Глава 5

Солнце ушло, а парней все не было, и Райан понемногу начинал дергаться.

Бар в «Луне» он нашел быстро: спуститься из административного корпуса по лестнице — и вот уже площадка с панорамной крышей, сейчас полуоткрытой, и видом на долину и речку-сумасбродку. Не так уж много миллионеров собирала «Луна» — Райан насчитал сорок посадочных мест, но сейчас он вообще был один, а чтобы вызвать бармена, пришлось нажимать серебристый звонок на столике. На звон выглянула мулатка, посмотрела на Райана и скрылась в кухне.

«Облом».

Пока бармен собирался почтить рабочее место своим присутствием, Райан щурился в типичный барный полумрак и рассматривал звонок. На серебро металл был не очень похож, и он постарался не думать, что это или белое золото, или платина. В конце концов, это не Эмираты, здесь как-то понты уже не в цене…

Выяснилось, что бармен отсутствует в принципе, потому что в зал вышла женщина с рецепции — Маргарет, вспомнил Райан.

— Простите, у нас сейчас минимум персонала, сэр, — с очаровательной улыбкой пожаловалась она. — Но всего шесть человек гостей, так что мы справляемся. Еще раз приношу извинения, что заставила вас ждать.

А речь у них все-таки классно поставлена, подумал Райан. Интересно, сколько им платят?

— Лимонад? — попросил он неуверенно. Занятый звонком, он не успел подумать о том, чего ему хочется. И что тут в принципе могут приготовить. — Без сахара. Возможно?

Маргарет кивнула и скрылась за стойкой. Через пару минут донеслось жужжание какого-то аппарата, а потом дверь в бар открылась, и к Райану обрадованно устремился худосочный плюгавенький мужчина лет сорока.

— Привет, привет, — крикнул он, размахивая руками. — Давно тут, приятель? О, я тебя что-то не знаю… Ты что, из этих?

— Из кого? — ошарашенно сглотнул Райан, не понимая, кого мужчина имел в виду.

— Ну, этих. Которые бизнес-ангелы и все такое. Да? Нет? — он плюхнулся рядом с Райаном, и у того настроение резко скакнуло вниз: от мужчины ощутимо попахивало спиртным, хотя голос был трезвый. — Нет? Нет, значит. А кто ты такой?

— Я тренер, — деревянным голосом ответил Райан, и мужчина крякнул. — Райан Коннор.

— Готлиб, — мужчина схватил его руку и азартно затряс. — Готлиб Клейн. — Он посмотрел Райану в глаза, но, что характерно, руку не выпустил. — Э-э… ты меня не узнал?

— Нет, — признался Райан. «И слава богу».

— Значит, газет не читаешь? — расстроился Готлиб.

— Спортивные новости только, и то в интернете, — Райан вытащил руку из хватки Готлиба — крокодил форменный, спасибо, что не откусил. — Ну и всякое по поводу виз, перелетов, ограничений. Больше меня как-то ничего не интересует, знаешь ли.

— А «Фокус»?

— В цирк я тоже не хожу, — сквозь зубы выдавил Райан.

— Это моя газета, — обиженно заметил Готлиб. — Миллионный тираж по субботам. «Новости, которые вам не расскажут больше нигде».

Вышла Маргарет, и она спасла Райана от большого конфуза. «Фокус» он, конечно, не читал, просто он еще из ума не выжил, но по слогану вспомнил, кому авиакомпании обязаны слухами про змей в обшивке салона, а Эверглейдс — паломничеством идиотов, верящих в разумную расу инопланетных рептилий. Кажется, парочка идиотов даже вступила с инопланетянами в тесный контакт. А может, не парочка — как собрали крокодилье пиршество, так и собрали.

Райана подмывало спросить, он и есть мистер Засранец, или Готлиб еще какой-то неучтенный гость? Хотя Маргарет сообщила, что гостей всего шестеро, то есть Райан, Люк, Ян, Рэйчел и чета Засранцев. Или Маргарет их троих за настоящих гостей не посчитала?

Маргарет как раз принимала у Готлиба обширный заказ и старалась не очень меняться в лице. Ей что-то не нравилось.

— Водки нет, сэр, — отчеканила она.

— Вчера была! — вскинулся Готлиб, и на него пала тень.

— Для тебя водки нет, солнышко, — ласково проворковала появившаяся из темноты худая, как жердь, женщина и жестом позвала Маргарет. Готлиб опасливо смотрел на, по всей видимости, жену, а та уже решила супружеские проблемы, и Райану пришлось снова представиться — положение обязывает, черт бы это все побрал.

— О, как интересно, — щурясь, пропела женщина и уселась напротив них в кресло. — Спорт — это здорово. Меня хватает только на йогу, иначе спина становится просто ни к черту. С моей работой спасают только йога и массажист.

— А я вот гуляю, — похвастался Готлиб. — Утром три тысячи шагов и по вечерам.

