Глава 10. Тучи сгущаются
Ортос
Я лежал в летней кухне, где по вечерам так любит колдовать над варевом Наташа, и пристально изучал добытую бумажку. Никто, похоже, даже не заметил её исчезновение со стола.
Безалаберные девчонки, что с них взять?
Хорошо, что они считают меня эйронцем. Видимо, мой амулет с головой морского дракона сгинул в Таронском море, а сам я находился в таком состоянии, что подобная путаница вполне ожидаема. Ведь мы с ними одной крови.
Нет, это определённо славная новость!
Потому что ободранный эйронец — личность куда менее примечательная и подозрительная на Нулоне, нежели потерпевший кораблекрушение армариец. Надо бы обзавестись тёмным плащом с глубоким капюшоном, чтобы морду прикрыть, да только денег со мной нет. Помнится, в пояс были вшиты золотые монеты, но его несколько раз задели «пираты», когда мы бились на мечах, а в воде он окончательно слетел.
Лежит сейчас на дне морском и обрастает водорослями. Меч там же, я его не выпускал из рук до последнего.
Вообще, Крайлах наверняка уже где-то на подходе, ведь разрушение моих защитных амулетов он должен был почувствовать. Как-никак лично их создавал. Вопрос в другом: как быстро он соберёт корабль и приплывёт сюда? Ещё есть вероятность, что он воспользуется зеркалами перехода и доберётся до Нулона через острова с Источниками Материи…
Нет, вряд ли. Потому что тогда придётся общаться с главным магом Нулона и его правителем, объяснять причины столь срочного посещения континента, а операция у нас тайная.
Мы вообще подозреваем, что химеры добрались до самой верхушки местной власти. Нет, там светиться нельзя, значит корабль. А это около двух-трёх недель. Сколько я здесь пробыл? Драх его знает!
— Не спиш-шь? — юркая змейка теперь не рисковала залезать мне на грудь, ибо руки мои обрели подвижность и с каждым днём наливались силой.
Сейчас она взобралась на стул, который принесли сюда несколько дней назад.
— Да вот, думаю, что с этим делать? — я кивнул на бумажку в руке.
Слегка помятую, конечно, но всё, что там написано, вполне можно прочитать.
— От неё идёт з-сапах с-смерти. Не трупная вонь, а ч-што-то такое… — она задумалась, покачала головкой и продолжила: — Её пис-сали, думая о многих с-страданиях.
— Здесь описана часть работы с селекцией лонганны, — запнулся, мелькнула мысль, от которой стало нехорошо. — Ты не знаешь, этим фруктом можно отравить?
— Понятия не имею. — Змейка осмелела, заползла на кровать, пристроилась сбоку. — Я не ем эту гадос-сть, девоч-щки лучше знают.
— Кстати, а где Наташа? — утро прошло, завтрак, который она мне приносила, давно переварился.
— Ещ-щё не вернулас-сь из-с города, — Зика внимательно смотрела мне в глаза, явно пытаясь добраться до нутра. — Ты ведь уйдёш-шь, как только смож-шеш-шь?
Не стал щуриться, решил дать ей возможность заглянуть внутрь себя. Пусть знает, какой я неприглядный.
— Для всех так будет только лучше. — Снова взглянул на лист, нахмурился. — А вот это нужно обязательно проверить, чую, дело может иметь серьёзные последствия. Для многих.
В том числе и для армарийцев, но вслух я это договаривать не стал.
— А ес-сли мы з-саключ-щим с-сделку? — Змейка аж приподнялась от волнения. — Я помогу раз-собратьс-ся с бумаш-шкой, а ты присмотриш-шь з-са моими девоч-щками.
— Боюсь, я могу увлечься, — многозначительно хмыкнул, вспоминая, как прелестна фигурка Наташи, как нежна её кожа, как трогателен румянец на щеках. — Нет, сам разберусь, когда поправлюсь.
Мало ли, вдруг змея попадётся, а я пока слабый? К тому же один. Нет, ничего без Крайлаха затевать нельзя, слишком опасно.
