Глава 20

Я проснулась от ощущения чужого взгляда. Приоткрыла один глаз, увидела Кеннета и закрыла. До этого момента оставалась надежда, что сегодняшняя ночь приснилась. Хотя с чего бы мне снились такие бесстыдные сны? Я даже не знала, что так бывает. И тем более не знала, как себя вести.

Мелькнула и пропала мысль, что теперь жених станет относиться ко мне хуже. Глупости. По законам клана я почти жена, остальное никого волновать не должно. На удивление, я сама не ощущала себя обманутой или использованной. Мы оба хотели того, что случилось.

— Интересно, лин Делири, вы переводите тему, — смущаясь, пробормотала я.

Часть правды он утаивает. Рассказал всё начисто, ага.

Кеннет прикрыл глаза и улыбнулся, как сытый кот. Оставалось только замурчать.

— Ситуация не располагала к продолжению дискуссии.

Я швырнула в него подушкой. Хотела навалиться сверху и как следует придушить наглеца, но услышала приглушенный смех. Сильные руки высунулись из-под подушки и сграбастали меня в охапку. Драку я проиграла сразу же, просто не сопротивлялась. Тяжело дыша, упала на ту же самую подушку и увидела, что Кеннет склонился надо мной. Утреннее солнце играло в его волосах, глаза светились счастьем. Мой воин и глава Клана Смерти коснулся пальцем кончика моего носа и сказал:

— Мы можем всё обсудить сейчас. Времени полно. Завтрак слуги явно оставили за дверью, не решаясь тревожить наш сон, а обед ещё не скоро. С чего хочешь начать?

Чуть не сказала: "С поцелуя". Но вспомнила, что мы лежим в постели, а одежда осталась во вчерашнем дне, потому не решилась. Настроения ссориться не было. Хотелось оттянуть возвращение к делам, продлить ощущение лёгкости и абсолютного счастья.

— С начала, — я грустно-грустно вздохнула и легла поудобнее. — На повестке дня, лин Делири, обязанности жены главы Клана Смерти, необходимость продать "Медвежий угол" и явное неудовольствие твоего отца. Неснимаемый браслет и нерасторжимую помолвку я, так и быть, тебе прощаю. Будем считать это моим свадебным подарком.

— И я с благодарностью его принимаю, — жених поймал мою руку и поцеловал настолько церемонно, насколько позволяла обстановка. Утро, постель и наши обнажённые тела на простынях. — Браслет полезен. Чуть позже расскажу чем. А пока, я думаю, сильнее всего тебя волнует трактир. Во-первых, отец не прав. При грамотном построении дела ты вполне сможешь совмещать обязанности моей жены и хозяйки “Медвежьего угла”. Просто до тебя никто особо и не пытался. Маму, бабушку и прабабушку в лучших традиция клана готовили к роли хранительницы семейного очага. Да и мужья им постоянно твердили, что бизнес — не женское дело. А, во-вторых, зачем бы я по-твоему настаивал на открытии посольства Фиттолии возле источника, если бы собирался закрыть там твоё дело и всё продать? Нет, Хельда, я бесстыдно и вероломно надеялся, что ты поможешь мне держать ведьм хоть в каких-то рамках. И то, как ты не давала спуску Ведане, сражаясь за каждый пункт договора — лучшее подтверждение, что сил тебе хватит.

— Почему ты не сказал об этом вчера за столом? — я с любопытством заглянула в карие глаза будущего мужа. — И каким образом я могу помочь тебе с ведьмами? Ведана уступала, потому что я твоя невеста. Иначе всё было бы так, как она хотела.

— Не спеши с выводами, — улыбнулся Кеннет. — Ведьмы ещё долго будут изучать тебя. Присматриваться, примериваться. Думать, с какого бока укусить. Верховная уже пожелала встретиться с тобой, чтобы лично подписать договор. Не скажу, что я в восторге, но это часть игры. Теперь я отвечу на первый вопрос. Почему не сказал за столом? Из-за отца, Хельда. Он давно уже не глава клана, а всё ещё продолжает из-за кулис им руководить. Поэтому я намеренно держу его в стороне от своих самых важных планов. Ксанир не владеет полной картиной. Иначе не позволил бы себе настолько резких выпадов. Прости его. Меня прости в первую очередь.

Ему извинения давались, будто проще, чем мне. Хотя, наверное, это было не так. Кеннет гордый, привык к тому, что всегда прав по умолчанию. Ему в стор за сложнее идти на компромиссы. Как бы заставить себя помнить об этом во время ссор, а не после них?

— Я простила Ксанира, когда записку от Иллаи прочитала, — я улыбнулась. Вот у кого можно поучиться мудрости. Мать Кеннета точно могла подсказать, как справляться с крутым нравом мужчин Делири. — А тебя простила… Не знаю, когда. Ситуация не располагала к анализу, знаешь ли.

Я обняла мужчину за шею и поцеловала в уголок губ. Почему нельзя всегда так? Обнимать, целовать, разговаривать. "Говорить, а не рычать", как сказал вчера Кеннет.

— А что с моими будущими обязанностями? — я зарылась пальцами в волосы жениха. — Расскажи, чем обычно занимается жена главы клана?

— Если я признаюсь, что рожает детей, ты меня точно подушкой задушишь, — расхохотался он, но быстро стал серьёзным. — Нет, конечно, не только этим. Львиная доля обязанностей — сопровождение мужа. У нас много обрядов и ритуалов, где участвует если не весь клан, то большая его часть. Принесение клятвы молодыми воинами, день благодарения предков. Перед войной я, наоборот, один останусь. Тебя будет положено укрыть в убежище. Но только если землям клана будет угрожать вооружённое вторжение. Я надеюсь, до этого не дойдёт.

— И как это могло помешать работе трактира? — я нахмурилась, разыскивая в его словах подвох.

Роль красивой статуэтки на полке достойного мужа ожидаема, но мысль о таком будущем всё равно покоробила. Слишком уж там нет меня, а есть только внешность. Возможно, женщинам клана нравилось. Не спорю, их выбор. Свой я всегда видела другим.

— Тем, что ритуалы не проводятся по щелчку пальцев, — Кеннет изобразил его. — Это долго. Весь день, а в случае больших праздников — два или три дня. Потому отец и заговорил об управляющем.

