Глава 28

Очнулась в полной темноте. Пошевелилась и в тот же миг к моим губам прильнули чьи-то губы. От неожиданности на автомате махнула рукой, в тот же миг раздалось едва слышное:

— Аделина, ты что, так не рада меня видеть?

— Бриар? — голос, такой родной и любимый, раздавался прямо тут, рядом со мной.

Я не могла в это поверить! — Да, — тихий смех, объятия, шуршание шелковых простыней, — сейчас, подожди минутку.

Вспыхнула наполовину оплывшая восковая свеча. Осветила лицо…. Бриара, это был он! Все такой же красивый, умопомрачительно родной и желанный. Слезы градом полились из глаз, я бросилась на шею любимого, буквально утопив его в своих слезах.

После бурной встречи настало время ох… офигительных историй.

Голый Бриар, едва прикрытый белоснежной простыней, подсунул одну руку себе под голову, а другой гладил меня по волосам. И рассказывал, рассказывал…

Когда при помощи глинтвейна я разбудила спавшего от постоянного приема мухоморной настойки Бриара, что щедро вливала ему пожилая маркиза Ажуйская, он не сразу пришел в себя.

— Казалось, сквозь сон слышу твой голос, — виновато признался любимый, — но было это явью или сном, не понял до конца.

К счастью, в тот момент, когда меня вели на место казни, оставшийся без строго пригляда няньки Адам, смог прошнырнуть в спальню брата.

— И тряс меня до тех пор, — улыбнулся Бриар, — пока я глаза не открыл.

А потом Адам рассказал, что видел меня во дворце и что меня держат под стражей. Маленький принц еще не знал, что меня в этот день собираются казнить. Но мне о казни и знать не надо было, — погладил меня по плечу Бриар, — едва мозги на место встали, оделся и вон побежал.

Несмотря на скорость, с какой собирался Бриар, он все же успел заметить лежавшую рядом с ним на постели девушку – Габриэлу Ажуйскую. Красотка была в странном состоянии: стояла на четвереньках в длинной ночной рубашке и призывно виляя задом, громко лаяла.

На этом месте я расхохоталась. Похоже, ничего уже мою соперницу не спасет.

— Но как ты мог на ней жениться? —все же прошептала я с укором, — не мог меня дождаться разве? Сердце ничего не подсказало?

— Да не женаты мы! — бросил Бриар, затыкая мне рот жадным поцелуем, — все, что эти две мошенницы успели наворотить с помощью мухоморной настойки, не считается, все будет признано незаконным. Или я не глава королевства разве? Итак, мать и дочь Ажуйские, гонимые алчностью и жаждой породниться с королевским семейством, разработали план, надежный как китайские часы. Прикупили где-то рецепт отбивающей память и мозг мухоморной настойки, да и явились во дворец якобы по делу. Так или иначе, но им удалось опоить и старого короля, почти превратив его в овощ, и Бриара. Теперь все было по их воле, они уволили всех слуг и наняли своих – льстивых и лояльных.

Путем коварным и лживым, наврав с три короба о беременности Габриэлы, просто подложив ее с утра в постель спящего принца, мать и дочка добились согласия на брак.

— Но у нас ничего не было, — ответил принц на мой выразительный и довольно негодующий взгляд, — мы не спали, Габриэла просто легла, а потом сказала, что мы занимались любовью. А затем и вовсе призналась в беременности.

— А проверить не судьба была? — не выдержала я, — помнится, твое кольцо наглядно показало наличие в моем животе ребенка. С Габриэлой почему так не поступили?

— Кольцо пропало, — тихо произнес Бриар и почесал голову, — должно быть, его свистнули Ажуйские, разберемся уже.

Так или иначе, но мошенницы своего добились. И свадьба Бриара и Габриэлы была назначена. Потом молния, Бриар ушиб ногу, а его невеста и вовсе превратилась в полуживотное.

— Это ты сделала? — с едва скрытым восторгом поинтересовался Бриар.

— Нет, — покачала я головой, — должно быть тот, кто спас меня от петли.

Конечно, молнию устроил Огюст А-Бра-Хам, как же я раньше не догадалась! Мне захотелось сейчас же ехать в Пфайфель, чтобы лично поблагодарить за все старого волшебника. Да, он заточил меня в своих скалах, но потом ведь спас! Значит, вину искупил.