— А кто вы по профессии? — вежливо спросил Райан его жену. Надо же было уважить, раз она намекала.

— Программист, кто же еще, — улыбнулась женщина. — Зовите меня Энн, мне так больше нравится. Вообще меня зовут Анаис Белинда, но это негуманно, особенно с фамилией Клейн. А если хотите знать девичью фамилию… она почти как у Пикассо. Такая же бесконечная.

Райан начинал понимать, почему Рэйчел обозвала эту парочку «мистер и миссис Засранец». Внешне они были разными, и если Готлиб был во всем запанибрата, то Энн держала дистанцию, но манера убивать собеседника количеством слов в единицу времени прослеживалась что у мужа, что у жены. «Та же плоть, та же кровь» — говорила бабушка, права была, как ни крути.

— Что ты заказала мне, солнышко? — заискивающе заворковал Готлиб, Энн прикинулась, что его вовсе не слышит. — Кстати, а тренер какой именно? По гольфу, что ли? Или по верховой езде? Или, может, — он хохотнул, — вообще личностного роста? А что, нынче тоже почти спорт.

— По прыжкам в воду, — неохотно ответил Райан. — И я здесь не на отдыхе. Сопровождаю своего спортсмена.

— Прямо так серьезно? — то ли удивилась, то ли восхитилась Энн. — И прямо соревнования?

— И прямо соревнования, — кивнул Райан, стараясь не раздражаться.

— Но если вы тренер, то, значит, и сами что-то выигрывали? — Энн посмотрела на него с искренним интересом, но при этом так сузив глаза, что до Райана дошло — она крайне близорука. — Что? Олимпийские игры?

— Да, — обычно Райан гордился своими достижениями, но сейчас отчего-то стало неловко. Энн и Готлиб смотрели на него теперь как на небожителя. И Райан не стал добавлять, что выиграл Олимпиаду дважды и один раз взял серебро.

— Милая, ну за это ведь обязательно надо выпить! — взмолился Готлиб.

— Да, но ты не будешь, — отрезала она.

Райан посмотрел за окно. Там было уже совсем темно.

— Ночью в горы не ходи, — Готлиб подлил масла в огонь его разгорающегося беспокойства. — Говорят, тут полно призраков.

— Кого?! — не сдержался Райан и уставился на Готлиба.

Показалась Маргарет с бокалами, поставила перед Готлибом такой же точно лимонад, какой был у Райана, а Энн принесла джелато. Готлиб поник, но запал не растерял.

— Какая гадость, как ты это пьешь? — грустно спросил он. — Так вот, о призраках. Тут когда-то была деревня, знаешь? — Райан кивнул. Сбежать бы и пойти искать ребят. — На сайте написано, что все дома выкупили, кому-то построили взамен жилье в Беверли, это там, за перевалом, где вся горнолыжная движуха, а кому-то просто выплатили деньги. Но это вранье.

— Не морочь Райану голову, золотце, — металлическим голосом предупредила Энн. — У тебя миллион идиотов и без него.

— А что на самом деле? Крокодилы или крысы в канализации? — спросил Райан, Энн расхохоталась. Готлиб закусил пухлую губу.

— Почти никого не осталось в живых, — уверенно заявил он, не обратив на подначку внимания. Наверное, уже привык. — Я провел собственное расследование. В Беверли живет только одна семья, связанная с Куайт-Вэлли, и те то ли племянники, то ли внуки — короче, наследники. А остальные… а нет никого остальных.

— Куда они делись? — безразлично поморщился Райан, допил лимонад и встал. Не то чтобы его это интересовало.

— Так здесь орудовал серийный убийца! — обрадовался Готлиб, и Энн, потеряв терпение, перегнулась через стол и дернула его за рукав. — Вырезал всю деревню почти подчистую. Его, правда, поймали. А может, и не его. Но просто сам факт. Он все еще жив, я его даже видел. А ведь двадцать лет прошло. И слышал, да. Ходит по горам, сюда не суется, естественно, тут датчиков понатыкано как у собаки блох. Но бормочет. А еще тут есть пещера. Ее исследует какой-то трескучий старикан, а его помощника уже нет в живых. Кстати! Самого старикана сегодня свезли на скорой. И, главное, все делают вид, что ничего не случилось. Нормально?

Райан коротко кивнул Энн и начал тактическое отступление. Как раз вовремя — до сих пор Энн, похоже, оставалась в счастливом неведении относительно состояния своего мужа — пока не наклонилась к нему и не унюхала амбрэ. Готлиб здорово рисковал — расплата оказалась неминуема.

— И что это было? — прошипела она, Готлиб захлопал глазами. — Ты где успел найти выпивку? Я же сказала тебе ничего не подавать!

Райану было не до того, чтобы наблюдать их разборки. Самое ценное от мистера Засранца от получил — объяснение, зачем в «Луну» приезжали парамедики, и довольно. Нужно срочно проверить, не вернулись ли Люк и Майлз в дом, и, если нет, пойти их искать.