— Я смогу совмещать, — прикинула я. — Как думаешь, лина Иллая мне поможет?

— Подскажет, — кивнул Кеннет. — С удовольствием. Можешь спрашивать её о чём угодно. Мы обсуждали это. Мама заверила, что на первое время готова стать твоей тенью. Помогать с выбором платьев, причёской, объяснять, как проходят ритуалы, какую роль в них играют члены клана. Если я не буду успевать, она может познакомить тебя с членами влиятельных семей. Не волнуйся. Ближайший большой праздник через четыре месяца. К тому моменту ты будешь знать о Клане Смерти почти столько же, сколько я. Тем более сейчас трактир закрыт, дети в академии, а посольство Фитоллии ещё не построено. Есть время учиться.

Одни плюсы в эвакуации. Куда не посмотри — положительные стороны. Однако передышка для знакомства с традициями клана мне не помешает точно. Хотя бы немного времени, чтобы понять, как здесь всё устроено, чем живут в Фитоллии.

— А что с детьми? Если трактир не откроется в ближайшее время, мне их содержать не на что будет.

— С детьми сложнее всего, — нахмурился Кеннет. — Студенты академии не могут прохлаждаться на практике вечно, общежитие придётся возвращать его законным жильцам. И вариантов как поступить у нас не много. С одной стороны, я не хочу оставлять приют возле источника. Из-за Паучихи, как ты поняла. Она не откажется от него просто так. А с другой, источник делает из детей магов. Процесс желательно завершить. Так будет лучше для самих детей. Давай думать вместе. После свадьбы часть казны клана будет в твоём распоряжении. Проще говоря, денег я тебе дам. На что бы ты хотела их потратить?

— Я бы хотела вернуть детей в приют, когда всё уляжется. Надеюсь, мы говорим не о нескольких месяцах всё-таки, — я тяжело вздохнула. — Ты прав, источник укрепляет магию и даёт надежду на лучшее будущее для ребят. Но и тратить деньги из казны Клана на бессалийских сирот было бы неправильно. А у вас есть приют? Или все дети живут в семьях?

Кеннет окончательно погрузился в раздумья, на его переносице залегла глубокая складка. Жених даже отстранился от меня и сел, опираясь спиной на изголовье кровати.

— Нет, приюта у нас нет, я пытаюсь вспомнить, как живут сироты. Те, кто лишился только отца — с матерями. Тех, кто без обоих родителей, забирают родственники или друзья. Но я попрошу полный отчёт. И если в опеке над такими детьми есть недосмотр или перегибы, нужно что-то делать. Здоровых мальчиков, достигших возраста инициации, забирают в академию. О девочках я тебе совсем ничего не расскажу. Давай так. Недели две у нас точно есть, соберём информацию, решим. На фитоллийских сирот я могу отдельную статью расхода завести. И если будем строить здание приюта или делать для них школу, скажем, при посольстве. Ты улавливаешь мою мысль? То и бессалийских детей под крыло возьмём.

Я широко улыбнулась, прикидывая, какие перспективы могут ждать детей, отучившихся в школе при посольстве. Что бы это ни значило, звучит гордо. Аттестата из такого учебного заведения и рекомендаций от учителей будет более чем достаточно, чтобы поступить в хорошие академии, получить достойные профессии и в будущем ни в чем не нуждаться.

— Ты гений, Кеннет! — я рассмеялась. — Надо написать Артуру, чтобы прикинул, как включить это условие в договор. Или ведьмы и так согласятся? Надо хорошенько обдумать идею школы! Боги, неужели, всё действительно налаживается?

От вчерашнего угрюмого настроения не осталось и следа. Стоило только расслабиться, довериться своему мужчине, как появилась надежда на светлое будущее. Да, сейчас придётся разгребать кучу текущих проблем. Да, трактир предстоит поднимать почти с нуля. Но потом… Потом всё точно будет хорошо. У детей появится школа с престижной "корочкой", у работников — регулярный заработок, а у меня — любимое дело, лучший мужчина и нагрузка в клане до кучи.

— Может, и отношение твоего отца ко мне волшебным образом переменится? — я хмыкнула, представляя, как Ксанир радостно улыбается мне при встрече. Нет уж, это был бы совершенно другой человек. — Не уверена, что смогу изо дня в день терпеть его уколы и замечания, Кеннет. Вчера я старалась быть вежливой, но такое давление ежедневно — выше моих сил.

— И выше моих тоже, — жених втянул воздух сквозь сжатые зубы и продолжил. — Но тут начинаются такие нюансы, что и за полдня не расскажешь. Видишь ли, я не должен был стать главой клана, пока отец жив. Но в молодости по глупости и горячности принёс клятву меча, пообещав защиту Клана Смерти сестре моего лучшего друга. Ведьме. А у них, у ведьм, случилась трагедия. Сошедшая с ума Верховная Ядвига сожгла школу, где учились тысяча юных ведьмочек. Они погибли. Никто не ожидал такого зверства. Не знаю, почему, но Стана, сестра Лиама, решила, что виновата инквизиция. Пожелала мести и объявила войну королю.

— Подожди, пожалуйста. Стана? Верховная Стана?

— Да, она самая. Тогда ещё Старшая Стана. Так вот. Мой отец приносил клятву верности королю, а его сын и наследник пообещал защиту Стане. Я имел на это право. Чувствуешь всю глубину конфликта? Король приказал моему отцу убить Стану. Но, чтобы сделать это, Ксаниру сначала нужно было убить меня. Иначе мою клятву меча не отменить.

Мне стало дурно. Даже зная, что все трое живы, историю было сложно слушать.

— Тогда отец решил сделать то, чего до него не делал ни один глава. Он отказался от клана. Не скажу, что все его поняли и одобрили. Недовольство ещё долго бурлило. Но я, став главой, заявил, что ничего Его Величеству не должен. И, так как мы сразу же оказались вне закона, собрал клан и увёл его порталами в Фитоллию. А Стана убила Ядвигу и объявила себя Верховной.

— Сильный ход, — пробормотала я. Экскурс в историю Фитоллии оказался неожиданно тяжёлым. Я слышала пару слухов о том, как образовалось ведьминское государство, но в основном говорили, что всё произошло из-за любви ведьмы и инквизитора. Якобы им нельзя было быть вместе, потому пришлось бежать на край света. Сбежали, увидели, как там здорово, и решили основать Фитоллию. Место, где свободно живут все расы. Истинная летопись ведьм написана кровью. — Но я не совсем понимаю, как это связано с нашей проблемой?

