво… время!

— Во-первых, — я перехватила теплое пушистое тельце фенека, — мое имя лесса Рейна Марис. Мой сын — Ян Марис. Никакого мужа у меня нет и сын мой, — я едва сама не выгнулась и не зашипела, задвигая неугомонное чадо за спину, — только мой. А вот вашего имени, любезный лесс, я так и не услышала. Несколько некрасиво, раз уж вы так кичитесь своим происхождением.

— Крейдор Делейский, — сухо кивнул маг.

А после прищурился, снова проведя рукой по воздуху.

Я дернулась вцепиться в сына, но мир вокруг закрутился, потемнел, и внезапно я обнаружила себя в темной комнате с решётками на окнах.