Глава 34

Со стороны коттеджей, а точнее, от той дороги, что шла через плато к вертолетной площадке, к ним спешили Вианна Уайтбридж и пилот. Райан, стоявший спиной к ним, резко развернулся, и повисла звенящая тишина. Люк сунул пистолет в карман толстовки, откуда, видимо, его и достал. Громко цокая каблуками дорогущих кожаных сапог, Вианна подошла к ним. Неверяще помотала головой, обвела всех растерянным взглядом и уставилась на мертвую обезьяну.

— Что это такое? — хрипло спросила она.

— Ваш питомец, — ответил Райан язвительно, поправляя под мышкой пакет. — Не узнали? Он вырвался на свободу и убил пятерых человек. — тут Райан нахмурился и поправился: — Четверых. А пятый, ваш повар Кэт, — это все же несчастный случай. Мистер Клейн, которого эта тварь убила ударом в шею. Барбара, которая погибла, вероятно, пытаясь заманить обезьяну в клетку. Потом был Джордж, охранник, и мисс Рэйчел Берн. И мистер Ярран Майлз, который не стал шестым лишь потому, что мистер Харпер оказался с ним рядом.

Вианна перевела взгляд на валяющееся у лестницы ружье, еще раз осмотрела собравшихся и сжала кулаки, о чем-то напряженно размышляя. Пилот достал сигареты и закурил, причем на этот раз Маргарет промолчала.

— Мы были в коттедже мисс Ларедо, когда искали медикаменты для мистера Майлза, — Райан шагнул к ним. Его голос звенел в горной тишине. — Были в пещере, где землетрясение проделало дыру, через которую сбежала обезьяна. Были в дальней пещере, где стоит клетка.

Вианна покачала головой. У нее была невероятная выдержка: все, что говорил Райан, она восприняла как… само собой разумеющееся. И дождалась, пока он закончит.

— Если вы были там, мистер…

— Коннор.

— Мистер Коннор, то видели, скорее всего, что я отгородилась от этой твари как могла. Зачем вы ее убили?

На этот вопрос никто ей ответить не мог. Кроме Люка, но он молчал.

— Где моя сестра? — Вианна требовательно посмотрела на Маргарет, у которой явно сбылись все страхи. Но, вероятно, от того, что ожидание было кошмарнее самого кошмара, Маргарет тоже вернулась в свое привычное амплуа и превратилась в администратора элитного отеля. Всегда готовая решить любые проблемы, если они связаны, разумеется, с качеством уборки или складкой на постельном белье.

— Я не знаю, как это случилось, мэм, — сдержанно ответила она. — В административном корпусе произошел пожар, и мисс Ларедо пострадала. Мы…

— Майк! — крикнула Вианна пилоту, не дослушав, и снова требовательно уставилась на Мег. — Где она?

— В коттедже, — ответил Райан и быстро пошел вперед. Ян заметил, что он сунул Энн в руки пакет и что-то шепнул на ухо. Та кивнула.

Вианна почти бежала, и всем приходилось бежать за ней. А Яну очень хотелось спросить — зачем? Зачем Люк прикончил обезьяну?..

Харпер быстро шел вперед, и почему-то совсем не выглядел сейчас неуклюжим. Как обычно молчаливый и сердито насупленный, он, тем не менее, выглядел как будто… расслабленным? Как после хорошей тренировки или долгой плодотворной съемки. Выглядел так, будто сделал свое дело на отлично.

Вианна опередила Райана на повороте, а Энн свернула в сторону. Ян решил оставить эту загадку на потом. Они влетели в коттедж, и Райану пришлось подхватить Вианну, чуть не поскользнувшуюся точно там же, где и бедняга Джордж.

А потом подоспевший Майк распахнул дверь, и все застыли следом за замершей истуканом Вианной.

— Вайолет, господи, — прошептала она. Ян подошел ближе, старательно глядя под ноги. — Вайолет!

И снова он не столько понял, сколько увидел. Оказывается, если видишь много смертей, то понимать становится не обязательно.

