Глава 8. Продолжение банкета

Утро добрым не было. Я проснулась одна и не сразу сообразила, где нахожусь. Продрав глаза, я с трудом вспомнила вчерашний день. К сожалению, в тумане был только вечер после принятия алкоголя. Про мужа я не забыла. Нужно отдать должное похмелью. Голова болела сильнее моего израненного сердца. Щурясь от утреннего света, я подошла к окну. Похоже, я за городом. На улице шел снег. Пушистая невысокая елка во дворе нарядилась зимней невестой. Сейчас бы одеться потеплее и играть в снежки на улице. Я тряхнула головой, чтобы очнуться и перестать мечтать о глупостях. На резкое движение мозги (или то, что от них осталось после попойки) отозвались спазмом боли. Нужно пойти сдаться хозяину дома и скорее уехать. Я и так доставила ему тонну неприятностей вчера. Чтобы привести себя в порядок, я заглянула в ванную, умылась холодной водой, ею же пригладила волосы, которые забрала в хвост. С одеждой фокус приглаживания сработать не мог. Я одернула блузку, мечтая сделать ее не такой мятой. Разумеется, безуспешно. От этого важного дела меня отвлек стук в дверь. – Карин, проснулась? – спросил Макс. Я застонала. Это действительно дом Андреева. Это действительно он приехал за мной в паб и не позволил вляпаться в приключение. Я была рада этому и одновременно нет. Макс мне нравился. Приятно, что он повел себя, как мужчина, и не бросил меня в беде. При этом я бы предпочла, чтобы кто-то менее симпатичный слышал, как меня тошнит. – У тебя все хорошо? – Макс продолжал стучать. – Да, все в порядке, – соврала я и открыла дверь. Андреев выглядел очень хорошо этим утром. Свеженький и нарядный, как елка у него во дворе. Простая белая майка и свободные синие брюки шли ему невероятно. – Щетка? – предложил он и протянул мне новую. – Да, спасибо. Я кисло улыбнулась, принимая щетку. – Надеюсь, ты не умираешь со стыда из-за вчерашнего? – поинтересовался Максим. Тут уже я не стала врать. – Умираю, конечно. – Ясно. От этого поможет аспирин и суп. – Они вроде помогают от похмелья, а не от стыда? – Это универсальное лекарство. На кухне тебя жду. Макс подмигнул и закрыл дверь с той стороны. Ни супа, ни таблеток я еще не приняла, но мне уже полегчало. С Андреевым было легко даже в самых тяжелых ситуациях. Я вышла через минуту в гостиную, которая была совмещена с кухней. На столе стоял стакан, в котором шипела какая-то таблетка. Рядом лежал мой любимый обезбол, который       спасал от любой боли. – Это можно пить? – спросила я Макса, который возился у микроволновки. – Нужно, Карин. Это витамин С жидкий. Хорошо помогает от похмелья. – Поверю на слово. Я выпила таблетку вместе с шипучкой. Холодный напиток приятно продрал горло. – Я разогрел костный бульон. Он поставит на ноги окончательно. Будешь? Макс поставил передо мной большую дымящуюся пиалу. Божественный аромат ударил в нос. Я сглотнула. Отказываться от такой роскоши – верх лицемерия. – Перегрел немного, – смутился Максим. – Но тебя это вроде не останавливает? – Ни капли, – призналась я. – Может у тебя и лапша есть? Если бросить туда, то будет идеально. Андреев громко рассмеялся. Я даже чуть съежилась, потому что его хохот отдавался в ушах болезненным эхом. – Ох, мадам знает толк в извращениях, – заметил Макс и достал из шкафа упаковку лапши. – Пожалуй, я к тебе присоединюсь. Максим вскрыл большую пачку и положил лапшу в миску. Пришла моя очередь смеяться. Я не могла себе позволить бурное веселье