Когда два брата выбежали на площадь, узнав о том, что сегодня казнят государственную преступницу и мигом сообразив о ком идет речь, мне как раз надевали петлю на шею. Бриар успел запрыгнуть на помост позади меня как раз в тот момент, когда рычаг, коварно опущенный Агатой Зеррон, сделал свое черное дело.

— Успел только-только, — выдохнул Бриар, в его голосе звучал пережитый недавно ужас.

Он подхватил меня и снял петлю. Увидев, что Его Высочество в полном здравии, половина стражи разбежалась, а половина склонила головы. Маркиза Ажуйская тут же была взята под белы рученьки, также поступили и с Агатой Зеррон.

— Что с ними будет? — поинтересовалась я.

— Суд, — пожал плечами Бриар, — а потом на поросячий остров поедут, свиней пасти, хоть пользу королевству принесут.

— Пожизненно?

— Пожизненно! — торжественно пообещал любимый и снова поцеловал меня в губы.

Тут мне кое-что пришло в голову.

— А почему ты… почему ты не спрашиваешь, куда делся мой живот?

— Потому что я уже знаю, — коварно улыбнулся Бриар и так крепко обнял меня, что затрещали ребра, — Рона с мужем уже были здесь и принесли… нашего сына.

Он хлопнул в ладоши, дверь тотчас распахнулась. Только сейчас я обратила внимание, что мы лежим не старой спальне принца, где он спал с Габриэлой, а в новой – светлой и просторной. Здесь даже дышалось легче.

В раскрытую дверь вошла Рона, она несла на руках маленького Бриара. При виде меня малыш радостно загукал и протянул ручки. Я взяла сына, не сдержав слез радости. Из-за широкой юбки Роны выглянуло мальчишеское лицо, на котором расплывалась широкая улыбка.

— Адам! — отдав сына Бриару, который с готовностью принялся агукать с малышом, я протянула руки воспитаннику, — как же я наконец рада тебя обнять!

— Я тоже, кудесница, — проговорил мальчик и заплакал.

Но это были слезы радости и облегчения. Тяжело пришлось маленькому принцу в компании злой и жестокой Агаты.

— Она била меня по пальцам за любое упоминание о тебе, — всхлипывал Адам, — но я все равно постоянно вспоминал, ведь мне ту чертову настойку не давали, и я боялся… боялся, что все про тебя забудут.

— Я бы ее никогда не забыл, — поправил брата Бриар, качая на руках сына, — рано или поздно, но настойка у них бы кончилась и тогда…

— Но я-то бы точно уже окочурился! — в раскрытые дверь вкатилась коляска с сидевшим в ней улыбавшимся старым королем.

Отец Бриара и Адама, хоть и был высохшим и довольно бледным, тем не менее, говорил довольно задорно. Лихо управляя своей коляской, он подрулил прямиком ко мне.

— Выражаю благодарность своей будущей невестке за спасение всей нашей семьи! — торжественно заявил старый король, поправляя съехавшую набок корону, — если бы не ты, Аделина и не этот… облачный маг, уж не знаю, чем бы все кончилось.

— Ничем хорошим, — произнесла молчавшая доселе Рона.

— Это так, — крякнул старый король, — и вам тоже отдельная благодарность, юная леди за помощь моей драгоценной невестке и внуку!

— Рона, будешь моей новой воспитательницей? — глаза Адама загорелись и он, подскочив к Роне, взял ее за руку.

— Конечно, — улыбнулась подруга и застенчиво посмотрела на нас.

— Отличная идея! — поднял вверх большой палец Бриар, в то время как остальные его пальцы в это момент старательно слюнявил сын.

— Замечательно, Рона! — улыбнулась я, — как же я рада, словами не передать.

— Вообще всех старых слуг надо вернуть, — вздохнул король, — а то все мои нынешние лекари разбежались, скоро кофе сварить будет некому.

— Кофе я вам сама сварю, — пообещал я, — а также настой, что придаст вам сил.

— Жду-не дождусь, — улыбнулся король, — помнится, раньше только за счет твоих волшебных отваров и дышал полной грудью.

Гости вышли, оставив нас втроем. Я смотрела на любимого, сына и была безмерно счастлива. Затем оделась и приступила к делам. Во дворце многое надо было улучшить! Спустя три месяца

Как же поменялась вся моя жизнь, за это время!

Во-первых, я вышла замуж. Абсолютно легально, совершенно законно и неподражаемо волшебно!