— Она умерла, мэм, — сказал он тихо. — Мне жаль.

Лицо Вайолет было спокойно. Она умерла во сне, как и шимпанзе. Скорее всего, надышалась угарного газа и не узнала ни адской боли от ожогов, ни адских мук утраты любимого питомца.

Сколько живут обезьяны? Примерно как люди?.. Или меньше? В любом случае больше, чем собаки. И общение с любимым человеком у них наверняка намного теснее. Если абстрагироваться от всей пролитой крови, кем была обезьяна для своей одинокой хозяйки? Единственным родным существом?.. Или все-таки сестра тоже скрашивала ее одиночество?..

Вианна подошла к дивану нетвердой походкой. Яну показалось, что она сейчас упадет, но женщина справилась с собой.

Изящная рука Вианны, так непохожая на бесформенную ладонь сестры, коснулась обезображенного огнем лица. А последовавший за этим громкий то ли вздох, то ли всхлип разрешил все сомнения: у Вайолетт было как минимум две живые души, которые ее любили.

— Здесь есть что-нибудь выпить? — глухо спросила Вианна и, не дожидаясь ответа, также глухо выдавила: — Она не должна была умереть.

Она еще раз погладила сестру по щеке, а потом отшатнулась и не глядя опустилась на стул. Вид у нее был отрешенный настолько, что Ян испугался теперь уже за ее рассудок. Не хватало им еще одной поехавшей! Но хоть человечье бешенство можно списать со счетов… Тут он вспомнил про Энн. Она ведь тоже потеряла любимого человека, но держится. Причем значительно лучше многих… А ведь это не первая утрата в ее жизни, — вдруг вспомнил Ян по ощущениям давнишний, а на самом деле недавний разговор в столовой. Когда-то Энн потеряла ребенка, а теперь вот — мужа. Или чем больше в жизни утрат, тем легче переносить каждую следующую? Меньше всего на свете Ян хотел бы проверять.

— Она должна была сделать операцию, — сказала между тем Вианна, глядя перед собой расфокусированным взглядом. Ни к кому не общаясь. Не нуждаясь ни в каких ответах. — Начать наконец нормальную жизнь. Пройти курс лечения.

— Она всегда была… такой? — сочувственно спросил Райан.

— Всегда. Мы близнецы, но у Вайолет генетическое заболевание. Природа иногда шутит слишком жестоко. Но Вайолет была счастлива… — тут ее голос заметно сорвался: — …я надеюсь!

Ян подумал, что, наверное, да. И если бы он сам хотел умереть, то не зная, что потерял кого-то безумно для себя дорогого. Она была счастливой и такой же умерла. Остановимся на этом.

— А обезьяна? — напомнил Райан, глядя на Вианну почти также жестко и требовательно, как умел Люк.

— Она принадлежала моему мужу, — быстро и как-то очень легко ответила миссис Уайтбридж. — Мерзость, я ее ненавидела. У нас с Джеймсом было условие, что он делает, что хочет, но эта дрянь не появляется у нас дома. Когда Джеймс погиб, я заварила дверь в пещеру в своем коттедже. Вайолет сказала, что это было предательство по отношению к Куки.

У этой твари было имя. Да, она ведь была живая. Вайолет назвала предательством то, что Вианна заварила дверь в пещеру — а не было предательством то, что сделала сама Вайолет? Она научила обезьяну убивать, но животное — оружие одноразовое. Если собака нападет на кого-то, защищая хозяина, то она либо героически погибнет, в схватке, отвлекая на себя внимание, либо будет уничтожена после по решению суда как опасное животное. В редких, очень редких случаях, наверное, можно было сохранить собаке жизнь. Но обезьяна-убийца?.. Вайлет не могла не понимать, что та в любом случае обречена.

— А как погиб ваш муж, мисс Уайтбридж? — снова спросил Райан. В его голосе слышалось мало сочувствия, если оно было вообще. — Он упал с лестницы, верно? На том же месте, где до сих пор лежит труп сиделки Барбары.