и тихо захихикала. – Не думала, что буду утром у тебя в гостях есть быструю лапшу. Ты не выглядишь… – Как любитель доширака? – Макс задрал бровь. – Я люблю иногда согрешить с этим дерьмом. Мое гилти плэже. – Не осуждаю. – Предлагаю добавить сосиску и мягкий сыр. Я не отказалась. Макс предлагал со знанием дела. Пять минут, и он закинул в наш тазик с бульоном эти ингредиенты. Когда лапша настоялась, получился целый суп. Мы ели его вдвоем из одной посуды. Я устала стонать и причмокивать. Божественно вкусно. Таблетка начала действовать, и моя головная боль утихла. Желудок тоже очнулся и говорил мне спасибо за теплую вкусную пищу. – Лучше себя чувствуешь, ага, – заметил Макс, когда я допила через край остатки бульона. – Да. Намного. Очень вкусный супчик. Живительный. Ты сам варил бульон? Андреев прижал ладонь к груди. – Господь с тобой, Карина. Я заказываю доставку. Сутки варить мясо – это чересчур даже для домохозяйки. Мой телефон заиграл из сумки, что стояла на тумбе у входа. Я не успела снять трубку, но и без того было понятно, что пропущена кучу важных вызовов. Звонил Балашов и два клиента. И Ваня. Утром. Мужа не беспокоило, что я не пришла ночевать. Усилием воли я запретила себе злиться и переживать. Не хочу думать о Ване в этом доме. И о работе тоже. Балашов повторил вызов, и я бросила ему быстро: – Перезвоню, Дмитрий Владимирович. Не очень удобно говорить. – Лучше встретимся в офисе, Карина. Нужно побеседовать лично. – Буду через час. Он недовольно выдохнул, но ничего не сказал про мою задержку. В другой день я бы переживала за нарушение дисциплины, но сегодня меня накрыло острым желанием слать лесом всех, кто мной не доволен. Макс вот точно не будет послан, потому что у него нет ко мне претензий. – Нужно ехать? – понимающе спросил он, когда я закончила разговор. – Да. Ждут в офисе. – Я бы отвез, но мне нужно в аэропорт. Следуя странному порыву, я встала на цыпочки поцеловала его в щеку. – Ты и так сделал для меня слишком много, Макс. Такси сюда приедет? Он кивнул. – Да. Вызову. Машина рядом нашлась слишком быстро. Я не успела придумать, как еще поблагодарить Макса. Он вышел проводить меня до ворот. Хотелось сказать, что он добрый и чудесный, и я бы пропала без него. Но я глянула на дом за воротами и брякнула: – У тебя классный коттедж. – Ага, – радостно согласился со мной Максим. – Я купил его недостроенным сразу после развода. – Вместо мотоцикла? – поддела я. Нужно было извинится, но вместо этого я хихикала, как дурочка. Максим отрыл дверь, изображая обиду. – Всего доброго, Карина. Было приятно провести с тобой ночь. – Мне тоже, Макс. Кажется, лучший секс тот, которого не было. Андреев опять захохотал, а я покраснела до корней волос. Что я несу? Зачем пытаюсь шутить и заигрывать с ним. Сейчас мне точно не нужны интрижки. Разобраться бы с собой, а мужчин в моей жизни достаточно. Кажется. Я села в машину и махнула Максу на прощание. Он тоже поднял руку и быстро ушел обратно в дом. Подъехав к офису, я сразу поняла, что влипла в неприятности. Ваня курил на крыльце. Он бросил после универа. Возвращение дурной привычки не сулило мне ничего хорошего. Первым порывом было уехать, чтобы не встречаться с мужем. Но я взрослая девочка. Глупо поддаваться нелогичным страхам. Да и куда я поеду? Домой? Туда, где Ванька трахался… О, нет. Спасибо. Пятым номером я вспомнила, что меня ждет Балашов. На фоне Вани в дыму и нашей драмы начальник явно