52. Лида

— Так, давайте мы тоже присоединимся, — вставляет Эмиль, потянув коньяк к себе, — Яр, нас тут много, — выразительно дергает бровью, явно намекая, чтобы брат не забывал, сколько здесь собрано ушей.

— Не проблема, — улыбается Макс.

А я вот совсем в этом не уверена. Сжимаю бедро Максима под столом, нервно впиваясь ногтями ему в ногу через плотную брючную ткань. Он кладёт свою ладонь поверх моей и успокаивающе гладит пальцы. Взгляд Яра перемещается на наши руки, исчезающие под скатертью, и становится менее агрессивным и более задумчивым.

— Что ж.. — сглатывает Ярик, поднимая рюмку.

Остальные присоединяются. Парни молча, девчонки хихикают.

— Ой, обалдеть, вот это новость! — восклицает Яна.

— Да уж! Неожиданно — это мягко сказать, — вставляет Ксюшка.

Эндж не комментирует. По лицу видно, что она до сих пор расстроена, что Яр спустил собак и на нее, потому она сидит с отрешенным видом.

Я тоже даже не тянусь к бокалу. Потряхивает так, что, боюсь, я расплескаю из него все.

Ребята чокаются. Опрокинув рюмку, Яр со стуком ставит ее на стол.

— Это ты просто развлекаешься? Больше не с кем было?! — интересуется брат, смотря исподлобья на Максима.

— Нет, не развлекаюсь.

— То есть типа серьезно? — с иронией хмыкает Ярослав.

— Без "типа", — Макс отвечает таким тоном, будто к нему детектор лжи подключили.

Ярик прикрывает глаза и сжимает переносицу. За столом все будто не дышат — с таким любопытством ловят каждое слово. На заднем фоне в микрофон оглашают очередной тост. Хорошо, что важных гостей, желающих пространно высказаться, здесь бесконечно много и потому пока никому нет никакого дела до нас.

— И как давно? — хрипло спрашивает Яр.

— Недавно, иначе бы мы уже сказали, — ровно отвечает Макс.

— А твое "недавно" это с какого числа? — щурясь, фыркает Яр, — Вот мы в клубе были недавно, и ты убеждал меня, что у вас ничего с Лидой нет. А потом я сказал, что Душка на свидание пошла, и ты резко сорвался куда-то. Это, получается, уже все было, да? А ты мне в глаза напиздел?

У Макса слегка краснеют скулы. Рука под столом непроизвольно сильнее сжимает мою ладонь.

— Начиналось, да, — глухо отвечает он.

Смотрят друг другу в глаза.

— Так а врал нахрена? — искренне не понимает Яр, — Если ты говоришь, что все серьезно… Подожди…Получается, и в аварию когда попали, тоже уже было? Лида же дома сидела после нее! А ты ведь до аварии еще терся с Малевич…Так ты с обеими что ли мутил? Поэтому, блядь, молчал?! Ну тогда, конечно, понятно! Я бы про такое тоже не говорил!

Я заливаюсь удушливой краской стыда и все-таки тянусь к бокалу. От Макса ударной жаркой волной тоже начинает расползаться гнев.

Настроение Ярика слишком заразительно, а тема слишком скользкая, потому что…Да, по факту так и было, как бы мы теперь не пытались это забыть. И мне дурно от напоминая об этом. Чувствую, будто липкий слой грязи оседает на коже. Во рту кислит.

— Не говори то, о чем не знаешь, — отрезает Максим и убирает руку с моей ладони. Подавшись к Ярику через стол, с угрозой тычет в его сторону пальцем, — Не приплетай сюда Малевич. Все, ее нет. Мы с Лидой молчали, потому что это только наше дело, во-первых. И потому, что мы в курсе, какой ты параноик и обязательно начнешь вонять, во-вторых.

— То есть ты ебал двоих, а я вонючий параноик, — зло смеется Ярик, — Охренеть! Ну ты сам то был бы рад такому парню у сестры?!

— Пацаны, может вы на улице поговорите, а? — вклинивается Эмиль, нервно ероша волосы на затылке, — Ну правда, на хрен это?

Макс бросает на меня быстрый взгляд, оценивая, насколько меня раздавливает вся эта сцена. Понимает, что сильно. Сжимает недовольно челюсти и кивает Яру.

— Да, пошли покурим?

— Ну уж нет, чтобы вы там подрались! — вдруг влезает Анжелика. Ее голос дрожит от сдерживаемых эмоций, — Все, хватит! Что тут вообще обсуждать?! Макс встречается с Лидой, какая на фиг разница как это началось! Сейчас же все хорошо, да?! — смотрит на меня. Я быстро киваю, подтверждая, — Вот! Яр, успокойся! Порадуйся за сестру и все. Все! Ты слышишь?! — пихает его в плечо, требуя, чтобы он повернулся и посмотрел на нее.

И он помедлив переводит на Эндж взгляд.

— Какая тебе разница как и когда именно? Что за больное любопытство? — продолжает возмущаться она, — Ты еще под одеяло залезь к ним! Будто всегда все должно быть правильно! Будто сам не знаешь как… кхм… бывает… — говорит с явным намеком, понятным только им двоим. Замолкает, умоляюще сдвинув брови.

У брата заметно меняется выражение лица, пока они с Эндж молча смотрят друг на друга. Он будто остывает, шипя. Как если бы на раскаленную железо плеснули воду.

В итоге через мгновение Ярик вздыхает громко и протяжно и снова поворачивается к Максу. Без слов просит его рюмку, потом наливает себе. Хмуро взирает на друга, чокаясь стопкой.

— Значит, серьезно, да? — повторяет вопрос, но уже без издевки.

— Я ее люблю, — вдруг хрипло выдает Макс.

Шоковая беззвучная волна обрушивается на весь наш стол. Я открываю рот как рыба, выброшенная на берег. И вслед сразу адреналиновым жаром топит. Я поверить не могу, что он вот так просто это сказал! При всех…!

— Ну, бля, раз прямо так… — ошарашенно улыбается Ярик и залпом выпивает коньяк.

А Макс еще и наклоняется ко мне и, повторяя, запальчиво шепчет на самое ухо.

Теперь так интимно. Только мне одной.

— Я тебя люблю.

В этот момент наш столик взрывается смехом и шутливыми поздравлениями в наш адрес, словно бы свадьба у нас. Из-за этого я Макса почти не слышу, но его вибрирующий шепот я воспринимаю и не ушами, а всем своим существом.

Меня топит щемящей счастливой волной. Эмоциональные слезы готовы повиснуть на ресницах. Я бы ответила, что я его тоже, но в горле разбухает ком. Поэтому я молча поворачиваюсь к Максу и прижимаюсь к его губам своими.

Целуемся. Ребята ржут и отсчитывают "горько". Хорошо, что этот отсчет совпадает с тем, что происходит в зале, и все гости считают с нами, только уже для настоящих молодых.