— Какие вы, муж-шики вс-сё-таки балбес-сы, — протянула Зика разочарованно. — Ну леж-ши дальш-ше, грей бока…
Она скользнула к выходу, всем своим видом показывая, как не довольна моим ответом. Не знаю, как у неё это получилось, но я почувствовал.
— Меня этим не проймёшь, чешуйчатая, — хмыкнул я, когда та почти скрылась за дверью.
Ответом мне было недовольное шипение и мелькнувший на мгновение раздвоенный язычок.
Пусть сколько хочет шипит, с девами я точно ничего делать не буду. Точнее, впутывать их в опасные дела, у них своих забот хватает: сыры наварить, постояльцев накормить, заявления в ратушу возить. Скоро прибудет Крайлах, найдёт меня с помощью магического поиска по крови (склянка с образцом у него имеется) и тогда-то мы всё сделаем сами. Нет, конечно, змейка была бы отличным разведчиком, но… Я привык полагаться только на себя и того, кого хорошо знаю, в чьих возможностях полностью уверен.
У нас будет магия.
И некоторые связи, которые передал мне Урлух — дальний родственник братьев-королей и заядлый путешественник. Уж у него друзья-приятели есть в каждом порту. Мы и так всё сделаем, не впутывая никого постороннего и… слишком хрупкого.
А ещё я обязательно выясню, кто посмел заказать этих невинных девчонок. И сверну им шеи. Судя по всему, змея ничего об этом не знает, а то бы давно уже всё выложила.
Мои размышления прервало появление Наташи. Она явно устала, но глаза лучились довольством.
— Получилось? — спросил я, алчно всматриваясь в тарелку, которую она мне принесла.
На девушку старался долго не глядеть, ибо слишком откровенные желания она у меня вызывала.
— Вроде бы, — пожала она плечами, присела на стул. — Заявление приняли, осталось теперь ждать. Лишь бы волокиты не было, а то могут протянуть так, что землевладелец придёт за своим долгом раньше, чем его привлекут к ответственности за вымогательство.
— У вас есть ещё время, — подбодрил её, сам же потянулся к тарелке.
Судя по её состоянию, она забыла, что принесла её для меня.
— Ой, прости, я что-то расклеилась. — Наташа торопливо подала мне еду, встала, поставила на стул большую кружку с чем-то безумно ароматным и горячим, двинулась к выходу. — Надо бы тоже перекусить, а то ела на заре.
И ушла.
Не как змейка, без каких-либо упрёков в мою сторону, но именно сейчас мне стало не по себе.
А ведь у этого хмыря могут быть подвязки в магистрате. Вдруг ему уже доложили или в ближайшее время доложат о заявлении? Что тогда? Он же, будто бы, весь из себя защитник, пусть и альтернативно одарённый.
Я дурак! Надо было подыграть змее, авось слёз бы целебных выторговал.
Нет, не в моих правилах впутывать женщин в опасные дела. Да, одна из наших королев не единожды доказала мне, что способна на многое, но она — исключение, лишь подтверждающее правило. К тому же прибыла с Земли, у них там совсем другое воспитание.
А уж какой у неё дед…
До сих пор преподаёт в нашей школе военную стратегию, хотя совсем старый, на магической подпитке и врождённой вредности живёт.
Кстати, тот тоже любит мясо в кишках, даже с Земли брал с собой вместе с коньяком. Колбасой кличет[1]. Хм… Нет, эта ветчиной, вроде, называла, но принцип-то тот же.
И всё-таки с вероятностью агрессии со стороны землевладельца надо что-то делать. Неужели придётся договариваться со змеёй?
На следующий день Наташа и Вильса снова поехали в ратушу. Я сначала удивился, спросил, мол, зачем, а когда получил объяснения, одобрил. Нет, дева явно очень умна и дотошна. Прекрасное свойство. Я сам такой.
Правда, именно в своём уме стал сомневаться, потому что никак не мог понять, кто она такая. Видимо, аукнулись пережитые травмы, до сих пор не зажившие.