терял приоритет. – Здесь остановить? – спросил вежливый водитель, притормаживая у входа. – Да, спасибо. Я смело вышла из машины, стараясь не поддаваться нервной дрожи и игнорировать свои влажные ладони. Ваня увидел меня сразу. Он выбросил сигарету и коброй бросился на меня. – Где тебя носило всю ночь? – зашипел он мне в ухо, больно сжимая локоть. – Я звонил тебе. – Ночью мне никто не звонил, дорогой, – ядовито откликнулась я, пытаясь вырваться. Ваня держал меня крепко и тащил к моему кабинету, не стесняясь свидетелей. Я продолжала попытки освободиться от его хвата. – Отпусти. Ты мне больно делаешь. Пальцы мужа впивались в мою руку, как щупальца. Он и не думал слушаться. Только в кабинете Ваня отпустил, но чтобы прижать меня к стене. – Не надо так со мной разговаривать, Карина. Я этого не заслужил, – заявил он. У меня глаза на лоб полезли. Изо рта вырвался нервный каркающий смех. – Ах ты не заслужил? Интересно! А я чем заслужила чужую бабу в своем доме? – Мы с тобой договорились… Я не дала ему договорить. – Вот именно, Ваня! Мы договорились, что никого не будет в моем доме. Что я не узнаю о твоих похождениях. – Ты просила, чтобы никого не было в нашей постели. Я трахал ее в ванной. – Ахаха, господи. Смех перемешался с рыданиями. Я не пыталась быть тихой, хотя знала, что стены в офисе картонные. Но попытки выставить меня злодейкой возмущали до глубины души. Ваня издевался. Теперь я точно знала это. Его безумные глаза вращались, как у хамелеона. Он удерживал меня силой и нес несусветную чушь. – Ты же согласилась на все, Карина. Я точно знаю, что ты тоже хотела разнообразить нашу сексуальную жизнь. – Ничего я не хотела, Вань. Это ты хотел. – Ты согласилась, значит, тоже хотела. «Я хотела тебе угодить», хотела выкрикнуть я, но слова провалились в горло и застряли там, перемешавшись с рыданиями. – Я очень разочарован, Карина. Думал, мы поладим втроем. Тебе пора избавиться от глупых комплексов, – шептал Ваня, пользуясь моей немотой. Он взял меня за шею, и я могла поклясться, что он наслаждается. – Я хочу, чтобы ты смотрела, как я трахаю Вику, – признался он и провел языком по моей коже. От такого признания я даже плакать перестала. Ваня специально все подстроил. Он ждал, что я присоединюсь к ним или хотя бы посмотрю. Плевать ему на мои чувства и желания. Главное, свой пенис потешить. Нужно собраться и оттолкнуть его. Правда, мои руки ватными лентами безвольно болтались вдоль тела. Я с трудом оставалась в сознании. С кем я жила все эти годы? Кого считала родным человеком? Ребенка от него хотела. Нужно срочно выбираться из больных объятий мужа и заканчивать фарс, в который превратился и наш брак, и наша любовь. Уперевшись кулаками Ване в грудь, я попыталась оттолкнуть его, но неудачно. А муж как будто завелся сильнее из-за моего сопротивления. Он засмеялся тихо и жутко, вывалил язык и облизал мое горло. Ваня довел противную мокрую дорожку до подбородка и замер. Я надеялась, что он очнулся и сейчас прекратит меня мучить. Но вместо этого он начал обнюхивать меня. Словно собака. – Ты провоняла мужским парфюмом, Карина! – зарычал он. – Какого черта от тебя пахнет мужиком? Где ты была? – Тебя это волновать не должно, любимый, – приговорила я дерзко. – Мы договорились. – Маленькая шлюха. Как ты посмела. – Ванина рука сжалась на моем горле сильнее. Я схватилась за его запястье, но снова не смогла пересилить мужскую хватку. – Ты не имеешь