80

— Нянька, конечно, из той Леры была никакая, — продолжила Маргарита, — да Александра никого к Арине и не подпускала, всё сама, но так, наверное, всем было удобнее. Выполнив каждый свою часть договора, они собирались развестись, Руслан уже выбрал дом, чтобы этот оставить им с Ариной, но Саша разболелась, и он, конечно, не мог её бросить в таком состоянии. Валерия опять же оказалась бы очень кстати, только её не устраивала ни роль няньки, ни такая работа. Руслан надеялся на её помощь, а она оказалась лишней проблемой в и без того непростых для всех обстоятельствах. Видя Сашину слабость, Лера всё больше требовала, устраивала Руслану скандалы. Он и так мужик уравновешенный, даже голос никогда не повышает, а тогда такой уставший приезжал с работы, с больницы, что у него сил ни на что не оставалось и без неё. Но главное, на Арину ей было плевать, а этого он, конечно, уже допустить не мог. Попросил приехать маму, видя, что с Ариной больше сижу я, хотя мою работу ведь тоже кто-то должен делать, а её немало. Ну а Антонина Яковлевна уже навела свои порядки. Леру выставили. Александру похоронили, — она тяжело вздохнула.

— Теперь у вас новая проблема, — понимающе кивнула я.

— Давай, Ариш, — забрала Марго у Арины пустую тарелку, что та ей протянула. — Вот умница моя! Всё скушала. Печеньку будешь?

Аришка кивнула, вытерев рот ручонкой.

— Салфеткой, — подвинула ей Маргарита всю стопку.

Та и на это кивнула. Стала забавно тереть лицо бумажкой. Важно передала Марго использованную салфетку. И получила своё заслуженное печенье.

— А у тебя какие планы? — села Маргарита рядом.

— Я не знаю даже с чего начать, — покачала я головой.

Точнее, я, конечно, знала — в первую очередь я должна сказать Славе. Узнать его мнение, как надо поступить. Спросить, что он думает. И дождаться результатов ДНК. Прежде чем что-то начать делать. Прежде чем ставить в известность Руслана. Прежде чем затевать суд. Его возможности с моими не сравнить: если он решит бороться за девочку, что называет его папой, он может нанять целую армию юристов, и может, будет неправ, но с ребёнком, а я права — но без дочери.

— Если хочешь, могу посоветовать тебе юриста, — вдруг сказала Марго, словно прочитав мои мысли. — Лучше неё ты точно никого не найдёшь, — встала она и вернулась с визиткой.

— Да я уже консультировалась у пяти разных, — рассматривала я скромный чёрный прямоугольник.

— Ну, смотри сама, но очень тебе её советую. Не знаю, где была бы я, если бы не она, — вздохнула Марго. — У меня, конечно, другой случай, но неважно. Честно, даже не знаю, чью сторону и выбрать. Ты её мать и тебя обманули, но я буду переживать и за Руслана.

— Я уже за него переживаю, — вздохнула я. — И за Арину. Ей будет непросто.

И за Славу, ведь она зовёт папой не его.

— Не знаю, как ты с этим живёшь, я бы ему уже сказала, — покачала головой Марго.

— Что сказала? Кому? — вошёл на кухню Руслан в домашнем и с мокрыми волосами. — Привет, поросёнок, — чмокнул в макушку Арину, всю перепачканную печеньем.

Уселся за стол. Поездка явно пошла ему на пользу.

— Я буду всё, — положил он руки на стол.

— А я, пожалуй, поеду, если, конечно, вам больше не нужна, — встала я.

— Может, поужинаете с нами?

— Спасибо, Руслан Аркадьевич. Я уже.

— Ну, тогда не смею вас задерживать. Спасибо большое, Диана. С меня премия.

— Это лишнее. Я получила огромное удовольствие. И буду очень скучать. Пока, поросёнок, — тоже поцеловала я свою девочку в макушку, едва сдерживая слёзы. Опустив голову, вышла, едва слышно буркнув: — До свидания.

Что ответил мне Ожик, я не услышала.

Теперь я тоже хотела на ручки. На ручки к Славе.

И он бы, конечно, приехал сам, если бы мог, — вытирала я текущие ручьём слёзы, едва видя в лобовое стекло дорогу.

Но он не мог, как бы сильно ни хотел.

А я понимала, что встретиться снова нам, увы, суждено будет нескоро — сейчас я нужна Еве.

Но не могла уехать, так ему ничего и не сказав.