76

— Всё ты сделала так, Евк. Но ты сказала «нет», — тяжко вздохнула я, помогая Арине переворачивать картинки. — И пусть твоё нет было всего лишь отношениям, а не ему, как ещё он должен был расценить твой ответ? Не ты ли меня учила: да — это да, нет — это нет. Твоё «нет, но да», могу понять я, но никак не он. Руслан увидел, что увидел: он предложил, ты отказалась, ещё и сославшись на какие-то сомнительные обстоятельства, назвать которые ты не можешь. С таким же успехом ты могла бы сказать: ты слишком хорош для меня, — вспомнила я наше первое свидание с Адамовым. — Возможно, его задело, он не каменный же. Но нет так нет.

— А как ещё я могла объяснить, Диан? Мне пришлось бы ему сказать про Аринку или обмануть. Ну, не могу я так поступить ни с тобой, ни с ним. Я хотела бы остаться с ним совсем по другой причине, но что уже теперь.

— Ты только не подумай, что я его оправдываю.

— Я и не подумала. Я просто ошиблась. Поверила в его чувства. И опять влюбилась не в того. Мне чертовски больно, что он уже с Альбинкой. Но я сегодня немного поплачу, — слышала я, как она всхлипнула. — А завтра… завтра уже буду норм.

— Поэтому ты резко захотела вернуться к Жерому?

Я перекатилась на живот, положила верхнюю левую картинку примерно в то место, где будет край. Арина тоже растянулась рядом со мной на животе и положила следующую. Пока я искала, она уже нашла и прикрепила ещё один картонный прямоугольник. А пока качала головой, слушая, как плачет Евка, ещё один.

— Уж лучше к нему, — ответила Бертье, вытирая нос. — С Жеже всё так знакомо, привычно, понятно. Так больно, что уже даже приятно.

— Мазохистка, ты чёртова. Но если тебя это немного успокоит, у Петровской с Ожиком всё не особо радостно-то. Счастливой она не выглядит. Да, и он… не порхает, — вдруг поняла я, что и правда не выглядит Руслан Аркадьевич ни довольным, ни счастливым, и улыбается только с Аришкой. — И он уехал сегодня на весь день к детям, а не к Альбине. Но всё же я его не понимаю. Неужели ему и правда так нужна жена, что всё равно с кем?

— Не знаю. Но мои поздравления Петровской. Я с ней бороться за Ожика не буду. Она победила. Нравится теперь ей это, или нет. Но он с ней.

Чёрт! И я ведь, ничего не подозревая, сегодня честно рассказала Альбине, в том числе и то, что услышала от Бертье. И про его первую жену, и про плешь, что проедает ему маман с женитьбой. И думаю, она приняла это к сведению.

— В конце концов, у меня другой, у него другая — всё честно. Счёт равный, — словно успокаивала меня Евка, чтобы я не расстраивалась. — Гадать, правильно ли он меня понял, а уж тем более ждать, не передумаю ли я, не по-мужски как-то, да. Так что всё норм.

— Может, зря ты всё же рассталась с Антоном?

— Диан, Антон — умный, хороший мальчик. А я… Чёрт! Ну, где я и где Д’Артаньян? Я себя с ним чёртовой невестой графа де ла Фер чувствовала. На мне же клейма некуда ставить.

— И ты стреляла в лошадь, — вздохнула я.

— Да. В общем, я к Жерому. Ожик пусть женится на Альбинке. Антон возвращается домой. Ну а с тобой и так всё понятно.