Глава 19

Время до вечера тянулось нескончаемо долго. Я написала Кеннету, что мы готовы и ждём его, десять раз проверила, всё ли взяла, и уже извела себя мыслями о том, правильно ли поступаю.

Артур успел вернуться, забрать три толстые папки документов и конверт, который привезли с собой кредиторы моего братца, и уйти порталом обратно в столицу. Посмотрел на меня устало на прощание, но ничего не сказал. Я явно плачу ему не настолько хорошо, насколько он работает.

Сирая известила о прибытии магов, когда я уже была готова доставать из саквояжа почтовую шкатулку и снова писать Делири. Мы с детьми подхватили часть вещей, которые могли унести, и вышли во двор приюта. Аварийные порталы использовать не стали, Кеннет настоял, что он и его люди без труда перенесут всех моих домочадцев.

Воронка стационарного портала открывалась максимально эффектно. Ткань реальности разрывалась с ослепительной вспышкой и прямо посреди поляны росла дыра. Дети заглядывали в неё с любопытства. Да, за границей сияющего круга уже Фитоллия.

— А трава там такая же зелёная, как у нас, — хмыкнул Бесо и крепче сжал ладонь Динали. Девушка не сопротивлялась. Стояла, широко распахнув глаза и чуть приоткрыв рот.

— И небо такое же голубое, — улыбнулась я, удобнее перехватив ручки сумки. — И у людей по две ноги, две руки. Но это уже не точно.

Динали рассмеялась, а потом всё внимание собравшихся перешло на воинов Клана Смерти. Они, как по команде, переступили через арку портала. Одинаково одетые, одинаково высокие и плечистые. Но я из всех троих замечала только одного. Кеннета Делири.

— Ясного неба, — поздоровался он.

— Тёмных ночей, господа, — вежливо ответила я. Казалось, мы не виделись вечность. Из-за всех потрясений, ниточка, связывающая нас, натянулась и едва не лопнула, но сейчас окрепла. Он был рад меня видеть, и я разделяла это чувство.

— Хельда, позволь представить тебе Магнуса и Витта, — глава обернулся к воинам и они по очереди кивнули.

Оба чем-то напоминали соратников Сокола. Такие же хмурые и серьёзные. Но в том, что детям не стоит их бояться, я не сомневалась. Приказы Кеннета не просто выполнялись, они уважались безмерно.

— Рада познакомиться, — я протянула руку и получила два поцелуя вежливости с тихим “лина Хельда”.

— Они помогут детям перейти через портал и покажут дом, который мы приготовили. — продолжил Кеннет. — У Клана Смерти есть академия для юных воинов. Учебный корпус, общежитие, парк, небольшой лес и всё, что нужно для тренировок. Экзамены только что закончились. Мы думали, как поощрить отличившихся, и решили отпустить всех в поход по землям Фитоллии. Засиделись кадеты в четырёх стенах. Кровь молодая, кипит. Вот пусть и потратят свой пыл на приключения. А мы поселим в общежитие весь твой приют. Комнат много, столовая, зал с камином для отдыха. Как думаешь, им понравится?

Я удивлённо моргала и не могла сразу подобрать слов. Не ожидала такого обстоятельного подхода. Целое общежитие, учебный корпус, место для тренировок. Понравится ли детям? Да они будут в восторге!

— Да, — я кивнула. — Думаю, ребятам очень понравится в гостях у Клана Смерти. Что может быть интереснее, чем пожить в тех же комнатах, где живут настоящие воины? К тому же, они смогут продолжать занятия магией. Вы замечательно всё придумали и организовали. Спасибо.

— Не за что, — слегка смущаясь, ответил Витт. — Кстати, о занятиях мы тоже подумали. У меня десять инструкторов месяц будут от безделья маяться. Они могут показать ребятам, что постарше и покрепче, тренировки воинов. В облегчённом варианте, разумеется. А девушек можно развлечь магией, тут вы правы. Мы устраиваем для первокурсников что-то вроде посвящения. Подземелье с загадками, из которого нужно выйти, полагаясь только на ум, сноровку и самые простые заклинания.

Детей было уже не удержать на месте. Они переглядывались, перешёптывались и подпрыгивали от нетерпения. Ох, во что ввязывались Магнус с Виттом! Это им не дисциплинированные кадеты.