— Самым непосредственным образом, — улыбнулся жених. — Ты готова к следующей порции нюансов? Слушай. Отец жив. Моя мать всё ещё носит браслет жены главы Клана Смерти, а я вместо того, чтобы переехать в положенные мне по статусу комнаты продолжаю жить в своей детской спальне. Отец расщедрился на кабинет и тренировочный зал, но на этом место в особняке закончилось.

— Где-то в шкафу припрятан твой плюшевый медведь? — я фыркнула, но не рассмеялась, пусть и очень хотелось. Великий и ужасный глава Клана Смерти живёт в своей детской спальне. — Съехал бы в свой дом. В чём проблема?

— Я не был женат, — Кеннет провёл пальцем по моему плечу и оставил ладонь на сгибе локтя. — По традициям клана сыновей отделяют в свой собственный дом только после их свадьбы. Повторюсь. Если бы я стал главой, как положено, такой проблемы просто не возникло бы. И да. Я понимаю, о чём ты спросишь теперь. Место моей жены на ритуалах и обрядах занимала мать. Такое тоже допускается.

Я улыбнулась нехитрой ласке и посмотрела на Кеннета совсем по-другому. Сколько ему пришлось пережить из-за клятвы меча? Сколько унижений вынести? Сомневаюсь, что недовольные мальчиком-главой выбирали слова. И методы тоже. Они до сих пор живы или уже нет?

— А сколько тебе было лет?

— Девятнадцать, — смутился жених. — Очень мало. Отец ещё лет пять называл меня щенком и отвешивал подзатыльники, когда я умудрялся наломать дров. Он и сейчас с удовольствием меня воспитывает. Уже без рукоприкладства, но с тем же металлом в голосе. Да я хочу съехать. Мечтаю. И не думай, пожалуйста, что женюсь на тебе только из-за этого.

— Если бы ты не сказал, мне бы и в голову не пришло такое, — я слегка задумалась. Очень даже похоже на Делири. Запланировать полноценную войну, устроить в Бессалии переполох, жениться на мне и всё это, чтобы съехать из своей детской комнаты. Чувствуется его размах, да. — Нет, наверное, пришло бы. Твой стиль.

Кеннет расхохотался и обнял меня, пробормотав на ухо что-то о “несносной Хельде”. Каким же добрым и уютным оказалось наше утро. Хотелось радоваться и мечтать. Но очень не вовремя заурчало в желудке, напоминая, что за ужином я почти ничего не съела, обедом пренебрегла, а завтрак так и остался, по словам жениха, за дверью. Я чуть отстранилась и смущённо посмотрела на Кеннета, думая, как бы тонко намекнуть, что меня срочно нужно накормить, пока я не стала кусаться и лаять голодным псом.

— Ты, кажется, что-то говорил про завтрак?

— Да, — спохватился он. — Увлеклись мы с тобой. Давай я заберу поднос с едой, если нам его принесли, и продолжим.

Из кровати жених выбрался, как был, нагишом. Я увидела только его спину и ягодицы, но всё равно чуть не сгорела со стыда. О, боги, я же должна была привыкнуть. Нет? За одну ночь не получилось? Ладно. Позволю остаткам своего строгого воспитания ещё ненадолго задержаться в голове и отвернусь. Ох, да, так намного легче. Хоть Кеннет и успел надеть штаны. Я заметила краем глаза.

— Ты представляешь, он до сих пор горячий, — вполголоса сказал Делири, со стуком закрыв дверь. — Завтрак. Хрустящие тосты, свежевыжатый сок. Хельда, ты любишь яичницу?

— Сейчас я люблю всё, что можно съесть, — от простого перечисления сегодняшнего меню у меня едва не потекли слюни. — Но обычно предпочитаю омлет с беконом. И тосты с джемом. М-м-м….

Я завернулась в одеяло и прошмыгнула в гардеробную. Идти было не комфортно, боль от вчерашней ночи давала о себе знать. Но уже приглушенно, не так остро.

Я огляделась, пытаясь вспомнить, куда складывала свою одежду. На глаза попался подарок от Иллаи. Баночки с косметикой, сорочка и щётка для волос. Боги, я уже люблю эту женщину!

 В углу небольшого помещения на одном из сундуков нашёлся даже таз и большой кувшин с водой. Просто подарок небес. Я обратила внимание на сорочку снова, подозрительно разглядывая кружева и тончайшую ткань. Потом перевела взгляд на таз, воду.

— Ну и семейка, — простонала, чувствуя, как краснеют щеки.

Не удивлюсь, если свекровь где-то здесь и нижнее белье оставила. Разумеется, кружевное и бесстыдное, не чета моим панталонам. Предполагала, чем ночь кончится? Заранее одобряла и хотела подтолкнуть нас с Кеннетом друг к другу? Нет, этого не может быть!

Сгорая от стыда и бурча под нос что-то про излишне прозорливых и предусмотрительных женщин, я нагрела воду и наскоро приняла "душ". В гардеробной заниматься гигиеной было совершенно неудобно, но искать ванную долго. Неизвестно, где она в этом доме. Может, вообще одна на всех, и там сейчас Ксанир Делири выбривает щеки до синевы опасной бритвой?

Нижнее белье нашлось в ближайшем сундуке. Лежало аккуратно сверху, на платье, выбранным тоже не мной. Ещё один подарок от свекрови. По гроб жизни рассчитываться буду.

Искать свою одежду я не стала, платье было вполне приличное, красивое даже. Бирюзовое с длинными рукавами и неглубоким вырезом. А кружевное бельё под ним всё равно не видно. Можно и его надеть. Так что я нарядилась, причесалась и вышла к жениху смущенная, но уже не растрепанная.

Кеннет меня не дождался. Бесстыдно хрустел тостом. Убрал одеяло, поставил столик с едой на кровать и вытянул длинные ноги. На платье отреагировал тем, что перестал жевать. Я даже испугалась, что нарушила какие-то правила клана. Но жених шумно сглотнул и выдохнул с восхищением:

— Вот в нём на праздник и пойдёшь. Хельда, ты прекрасна. А теперь сядь, пожалуйста, а то я забуду о завтраке, разговорах и вообще обо всём. Ну невозможно смотреть на тебя и не чувствовать себя взволнованным юношей, не знающим, как справиться с желанием.