Пока девушки довозили правильно оформленные документы с личной подписью Эхтры, я решил расспросить Тиньяту о Наташе. Благо мне улыбнулась неслыханная удача — она пришла покормить меня булочками без вездесущей змеи!
— Как же всё-таки вкусно готовит Наташа, — начал я издалека. — Булочки тоже она пекла?
— Нет, это Вильса — у неё лучше всех молочное тесто получается, — отрапортовала девчушка.
Сегодня на ней было вполне приличное платьице, пока не грязное и даже не порванное. Возможно потому, что она пришла с утра, а не вечером после своих похождений с друзьями, о которых очень любила рассказывать.
Я не выдавал её, но иногда хотел закрыть под замок. Порой они ходили по грани и могли попасть в большие неприятности. Ибо шлялись везде и всюду.
— Интересно, откуда Наташа узнала столько необычных блюд? — подобрался к интересующей теме поближе. — У вас научилась?
— Нет, ты что, мы и сами такого никогда не ели! — добродушно отозвался ребёнок. — А знаешь, кто её нашёл? Я!
Гордость так и распирала девчушку. И меня. Я был крайне рад, что сумел разговорить её и не вызвать подозрений.
— Да ты что? — Покачал головой. — И где же?
— В кустах! Она упала туда прямо с неба, привязавшись к большому куску ткани и поймав в него ветер. Мы с друзьями гуляли в городском парке и успели её заметить. Побежали, помогли подняться, свернуть па… не помню как называется, и я отвела её к нам.
— Родители, наверное, ругались? — пробормотал я, сам же пытался понять, что значит «упала с неба», «поймала ветер в ткань» и это непонятное «па…».
— Не сильнее, чем когда мы притащили раненого волка, — пожала плечами егоза.
И тут я понял, что был лишь одной из её находок. Как Наташа, волк и Бог знает кто ещё. Ужас! Эту девочку совершенно точно нельзя оставлять без пригляда (змея не в счёт), а то приведёт ещё кого… более опасного чем я.
Смешно. Опаснее меня может быть только химера. М-да.
Драх, хотел же не вмешивать никого! И не привязываться.
— Она, наверное, долго привыкала к вашей жизни, — не выдержал, погладил Тиньяту по голове.
Её мягкие волосики ласкали загрубевшую от постоянных тренировок с мечом ладонь. По телу поползли мурашки, грудь сдавило от нежности.
— Да, язык учила, сейчас вот письмом и чтением вместе занимаемся, — вздохнула девочка, явно не пребывая в восторге от процесса изучения грамоты. — А вот считать она умеет лучше папы.
Даже так? Хм…
— Ну что, ты женишься на ней? — выдала мне эта… егоза.
Да так посмотрела своими бездонными глазками, что я понял — меня обвели вокруг пальца. Похоже, этот разговор состоялся бы и без моих усилий.
— С чего ты взяла? — я даже усмехнуться не мог, просто вытаращил глаза от такого поворота.
— Между вами огоньки, — так серьёзно ответила малышка, что я ещё больше оторопел. — Когда вы разговариваете, они светятся. Когда ты спрашиваешь о ней, мигают.
— К-какие огоньки? — только и смог выдавить я.
Никогда ни о чём подобном не слышал!
— Да вот эти же! — она нетерпеливо ткнула пальчиком около моего лица.
Прищурил глаза — ничего, расфокусировал — тоже никакого результата. Она издевается?
— Ничего, их только Зика видит да я. — Грустно вздохнула Тиньята.
Потом встала, забрала пустую тарелку и пошла к выходу. Я же лежал и пытался понять, что вообще сейчас произошло. Неужто эта малышка пытается обвести меня, армарийского дознавателя, вокруг пальца? Да нет, глупости! Она абсолютно искренна и невинна. Об этом говорят не только мои глаза и уши, но и нутро.
А ещё это нутро явственно подсказывает, что Наташа не простая девушка. Шутка ли — с неба упала! Магиня? Иномирянка? Надо будет спросить у неё что-нибудь на языке Алёны. Мало ли, говорят, в Моривии тоже объявилась попаданка. Прошла отбор невест, вышла замуж за короля и занялась реформой местной медицины[2].