— Несчастный случай, — ровно ответила Вианна, только чуть вздрогнув.

— Который вы выдали за тромб, чтобы не распугать гостей из отеля, — согласился Райан. — Это официальная версия. А неофициальная? Которая пока еще никому не известна, но непременно станет, поверьте. Обезьяна убивала тех, от кого пахло гостиничным шампунем. А шампунь по стечению обстоятельств пах точно так же, как одеколон вашего мужа, который вы ему подарили… — Он сделал паузу, цепко глядя Вианне в глаза. И продолжил, тяжело роняя слова: — Джордж, который все еще лежит в административном корпусе, поскользнулся точно там же, где и вы только что: на пороге коттеджа. Мисс Ларедо специально разлила там шампунь, и это была ловушка. Для Джорджа, который вслух пообещал прикончить тварь, и мисс Ларедо это слышала.

А ведь Джордж, возможно, даже не имел в виду обезьяну… Возможно, ему так и не суждено было узнать, кто убийца — до самых последних секунд его жизни.

Вианна застыла, закрыв лицо рукой. Молчание наплывало, как тяжелые тучи, но ее никто не торопил. Наконец она отняла руку и просто ответила:

— Мой муж играл на тотализаторе. Я прикрыла ему финансирование, но он начал воровать деньги с моих счетов. Вайолет это узнала. Они недолюбливали друг друга, так скажем. Полиция подтвердила, что это несчастный случай, слава богу. И чтобы не шарились журналисты, официальная версия была: тромб.

— А ваша версия? Обезьяна?

— Она на такое не способна, — брезгливо поморщилась Вианна. — Она животное. Тупое, громкое, вонючее, мерзкое, но животное. Я полагаю, что это моя сестра столкнула его. Ее ненависть к Джеймсу была довольно сильной, плюс обида за меня. Я любила его и считала, что пара сотен долларов в месяц не стоят того, чтобы спать одной в холодной постели.

Яну все это казалось странным. Она рассказывает им все как есть, но, может, рассчитывает, что рядом стоящий пилот потом заявит полиции, что все показания вранье. Поверят ему, поскольку они трое, Маргарет и притулившийся в углу Морган — лица заинтересованные.

— Еще как способна! — рявкнул Люк, и Вианна, вздрогнув от неожиданности, подняла на него взгляд. Нахмурилась, словно бы впервые увидев и не без труда узнав. Вряд ли ей был знаком блогер Люк Харпер, совершенно наверняка не знаком дайвер Люк Харпер, но о госте, которому пришлось выделить целых два коттеджа и разрешить съемки рекламы на территории, слышала наверняка.

— Все, кроме Барбары, были убиты ударом в шею, миссис Уайтбридж, — холодно развил мысль Люка Райан. — И этому обезьяну точно кто-то научил.

— Господи… — услышал Ян сдавленный шепот Маргарет.

— Джеймс, возможно, — Вианна вздохнула. — Он занимался единоборствами, спортсмен из него так себе, он постоянно проигрывал, вот с Барбарой, да, спарринговал, но она слишком легкий соперник… У него был бутафорский спортивный нож.

На этих словах Райан и Люк переглянулись. Они явно что-то знали, но спрашивать же прямо сейчас.

Ян нащупал кресло и тоже сел. Если обезьяна спарринговала с мужем Вианны, от которого пахло одеколоном, то в ее башке вполне могло укорениться «бей того, от кого так же пахнет».

— Ваша сестра ее любила? — спросил он. — Миссис Уайтбридж, мисс Ларедо с самого начала догадывалась, что обезьяна на свободе. Она отправила Барбару найти ее и заманить обратное еще до того, как мы нашли… мистера Клейна. Она просила прислать Кенворта — Кенворт знал про обезьяну?

— Господи, — повторила Маргарет. — Сукин сын. Чтоб он пропал.