— Ты... Невыносим, — я вздохнула, почти не смутившись. Начала уставать от того, как часто краснела в последнее время. Обошла кровать и села с другой стороны, пока суровый глава клана не съел все мои тосты. — Подожди. На праздник?

— Да, на тот, который через четыре месяца, — невозмутимо ответил он, намазывая джем на второй тост. — Молодые воины будут проходит обряд инициации. Мальчики клана станут мужчинами. А у платья длинные рукава и вообще… Я хоть чуть-чуть меньше буду тебя ревновать к каждому случайно брошенному взгляду. Пожалей моё душевное равновесие. Оставайся по-настоящему ослепительной только в спальне и только для меня.

Я прищурилась, пытаясь отделить юмор от серьёзного посыла. С Кеннетом никогда нельзя быть уверенной, где заканчивается шутка и начинаются полноценные условия. В данном случае — нашей будущей супружеской жизни.

— За четыре месяца я успею полностью обновить гардероб. Обговорим фасоны с Иллаей, но даже не мечтай, что я буду носить бесформенные балахоны, — я наклонилась к жениху и откусила кусочек от его тоста. Прожевала. — Расслабишься ещё, не дай боги. Забудешь, что жена молодая симпатичная женщина. Нет уж, так не пойдёт.

Кеннет, проследив за моим движением, снова сглотнул слюну и отдал надкушенный тост.

— С тобой расслабишься. А уж в тандеме с моей матерью. Мда. Хорошо. Пусть гардероб будет таким, каким вам хочется, лина Беринская-пока-ещё-не-Делири-но-уже-почти. А в нашем будущем доме мне можно будет хотя бы кабинет сделать по своему вкусу?

— Я хотела поселить тебя в детской. Поставила бы тебе письменный столик и стеллаж с учебниками. Стены с разноцветными рисунками, — я очень старалась не рассмеяться, когда представила грозного мечника верхом на деревянном коне-качалке. Кеннет по-мальчишечьи насупился и запыхтел. Там мило сердился на шутку, что я всё-таки прыснула со смеху.

— Прости, не сдержалась, — звонко поцеловала Делири в щеку и положила голову ему на плечо. — У тебя будет большой кабинет рядом с нашей спальней. И огромный тренировочный зал на первом этаже. По соседству с игровой комнатой. Или лучше в подвале?

Я задумчиво хрустела отвоёванным тостом, уже представляя, каким будет наше семейное гнёздышко. Светлое и просторное, с большим садом, как у Иллаи. Библиотека с редкими книгами. И не забыть про свой кабинет. Не только Кеннет хотел удобное место для работы.

— В подвале душно, — ответил он. — Я тогда буду тренироваться на улице или совсем уйду на специальный полигон, чтобы ни одно случайное заклинание не залетело в детскую комнату.

— Полигон на заднем дворе? — я взяла новый тост. — Тогда нужен большой участок.

— Конечно, — Кеннет выпил полстакана сока и придвинул ближе тарелку с яичницей. — Я давно присмотрел несколько вариантов в центре поселения клана и на окраине. Мы на островах, Хельда. Здесь красиво везде, но есть плюсы и минусы именно у расположения. Не выбрал до сих пор только потому что не было невесты. А теперь хочу обсудить с тобой, прийти уже к какому-то решению и звать архитектора. Если честно, голова кругом от количества забот. И я действительно с удовольствием доверил бы строительство нашего дома тебе.

Я немного помолчала, только сейчас до конца осознав, что "наш дом" будет не через пять-десять лет, когда-нибудь потом, а совсем скоро. Нужно выбрать участок, договориться с архитектором, утвердить план, найти строителей…

— Времени у меня теперь полно. Пока трактир не откроется, успею заняться текущими делами, включая дом, приют, знакомство с клановыми традициями и всё остальное. Надо начать записывать, иначе что-нибудь упущу. Мне как раз жених подарил замечательный блокнот, — я села и осмотрелась, пытаясь вспомнить, куда его положила. В сумку. Точно.

— И зеркало, — напомнил Кеннет, подняв палец, — не стесняйся им пользоваться. Если я вдруг буду настолько занят, что не смогу ответить, ты увидишь синюю рябь на стекле. И вот ещё что. Чуть не забыл. Браслет-артефакт. Я обещал рассказать о его свойствах. Первое ты уже знаешь. Это знак, что ты — жена главы клана и совершенно неприкосновенна. Если кто-нибудь посмеет тебе угрожать, то любой член клана имеет право его убить. Так что будь осторожна, наживая врагов.

Стало жутко. Если у всех в клане такой же тяжёлый нрав, как у Ксанира или Кеннета, то странно, что они друг друга до сих не переубивали. Или речь о внешних врагах? Ох, ну их-то я наживаю с завидной лёгкостью. Достаточно вспомнить Паучиху.

— А во-вторых? — я хмуро посмотрела на браслет, будто на нем были написаны руны тайных кровавых ритуалов наёмных убийц.

— Зелёный камень в центре браслета станет красным, когда ты забеременеешь, — ответил жених.

Я как раз тянулась за соком, но замерла, напряжённо всматриваясь в зелёный камень. Кеннет хитро улыбался, доедая яичницу.

— Насколько артефакт чувствителен? Как быстро он реагирует? — спросила я. Жениху явно было весело, а мне казалось, что камень может изменить цвет вот прямо сейчас. Сию секунду. Стоило только отвернуться. Или моргнуть. Ночью как раз случилось то, от чего бывают дети.

— Наши маги говорят, что через день-два от зачатия. Но я помню наш уговор не спешить пока с детьми. Поверь, принимаю меры. Вчера моё мужское семя осталось на простыне. Так будет и дальше. Единственное, что меня сейчас волнует — затягивать со свадебным обрядом всё же не стоит. Я не хочу, чтобы ты бесконечно была почти-Делири и чувствовала неуверенность в своём положении. Что скажешь, если провести обряд через три дня?

