178

— Я знаю, но что был на ней за человек?

— Друг и компаньон моего отца, от которого он избавился. Так отцу достался клуб.

— Как избавился? — посмотрела на Адамова Катя.

— Понятия не имею, как именно. Но избавился в том смысле, что тот сейчас на кладбище.

— Ну, значит, твоему отцу не впервой, я правильно понимаю?

— Кать, — покачал головой Слава.

— Вот только не надо меня поучать. Что бы ты сделал, если бы у тебя забрали ребёнка?

Адамов развёл руками.

— Вот именно. Что угодно. Поэтому, нет. Ты получишь телефон, если пообещаешь, что твой отец не сядет. Пока. А когда я получу ребёнка назад, делай с ним что хочешь. Я и сама его посажу, но не раньше, чем верну сына.

— Кать, — снова покачал головой Слава.

— Да или нет, Адамов. И если нет, то я просто сейчас выйду и, прости, но мне плевать на твои проблемы. Как и тебе на мои.

— Чёрт! — выдохнул Слава. Он ударил кулаком в спинку кресла. — Ты же не справишься с ним, Катя! — рявкнул он. — Одна ты с ним не справишься.

— Ну, так помоги мне тем, что просто не мешай. Ты, если что, обещал.

— Ладно, — выдохнул он и протянул руку.

— Обещаешь? — медлила она.

— Да, чёрт побери! Обещаю. Подозреваю, это будет мне чертовски дорого стоить, но я обещаю.

— На, — вручила она телефон.

На то, чтобы скачать содержимое телефона Валерика, найти нужное видео (последнее при жизни Вожанского), проверить, делались ли копии (нет), установить программу удалённого доступа и сделать ещё парочку действий у Славы ушло не больше пяти минут.

Он вернул Катерине телефон.

— Ты обещал. Не мешай, — напомнила она, прежде чем закрыть дверь машины.

Слава кинул, когда та уже захлопнулась.

Он ещё не решил, насколько точно выполнит своё обещание — правильно было бы отца обезвредить сейчас, сразу, но дело ведь было не в Кате и не в данных ей обещаниях. Владимир Филатов — его родной отец, их связывали кровные узы, а кровь не водица.

Славе было отвратительно поступать так с отцом, он не хотел ему той участи, что его ждёт, обратись он сейчас в полицию. Он не хотел гноить его в тюрьме. Положа руку на сердце, Адамов хотел, чтобы отец просто жил где-нибудь подальше и у него всё было хорошо. Но «дай мне повод» — не пустые слова. Если до отца и не дойдёт, что Слава не шутит, он не дрогнет.

Адамов открыл записи Валерика уже дома.

Отчасти он был готов, что это видео яйца выеденного не стоит.

Отчасти даже обрадовался, что Александра всё же отца провела. Добилась своего, а отца оставила ни с чем. Потому что хрипы, звук мотора, скрип сиденья и вид кармана изнутри, что были записаны, вряд ли можно назвать доказательствами чего бы то ни было.

Да, можно попробовать выделить голоса. Можно, конечно, что-то и разобрать, если задаться целью. Но кому это надо? Особенно если Александра заплатила, чтобы дело закрыли. Никто закрытое дело возвращать из архива не будет и подставлять свои задницы тоже. Ради чего? Бывший зек с записью, большая часть которой исповедь Валерика в содеянных грехах? Что она доказывает? Только то, что он был мудаком, а значит, туда ему и дорога.

Неприятно было в это снова лезть. Больно слышать. Горько заново переживать.

И Слава не стал оставлять ни одной копии.

К чёрту это!

Он третий день почти не спал, поэтому следующий день посвятил тому, чтобы выспаться, провести время с семьёй, обсудить с Дианой предстоящую свадьбу.

Она хотела расписаться тихо, без торжеств и гостей, только все свои.

Её единственной просьбой было пригласить старого дока из травматологии, ведь если бы не Олег Валентинович, ничего бы и не было.

И Слава его уже пригласил. А ещё готовил своей бывшей будущей любимой жене сюрприз. А если получится, даже два.