Глава 17. Нервы

Наташа

Утренний сюрприз из магистрата выбил меня из колеи. А уж когда я узнала, что Ортос с Зикой где-то шлялись всю ночь, и вовсе вызвал тремор. Руки тряслись, ноги тоже, сердце колотилось, как сумасшедшее.

Странная реакция, в конце концов, он — воин, знает что делает. Но я всё равно за него беспокоилась. А ещё мне не нравилось, что он умолчал о том, чем занимался этой ночью. Что там у них за дела со змеёй? И что мы теперь будем делать с Жадором?

— Ты з-сря переживаешь-ш, — прокомментировала мои метания Зика. — У тебя на редкос-сть умный и чуткий мужчина, он даже с волком договорился о помощ-щи.

— С волком? — Возникший было протест о том, что он вовсе не мой мужчина, заглушило известием о волке. — Но как, разве Ортос телепат? Или умеет разговаривать на зверином языке?

— Магии в нём нет, но ес-сть опыт общения с магичес-скими животными. — Зика растянулась на лежанке, пользуясь тем, что Ортос пошёл посмотреть как там Жадор, даже еды с водой прихватил, чтобы тот не отбросил коньки раньше времени. — Доверьс-ся ему, он з-снает, ч-што делает.

— У меня нет никаких сомнений в его уме и силе, просто мне страшно, — обхватила себя руками. — Серьёзно, я не совсем понимаю, почему, но меня колотит с самого восхода.

— Поц-селуйся с ним, и вс-сё уляжетс-ся, — посоветовала змейка и смачно зевнула. — Я с-спать, передай Тиньяте, ч-штобы с-сегодня не гуляла. Пус-сть поучитс-ся, помож-шет.

Легко сказать, да трудно сделать!

Во-первых, Тиньке лучше помогать в стороне от кухни, если мы не хотим, конечно, локального погрома, а во-вторых, я сама на нервах, какое тут заниматься? Ну а в-третьих, если я последую совету Зики в плане поцелуев, то окончательно взорвусь от эмоций. Нет-нет, как-то слишком нервно мне с утра.

— Что-то случилось, пока меня не было? — раздался голос за спиной, отчего я чуть не подпрыгнула на месте.

— Нет, просто с Зикой поговорили. — Я не могла смотреть на него прямо.

После слов змеи о поцелуе с Ортосом, я вдруг его застеснялась. Потому что поцеловать действительно захотелось, и если бы не страх перед последствиями…

Вдруг меня опять проймёт, как в прошлый раз, и я снова наброшусь на него? Теперь мы не на коне в чистом поле, а в укромном помещении. Да и кровать рядом.

До разврата буквально один шаг.

Варвар тоже не спешил с объятьями, хотя я бы погрелась в его руках. Он весь напрягся, словно боролся сам с собой.

— Натаща, ты не видела Зику? — Звонкий голосок Тиньяты ослабил напряжение, отвлёк от сумбурных мыслей.

— Она спит, — постаралась говорить негромко, чтобы не разбудить. — Они с варваром где-то ходили всю ночь.

Всё-таки взглянула на Ортоса, заметила, что под его глазами залегли круги, отчего взгляд стал только пронзительней. Ух, вот это мужчина! Что только с ним делать — непонятно. Замуж выходить, как велела Зика? Так не факт, что позовёт. А если и позовёт, то где будем жить? И как?

Вряд ли он согласится остаться здесь, в трактире, раз уж такая крупная шишка у себя в Армарии. А я? Нет, я точно не смогу бросить Вильсу и Тиньку одних, да и не хочу я никуда переезжать. Говорят, в Армарии всё сурово, пусть и не настолько, как в Эйроне.

И вообще, кто сказал, что я хочу замуж? Вот разобраться с проблемами очень даже. Возможно, позволить себе пошалить с этим более чем горячим мужчиной… потом, когда колотун пройдёт. И когда мысли придут в порядок, а сердце перестанет выпрыгивать из груди от одного взгляда на него.

Почему бы и нет?

А вот свадьба по-армарийски меня точно не привлекает. Там Бог, говорят, приходит лично устроить допрос с пристрастием. Да ещё в каком-то непонятном воплощении, о котором варвар отказался рассказывать. Жуть, наверное, полная.

— Без Зики никуда не ходи, — припечатал Ортос Тиньке, пока я впадала в размышления. — Лучше дома побудь.

— Да, Зика так и просила сделать, — я даже не удивилась, насколько созвучны оказались мысли варвара и змеи.

Шутка ли, столько времени где-то провели. Наверняка, следили за кем-то или ещё что.

— Ладно, пора всем завтракать и приниматься за дела. — Я всё-таки взяла себя в руки и принялась суетиться.

Принесла еды, затопила печь, чтобы начать готовить суп, отправила Тиньку за книгой после того, как она поела.

То, как Ортос аккуратно поднял змею, лёг на постель, а потом пристроил её на себе, сказало больше любых слов. Они действительно подружились. И, кажется, кое-кто подрос! Надо же, какой скачок, интересно, с чего бы это?

Тинька тоже заметила изменения своей подруги, погладила её по блестящей шкурке, вздохнула.

— Это всё ночная радуга, — прокомментировал наш невысказанный вопрос Ортос.

Зевнул и… отключился. Вот только смотрел на меня, а теперь спит, даже ресницы не дрожат.

Нет, и где они шлялись? Чем занимались?