Свадьба состоялась в саду – я не захотела всходить на помост, уж слишком свежи были неприятные воспоминания. Итак, в залитом солнечными лучами королевском саду возле дворца состоялась наша с Бриаром свадьба. Гостей был минимум – только самые близкие: Рона с Сором, старый король, Адам нес шлейф, а из герцогства Пфайфель прибыл волшебник Огюст. Он официально подтвердил мое высокородное происхождение, так что замуж я выходила не безродной дворняжкой, а самой настоящей ровней принцу.

Сразу после торжества, взяв сына, мы с Бриаром и Огюстом, не забыв и рыжего Тортика, отправились в герцогство. По словам волшебника, за время моего отсутствия там начался неминуемый, пусть и довольно медленный упадок.

Старый король неохотно отпустил нас. Но его здоровье при помощи магии Огюста волшебным образом стремительно пошло на поправку, так что править королевством Ховлинд он решил пока сам.

Тяжелее всего было расстаться с Адамом, мальчик очень ко мне привязался, а уж без брата и вовсе жизни не представлял. Только добившись торжественной клятвы на найденном в покоях старой маркизы Ажуйской родовом кольце, что мы каждый месяц будем приезжать с визитом, мальчик согласился отпустить нас.

— Но Новый Год, Рождество, лето и Хитроуин буду проводить у вас в горах! — категорично завил Адам.

Спорить с ним никто не решился, даже отец.

Так что мы сейчас живем в прекрасном горном герцогстве, на моей родине. Сын растет и уже вовсю пытается управлять пусть пока не государством, но своими родителями точно.

Огюст А-Бра-Хам курсирует между двумя государствами, решая проблемы то у нас, то в Ховлинде. Преступницы Ажуйские и Агата Зеррон строго наказаны, сосланы, и по слухам на поросячьем острове добились впечатляющих успехов в свинодельчестве.

Зерроны-старшие все еще ведают трактиром, но по уверениям Роны, почти разорены. Узнав, какую гнусную роль сыграла семейка в моей судьбе, теперь никто не хочет к ним ходить. Подумываю выкупить у них трактир «Драконий кренделек», и сделать из него модный бар. Все-таки именно там мы с Бриаром встретились!

Рона стала официальной королевской гувернанткой и без проблем нашла общий язык с принцем Адамом. Но скоро ей уходить в декрет, так что придется принцу снова искать няньку... Или обойтись без нее, ведь мальчик уже довольно вырос! Муж Роны Сор стал главный королевским казначеем место своего начальника, поднялся на карьерной лестнице и теперь совсем не похож на высокого сутулого парня с прыщами. Он возмужал, а скоро станет и отцом. То-то будет радости!

Мы с Бриаром тоже на одном останавливаться не собираемся, оба хотим еще дочку.

— А если снова родится мальчик? — со смехом спросила я его как-то.

— Будем пытаться, пока не получится! — зарычал он и шутливо укусил меня в попу.

В общем, мы пытаемся... Но готовы к тому, что дочку придется ждать спустя пятерых сыновей.

Прошел год

У нас все-таки родилась дочка. Марго, наша Маргаритка! И в день, когда она появилась на свет, в гости пожаловали… зеленые гоблины Араз и Хураз. Выглядели они весьма виновато, а в руках сжимали старинную книгу по магии.

Я сразу узнала фолиант. Это была та самая книга, благодаря которой я когда-то полностью изменила всю свою жизнь. Ее сразу же унес Огюст А-Бра-Хам в свою каморку наверху.

— От греха подальше, — проворчал старый волшебник, — а то захочешь еще поколдовать… нет уж, дорогая, вари свои целебные зелья, это твое призвание!

Он хоть и ворчал, но по-доброму. А гоблинов я простила. К тому же пожаловали они не просто так, а с просьбой.

— Что ж, живите в песчаных пещерах, — распорядилась я, когда узнала о проблеме гоблинского народа.

Как оказалось, в скалах в них затопило дома, поэтому зеленые гоблины оказались на грани исчезновения – ведь они не выносят влаги.

Посоветовавшись с Огюстом и Бриаром, мы решили даровать им жилища в сухих и комфортных пещерах возле чудесного горного озера, недалеко от замка. В знак благодарности гоблины теперь охраняют покой страны и больше не шалят. А еще развлекают наших сына и дочь. Как оказалось, детеныш зеленых гоблинов что-то вроде обезьян – на их умильные прыжки и ужимки можно смотреть бесконечно. А кроме того они еще и фокусы показывают.

В общем, чтоб вам всем так жить, как счастливы мы с Бриаром с далекой горной стране!

Конец (кто читал, тот молодец)!