— Слишком быстро, — я-таки дотянулась до сока. Нестерпимо захотелось пить. А ещё мне нужно было чем-то себя занять на пару мгновений, дабы не ляпнуть, что положение "почти-Делири" меня пока полностью устраивало. — Ты сказал, что разницы никакой. К чему тогда спешка? Мы даже не подготовим свадьбу за три дня!

Весёлость Кеннета будто ветром сдуло. Я почти физически ощутила, как он напрягся — мурашки по коже пошли. Вспомнилось, как в его глазах разливалась тьма перед последним разговором с Кантариусом. Что же делать, если он опять вспылит? Так жаль портить наше первое идеальное утро! Но три дня — это правда нереальный срок.

— Хорошо, — выдохнул он и напряжение развеялось. Даже дышать стало легче. — За сколько дней ты хочешь подготовить свадьбу?

"Сто-сто двадцать", — подумала я. А лучше год. Чтобы всё продумать и организовать, как следует. Но если сказать это Кеннету, он снова закроется. То, что пошёл на компромисс, уже счастье.

— Неделя? Десять дней? — я кусала щеку, нервничая всё сильнее.

Вот какая мне самой разница? Если мы и так практически женаты.

— Десять дней, — ответил он так медленно, словно гору за это время сдвинул. — Хо-ро-шо.

— Хотя нет, — я поставила стакан обратно и развернулась лицом к Кеннету. — За неделю управимся. Доминика, Иллая, Риль — помощниц много, я успею.

Он опустил плечи и молча кивнул. А потом всё-таки улыбнулся. Спасибо, всем богам, мы справились. Какой же это подвиг — слушать и понимать друг друга.

Я снова поцеловала жениха в щеку, и мы вернулись к завтраку. Яичница у местного повара получилась такой же вкусной, как у Нэди. Разве что чёрный перец показался лишним, но Кеннет ел с удовольствием, значит, готовили на его вкус. Сколько же времени у меня уйдёт на то, чтобы изучить предпочтения главы Клана Смерти?

Я хотела спросить у жениха, что он любит на завтрак, но заметила, как он нахмурился.

— Меня зовут магией. Подожди, я сейчас.

Даже стало интересно, где он прячет своё зеркало. Или их много? По одному в каждой комнате дома и в каждом кармане на одежде? Кеннет открыл ящик прикроватной тумбочки и вынул то, что называл “простым стеклом”. Ему артефакты для связи были не нужны. Срабатывала клановая магия. В зеркале отражался незнакомый мне мужчина с пышными усами.

— Лин Делири, — басом заговорил он, — разведчики вернулись из Бессалии. Вам стоит выслушать их доклад, не откладывая ни минуты.

— Хорошо, скоро буду, — ответил жених, махнув рукой над зеркалом. Лицо одного из воинов Клана Смерти исчезло. — Хельда, если что, обедайте без меня. Видимо, это действительно срочно.

— Конечно, — я кивнула. Ощущение, будто меня бросают одну на вражеской территории, постаралась задавить на корню. Кеннет не может и не должен сидеть возле моей юбки целыми днями. Чем раньше я окунусь в рабочую атмосферу, тем быстрее привыкну к клану. — Я тогда начну работать над организацией свадьбы. Где можно найти Иллаю?

— В саду, наверное, или в библиотеке, — Кеннет застегнул рубашку, и, на ходу заправляя её в штаны, открыл дверь. — Мина! Ми-и-ина!

Я едва успела встать с кровати и одернуть платье. В проёме двери появилась девушка в чепце и белоснежном переднике. Судя по тому, что она держала руки за спиной и не поднимала взгляд — одна из служанок.

— Слушаю, лин Делири.

— Мина, это лина Хельда, моя невеста. Будешь теперь служить ей.

— Почту за честь, — Мина улыбнулась и низко поклонилась. Маленькая, хрупкая, светловолосая и чем-то похожая на Иллаю. — Какие будут распоряжения?

Кеннет снял с вешалки чёрный мундир, посмотрел на меня и ответил:

— Проводи лину к моей матери.

Служанка снова поклонилась. Разогнуть спину не успела, как глава клана ушёл, и мы остались одни.

Я попросила Мину подождать пару минут, а сама ушла в гардеробную. Нашла среди своего багажа лёгкую накидку и вернулась в спальню Кеннета. Нашу спальню.

Боги, как всё быстро произошло!

— Я готова, — поправив рукава платья, сказала я.

Девушка повела меня в сад. Смотрела под ноги и молчала, будто в доме Делири слугам запрещалось говорить не по делу. Не зная порядков Клана Смерти, я не стала приставать к служанке с расспросами, поэтому шли мы в абсолютной тишине.

Я ожидала увидеть Иллаю в беседке с чашечкой чая и воздушными пирожными. Но на деле — будущая свекровь не аристократично стояла на коленях, копалась в земле и напевала под нос какую-то мелодию.

— Ясного неба, лина Иллая, — справившись с удивлением, поздоровалась я. — Не знала, что вы лично ухаживаете за цветами.

— Только за розами, — свекровь подняла голову и сощурилась, прикрывая глаза ладонью от солнца. — Как тебе спалось, моя девочка?

Роз в саду действительно было много. Сейчас Иллая пересаживала кусты с алыми, ещё нераспустившимися бутонами. Рядом росли белые и чайные. А за её спиной — розовые трёх оттенков. “Мама не очень любит ведьм, — вспомнились слова Кеннета. — Розы растут у них на могилах”.

— Прекрасно, — пробормотала я. "Спалось" — громко сказано. Уснули мы с рассветом, так что свои отношения с Иллаей я начинала с маленькой лжи.

Я вспомнила про служанку и обернулась. Девушка так и стояла, склонив голову и не поднимая глаз.

— Спасибо, Мина. Ты можешь вернуться к своим делам.

Она поклонилась и тихо ушла. Только тень мелькнула.

— Расторопная и исполнительная. Хороший выбор, — лина Делири тепло мне улыбнулась.

— Кеннет так решил. Давайте я вам помогу, — я присела рядом. — Почему именно розы?

— О, это давняя история, — Иллая протянула мне лопатку, — не уверена, что могу рассказать её целиком, но попробую хотя бы в двух словах, пока ты будешь копать лунку вот для этого куста. Да, верно. Вот здесь, пожалуйста. Возьми перчатки. Хорошо.

Я послушно натянула перчатки и навострила уши. Не про Верховную ли Стану собиралась рассказать Иллая?