— Надеюсь, подземелье не рухнет, — расхохоталась я.

— С безопасностью всё в порядке, — тут же ответил Магнус с самым серьёзным выражением лица. А потом добавил так, чтобы слышали все. — Но если вдруг у кого-нибудь получится взломать дверь северной башни, то от меня будет особый приз. Праздничный ужин.

— Я уже люблю Фитоллию, — закрыв глаза, пробормотал Дайс, и приют ответил одобрительным грохотом. Что они положили в свои чемоданы?

— Раз все довольны, то прошу в портал, — махнул рукой Кеннет.

И пока дети не сбили его с ног, отошёл в сторону.

За Северную башню стало по-настоящему страшно. Четыре десятка юных магов могут устроить в Академии бурю, землетрясение и наводнение одновременно. Конечно, местные инструкторы считают, что готовы ко всему, но мы говорим о детям, подбросивших тухлые яйца в сумки инквизиторов. Посмотрим, надолго ли хватит спокойствия фитоллийцев. Кеннета я предупреждала, так что теперь сам виноват в случае локального армагеддона.

Дети перепрыгивали через арку, как через костёр. С тем же заливистым смехом и попытками соревноваться, кто дальше приземлится. Магнус и Витт полностью ушли в процесс, а их Глава, деликатно понизив голос, позвал меня:

— Хельда? На пару слов.

— Конечно, — я подала ему руку и позволила увести себя от эпицентра веселья. — Ты просто чудо. Посмотри, в каком они восторге. Даже Бесо не хмурится больше.

— Детям, к счастью, многого и не нужно. А вот за подарком для тебя я долго бродил по рынку. Ты отличаешься от других женщин. Золотыми украшениями и платьями тебя не соблазнить. Сначала сделаешь мне выговор за пустые траты, а потом предложишь продать, чтобы пусть деньги в дело. Нет, я такую ошибку не совершил. Зато мимо одного артефакта пройти так и не смог. Посмотри.

Кеннет протянул мне блокнот в кожаном переплёте. На вид — самый обычный. Ручная работа, затейливое тиснение, ажурные уголки из золота. Я открыла его и внутри тоже ничего магического не нашла. Бумага разве что на ощупь немного другая.

— Сдаюсь. В чём его магия?

— В конфиденциальности, — с довольной улыбкой признался Кеннет. — Записи в дневнике видит только его хозяйка. Конечно, если пишет особой ручкой. Вот этой.

И он протянул мне второй подарок.

Я недоверчиво посмотрела на жениха, сняла с ручки колпачок и вывела на первой странице: "Кеннет Делири умеет удивлять".

Повернула блокнот к мечнику, наблюдая за реакцией.

— Ничего нет, Хельда, — он пожал плечами. — Что ты написала?

— Секрет, — хмыкнула я. — Это лучший подарок, который можно себе представить. Ох, а сколько я теперь буду искать ответный, чтобы он хотя бы немного сравнился с твоим. Ты меня подставил!

— Извини, — веселился жених. — Так получилось. Пока будешь искать, можешь каждый день высказывать мне претензии. Через зеркало. Возьми его, пожалуйста.

Он достал из кармана третий подарок, уже не предупреждая, что это артефакт. Клянусь, я ничего не поняла бы, не случись той сцены в угловой комнате. “Пруст или Сокол ответьте мне”.

— Переговорное зеркало? — кажется, я спросила с придыханием. Совсем, как восторженная Динали.

— Да. Специально созданное именно для тебя. Маги Клана Смерти пользуются обычными зеркалами. Любой осколок, что под руку попадётся - сойдёт. Но тебе наши клановые заклинания пока не доступны. Поэтому их встроили в мой подарок. Позови меня по имени — я услышу, где бы не был.

Руки зачесались проверить, как артефакт работает, и я не стала себе отказывать. Открыла серебряную крышку с узором из разноцветных драгоценных камней, посмотрела на своё отражение и не поверила, что это мои глаза так горят любопытством. Боги, дитя малое, а не благородная лина, честное слово.

— Кеннет, — шепнула я едва слышно.