— Она разлила все шампуни в коттедже, она подожгла административный корпус — четвертый склад, где все это хранилось. Маргарет полагала, — Ян быстро оглянулся на администратора, — что у мисс Ларедо поехала крыша — сейчас я думаю, так и было. Она была в отчаянии и абсолютном страхе. Она прекрасно знала, как обезьяна убивает и для чего. Она хотела ее остановить, вот только не знала, как.

Только сейчас, произнеся все это вслух, Ян отчетливо понял, что Вианна им врет. Смотрит им в глаза, придумывает подробности, которые чересчур охотно вываливает совершенно незнакомым людям и отчего-то валит на сестру вину в убийстве мужа. А ведь если рассуждать логически, присутствие человека на месте преступления обнаружила бы полиция, потому что как раз человека они бесспорно искали. Вайолет тучная, с перил, за которые она непременно должна была хвататься, снимали отпечатки, снимали слепки со следов. Наука сейчас делает то, что двадцать лет назад казалось фантастикой. И даже следы перчаток находят. Любые следы. Их не нашли.

А обезьяньи не искали.

Ян подумал, смог бы он пожертвовать любимцем, как это сделала Вайолет? Один неверный шаг или более упертый и везучий полицейский — и обезьяне бы пустили пулю в лоб. То, что после убийства мистера Уайтбриджа обезьяна осталась не обнаружена и жива — лишь стечение обстоятельств. И еще Вайолет знала, как надавить на жалость сестре.

— Я понимаю, как нелегко сделать выбор между уже погибшим мужем и еще живой сестрой, — сказал Ян, решив, что если он прав, и перед ним настоящая убийца, то лучше пусть считает, что ей все верят. — Думаю, вам было непросто.

— Мне и сейчас нелегко, мистер…

— Майлз, — сквозь зубы подсказал Ян.

— Я потеряла сестру и, по-видимому, этот бизнес, но бизнес — это пустое, черт бы с ним. Я рассказала вам все это для того, чтобы вы согласились на мое предложение, — тут Вианна помолчала, собираясь с мыслями.

А Ян понял, что сейчас их будут покупать. Предложат деньги, и немалые. Такое искушение, как устоять. Проверка на человечность.

— Миллион каждому, чтобы вы нигде не упоминали имя моей сестры в связи с этой проклятой обезьяной, — Вианна обвела всех взглядом и остановилась на Люке. Интересно, ей сказали, сколько миллионов подписчиков у него?.. Ей следовало бы менять миллион на миллион. — Мне нет смысла угрожать, потому что угрозы не сделают того, что сделают деньги, — продолжила она с нажимом. — Вы были в коттеджах, и полиция туда пойдет и сделает, я полагаю, те же выводы. Черт с ним, пусть признают, что эта обезьяна жила у нас, мне это уже никак не исправить. Я не деревенская дурочка и знаю, что все улики не уничтожу все равно. Но я прошу вас ради моей сестры молчать о том, что она могла быть замешана в еще нескольких смертях. Вы правы, это она, скорее всего, научила обезьяну. Точнее, закончила то, что начал Джеймс — пусть считают, что это была его придурь, учить обезьяну обращаться с ножом. Но если возобновят следствие по делу об убийстве моего мужа, то будет лучше, что его смерть останется на совести самой Вайолет. Без посредников, так сказать.

От Яна не укрылось, как Люк сжал кулаки, а Райан предупреждающе тронул его за плечо.

— А какой в этом смысл? — спросил Райан быстро. — Какая разница, научила она обезьяну убивать или убила сама?

— Не знаю, чем вы, мистер Коннор, занимаетесь, но вы паршиво знаете людей, — Вианна усмехнулась, как показалось Яну — победно. Наверное, решила, что Райан уже согласен и просто торгуется. Возможно, и сам Ян бы так решил, если бы уже не знал его лучше. Их обоих. Потому что если мистера Коннора теоретически — только теоретически! — еще можно было прельстить деньгами, то Люк…

Господи, — вдруг осознал Ян. У Люка ведь до сих пор в кармане пистолет. И судя по его лицу, он ни на цент не верит миссис Уайтбридж. И возможно… Возможно, даже думает, ту ли обезьяну он убил.