— Итак, — начала свекровь, воткнув лопатку, как нож в землю. — Когда-то одна ведьма причинила много горя моей семье. Из-за неё Ксанир чуть не пожертвовал сыном и отказался от клана. Теперь она хочет познакомиться с тобой. С невестой Кеннета. И именно в тот момент, когда браслет уже у тебя, а свадебного обряда ещё не было. Будто снова хочет всё разрушить.

— Верховная? — я перестала копать.

— Вер-хов-ная, — по слогам повторила Иллая, и в её глазах мелькнула такая ярость, что я испугалась. — Стана. Красавица, победительница турнира, умница и прочее, прочее. Я никогда не верила ей. Даже среди ведьм её коварство переходило все границы. А уж как она вертела мужчинами…

Свекровь замолчала, отпустив лопатку. Из земли осталась торчать небольшая часть рукоятки. Как её можно было так глубоко вогнать? Иллая вздохнула, на мгновение прикрыв глаза, но черты её лица так и не смягчились.

— Вертела мужчинами, — бестолково повторила я, чувствуя, как рукоять моей лопатки впивается в ладонь. Стала бы мать так злиться, если бы её сын помог сестре своего друга? О, нет. Жених мне не соврал, но явно рассказал лишь часть правды. — Даже Кеннет не мог сопротивляться её "чарам"?

Я внимательно смотрела на Иллаю, ловила её эмоции, и закипала вместе с ней. Не только злостью, нет. Обидой? Нет.

Кажется, что-то похожее я чувствовала, когда прочитала завещание отца. Только в этот раз ревность была острее.

— Ты умная девочка, всё поняла, — Иллая, осторожно взяла меня за руку. — Кеннет просил ничего не говорить. Запрещал, настаивал, даже угрожал. Но я не могу. Не могу, понимаешь? Сердце матери не каменное. Я двадцать лет смотрела, как он хоронил себя. Как бродил тенью по комнатам особняка. Не мог есть, пить, спать, радоваться. Кеннет жить не мог из-за того, что она отдала себя другому мужчине.

Иллая снова вздохнула и сжала мои пальцы крепче. Двадцать лет. О, боги, как долго. И ей до сих пор так больно. Не за себя…

— Остерегайся её, Хельда. Всеми богами заклинаю, не доверяй ей. Мысли Станы полны яда, её слова — сплошная ложь. Она и тебя предаст, как предала моего сына. Пожертвовала им ради мести, и в чёрной душе проклятой ведьмы ничего не шевельнулось. Ни тени сожаления. А Ксанир сказал, я должна молчать. “Это их дело, Иллая”. Конечно. Да-да, разумеется. Мой мальчик такой сильный, он справится. А что я могу? Сущую малость. Выращивать розы в саду и мечтать, что когда-нибудь отнесу их на её могилу.

Мне дышать тяжело было. Больно за эту мудрую женщину, страшно, что Верховная и впрямь захочет отнять у меня Кеннета, обидно от его очередной недомолвки. Чувства мои берег? Или не хотел, чтобы я копалась в его прошлом? Оберегал их со Станой общие воспоминания, прятал их от меня…

— Я буду очень осторожной, — пообещала я, когда молчание затянулось. — И Кеннету не скажу, что знаю. Пусть это будет нашим маленьким женским секретом.

— Спасибо, моя девочка, — Иллая погладила меня по руке. — Ты права, пусть будет секретом. “Предупреждён, значит, вооружён”, так говорят в клане. Я не позволю Стане испортить вашу с Кеннетом жизнь. Особенно сейчас, когда всё ещё так зыбко. Скажи, пожалуйста, вы уже назначили дату, когда свершится обряд?

— Сошлись на неделе, — я вернулась к лунке для розового куста. Цветоводство неожиданно успокаивало. — Это очень мало. Я боюсь, что не успею. Не знаю традиций, не знакома с Кланом. Представления не имею, с чего начать, за что хвататься. Вы не могли бы помочь мне с организацией… И всем остальным?

— Почту за честь, — расцвела улыбкой свекровь. — И сразу скажу, что самое сложное будет — накормить весь клан. На свадьбе главы принято гулять три дня и пить до тех пор, пока воин может стоять на ногах. Если у нас неделя, то меню поварам нужно отправить завтра. А заказ виноделам — вчера. Собрать и доставить столько бутылок на острова не просто. Но я взяла на себя смелость и написала хозяину фитоллийского виноградника в тот же день, когда Кеннет забрал у нашего мага брачный браслет для тебя. Надеюсь, ты простишь меня за это.

— Я вас за это расцелую, — ответила я. — Потом. Когда мы закончим с уроком садоводства… Меню есть традиционное? Или нужно составлять с нуля?

— Есть ровно одно традиционное блюдо. Жаркое из мяса жертвенных животных. В честь наших предков на свадьбе закалывают девять коз, девять баранов, девять кабанов и девять быков. Их мясо готовят на огне прямо при гостях. Остальные блюда на усмотрение молодых. Ты можешь взять бессалийскую кухню. Думаю, Кеннет не будет против, а клану понравится разнообразие.

Я мысленно прикинула цену одного быка и чуть не взвыла. Клан Смерти мог похвастаться поистине огромной казной!

— Тогда я попрошу своего повара составить меню. В Бессалии есть классический набор блюд. Добавим к ним что-то из местной кухни, чтобы довольны остались даже самые консервативные гости, — я попыталась вспомнить, что именно готовят на наших свадьбах, но, кроме большого торта, ничего на ум не пришло. — Обряд проходит в храме?

— Нет, всю свадьбу празднуют в шатрах на большой поляне. Для обряда землю в самом центре поляны выстилают шкурами, садят на них молодых, ставят рядом подношения предкам. Сырое мясо тех самых жертвенных животных. Зажигают костры вокруг вас, и в четырёх углах призывают в свидетели четыре стихии. Сам обряд проводит маг. С ним я уже тоже договорилась, Этан готовится. Совершенно особенный человек. Он владеет магией клана и делает для нас артефакты. Я обязательно вас познакомлю.