Фитоллиец достал из кармана своё зеркало, но я не отрываясь смотрела в круглое стекло артефакта. Картинка поплыла. Через пару мгновений моего лица в отражении не стало. Вместо него я увидела хитрый прищур Делири и его улыбку. Изображение было отчётливым. Я могла разглядеть каждую морщинку, шрам на щеке, даже зрачки карих глаз воина.

— Невероятно, — выдохнула я. — Знала бы, что у вашего Клана такие сокровища, давно попросила бы отца договориться с тобой о помолвке.

— Мне жаль, что я не застал лина Беринского в живых, — с лёгкой грустью ответил Кеннет. — Но я могу познакомить тебя со своими родителями. Ты ведь не думаешь, что я позволю невесте главы клана жить в общежитии? Я приглашаю тебя в свой дом.

Я захлопнула зеркальце, убрала все подарки в сумку и задумчиво посмотрела на Делири. Тонкий намёк на то, какой ответ он хочет от меня услышать, уловила без труда. "Позволю". Пришли к тому, с чего начали, да?

Мой вздох был по-настоящему тяжким. Как бы не устроить очередной скандал? “Держись, Хельда, держись. Ты — взрослая, сознательная женщина, и уже помнишь, чем кончился предыдущий”.

— Хо-ро-шо, — по слогам протянула я. И вроде бы ничего с противоположным смыслом в единственное слово не вложила, но Кеннета дёрнуло.

— Ну да, не удалось смягчить новость, признаю. Но я и так стараюсь изо всех сил, Хельда, неужели не заметно? Как мне переформулировать мысль, чтобы ты согласилась?

— Я уже согласилась, — другим тоном напомнила я. Мягким и тёплым. — Вижу, что стараешься, правда. И очень ценю это. Поэтому буду рада погостить в твоём доме и познакомиться с твоей семьёй.

— Хорошо, — ответил он, почти не копируя мой выдох сквозь зубы. Почти. — Тогда я приглашаю вас в портал, лина Беринская. А на счёт “погостить” мы дома поговорим.

Никогда раньше мне так сильно не хотелось его придушить. Но в груди уже разливалось тепло и раздражение быстро уходило. Да, он временами невыносим. Но теперь я не представляла своей жизни без Кеннета Делири.

Мы перешагнули через светящуюся арку, когда все уже стояли на той стороне. Мои вещи молча подхватили незнакомые мужчины и, повинуясь жесту главы Клана Смерти, ушли порталом.

Понесли домой к Кеннету? Видимо, так. Магнус скомандовал детям строиться и идти за ним. Взрослым предложили места в общежитии для инструкторов, благо комнат хватало.

— Сейчас по расписанию лёгкий ужин, а затем отбой, — объяснил Витт. — Правила у нас строгие, но завтра вы можете прийти, чтобы посмотреть, как проходят занятия.

Мне тонко намекнули, чтобы даже не думала разлагать дисциплину сказками на ночь и повышенной опекой. Будто я этим занималась в приюте. Нет, я сразу делегировала полномочия и сейчас не сомневалась, что с детьми всё будет в порядке. Разве что шепнула Бесо на ухо просьбу не портить имущество фитоллийской академии прямо с порога. Помощник сделал вид, что обиделся.

— У меня никто не забалует, лина Хельда. Неужели мы не понимаем?

Я не стала больше ничего говорить. Пора гасить нервозность, а то вечер обещает быть долгим и впереди ещё много всего.

Дети уходили строем. Даже малышей Дэвида и Эмира несли вместе, но выглядели наши карапузы довольными. А уж старшие едва не подпрыгивали от любопытства.

— Глядя на них, тебе не хочется собственных детей? — тихо спросил Кеннет.

— У меня их вон сколько, — я попыталась неловко отшутиться.

 Делири молчал. Он действительно хотел услышать, что его невеста думает о будущей семейной жизни, а я снова трусливо сбегала от прямых ответов.

— Я бы хотела детей. Но не уверена, что из меня получится толковый родитель, — я посмотрела на фитоллийца, только сейчас осознав, что в браке меня пугала совсем не потенциальная несвобода.

