Глава 3. Повышение

– Карин, шеф ждет в переговорной, – сообщила мне Катя, помощница главного, в середине дня. Я подняла глаза на нее и уточнила: – Меня? Ты уверена? – Конечно. – Прямо сейчас? Катя возмущенно скривила губы. – Сейчас, разумеется. Не завтра. Она фыркнула и ушла в приемную. Мне ничего не оставалось, как отложить изучение материалов дела и отправиться в переговорную. Шеф ждал там не один. Мужчины поднялись, увидев меня. – Карина, спасибо, что пришла, – похвалил меня Балашов. – Это Максим Станиславович Андреев. – Просто Максим, – поправил босса Андреев и протянул мне руку. – Пока выговоришь Станиславовича, можно состариться. – Карина Шайлина, – представилась я тоже без отчества. Максима я знала. Он не так давно открыл свое дело и часто нуждался в юридической помощи. Ее мы и оказывали. Ваня обычно брал на себя этого клиента. – Вы встречались, наверное, – продолжил вежливую беседу босс. Максим сжимал мою руку не крепко, но долго и смотрел с надеждой. – Да, виделись пару раз, – согласилась я, пытаясь решить, насколько будет бестактно вырвать свою ладонь. – Рад буду теперь и поработать вместе. Он отпустил меня наконец. – Поработать? – удивилась я. – Вы работаете с Иваном, насколько я знаю. – Сядем, – предложил Дмитрий Владимирович, оставив мой вопрос без ответа. Максим выдвинул мне стул и придвинул, пока я садилась. Его ухаживания я сразу считала за флирт. Мы не на свидании, прости господи. Я напряглась. Пока мы рассаживались, Катя принесла кофе. Я улыбнулась ей благодарно, потому что она сделала, как я люблю. – Спасибо, – поблагодарил ее Максим. – Катерина варит божественный кофе. Я к вам слишком редко прихожу. Катя хихикнула, смутилась и что-то залепетала про кофемашину и свое крошечное участие. Максим подмигнул ей, окончательно смутив. Я расслабилась. Он не подкатывает. Просто такой человек. Милый и внимательный к девушкам. Хорошее качество для руководителя, для мужчины. Я стрельнула взглядом на его руку. Кольца не было. Не женат, имеет право. Женатый мужчина тоже имеет право быть милым, конечно. Но это уже считывается иначе. Я представила, что Ваня так же с кем-то флиртует… Можно просто вспомнить, как он улыбался официантке или Наде из аудита. – Вернемся к вашему делу, Максим, – проговорил Балашов. Я моргнула, заставив себя не думать о муже. Катя ушла. Мы снова сидели в переговорной втроём. – Максим – клиент Ивана, насколько я помню, – повторила я, пригубив свой капучино. Шефа это не смутило. – Да, но Ваня сейчас в Новосибирске и не может активно участвовать. – Он вернется завтра, – напомнила я. Этика в нашем деле позволяла оказывать помощь коллегам. Даже приветствовала это. Но я прекрасно знала, что Ваня взбесится, если я займусь его клиентом. – Мне нужна помощь срочно, Карин. Я могу рассчитывать на вас? – проговорил Андреев. Отказать при такой формулировке очень сложно. Я пыталась подобрать слова, вычитая из причин Ванину реакцию, но адекватного повода отказать не видела. Разве что занятость… – У тебя сейчас не так много дел, – быстро разнес мою теоретическую защиту Балашов. – И ты, возможно, немного в курсе судебной истории Максима. Он прижал меня к стенке. Врать я не хотела. Пришлось признаться. – Да, я знаю контекст. Ваня рассказывал. – Отлично. Хотелось бы услышать твой прогноз. Расскажи, что думаешь. Я кратко изложила свою стратегию. К сожалению, статистика по таким делам не самая приятная. Авторское право защищено слабо. Суд часто принимает весьма несправедливые, на мой взгляд, решения. Максим мрачно кивал, пока я перечисляла эти факторы. – Если вам предлагают мировую, я бы согласилась, – закончила я свои выводы. Андреев хмыкнул. – И зачем мне с ним мириться? Я сотрудникам плачу деньгами, а не мирным небом над головой. Не могла с ним не согласиться. – Да, понимаю. Тогда судиться будем. – Они осметили наш проект и скоро будут строить по нему, – добавил Максим. – А денег вам не заплатили, потому что признали работу некачественной? – уточнила я. – Так точно. Я невольно возмутилась громче