Режет людей почём зря, потом кривыми иголками их зашивает. И те живут после этого, причём лучше, чем до того! Последнее — особенно удивительно.
Как назло, Наташа всё не возвращалась. Я начал ощутимо нервничать. Наконец, приползла Зика с сообщением, что девы вернулись, но пока пошли переодеться в рабочие платья.
— В пос-следний раз-с с-спраш-шиваю, будеш-шь помогать? — прошипела она.
— Да куда я денусь? — Я аж сел на кровати. — И так собирался, но сам, когда подмога придёт.
— Она мож-шет не ус-спеть, твоя подмога…
— Да понял я это уже, понял. — Решительно сжал кулаки. — Хорошо, я согласен на сделку, но при одном условии!
— Каком же? — Зика, кажется, вовсе не волновалась ни о каких условиях, а уже ползла к моей ноге.
— Если ты попадёшься и навлечёшь тем самым на девочек беду, я тебе лично голову откручу!
Чего я не ожидал от змеи, так это довольного смеха. Насколько вообще может смеяться змея, да ещё и довольно. Рассевшись на моих коленях, между прочим.
— У меня тож-ше с-самое ус-словие, только я не буду нич-шего откручивать, так з-садуш-шу.
— По рукам! — кивнул я, протянув ей ладонь.
Не знаю, чего я ожидал. Что она укусит её, тем самым скрепив договор кровью? Вышло всё совсем не так. Она двинулась выше, пристроилась на плече и скомандовала запрокинуть голову и открыть рот.
Вы видели, как плачут змеи? А их слёзы текут тебе на язык? Вот и я не видел. Раньше.
Любопытный опыт, учитывая, что стоило мне сглотнуть, как она всё-таки вцепилась в меня зубами, но не в руку, а шею. Больно, но я почти не дрогнул — понимал, что идёт ритуал. После того, как Зика сползла обратно на пол, у меня закружилась голова, и я рухнул обратно на лежак. Лишь краем уха уловил:
— Не ссы, через пару ч-щас-сов восстановиш-шьс-ся…
И на что я подписался?.. Уже неважно, дело пошло, осталось дождаться, когда приду в себя.
Это была моя последняя мысль, прежде чем я вырубился.
Проснулся от воплей Тиньяты и пресловутого шипения змеи.
— Варвар, вставай! Варвар, поднимайся, миленький! — Маленькие, но вполне крепкие ручки трясли мою голову.
Высокий звук буквально ввинчивался в уши.
— Хватит с-спать! — вторила ей Зика.
Как я вообще смог её расслышать — не знаю. Тинька верещала куда громче и пронзительней.
— Что случилось? — Открыл глаза, проморгался.
— З-семлевладелец-с приехал. Мы видели, как он привяз-сывал с-своего коня у с-сос-седней конюш-шни.
Драх, я так и думал!
Вскочил, как ужаленный, бросился к выходу. На ходу заметил, что уже стемнело. Бросился к трактиру, увидел, что памятное окно снова открыто.
Что ж, посмотрим, как работают змеиные слёзы!
Забраться по брёвнам на второй этаж не составило мне большого труда. Разве что в груди немного кольнуло, где была основная рана, но то сущая мелочь.
Успел я вовремя. Стоило мне выглянуть за дверь, как я нос к носу столкнулся с довольно крепким по местным меркам мужиком, тащившим за руку Вильсу. За ними спешила Наташа, размахивая ножом.
— Отпусти её, козёл! Ты не имеешь права к ней прикасаться!
Увидев меня, с озверевшей рожей выскочившего из кабинета, они дружно остановились. Недолго думая, одной рукой сдавил мужику шею, второй ударил по запястью, вынуждая отпустить девушку, подмигнул опешившей Наташе.
— Это не женский разговор, — бросил им и закрыл дверь перед самым носом девушек. — Ну что, поговорим, любезный? Кто их заказал и какого драха ты так хреново их спасаешь?