Я банально не знала, как быть матерью. Что значит заботиться о ком-то. Любить. А вдруг я стану такой же, как лин Беринский? Холодной, расчётливой и вечно занятой. Ох, уже стала…

Кеннет уловил тоску в моём голосе, разглядел страх в глазах. Сложная невеста досталась, правда? Не такая, какую ждал? Но осуждения я не услышала. Жених обнял меня за плечи и прошептал на ухо:

— Я тоже не уверен. Глядя на свои отношения с отцом, понимаю, насколько это сложно. Я обещал тебе, что мы не будем торопиться с детьми и слово сдержу. Дождёмся, пока оба станем готовы. Извини, что обрушил этот вопрос, как снег на голову. Но мы идём домой. Я уверен, что маму планы на внуков волнуют в первую очередь. Держись стойко, отвечай, как считаешь нужным, и помни, я с тобой.

— Постараюсь, — пообещала я.

Кажется, меня ждёт не самый радушный приём. Впрочем, на что ещё я надеялась? Партия, как говорят в высшем свете, из меня неудачная. Нет ни огромного приданого, ни воспитания кроткой лины, желающей оберегать домашний очаг. Возраст уже не самый лучший. Практически “старая дева”. Проблемы опять же с преступным миром, с инквизицией. И будто этого мало, я ещё и целый приют в Фитоллию притащила. Молодец, ага. И на шею главы Клана Смерти посадила. Ох, бедная будущая свекровь, соболезную ей искренне. Да и свёкор вряд ли счастлив.

Кеннет снова открыл портал. Взял меня за руку и повёл "домой".

На той стороне нас ждал двухэтажный особняк. Мы вышли в саду около беседки, увитой вьюном с крупными красными цветами. Отсюда к дому вела тропинка, петляющая мимо аккуратно подстриженных кустов роз.

— Мама не очень любит ведьм, — пояснил Делири, когда мы проходили рядом с розами. — А у них, как ты знаешь, алые цветы на могилах растут.

— Как мило, — пробормотала я. Боги, спасибо, что я не ведьма! Чувствую, закопала бы меня будущая свекровь под одним из этих чудных растений и даже надгробную плиту не поставила.

Дом Кеннета я представляла огромным серым замком со шпилями, уходящими в небо, и каменными чудовищами на парадной лестнице. Но реальность шла вразрез с фантазиями.

Глава Клана Смерти и его семья жили в белом особняке, размерами лишь немного превосходящим наш приют. У подножия крыльца стояли кадки с цветами, а двери были гостеприимно открыты настежь.

Мои ноги приросли к земле как раз у этих дверей. Я смотрела внутрь дома, видела просторный холл, но боялась идти дальше. Как будто стоит перешагнуть через порог дома, и я навсегда останусь его пленницей. Или наоборот. Зайду. Познакомлюсь с родителями Кеннета, а они презрительно поморщатся, скажут, что их сыну я не пара, и всё. Он ведь не пойдёт против семьи, как бы сильно не любил меня?

"Давай же, Хельда. Где твоя уверенность? Обещала быть сильной. Говорила, что постараешься. И что теперь? Жалкое зрелище. Прекращай".

Разговоры с собой входили в привычку, но они помогали. Я вошла в дом семьи Делири, держа спину ровно и гордо вскинув подбородок.

Слуги здесь не объявляли о прибытии гостей. Я просто сразу оказалась перед мужчиной, одетым так же скромно, как все наёмники клана, и хрупкой блондинкой. Маленькой, худой, будто прозрачной. Возле её губ и глаз уже собрались морщинки, но такие, что появляются от улыбки. Враждебности от неё не исходило. Наоборот, она словно радовалась, увидев невесту сына.

— Хельда, позволь тебе представить Ксанира и Иллаю Делири. Отец, мама. Лина Беринская.

Мне поклониться нужно или присесть? Проклятье, почему я даже не поинтересовалась этикетом Фитоллии?

— Рады приветствовать невесту нашего сына, — без единой эмоции в голосе ответил Ксанир, а Иллая протянула Кеннету руку, не выпуская при этом локоть мужа:

— Мальчик мой, ну что же вы стоите? Ужин остывает. Столько хлопот весь день, вы голодные. Прошу за стол.

Свекор напоминал статую. Сверлил взглядом сына, а ко мне даже не обернулся. Пекло, это даже не приём. Это молчаливое: “Вас тут вообще не должно быть”. Кажется я потеряла аппетит не только на ужин, но и на всё время пребывания в Фитоллии. Ком в горле стоял, живот крутило от неприятных эмоций. Тщательная моральная подготовка пошла прахом. Нет, мне не пробиться сквозь ледяное презрение старшего Делири. Можно я пойду обратно в трактир?