обычного: – Но это возмутительно! Андреев грустно усмехнулся и кивнул. – Согласен, Карин. Мы можем использовать этот факт в суде? – Не просто можем, а должны! Балашов довольно улыбался, наблюдая за нашим диалогом. – Иван сказал, что это косвенное доказательство и не повлияет на ход дела, – проговорил Максим. Я услышала в его голосе подавленное раздражение. Вот почему меня позвали на закрытое совещание. Я должна исправить ошибку мужа. Максим не доволен его работой. Балашов, похоже, тоже. Чувствуя себя ужом на сковородке, я попыталась сохранить лицо, быть честной и не потопить Ваньку. – Наверное, у него были на это причины. Он глубже погружён в ваше дело… – Вряд ли, – перебил меня Максим. – Ваше погружение кажется мне более качественным. Я бы хотел, чтобы вы занялись моим делом. Это возможно? Окончательно растерявшись, я развела руками. – Не знаю. – Мы подумаем, Максим Станиславович, – избавил меня от мук Балашов. Он встал из-за стола и протянул руку Андрееву. Максим понял, что разговор окончен, и тоже поднялся. – Позвоню тебе, когда что-то решим, – пообещал босс. – Хорошо? – Да, хорошо. Буду ждать. Карина, был рад пообщаться. Андреев снова протянул мне руку, но в этот раз быстро отпустил. Он допил кофе одним глотком, попросил передать Кате еще одну благодарность. Максим накинул пальто и вышел из переговорной. Мы с шефом остались наедине. Я сложила руки на груди, закрываясь от всех его нападок заранее. – И не просите, Дмитрий Владимирович. Я не стану работать с Ваниным клиентом. Это неприемлемо. – Для тебя как жены или как юриста? – спросил Балашов, приподняв бровь. Самый неудобный вопрос, который он мог мне задать. Я снова не хотела отвечать. Слишком очевиден ответ. Поэтому слишком сложно его озвучить. Балашов снова позволил мне сохранить молчание и лицо. – Сядь, Карина. Давай поговорим на чистоту, – велел он. Я продолжала стоять, молча возмущаясь, отказываясь следовать приказам босса. Глупо так бунтовать, но что я еще могу? Не устраивать же сцену. Дмитрий Владимирович налил стакан воды и поставил его около моей чашки с недопитым капучино. Меня кольнуло флешбеком из недавнего разговора с Ваней. Он тоже заменил мой кофе на воду. – Присядь, солнце. Выпей водички, – ласково продолжал убеждать меня Балашов. – Я хочу быть честным с тобой. Ох, видала я в гробу их честность. Последнее время я стала скептически относиться к добродетели правды. Очень часто искренность – полный отстой. Однако, я решила не устраивать бунт и вернулась на свое место, глотнула воды. Кофе лучше потреблять с водой. Против этой правды не попрешь. – Андреев – важный клиент, Карина. Он второй раз к нам обращается… – И точно не последний, – закончила я за Балашова. – Да, точно. К сожалению, его будут кидать на деньги регулярно. Максиму придется много судиться. – Увы. От меня вы что хотите, Дмитрий Владимирович? Сами понимаете, что мое присутствие здесь абсолютно не этично. – Понимаю, Карина. Я не первый год в юриспруденции, но Макс не только бизнесмен. Он еще и руководитель хороший. Андреев строит классную, современную компанию. Я желаю ему только самого лучшего. Шеф гладко стелил. Я догадывалась изначально, но сейчас укрепилась в своих предположениях. Чтобы прервать поток лести и намёков, я сразу уточнила: – Самое лучшее – это я? – Да, Карина. – Балашов указал на папку с материалами дела. – Ты по верхам нахваталась глубже, чем Ваня вник за месяц работы с Максимом. – С чего вы взяли? – взмутилась я. – Как можно вообще обсуждать сотрудника за глаза? Дмитрий Владимирович вздохнул. – А как можно ехать в суд неподготовленным? Он снова взглянул на папку, намекая, что Ванька именно так и поступил. Желание оправдать мужа шло впереди остальных принципов. На самом деле я знала, что Ваня часто ленится, не вникает в суть, не рассматривает все возможные стратегии и часто пренебрегает общением с клиентом. Но он мой муж. Я не собиралась топить его, пусть он и сам вошел в мутную воду. – Карина, ты мой лучший сотрудник, – перевел тему босс. – Я хочу, чтобы