— Сестра, в порыве ссоры убившая своими руками мужа сестры-близнеца за то, что он ту обманывал, — не то же самое, что хладнокровное убийство с помощью животного, — между тем продолжала Вианна. — Все это стоит миллиона долларов, как вы считаете?

Ян был уверен, что пилот потребует намного больше. Как, вероятно, и Маргарет. Это у него уже был миллион, и то Ян не очень-то понимал, куда его девать и что с ним делать.

— А мне вы сколько предложите? — раздался металлический голос Энн, и Вианна закрутила головой, не сразу рассмотрев ее в дверном проеме.

Энн прошла в комнату, села на подлокотник кресла Яна со стороны здорового плеча, закинула ногу на ногу. В ее руках уже не было пакета, и Ян спросил себя — а что в нем было?

— Миссис Уайтбридж, вы оглохли? Я спросила, сколько вы предложите мне?

Энн положила руку на спинку кресла, и Ян сообразил, что начинается самое интересное. Вианна, конечно, не знала в лицо всех гостей, особенно «новые капиталы», но догадывалась, что в созданном ей заповеднике богатеев редкость как раз такие постояльцы, как Люк, Райан и собственно Ян. Те, кого можно прельстить жалким миллионом.

— Как вас зовут? — через силу, но обворожительно улыбнулась Вианна. Вышел какой-то неприятный оскал.

— Анаис Белинда Катарина Мария дель Пилар Лопес Торрелавега Сантьяго-и-Сангре-Саграда Коста дель Бьенестар Клейн, — с такой же светской улыбкой отозвалась Энн, и Ян помечтал — запомнить бы, такая прекрасная скороговорка, но Люк его просто прибьет, если он перед съемкой попросит его все это выговорить. — Мой муж, Готлиб Клейн, первым погиб от рук вашей твари, и видите ли, миссис Уайтбридж, какая загвоздка: я не возьму у вас миллион.

Рядом с еще одним трупом — сколько их, если считать и бассейн, и обезьяну? — Ян почти с восхищением наблюдал за виртуозной схваткой, которую мог не увидеть никогда в жизни. Две баснословно богатые женщины бились на капиталах — без крови, но насмерть.

— «Бьенестар Системс»?.. — вопросительно проговорила Вианна, хмуря брови.

— Миллион для меня — карманные деньги, — кивнула Энн. — На миллион меня еженедельно обирают всякие благотворительные общества, а я все еще не сплю под мостом. Так сколько стоит доброе имя вашей сестры в пересчете на мое состояние?

Вианна молчала — обдумывая ответ или давая Энн высказаться. И та, конечно же, воспользовалась возможностью.

— Я же не буду держать язык за зубами, миссис Уайтбридж, — протянула — почти пропела — она. — Я — это «Фокус», ведущий таблоид Америки, и во имя моего покойного мужа эта газета впервые в жизни напишет чистую правду. Я — это ФБР и АНБ. Да кто только не жал мне вот эту самую руку! Мой муж погиб по вашей вине — и вы заплатите. Я расскажу, что вы держали взаперти несчастное животное. О-о, это очень понравится всем, кому необходимо быстро набрать себе очки в короткий срок до следующих выборов. Я так, в дружеской беседе, поведаю, чем мог окончиться уик-энд для ваших гостей. Я выступлю на телевидении — боже, мне за это заплатят, может быть, по миллиону за каждую передачу. И ему, кстати, тоже, — она кивнула на Люка и подмигнула тому, мол, не продешеви, мальчик. — Но ладно. Допустим, его вы подкупите, как и всех остальных. Да ради бога! Но вы же понимаете вес слов всех тут присутствующих и моих слов, тем более подкрепленных полицейскими экспертизами?

Ян признал, что это справедливо, но очень обидно.

— Я не хочу кидать вам подачку, миссис Клейн, — негромко возразила Вианна. — Я понимаю и разделяю вашу боль.