— Спасибо мама, — с теплотой в голосе ответил жених и обнял меня за талию. — Чем сегодня радуют повара?

— Кролик в сливочном соусе, тыквенный суп и фрукты на десерт.

Иллая попыталась увести мужа, но он поддался только со второго раза. Выдохнул тихое “мда”, покачал головой и отвернулся. Будто пощёчину мне отвесил.

— Держись, — напомнил Кеннет. — Я рядом.

Проще было сказать, чем сделать. Я расправила плечи, вытянула спину и пошла в обеденный зал. Ксанир велел слугам подавать ужин. Просто пальцами щёлкнул и сказал “можно”. Кеннет пододвинул мне стул у длинного стола. Такой изысканной сервировки я давно не видела. Чуть старомодно, но очень дорого и продуманно. Особое искусство, почти забытое в наши дни. Ох, я не помнила назначения двух вилок! Неужели меня ждёт позор?

Музыка заиграла громче, появились слуги с подносами и за блюдами поплыл божественный аромат. Я заранее уговаривала себя съесть хоть что-нибудь. Иначе мою голодовку сочтут оскорблением. А шанс установить с родителями Кеннета хотя бы нейтрально-вежливые отношения ещё был.

— Салат из зелени с тунцом под пряным соусом, — вполголоса объявил слуга.

Другой мужчина в белоснежной ливрее разливал по бокалам вино. Мы положили салфетки на колени, и я начала молиться, чтобы разговор не уходил от темы прекрасной погоды за окном. О политике я на одном уровне с бывшим главой Клана Смерти просто не смогу рассуждать. А он уже смотрел волком и будто ждал, когда я уроню вилку или разобью тарелку. Тяжёлый мужчина. Гнетущая атмосфера за столом — исключительно его заслуга.

— Сын говорил, у вас свой бизнес, Хельда, — всё тем же безразличным тоном заговорил Ксанир, аристократично накалывая вилкой кусочки тунца.

— Трактир, — я постаралась улыбнуться будущему свёкру. — Небольшое, но прибыльное дело.

"Было бы, — мысленно добавила я. — Если бы не заговор Паучихи".

— Насколько прибыльное? — продолжал допрос Ксанир.

— Полностью окупает себя, позволяя кормить работников и детей, выплачивать зарплаты, — я повела плечом, надеясь сбросить груз чужого неприятия. — Точных показателей пока не назову. Увы, мы проработали не так долго, как мне хотелось бы.

— И не так хорошо, — заметил себе под нос будущий свёкор, но тут свекровь доела тунца и, кажется, решила попробовать хоть как-то разрядить обстановку.

— Полно, Ксанир, кто говорит о прибыли в первые дни? Сам знаешь, сколько лет можно трудиться чуть ли не в убыток. За одну только идею и удовольствие. Если девушка нашла дело по душе, то её следует поддержать.

— Я же не против, — отец Кеннета отклонился на спинку стула, позволяя слуге поменять пустую тарелку на блюдо из кролика в сливочном соусе. — Но поддержка должна знать меру. Не так ли, сын мой?

Кеннет ответил ему настороженным и немного колючим взглядом. Промолчал. Зато Делири-старший продолжил:

— Будущая война с участие воинов Клана Смерти, интерес Верховной ведьмы, договор с королём Бессалии. Так скажите, Хельда, не слишком ли дорого моему клану обходится ваш трактир с приютскими детьми и полуголодными работниками?

Нынешний глава зубами скрипнул, а его мать хмуро потёрла бровь пальцем. Подобные выпады Ксанира здесь в порядке вещей? Все привыкли?

Я сжала вилку так, будто собиралась сломать её. Улыбаться и притворяться милой девушкой не было ни сил, ни желания.

— Ваш клан, — я сделала ударение на первом слове, — оказывает моему трактиру ровно столько помощи, сколько его глава считает нужным. Если завтра ваш сын скажет, что больше не собирается меня поддерживать, я не о попрошу о содействии ни его, ни вас.