— Необычно, — я сглотнула. Буду выходить замуж, пока рядом тонны сырого мяса? Боги, надеюсь, больше сюрпризов Клан Смерти мне не приготовил. — У нас всё проще. Невеста в белом платье едет в храм, где её ждёт жених. Отец ведёт к алтарю, передаёт её руку зятю. Молодые читают молитвы богам и уезжают. Гуляния происходят без жениха и невесты. Ни магов, ни жертвенных животных. — Я воткнула лопатку в землю и отряхнула перчатки. — Вся забота у невесты — сшить платье. Обязательно белое. В знак её чистоты.

И тут же неприятно кольнуло совестью. Я-то больше не чиста перед женихом. У меня дома такого не одобрили бы. Кровавые простыни гостям на обозрение уже лет тридцать никто не вывешивал, но за целомудрием невесты следили внимательно. Не приведи боги оступиться и не сохранить себя. Но я больше не бессалийская лина. Я — невеста Кеннета Делири. И раз он счёл возможным скрепить наш брак близостью до официального обряда, значит, мне не о чем волноваться.

— Белое платье, — Иллая мечтательно посмотрела в небо. — Знаешь, а ведь будет красиво. У нас невеста до обряда носит свой лучший наряд и только потом переодевается в чёрное клановое одеяние. У тебя есть на примете швея, способная за неделю сшить свадебное платье по вашей моде?

— Есть не просто швея. Волшебница иглы и нити, — похвасталась я, вспоминая наряд, который Риль создала для меня к празднику. — Если кто и сможет воплотить в жизнь платье моей мечты, то это она. Клановое одеяние сошьют ваши мастерицы?

— Да. Фасон, к сожалению, стандартный. За много веков почти не изменился. Я покажу тебе эскиз прежде, чем отдать его в работу. Нужно ещё снять с тебя мерки. И подумать о подарках. Ох, точно, как я могла забыть? Хельда, вы с Кеннетом должны подарить что-то каждому члену клана.

Всё у фитоллийцев перевёрнуто с ног на голову! В Бессалии гости молодожёнам подарки дарят, а тут наоборот.

— Прошу, дайте подсказку. Речь о сувенире, особом блюде или о чём-то нематериальном вовсе?

— Материальном, — Иллая кивнула и задумалась. Даже перчатку сняла, чтобы потереть пальцами лоб. — Мы с Ксаниром дарили статуэтки. Тысячи фигурок танцующих невесты и жениха. Но у нас всего неделя. Я не знаю такую магию, что способна ускорить работу скульпторов.

— Да уж, тупик, — согласилась я. — Не деньгами же компенсировать моральный ущерб за нарушение традиций.

Свекровь звонко рассмеялась на шутку, но вдруг округлила глаза, на мгновение перестала дышать, а потом подпрыгнула, как юная девушка.

— Деньги, Хельда, точно! Монеты! Мы отчеканим особые монеты. На аверсе будет портрет Кеннета, а на реверсе твой.

— Отличная мысль, — признала я. От размаха клановых традиций становилось не по себе. Страшно представить, во сколько обойдётся семье Делири наша с Кеннетом свадьба. Если бы времени было больше, я непременно придумала бы, как сэкономить. Но неделя на организацию… Спокойствие моего будущего мужа стоило дорого. — Уже не терпится за всё взяться. И прямо сегодня я хотела бы съездить в академию. Мои швея и повар сейчас с детьми. Да и их проведать нужно. На новом месте им может быть страшно. К обеду постараюсь вернуться.

— Хорошо, Хельда, — свекровь погладила меня по плечу, — отправляйся в академию. Я закончу с розами и сяду писать письма. Тоже надеюсь, что управлюсь к обеду.

Я поднялась с колен, почистила платье заклинанием и замерла на секунду. Если свекровь не успеет закончить с письмами, то обедать мне придётся наедине с Ксаниром? О, нет, кажется, в академии я застряну до самого вечера!

Говорить об этом лине Делири я, разумеется, не стала. Улыбнулась на прощание и почти побежала в комнату. Взять деньги, переговорное зеркало и спросить у Мины, как невесты главы Клана Смерти передвигаются по Фитоллии. Пешком, верхом или через портал?

Стационарного портала в доме Кеннета не оказалось. Из соображений безопасности. Якобы через него проще попасть в святая святых. Создавать переходы умели только сам глава клана и его отец. Ксанир, как намекнула Мина, как раз был дома, в своём кабинете. Ну уж нет. Я лучше пешком дойду, чем попрошу свёкра хоть о чём-нибудь. Клянусь.

— Карета, повозка или смирный конь есть? — с надеждой спросила я у служанки, и она кивнула.

Так что до академии я ехала верхом на белой лошадке по имени Ночь. Я даже не удивилась, когда конюх сказал, как звали красавицу. В особняке Делири с логикой вообще что-то странное творилось.

Дорогу мне объяснил всё тот же конюх, как и остальные члены клана — молчаливый и суровый. Интересно, младенцы здесь тоже не плачут, а хмуро требуют у матери соску? Не забыв при этом спросить не слишком ли дорого её трактир обходится клану? О, боги, как же перестать злиться на Ксанира хотя бы на один день?

Верхом я ездить не любила, но умела довольно сносно. Слава богам, обычаи клана не обязывали женщин садиться непременно в дамское седло. Так что добралась я быстро. Меня встретил юноша в чёрной форме. Увидев мой браслет, уважительно поклонился и забрал Ночь, чтобы отвести в стойло. А я обернулась к величественному зданию академии. Мне и особняк Делири казался неуместно роскошным, но архитектура учебного заведения для молодых воинов, каменный декор, сады и два фонтана бесспорно его превзошли. Детей в Клане Смерти любили ничуть не меньше, чем у оборотней. Я шла по мощёной камнем дорожке и едва успевала вертеть головой, отмечая фигурно выстриженные кусты, статуи. На удивление целые даже после суток пребывания здесь моих приютских воспитанников. А где же башня, за взлом дверей которой обещалась награда? Я остановилась у крыльца главного здания, потому что заметила Доминику. Она куда-то спешила с небольшим сундучком в руках.

— Лина Каро, — я улыбнулась управляющей приюта. Она обернулась.

— Хельда, светлого неба, — Доминика подошла ближе. — Я думала, раньше вечера мы тебя точно не увидим. Как тебя приняла семья жениха?

— Могло быть и хуже, — честно призналась я. — Как вы устроились? Ты спешишь?