права, Карина, – продолжал шипеть на меня муж. – Как ты посмела? Только я могу тебя трахать… Ваня прижал меня к стене всем телом и полез искать пуговицу на моих брюках. Я не могла поверить, что он сейчас собирается заняться сексом. Однако намерения мужа были очевидны. – Тебе не стоило спать с другим мужчиной. Я покажу, как ты ошиблась, любовь моя. Я поняла ,что придется закричать. Никак иначе мне не избежать ужасного секса-наказания. Мне будет стыдно потом за себя и за Ваню, но лучше так… – Нет… помогите, – собиралась крикнуть, но вышло совсем тихо и жалко. – Лучше помолчи, Карина. Ваня захохотал и закрыл мне рот рукой. – Парень, ты сдурел? – Я узнала голос Балашова. Через мгновение моя шея оказалась на свободе. Вани больше не было рядом. Я смахнула слезы и увидела, как начальник швырнул моего мужа в кресло. – Совсем крыша поехала, Вань? Что ты себе позволяешь? – отчитывал его Дмитрий Владимирович. Она моя жена, – заявил Ваня гордо. Как будто это все объясняло. – Здесь мы работаем! Вообще-то! Я уж молчу, что и дома не стоит мучить свою женщину. Балашов приятно удивил меня. Если честно, я уже не надеялась на адекватное отношение ко мне. В последнее время все нормы и принципы сместились Я перестала отличать черное и белое. Хорошо, что начальник в своем уме и на моей стороне. А Ваня продолжал гнуть свое и огрызаться. – Не ваше дело, Дмитрий Владимирович. Она дома не ночевала. – Вот это точно не мое дело. Дома и разберетесь. Не здесь. Иди работать, Иван. – Балашов мотнул головой в сторону двери. – Живо. Его повышенный суровый тон сработал. Мужчины понимают лишь язык силы, к сожалению. Ваня вышел, закрыв за собой дверь. Дмитрий Владимирович взял меня за локоть и увел в свой кабинет. Я семенила за ним, стараясь не запутаться в ногах. Оказавшись на диване в кабинете босса, я наконец немного пришла в себя и, конечно, первым делом ощутила горячую волну стыда – Простите, пожалуйста, Дмитрий Владимирович. Я не хотела… – Это я давно понял, – сказал Балашов и выдал мне пачку салфеток. – Если надо порыдать, Карин, то у меня лучше. Я высморкалась и покачала головой. – Надоело мне плакать. Вчера все слезы кончились. Босс присел на уголок дивана, умышленно оставляя мне пространство и воздух. – Ваша семейная жизнь – не мое дело, девочка, но на работе… – Да, я знаю. Простите. – Карина, ты за что все время извиняешься? – возмутился Балашов. – За мужа, – глупо, но честно ответила я. – Вам не стоило работать вместе. – Димитрий Владимирович махнул рукой. – А чего уж теперь… Говорил я Ваньке… Балашов отошел к окну, сунул руки в карманы и смотрел на серый московский дворик. Я терла глаза и нос салфетками. Слезы все-таки капали из глаз. – Что мне с вами прикажешь делать? – спросил он после долгого молчания. У меня был только один сценарий. – Я уволюсь. Молодец, – едко похвалил меня Балашов. – Отлично придумала. А клиентов твоих я Ваньке отдам? И потом по миру пойду. Меня загрызла совесть. Дмитрий Владимирович, оказывается, с самого начала был против моей работы у него. Из-за Вани. Он пошел навстречу, дал мне шанс, но сам ошибся. Я подвела его, хотя сама не виновата. От такой несправедливости я снова расплакалась. – Не знаю, что мне делать? Мне так жаль… Но я не смогу с Ваней больше… Я пыталась подобрать слова: жить, быть, работать. Вместе ничего из этого я точно не могла. Но что озвучить Балашову? – Заяву писать будешь? – спросил босс, меняя тему. Я рассмеялась сквозь