Ксанир едва заметным движением поджал губы. Его взгляд я так и чувствовала тяжёлой плитой на плечах. Ответила бы резче, но давно разучилась поддаваться на такие неприкрытые провокации. Возможно, отец Кеннета устраивал проверку, желая видеть, способна ли его будущая невестка держать удар. Учитывая уровень решаемых проблем и возникающих перед кланом вопросов — вполне оправданное действие. Но Кеннет нервничал даже сильнее, чем я. И это начинало беспокоить.

— Конечно, — не меняя тона, ответил Ксанир. — Тем более, что завтра вашего трактира уже не будет. Почему я так уверен? О, я не желаю “Медвежьему углу” разорения. Всего лишь смотрю чуть дальше в будущее. Вы не сможете полноценно вести дела, оставаясь на территории Клана Смерти и выполняя обязанности жены моего сына. Разве он не предупреждал вас, что трактир придётся продать? Или хотя бы отдать под стороннее управление?

Одни только боги знают, чего мне стоило не устроить сцену. Я перевела взгляд на Кеннета, но он смотрел на отца, не обращая на меня никакого внимания.

С глухим стуком положила вилку на стол, поправила салфетку на коленях и снова взглянула на Делири-старшего.

— Безусловно, мне стоит поучиться у вас смотреть в будущее и просчитывать ходы, — совершенно искренне признала я. Мне хотелось разбить тарелку. Лучше об голову жениха. Но меня даже восхитило, как Ксанир умел находить болевые точки у собеседника и попадал по ним до неприличного точно. — Я подумаю над вашими словами. Время есть. Пока ситуация в Бессалии не прояснится, продать "Медвежий угол" или вновь запустить его в работу не получится. Придётся ждать.

Я даже выдавила улыбку. Фальшивую и неправдоподобную. Как у куклы, сделанной плохим мастером.

— В таком случае я повторяю вопрос, — бесстрастно заявил Ксанир. — Стоит ли ваш убыточный и бесперспективный бизнес всех проблем, что вы создали Клану Смерти?

— Хватит, отец, — Кеннет отодвинул тарелку и сложил руки на груди. — Мы десятки раз обсуждали этот вопрос. Я не намерен просить твоего разрешения…

— Да, ты намерен и дальше думать не головой, а тем, что у тебя в штанах.

— Довольно, — выдохнул глава клана и половина свечей в обеденной зале угасла. — Свадьба состоится и война на стороне короля Бессалии тоже. Спасибо за ужин. Мама, твой кролик был действительно чудесен. А теперь, с вашего позволения, мы с невестой прощаемся с вами до завтра. Тёмных ночей, отец.

Ножки стула всё-таки скрипнули по каменному полу громче, чем полагалось. Кеннет подал мне руку, а Ксанир продолжал молчать. Даже попрощаться не счёл нужным.

— Да хранят вас боги, сынок, — с беспомощной улыбкой ответила Иллая.

Жилые комнаты располагались на втором этаже, Кеннет повёл меня по лестнице. Шёл слишком быстро, я едва успевала за ним, но остановиться не просила.

Мечник был готов закипеть от ярости, и я злилась не меньше. Недовольство Ксанира било по натянутым нервам, слова жалили. Прав. Он прав практически во всём, и это обидно. Я даже не задумалась, что делать после свадьбы. Ни разу не прикинула, как вести дела, будучи замужней линой. А Кеннет ничего не говорил. Молчал об обязанностях жены главы Клана Смерти, которые должны помешать мне заниматься трактиром.

"Стоит ли ваш бесперспективный бизнес всех проблем, что вы создали клану?"

И снова Делири-старший прав. Если трактир придётся закрыть, зачем Кеннету мои трудности? Зачем вообще всё это?

Растерянность и злость смешались воедино. Хотелось поговорить с женихом, но я не знала, что сказать. Мысли вспыхивали в голове и тут же гасли, как свечи в обеденном зале после слов Кеннета. Да, он влюбился, но в нашем мире дельцов с ледяным сердцем и жестоких политиков чувства не стоили ничего.

— Проходи, — пригласил он, открывая дверь. — Моя спальня. По соседству с ней кабинет и комната для тренировок. Маленькая. Просто, чтобы размяться. Чаще я хожу на специальный полигон.