— Да, немного. Витт попросил списки детей. Нужно отнести, пока они на занятиях, — Доминика приподняла сундучок, указывая на него взглядом. — Мы можем сходить вместе, а потом поговорить. Чувствую, рассказать тебе есть, о чём.

Каро кивнула в сторону входа.

— Инструкторы сидят здесь. Рядом кабинеты ректора, его заместителей и остальной администрации. На втором этаже учебные классы для мирных или книжных дисциплин. Представляешь, они так называют теоретические занятия, где дети просто читают или слушают лекции. Библиотека большая. А что там за ней дальше я даже сама ещё не видела.

— Тут… Замечательные условия, — я вошла в корпус, следуя за вдовой героя. Смотрела по сторонам, словно любопытный ребёнок, впервые приехавший в столицу из деревни. — Малыши тоже слушают лекции?

— Нет, — Доминика на ходу заправляла волосы за ухо. Одна непослушная прядь всё время выпадала из причёски. — С малышами Магнус занимается. Со стороны кажется, что они просто играют. Но если прислушаться — он столько рассказывает. Представляешь, это он придумал построить для студентов развалины крепости с комнатами-загадками и полосой препятствий. Посмотри в окно. Вон она виднеется за зданием общежития.

Мы задержались на мгновение. Доминика толкнула ладонью створку окна, и я смогла разглядеть ещё один двухэтажный корпус. Скромный, если сравнить его с административным, но больший по размеру, чем наш приют раза эдак в три. Башни-декорации высились над ним. Действительно изрядно пострадавшие от попыток фитоллийских студентов взять их штурмом. Даже сейчас там мелькали цветные вспышки и слышался отдалённый грохот.

— И так целый день, — улыбнулась лина Каро. — Я вчера детей еле спать уложила. Им бы рухнуть от усталости, а они по потолку носятся. Не знаю, как Магнус держится. Он говорит, что привык. Утром с малышами, днем с детьми постарше и на весь вечер с нашими выпускниками. Если бы не просьбы Витта, я бы совсем себя бесполезной чувствовала.

Управляющая приютом вздохнула и опустила взгляд. Я почувствовала, что хочет завести важный разговор и не стала ей мешать. Шаг пришлось замедлить. Тем более в конце коридора уже виднелась дверь с единственной здесь золотой табличкой. Кабинет Витта?

— Хельда, я бы хотела уехать, — Доминика остановилась и убрала сундучок за спину. — Дети, сыты, одеты, играют и учатся. Воспитателей хватает. А меня Сашар замуж позвал. С его кланом нужно знакомиться. Отпустишь?

— Насовсем? — я прикусила губу, судорожно размышляя, что делать дальше. Как без Доминики справиться с детьми? Разумеется, оборотень меня предупреждал, но найти замену управляющей я не успела. — Я не вправе тебя держать. Это было бы нечестно хотя бы потому, что сама я с родителями жениха приехала знакомиться. И всех с собой привезла. Целая свита в сопровождении…

Жалкая попытка пошутить, да. Но умнее в голову ничего не пришло. Только утром Кеннет дал мне надежду, а теперь новая проблема. Или старая? Было очевидно, что рано или поздно Каро захочет уйти. Я сама потворствовала тому, чтобы у них с Сашаром завязалось общение. Видела их взаимную симпатию. Подтолкнула подругу в объятия оборотня. Так чему теперь удивлялась?

 — Конечно, я тебя отпущу, — я взяла Доминику за руку. — При условии, что ты пригласишь нас на свадьбу. И приедешь на мою. Через неделю.

— Так быстро? — прошептала она, повторив ту мысль, что мелькала у меня последнии дни особенно часто. — Неделя, Хельда. О, я тебя поздравляю! Конечно, мы с Сашаром приедем. Думаю, ещё успеем обменяться официальными приглашениями. Но у меня сердце болит, кто же останется с детьми, когда они вернутся в Бессалию?

— Мы с Кеннетом хотим уговорить ведьм на школу при посольстве, — я мечтательно улыбнулась. — Жить дети будут по-прежнему в приюте, рядом с источником, но часть занятий мы переложим на плечи фитоллийских друзей. Ребята смогут получить полноценное образование и аттестат с громким заголовком. Представь, какое будущее им будет доступно?

— Уж точно лучшее, чем то, что им готовило королевство до твоего появления в нашей жизни, — уверенно ответила Доминика, но потом её голос смягчился, а в уголках глаз заблестело что-то, подозрительно напоминающее слёзы. — Я буду скучать по ним. По громким голосам Кондра, Дайса, по доброму нраву Мисы, любознательности Динали, надёжности Бесо. По нему особенно. Ты знаешь, он так вырос, что хочется сказать “я его не узнаю”. Но в то же время он прежний Бесо.

— Наши дети быстро взрослеют, — я сама едва не плакала. Будто мне предстояло уехать и не видеть тех, кого воспитывала, в кого вкладывала душу. — Ты сможешь приходить. Навещать нас. Порталы всё ещё работают.

— Да, — кивнула она. — Лишь бы история с притязаниями Паучихи на твои земли поскорее закончилась. Сашар ничего мне толком не рассказал. Нельзя было. Но я заклинаю всеми богами, береги себя, Хельда.

Уже во второй раз за день я слышала эти слова. Казалось, сами боги пытались предупредить меня о чем-то, что ждало впереди. Но я совершенно не понимала намёков высших сил и не видела угрозы. Что может случиться на землях Клана Смерти, где слово его главы и моего жениха — закон?

— Я — сама осторожность с этой секунды, — пообещала ей, а затем добавила: — Паучиха не настолько могущественна, чтобы тягаться с ведьмами и Кеннетом. Но пока непонятно, кто ещё был с ней заодно, поэтому мы сейчас здесь. Будем надеяться, что фитоллийцы и люди Его Величества найдут предателей быстрее, чем я озверею от безделья.

Я тяжело вздохнула и уперлась взглядом в дверь с золотой табличкой.

— Ты ведь торопилась, а я тут тебя торможу. Мне бы тоже поспешить. Я приехала проведать детей и попросить Риль и Нэди о помощи с организацией свадьбы. Остаётся только мечтать, что всё успею и не поругаюсь при этом с Ксаниром, чтоб ему… Жилось долго и счастливо.

Доминика обняла меня и помахала на прощание рукой.