День прошёл в хлопотах. Эта две морды проспали до самого вечера (правда, Зика в обед всё же проснулась, накапала Ортосу последнюю порцию слёз, и они снова отрубились), пришлось мне занимать Тиньку самостоятельно. И это было не просто, учитывая, что дел много.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Разумеется, какое-то время она мне помогала — резала овощи на окрошку. Их всё равно надо мельчить, да и варёная картошка с яйцами мягкая — резать легко и относительно безопасно. Огурец тоже. А вот редиску и зелень я взяла на себя. Мясо клала не всегда, только в тарелку, если попросят.

Вообще, окрошку поначалу здесь встретили с большим недоверием, но в дни особой жары, когда ничего, кроме неё в горло просто не лезло, она была оценена по достоинству. И мясо в ней местными чаще всего попросту не воспринималось.

Я так её и прописала в меню: «холодный суп в жару».

Предлагали мы её в нескольких вариантах: на квасу (ставила сама!), на сыворотке, которой после варки сыра у нас было в избытке, а также на простокваше. Надо будет Ортосу оставить, а то съедят всё, а он не попробует.

Вообще, реакция на мои блюда от варвара — это всегда что-то с чем-то. Попробовав, он замирает, анализируя вкус, потом глаза его подозрительно сужаются, и он пытается докопаться, кто же я такая.

В какой-то момент мне даже стало весело, ведь он так смешно говорил на непонятных языках. Зато сейчас, когда он узнал, что я русская, его взгляд наполнился особым теплом. Сразу видно, что с нами, землянками, у него исключительно приятные ассоциации.

Повезло.

А вдруг было бы наоборот?

Впрочем, что гадать, пусть уже встают, будем думу думать, как выкручиваться. Повестка у нас на послезавтра такая: как транспортировать Эхтру до ратуши и что делать с Жадором.

— Пойдёте одни, этого гадёныша я выпускать не намерен, — категорично высказался Ортос.

Разумеется, после того, как отведал окрошки. Отведать он её, к слову, возжелал во всех трёх вариантах и с мясом. А потом так на меня посмотрел, что я поняла: точно замуж позовёт. Блин, а я только решила отделаться лёгким флиртом…

Вот и зачем мне было узнавать, женат он или нет, если сама не собираюсь связываться с ним надолго? По идее, было бы без разницы, так? Так. Мне, по крайней мере, не его жене.

И вот в этом-то загвоздка. Потому что у меня табу: не связываться с женатиками.

Вот такая вот женская логика.

— То есть будем делать вид, что все из себя гневаемся из-за его отсутствия, — кивнула ему, сама же отвела взгляд.

Слишком притягательно он выглядел.

— Именно так. — Ортос встал.

Шагнул ко мне, взял за подбородок и вернул мой взгляд себе.

— Для Эхтры найми грузчиков, но обязательно проверенных, — он говорил так проникновенно, его взгляд был полон беспокойства. — Позови меня, прежде чем отправляться в ратушу, я сам с ними поговорю — проверю на вшивость.

— Это… — Я сглотнула. — Это разумно.

Вопрос: где МОЙ разум, почему голова вдруг резко перестала соображать, когда он ко мне прикоснулся?

— Сегодня ночью мы с Зикой снова уходим, оставь охранника в трактире, — выдал он, поглаживая мою щеку пальцами.

Большими, немного шершавыми, но такими… такими нежными и в то же время сильными. Ух!

— Нертор ещё на больничном, его замещает другой, а с ним у меня не столь доверительные отношения. — С сожалением покачала головой.

— Тогда спи сегодня не в своей постели. С Тиньятой, например, или с Вильсой.

Хмыкнула.

— Я и так с ними сплю, у нас нет отдельных комнат. В тёплое время года я обычно ночую здесь, — перевела взгляд на оккупированную им лежанку.

— То есть я занял твоё место? — Ух, как вспыхнул его взгляд!

Словно тот факт, что он спит на моём лежаке, означает нечто интимное…

— Отжал у меня кровать, да, — вздохнула я, стараясь отвлечься от бурлящих эмоций.

Не наклоняться к нему. Не прижиматься к широкой груди. Не запускать пальцы в его тронутые сединой волосы. Не растворяться в его взгляде.

Я сказала: «Не растворяться!» Я ведь не жир, а он — не фэйри.

— Придётся потом своей делиться, когда в Армарию приедем, — выдохнул он мне в губы, а потом…

Потом я забыла, что не хотела растворяться. И прижиматься вовсе не собиралась. И пальцы в волосы запускать…

Его поцелуй обжигал, будил во мне самые потаённые желания, заставлял плавиться в его руках. Какой жир, какой фэйри? Палладий — вот кто я. Потому что именно он — самый легкоплавкий металл.

Ну а что, какие ощущения, такие и сравнения…

— Опять ц-селуютс-ся, — раздалось недовольное шипение. — Уходить пора, варвар.

Кажется, Ортос её не слышал. Да что говорить, я и сама с трудом различила, что она там шепелявит. А потом я осознала, что, похоже, он уже мысленно увёз меня в Армарию, явно на ПМЖ.

— Я останусь здесь, — пробормотала ему в губы.

Противиться ему было невероятно трудно, хотелось вновь отдаться во власть этого горячего мужчины, но…

— Ортос, вам пора идти! — воскликнула я, дёрнув его за волосы.

Не сильно, но ощутимо.

И только тогда он остановился. Несколько раз моргнул, взгляд его прояснился, но руки от этого менее крепко держать не стали.

— Береги себя! — припечатал он и вновь поцеловал: коротко, без изысков, отчего стало ещё жарче.

А потом быстро собрался, водрузил подросшую Зику себе на плечи, накинул сверху плащ с капюшоном и был таков.

М-да, кажется, меня либо не услышали, либо не так поняли. Ладно, поговорим об этом позже.