169

— А чего от Евы хочет Жеже? — спросил Слава.

Он выставил на гриле таймер и открыл безалкогольное вино.

— Не знаю. Наверное, того же, что и всегда. Вернуть контроль.

— Это всего лишь базовый принцип любого манипулятора. Власть и контроль. Но какую цель преследует Жером? Как хочет Еву использовать? Зачем она ему сейчас?

— Думаешь, у него есть конкретная цель? — удивилась Диана.

— А ты думаешь, нет?

— Я думаю, это необязательно. Он влюблён. Может, извращённо, болезненно и вопреки своему желанию, Жеже влюблён и отчасти тоже зависим от Евы. Она идеальная жертва. Он идеальный хищник. И она чертовски хороша, и как жена, и как предмет его манипуляций. Он на ней помешан и мечтает мучить её вечно — иначе любить он не умеет. А вот какую цель преследует твой отец, — пригубила Диана вино.

— Скоро узнаем, — последовал её примеру Слава. — Уверен, он здесь не просто так.

Слава предложил, может не говорить пока о беременности.

Но Диана категорически не согласилась.

— Мы не будем менять свои планы из-за того, что он вторгся в нашу жизнь, — сказала она.

Слава спорить не стал.

Отчасти отец этого и добивался: внести сумятицу и наслаждался произведённым эффектом. А ещё Слава знал: всё, что отец услышит и увидит, он использует против него. Но уже ничего не смог с этим сделать, у отца был бесценный информатор — мама Дианы. Что-что, а находить доступ к женским сердцам отец умел профессионально.

Но вечер на удивление шёл гладко.

Куда лучше всех предыдущих вечеров, что они проводили с родителями Дианы до этого.

Слава словно перестал быть изгоем. Его спрашивали, к его словам прислушивались, его мнением интересовались. Мария Сергеевна даже снова стала звать его Славочка.

И то, чего Адамов боялся больше всего: мама сделает Диане невыносимо больно, с неприязнью отозвавшись о её беременности, не случилось. Она не сказала, поджав губы: «И что, будешь рожать?», не уточнила язвительно: «Наше присутствие на вашей свадьбе, надеюсь, не обязательно», не воскликнула в сердцах: «А что, кроме него, больше рожать детей не от кого?» и вообще вела себя очень мирно, словно вспомнив, что человек она добрый и неконфликтный. Словно кто-то ей сказал: «хватит», и она с облегчением стала собой.

Диана была почти счастлива, но Слава не торопился ни радоваться, ни расслабляться.

Он отправился на веранду забирать первую порцию мяса, что заложил готовиться, когда достали курицу. И только начал доставать зажаренные куски с румяной корочкой, когда вышел отец.

Достал сигарету. Закурил.