Глава 38. Я проспала?

Хитрый взгляд зеленых глаз, улыбка на пол лица — Можно, конечно! Вообще, много чего можно хочешь показать?

- Нет! — пискнула, отскочив в сторону, а Борис лишь громко расхохотался, подходя к широким воротам, внимательно их рассматривая.

- Так и думал, недолго здесь провожусь, успею. Он повернул голову, мазнув взглядом, — Правда, если у меня помощник будет или помощница. Ты как? Пойдёшь за меня? Вернее, мне помогать.

Пойду! — решительно шагнула, собирая и закалывая косы на голове, чтобы не мешали. – Что нужно делать?

Борис старался скрыть улыбку, но у него не получалось.

- Стоять рядом, вдруг мне помощь понадобится. Пот смахнуть, муху отогнать

- Ночь на дворе, мухи не летают. Его настроение передалось и мне. Я чувствовала, что тоже улыбаюсь.

- Как скажешь, комара тогда прихлопнуть. Они-то точно круглые сутки активные. – Он резко наклонился, прижался носом к основанию моей шеи и сделал глубокий вдох. М-м-м! Как же хорошо! – отскакивая в сторону, чтобы избежать моего шлепка, расхохотался мужчина. - Ладно, давай работать, время уходит.

Борис все сделал спокойно, легко, с шутками.

- Готово, хозяйка! Принимай работу! — Повернулся ко мне, тут же облокотившись на одну из отремонтированных створок.

Бор! – кинулась к нему, испуганной птицей

- Время пришло, хорошая моя! — провел пальцами по моей щеке. — Завтра утром приду. Голодный.

Улыбнулся и быстро скользнул за дом. Уже оттуда серой тенью пробежал по огороду, скрываясь в лесной чаще. Знала, что там его логово — оттуда дом, как на ладони просматривается. А если даже нам придет в голову выйти с Агатой ночью, его видно не будет, чтобы не пугать девочку.

- Спасибо! — прошептала, услышав в ответ волчий вой. Слух у животного был отменный

Я вошла в дом, даже не потрудившись запереть дверь — знала, что под надежной охраной. Прошлась по притихшей таверне, вошла в детскую, там царила идеальная чистота. На кровати спал Серафим, значит, дочка уже в моей постели. Вот лиса! Ведь договаривались, что она начнет обживать свою комнату. А здесь даже не поспоришь! Лучшее — другу отдала

Осторожно прошла до окна, прикрыв створки, чтобы в комнату не пробралась утренняя сырость, погасила магические светильники, оставив лишь ночник, и вышла, прикрыв осторожно дверь.

На моей кровати спала Агата, раскинувшись звездочкой, так, что мне места не было. Поцеловала ее в пухлую щечку, урывая скинутым во сне одеялом.

Таверна погружалась в сон, сопели дети, на улице стрекотали сверчки, тихо вздыхал дом, поскрипывая ставнями. Лишь я не спала, стараясь совладать с просыпавшимися чувствами.

Осторожно опустилась в мягкое удобное кресло, нужно было подумать о том, что будет дальше. Как нам осваиваться в этом мире. Путь назад виделся все призрачнее, размытое.

Я гоняла мысли, прикидывая и так, и эдак наше будущее, тяжко вздыхая, что в любом случае советоваться придется с Борисом, прочно вошедшим в нашу жизнь и занявший там не последнее место.

- Может и правда замуж выйти? — подумала, проваливаясь в сон.

Выныривая из него под тихий шёпот — Так-то двери запирать нужно, что в дом, что в комнату.

Яркие глаза мужчины, о котором думала полночи, лучились нежностью. — Я вернулся, печь не топлена, стол не накрыт, еда не сварена. Непорядок.

- Боже! Я уснула? Который час? — заметив хмурую складку между бровей Бориса, поправилась. - Скоро утро?

- Скоро полдень! — расхохотался он.

- Как? — Попыталась вскочить, но мне не дали. Прижимая к спинке кресла горячими ладонями.

- Отдыхай, мы уже все сделали. Крыльцо я тоже починил, еду мать встречать, скорее всего, вернусь лишь ночью. В помощь тебе Фиму оставляю, он знает, что нужно делать, если что-то пойдет не так.

Тревога тут же кольнула сердце, я постоянно ждала чего-то страшного.

- Что может случиться? — схватила его лицо ладонями, а Борис замер тут же, взгляд начал темнеть, наливаться тяжестью. Его глаза скользили по моему лицу, остановившись на губах, которые тут же начало покалывать, будто тысяча мелких иголочек одновременно впилось в нежную кожу. Огонь, тлевший в груди, разгорался, горячими каплями начиная стекать вниз, раскручивая жаркий смерч желания, заставляя стучать глухо сердце в предвкушении.