По интерьеру чувствовалось, что здесь жил мужчина. Строгие линии, тёмное дерево, белый мрамор. Единственная кровать под балдахином застелена изумрудным покрывалом. Никаких ваз с цветами, но есть стойка для оружия. Пустая. И книг на полках длинного шкафа не так, чтобы много.

— Ремонт недавно сделали, не успел толком обжиться, — продолжал объяснять жених строгим и размеренным тоном. совсем, как его отец. — Твои вещи должны были оставить в гардеробной нише. Она здесь.

Я заглянула за открытую для меня занавеску. Комната — мечта любой благородной лины. Чуть меньше спали и вся заставлена шкафами. О, вот и мои сундуки. Добрались в целости. А поверх кто-то положил тугой сверток и записку. Бесо, наверное? Забрал что-то из моего кабинета в трактире?

“Хельда, девочка моя, надеюсь, ты позволишь так себя называть, — писала будущая свекровь красивым почерком с завитушками. — Я очень рада, что ты появилась в жизни моего сына. Единственная за много лет, кого он решился привести в свой дом. Уже одно это говорит о том, насколько ты особенная. Я предчувствую, чем может кончиться ужин и заранее прошу тебя не держать зла на Ксанира. Отец Кеннета — человек с тяжёлым характером, но мы любим его. А он души не чает в старшем сыне. Надеюсь, у нас всё наладиться. И позволь подарить тебе маленький подарок. В той суматохе, что называется эвакуацией, он может пригодится. Крепко обнимаю. Иллая”.

Вот у кого Кеннет научился задабривать подарками. Будущая свекровь действительно хорошо знала своего мужа и умела сглаживать острые углы. По крайней мере, она пыталась. Хотела выстроить со мной нормальное общение, и это не могло не радовать.

Я сняла бумагу со свёртка, с интересом разглядывая подарок от Иллаи. Несколько баночек косметики и тончайшая ночная сорочка. Щетка ещё для волос. Действительно. В суматохе о своих нехитрых женских потребностях можно забыть. Я брала то, во что можно переодеться, но не помнила, куда положила.

— Как мило, — сказала вслух и обернулась к Кеннету. — Твоя мама внимательна и заботлива. Но где я буду спать? В комнате всего одна кровать.

— На ней и будешь, — сухо ответил жених. — Вместе со мной.

Вот так вот. Просто: "Вместе со мной". Конечно, в Фитоллии более свободные нравы, но я не собираюсь им подчиняться. Или Делири считает, что можно со мной не церемониться, раз уж я была готова лечь в постель к инквизитору? Только вот тогда на кону стояла моя жизнь и благополучие детей. А сейчас — ничего.

— Нет, — ответила я. Уверенность Кеннета в том, что я уступлю и в этом, поражала. — Попроси пожалуйста, приготовить мне другую спальню.

— С чего бы вдруг? — он весь вечер давил в себе эмоции и сейчас сквозь панцирь твердокаменного спокойствия лишь изредка пробивались искры недовольства. Но я их слышала. — Ты моя невеста. Браслет-артефакт уже на твоей руке. До свадьбы остался один ритуал. Если тебя заботят вопросы морали, то совершенно напрасно. Провести ночь в спальне будущего мужа не стыдно. Тем более в нашем случае. Весь Клан Смерти в курсе, что браслет не снять. Тебя не называют Хельдой Делири исключительно потому, что спешка — дурная примета.

— Тогда, может, сразу детишек нарожаем? К чему свадьба, формальность ведь. Один обряд, — я бросила сорочку на сундук и сложила руки на груди. — Сколько ещё ты "забыл" мне рассказать? Я должна закрыть трактир, подчиняться вашим устоям, не имею права даже на отдельную спальню. Помолвка у нас, оказывается, нерасторжимая. Серьёзно? А тебе не кажется, что это перебор?

— Нет, Хельда, не кажется, — припечатал жених. — Я такой, какой есть и правил моего клана это тоже касается. Или ты думала, что заключаешь ещё одну выгодную сделку? Охранника получаешь за три поцелуя? А потом можешь выставить его за дверь, когда надоест? “Извините, Кеннет, наше сотрудничество закончилось”. Твой бизнес тебе дороже меня, верно?