ты вела дело Андреева. Заседание в суде через неделю. Подготовься. И опять меня взбесила эта проклятая правда. В ответ я не сдержалась и вывалила свою. – Вы же знаете, что это будет удар для Вани. Он болезненно воспринимает нашу конкуренцию. – Ему придется принять это, Карина. Мне не нравится дождь, но иногда он идет. Что поделать… – философски изрек Дмитрий Владимирович. – Я могу отказаться? – И сохранить место в бюро? Нет. Категоричный прямой ответ. И что мне с этим делать? Пока я переживала бурю эмоции за маской спокойствия, Балашов допил свой кофе, поднялся, похлопал меня по плечу. – Ты достойна большего, Карина, – сказал он. – И я буду готов предложить тебе больше. Намного больше. Слова звучали двусмысленно, но я знала босса достаточно хорошо. Он не намекал на постель. Балашов был женат на жене, но на самом деле на работе. Он говорил со мной не о сексе, а о доле в фирме. Ваня так сильно хотел стать партнером, что бросил клиента и умчался выслуживаться в Новосибирск. А в это время босс буквально прямым текстом обрисовал мне мощные карьерные перспективы. Осталось только решить, что для меня важнее: семья или карьера. Первым порывом было назначить сессию у психолога и проговорить все втроем. Ваня сможет выйти в сеть и присоединиться на конференции. Но такие встречи, конечно, невозможно провести день в день. Я на всякий случай написала нашему терапевту, и она предсказуемо предложила встречу через три дня. Я отказалась. Вместо помощи специалиста пришлось привлечь жилетку лучшей подруги. Я точно не найду ответа на свой вопрос, но хоть поною Насте обо всем, что бесит, раздражает, пугает и заводит. Мы встретились после работы в маленькой тихой остерии за бокалом Кьянти. Настя не нуждалась в долгих вступлениях и сразу велела переходить к делу. Я вывалила ей все оптом. Про Ваню и официантку, про его разгильдяйское отношение к работе, про клиента, которого передали мне, и намеки шефа на долю в фирме. Настюха время от времени делала большие глаза и запивала возмущение вином. – Отлично Ванька придумал. План-капкан! – выпалил она, когда я иссякла. – Неужели ты согласишься на измены? – А у меня есть выбор? – я мрачно усмехнулась. – Он буквально поставил меня перед фактом. И в словах о свободе есть что-то… – Шлюшечье? – подсказала Настя. Я прыснула. – Что-то интересное точно есть. То ли у меня кризис, то ли я тоже не нагулялась. – Да, вы слишком рано поженились. Я сверкнула глазами и собиралась напомнить обстоятельства нашей скорой свадьбы. Но Настя сама все прекрасно помнила. Она и Ваня помогли мне не сойти с ума в то время. Подруга погладила меня по руке и поспешила успокоить. – Я знаю, что тебе было не до того, но все-таки, Карин… Ваня точно не мужчина мечты. Не думала, что ваш брак – это ошибка? – Нет, – выпалила я однозначно. – Я бы не смогла без него тогда. – ДА. Знаю. А сейчас? – И сейчас не могу. Не хочу. – И готова позволить ему спать с другими? – Я не знаю. МЫ так долго искали вещи, которые делают нас счастливыми в браке. Если Ваня хочет… – Я не смогла закончить предложение, тряхнула головой. Настя попросила жестом повторить мне вино. Официант быстро наполнил бокал. Я сделала глоток. Алкоголь не решал проблему, конечно, но на душе становилось чуть спокойнее. Я вспомнила, как мы с Настей чудили в юности, и решила быть откровенной. – Тебя раньше не смущали открытые отношения. – На Витю намекаешь? – сразу поняла она. Я кивнула. Настя опустила глаза и заулыбалась. На заре молодости мы влюбились в одного парня. Он был красивый, дерзкий и абсолютно беспринципный. – Это было давно, Карин. Мы развлекались как могли. Сейчас я вообще не очень нуждаюсь в сексе и мужчине. И точно не хочу гадать каждый день, трахал мой муж кого-то или нет. Она увидела, что я нахмурилась, и быстро добавила: – Но я тебя не осуждаю, дорогая. В любом случае. Это ваши отношения. У меня нет вообще никаких. Единственная просьба: не делай это ради него. Ради вас – да. Но не для него. Жертвенность – плохая концепция. – Постараюсь, – пообещала я.