Глава 6

Сержио расхохотался. А затем обернулся на стук шагов. Я тоже выглянула из-за его плеча, в душе надеясь, что Гвидо закончил свои дела и пришел за мной. Но даже прежде, чем я увидела входившего человека, я поняла, что это кто угодно, только не Гвидо. Шаркающие звуки и стук палки. В комнату, задыхаясь, вошла старуха, напомнившая мне монахиню. Седые волосы, спрятанные под черной косынкой, длинное платье и стоптанные туфли делали ее похожей на ворону. Только перстень на безымянном пальце указывал на высокое положение женщины. А еще властный, пронизывающий насквозь взгляд.

— Ты кто такая и что тут делаешь? — прокаркала она, давая понять, что не ждет ответа, а хочет прогнать меня.

— Это Кьяра, новая жена отца, — быстро вставил Сержио.

— Сука! — закричала на меня старуха. — Как ты посмела переступить порог этого дома?

От неожиданности я застыла на месте, явно не рассчитывая на такой прием.

— Бабушка, — попытался вмешаться Сержио. — Это действительно жена отца! Мне про нее рассказывал Альдо!

— Брехня, — вскинулась она. — Кто-нибудь был на свадьбе? Ни за что не поверю, что Гвидо повенчался с этой малолетней проституткой! — заорала старуха, замахнувшись на меня палкой. Это привело меня в чувство, и я отскочила в сторону, стараясь избежать удара. Сержио успел перехватить палку и, наклонившись над бабкой, воскликнул:

— Бабушка, прошу тебя! Не надо!

И хоть палка осталась у него в руках, но старуха умудрилась вывернуться из слабых объятий внука и кинулась на меня с кулаками. Мне удалось схватить дубовый стул и поставить его между нами. Но или старуха двигалась слишком прытко, или я не удержала в руках тяжелый стул, только одну ножку я водрузила прямо на ногу матери Гвидо и, опасаясь последствий, выскочила из галереи. В ответ мне неслись проклятия, похлеще, чем ругалась моя мать с недобросовестными поставщиками муки. Я спустилась по лестнице, прошмыгнула мышью через пустой холл и выбежала на крыльцо. И только тут поняла, что бежать мне особо некуда. Встретившись взглядом с грустным Микеле, до сих пор оплакивающим обивку Майбаха, я чинно подошла к нему и попросила:

— Откройте, пожалуйста, дверь. Я хочу сесть в машину.

Микеле тотчас же распахнул дверцу и, усадив меня внутрь, сам поднял перегородку и включил кондиционер. А увидев на крыльце Сержио, я нажала на кнопку замка, отрезая от себя любого из родственников Гвидо.

Сержио подошел к Майбаху и, постучав в окно, попросил меня выйти. Он же видел, как я заскочила в салон.

«Обойдешься, придурок», — мысленно ругнулась я и прибавила еще пару ругательств из лексикона своей матери.

Лишь когда около машины оказался Гвидо, я отворила замок и попросила мужа сесть рядом.

— Едем, Микеле, — велел он, усаживаясь, и даже не удостоил взглядом родственников, маячивших за его спиной.

Я положила голову на плечо мужу и разрыдалась.

— Простите меня, господин Гвидо, — прошептала я. — Но у меня сил не осталось…

— Я все знаю, Кьяра, — муж погладил меня по голове и нежно коснулся губами волос. — Моя мать вела себя возмутительно. Теперь ясно, кто настроил против тебя Лорин.

— Я их никого не знаю. Почему так?

— Ревность, зависть и злость, — печально пробормотал Гвидо. — Но я накажу и мать, и дочку. Будь уверена.

— Тогда они возненавидят меня еще больше, — тяжко вздохнула я, находя прибежище в теплых объятиях мужа.

— Нет, — поморщился Гвидо. — Тогда они отнесутся к тебе как к сильному противнику и поостерегутся впредь обижать.

«Конечно! — мысленно хмыкнула я. — Если их наказать, они подобреют!»

— Не нужно никого наказывать, — промямлила я, сомневаясь, что мой муж пойдет у меня на поводу. — Жаль только, что мне не удалось посмотреть картины в галерее.

— Это поправимо, — пробурчал Гвидо и, задирая на мне майку, ласково помял одну грудь, а затем вторую. Зацепив губами сосок, он обвел вокруг него языком, превращая в маленькую горошину.

— Не могу дотянуться, — пожаловался он, щипая другой.

Когда же стараниями Гвидо оба соска стали похожи на ягоды малины, он довольно огладил грудь и прошептал:

— Верни мне платок, Кьяра.