А вот это уже было невыносимое лицедейство. Но Вианна продолжала:

— И я прошу вас точно так же принять и разделить мою боль за сестру, которая погибла по собственной… глупости, да. Наверное. Я знала Вайолет как никто. Пугливая, нелюдимая, она не слишком любила людей, и она совершила большую ошибку. Но теперь она умерла — и, миссис Клейн, взгляните на нее, — она махнула рукой и вкрадчиво закончила: — Америке не понравятся ваши нападки.

Вианна нанесла ответный удар и очередь теперь за Энн. По крайней мере, дуэль была честной.

— Эйблизм и бодишейминг? — быстро кивнула Энн. Что ж, миллиарды не делаются только умением проворно стучать по клавиатуре. — Америке уже пора осознать, что все зашло слишком далеко. И извинения за действия соотечественников двухвековой давности, давно, кстати, покойных, и невыносимая осторожность при аресте афроамериканцев, и боязнь случайно перепутать пол при обращении — не то, что спасет этот мир. Взгляните, уже готовы оправдывать серийных убийц тем, что их в детстве лупили палкой. Найдите у себя лишний вес, отличный от белого цвет кожи, детские травмы — и можете творить что хотите?

Яну стало холодно и жарко одновременно. Будто вся кровь бросилась к голове — к щекам, ушам, шее. Словно ему вдруг стало невыносимо стыдно… А должно было стать?.. Энн уличила сейчас его самого. Она уличила… не только его, сама не зная об этом.

Ян шагнул вперед и ухватил Люка за рукав. Заставил вытащить руку из кармана… И та была пустой.

Вианна не обратила на них никакого внимания. Она готовилась парировать удар. А вот Энн проследила внимательно и только потом закончила:

— Каждый из нас хочет изменить мир, миссис Уайтбридж. Мне выпал шанс, и я им воспользуюсь. Я не политик. Но так непременно поступил бы мой муж — а если я от него чему-то и научилась, то это никогда не останавливаться на достигнутом. У вас не выйдет меня подкупить.

Энн заявляла, что инвалидность — не оправдание преступлениям. А Ян, убежденный, что он считает иначе, на самом деле делил людей на полноценных и неполноценных. Его забота о Вайолет была ничем иным, как подтверждением, что он такой же подвластный моде лицемер, как и остальные.

А равенство начинается с того, что все одинаково отвечают перед законом.

— Я не возьму у вас миллион, миссис Уайтбридж, — глухо сказал он. — У меня уже есть.

Райан кивнул в знак согласия, Люк оставался молчаливым, но его молчание звучало красноречивее любых слов.

— Обезьяна все это время была в отеле? — внезапно спросил пилот. — Все эти годы? Я привозил сюда детей. Своих детей. — Голос его охрип. — Да подавитесь вы своим миллионом! Ублюдочная семейка. У меня куча связей осталась в ВВС Соединенных Штатов, и там…

— Я дам показания в вашу пользу, миссис Уайтбридж, — перебила его Маргарет. — Не за миллион. Просто так.

— Да, потому что нужно еще доказать, что ты не знала об обезьяне, крошка, — не поворачивая в ее сторону головы, протянула Энн обманчиво ласково. — А ты, Морган? — она перевела на него уже почти веселый взгляд. Взгляд победительницы.

— А? — очнулся старик. Похоже, он задремал. — Я пойду посмотрю, что там поделать нужно, после пожара-то. Всего доброго, мэм. Хорошего дня.

Он поднялся, развернулся и неторопливо зашаркал к выходу. Все проводили его взглядами, а Ян подумал, что его показания не примут во внимание, что бы он ни наплел.

— День обещает быть просто чудесным, — сказал вдруг Люк, и, обернувшись, Ян обнаружил, что Харпер смотрит в огромное панорамное окно.

По дорожке спокойным уверенным шагом шли мужчина в форме и со значком шерифа и худощавый пожилой человек с докторским кейсом в руках.