— Что за чушь ты несёшь? — мне стало жарко то ли от злости, то ли от стыда. — Причём здесь сделка? Ты прекрасно знаешь, чего мне стоил этот трактир. Ты видел, сколько пришлось пережить, чтобы поставить его на ноги. Он мне дорог, да. Но если бы ты сразу сказал, что вашим женщинам нельзя заниматься ничем, кроме клана, я придумала бы что-нибудь. Нашла управляющего, поменяла сферу деятельности. Да вариантов было много, понимаешь? А вместо того, чтобы найти решение небольшой по сути проблемы, мы снова упираемся в ту же стену. Ты хочешь, чтобы я принимала тебя и твой клан, как есть. Но меня принимать не собираешься. И не смей называть мои чувства сделкой! Ты меня слышишь, Кеннет Делири?

В гардеробной из-за шкафов и так было места мало, а теперь и воздуха стало не хватать. У меня голова кружилась от ледяного взгляда жениха, от его резких слов. По плечам и рукам будто искры пробегали. Колючие. Снова магия шалила? Проверять времени не было. Кеннет шагнул ко мне, заслоняя свет, и прижал к дверце шкафа.

— Слышу. И давно хочу говорить, а не рычать друг на друга. Но даже сейчас утаиваю часть правды. Намеренно. Я так привык. Никогда не открываться полностью, наблюдать и ждать. Папа учил осторожности, но с тобой она улетела в бездну.

— И о чём же ты молчишь? — выдохнула я, упираясь в его грудь руками. — Хватит с нас загадок. Кеннет, пожалуйста.

— Хорошо, — ответил он, скользя ладонями по моей спине. — Но ты сама догадаешься. Неужели не чувствуешь?

Прикосновение его губ к обнажённой шее обжигало. Комната поплыла перед глазами. Я страдала от того, что ручка на дверце упёрлась в спину, но через мгновение перестала замечать любые неудобства. Сколько же силы в моём мужчине, сколько страсти. Поцелуй получился долгим. Я обнимала Кеннета за шею, царапала ногтями его плечи. Губы уже саднило, но хотелось ещё. Больше.

— Хельда, — простонал он. — Почему ты так сильно… Одета?

Подхватил меня на руки и понёс в спальню. Я зажмурилась от яркого света и тут же почувствовала прохладу изумрудного покрывала. Ладонь Кеннета на моём бедре. Потеряв всякий стыд и осторожность, жених ласкал меня. Ткань платья натянулась и застряла, так и не открыв мои ноги. Прошипев что-то сквозь зубы, Кеннет рванул юбку вверх. На мгновение бёдра и живот обдало сквозняком, а потом я ощутила грубую фактуру мужских брюк. Холодный металл пряжки ремня. Жених отстранился ровно на мгновение, чтобы стащить с меня панталоны. Я испугалась, осознав, к чему всё идёт. Попыталась вырваться, оттолкнуть Кеннета, но он не позволил. Прижал меня к кровати тяжестью тела и прошептал:

— Не бойся. Я никогда не был груб с тобой и сейчас не буду. Хоть и не сдержан. Ты сводишь с ума, Хельда. Твой запах, твоё тело.

Он снова поцеловал меня. Нежнее и мягче, чем до этого, но становилось только жарче. Я чувствовала тяжесть внизу живота, приятную истому. Мир переставал существовать. Я падала в темноту, где был только Кеннет, его губы, руки. Не помню, когда обняла его ногами. Между нами осталось так мало преград. И пряжка ремня мешала. Я потянула за неё и услышала щелчок. Дальше жених освобождал себя от одежды сам. Моё платье тоже полетело на пол. Я всё ещё замирала от страха и не могла привыкнуть к новым ощущениям. Ласкам жениха и близости наших тел. Казалось, мы вместе уже целую вечность, но с каждым мгновением поцелуи на губах расцветали ярче и чувствовались острее. Наконец, это случилось. Боль пронзила меня. Я закричала, цепляясь за Кеннета и услышала его тихое:

— Всё хорошо, любимая.

Наши тела двигались вместе, стоны сливались в мелодию. Я не знала раньше, что наслаждение может быть таким. Жгучим, безумным. Рассвет пришёл раньше, чем мы насытились друг другом, и я уснула на плече жениха. Мужа. Любимого. Единственного, ради кого была готова пожертвовать всем. Но он больше не требовал. Мы брали и отдавали поровну. Я принадлежала Кеннету, а он мне. Навсегда.