слезы. – Хорошая шутка, но печальная. Кто у меня возьмет заявление на родного мужа и без одного малюсенького синяка? Я потрогала шею. Нет, даже на ней не останется следов. Да и хоть бы остались. Домашнее насилие у нас не считается преступлением. Мы оба с шефом грустно усмехнулись. – Я сейчас ужасную вещь тебе скажу, Карина, – начал Балашов, присев в свое кресло. Я ждала, что он начнет мне заливать о принятии, Домострое, сложной мужской доле и стальных скрепах. К счастью, босс меня удивил. – Тебе надо лететь в Сочи, девочка. Сегодня вечером. Я перестала плакать и выронила мокрые салфетки. Может, я сошла с ума? – Чего? В Сочи? – переспросила я. – Так точно,– подтвердил босс. – Почему не в Индию? Я нервно хихикнула, полагая что фраза из фильма как никогда кстати. – Потому что ты нужна Андрееву в Сочи. Упоминание Макса согрело меня и успокоило. Я почти не слушала, как Балашов быстро объяснял. – Максу нужен хороший адвокат. Там. Я посоветовал знакомого, и он подвёл. Вроде Ваньки твоего персонаж. Забил хер, неподготовленный пришел на заседание. Я вчера краснел и бледнел… Так стыдно было. – Поэтому мне Макс звонил вчера? – дошло до меня. – Думаю, да. Вы поговорили о деле? Ты все знаешь? – Нет. Мне было не до него вчера. – Эх… Балашов встал и заходил передо мной. Он на ходу генерировал идеи. – Тебе сейчас точно не надо оставаться в городе. Уезжай, Карин. Максу ты очень нужна сейчас. Лучше тебя никто не справится. Подготовите документы, и все будет хорошо. Тебе нужно отвлечься. Босс знал меня слишком хорошо. Он говорил, а я кивала как болванчик. Я обожала судебные тяжбы: скучные, душные, дотошные. Где надо знать наизусть все пункты договора и уметь вывернуть каждый в свою пользу на базе законодательства. Такая работа отлично отвлекает от переживаний, страданий, нервов, эмоций вообще. А еще я с удивлением обнаружила, что хочу побыть с Максом сейчас. Вспомнила, как проснулась в его доме пару часов назад, как мы болтали, как заснула с ним вчера в одной постели. Боже, я ни на секунду не пожалела, что позволила Андрееву обнимать меня и пропиталась его запахом. Я нуждаюсь в заботе и тепле. Чтобы забыть Ванины бешеные глаза и дикий оскал. Вернувшись из командировки, я уйду от мужа и подам на развод. – Ты нужна мне в Сочи, Карина, – продолжал втирать свою правду Балашов. – И здесь тоже нужна. Ты классный юрист и хороший человек. Помоги мне с Андреевым и обсудим твое повышение. Я приподняла бровь, и Дмитрий Владимирович энергично закивал. – Да-да, я хочу скорее перейти к партнерскому сотрудничеству. От него я тоже уйду. У меня не хватит наглости портить Ване карьеру. Именно он настоял, уговорил босса взять меня на работу. Балашов сейчас намекал, что с Ваней придется прощаться. Такой расклад меня не устроит. Дмитрию Владимировичу придется довольствоваться моей помощью Максу в Сочи. Чтобы не врать и не обнадеживать босса, я перевела тему. – Чтобы лететь в Сочи, я должна вещи собрать. Балашов просиял. – Конечно, Карин. Не вопрос. Поезжай домой. Я закусила губу и попросила: – Сделайте так, чтобы Вани дома не было до вечера. Я не хочу оставаться с ним наедине. – Будь спокойна. Я не выпущу его из офиса до шести, – пообещал Балашов. Он сжал мое плечо и улыбнулся, чтобы приободрить. – Билеты Светочка пришлет тебе на почту. Поспеши домой. Через пять минут я уже сидела в такси по пути к дому. Правда, возвращалась я не домой – как будто ехала в логово тигра.