***

Парней не было. Не было от них и сообщения — но как раз это было ожидаемо. В горах вряд ли ловила сеть.

Райан очень старался не злиться. В конце концов, они уже давно взрослые: Харперу было двадцать два, а татуированному недоразумению все двадцать пять. Еще немного — и дело будет ползти к тридцатнику, а ума… Райан стиснул кулаки. Неважно. Майлз — не его забота. А вот Люк не стал бы опаздывать, если на это не было веской причины. Вескую причину, чтобы застрять ночью в горах, Райан мог придумать только одну, и это никак не добавляло спокойствия.

— Черт бы вас побрал! — вслух выругался он, чувствуя себя нерадивым папашей.

На секунду мелькнула мысль просто забить — ну не нянька же он взрослым людям! Но Райан слишком хорошо себя знал, а потому не стал оттягивать неизбежное, копя раздражение и беспокойство: взял фонарик, рюкзак с аптечкой, пару бутылок воды и пошел по тропе в горы.

К счастью, далеко забираться не пришлось. Харпер и второй нашлись за первым же поворотом. Райан обвел обоих фонариком и с облегчением выдохнул: видимых повреждений на Люке не наблюдалось. А вот Ян хромал — ну то есть, он хромал всегда, но в этот раз больше обычного.

— Что произошло? — сухо спросил Райан.

— Ногу подвернул, — Ян вымученно улыбнулся. — Обратно в три раза дольше шли.

— Что, нельзя было быть осторожнее? — Райан стиснул зубы. Вот именно поэтому Ян казался ему мальчишкой куда младше Харпера. Потому что, в отличие от него, Люк думал, что делает, держал обещания и следил за тем, куда ставит ноги. Впрочем, Райан тут же устыдился своих мысленных нападок: Ян бы рад, возможно, быть просто осторожным, но получалось у него не всегда. Но все равно! Не настолько все плохо ведь!

Улыбка сползла с хищного, и без того не слишком симпатичного лица Яна.

— А кто сказал, что я не был осторожен? — недовольно осведомился он. — Это просто случайность. С любым могло произойти.

— Но произошло почему-то с тобой.

— Я просто оступился! — окрысился Ян. Райан подумал — хватит, нужно что-то срочно сказать… нейтральное.

— Потому что вечно суетишься без дела, — нашелся он.

— Это, черт побери, моя работа! — Ян уже почти кричал, и Райан тоже невольно повысил голос:

— Так и делай свою чертову работу, никому не мешая!

— Да пошел ты! — Ян повернулся к Харперу, стащил с его плеча свой рюкзак и быстро пошел по дороге, припадая на поврежденную ногу, но вполне резво.

— Ну, и? — Райан развернулся к Люку. — Нормально он ходит!

— У вас к нему что-то личное, мистер Коннор? — в голосе Харпера послышалось неприкрытое осуждение.

Райан помолчал. Нет, личным это точно не было. Он недолюбливал таких, как Ян, всех абсолютно одинаково. И говоря “всех”, он разумеется, не имел в виду физические особенности.

— Не люблю, когда выпендриваются, — подобрал он обтекаемую формулировку.

— Он не сделал ничего плохого, — заметил Люк довольно холодно, и это было впервые, когда он позволил себе такой тон. — И если уж на то пошло, то работает он на меня.

«Как и вы», — буквально повисло в воздухе.

Райан скрипнул зубами. Парень был прав, и от этого было только хуже.

— Я беспокоился, — процедил он сквозь зубы.

— И, видимо, теперь рады, что все хорошо, — съязвил Харпер. — Ян не виноват, он действительно оступился прямо на дороге, — добавил затем, снова вернувшись к привычно спокойному, почти равнодушному тону. — И я буду признателен, если вы больше не будете на него нападать. Не только по этому случаю. Вообще.

Оставалось только поражаться, как быстро они поменялись местами. Пару секунд назад Райан отчитывал одного парня, а теперь второй, кажется, взялся отчитывать его самого.

— Я постараюсь, — буквально выдавил из себя Райан и, крутанувшись на каблуках, тоже пошел к дому.

Этот дерьмовый день стоило закончить как можно скорее.

***

Нога опухла так, что Яну пришлось расшнуровать кроссовок, чтобы его стянуть. Больше всего отекла, конечно, лодыжка, но и ступня распухла тоже. Чертыхаясь и откровенно матерясь, Ян выпутался из одежды и пошел в душ — благо в этом чертовски дорогом номере ванная комната прилагалась своя к каждой спальне. Да еще и с полным фаршем: начиная от дорогих бритвенных станков и заканчивая, по всей видимости, еще более дорогой косметикой для мытья, после мытья, до мытья и, наверное, даже вместо мытья — Ян не присматривался, но подозревал.

И пахло все, кстати, просто на отвал башки. Можно было бы шампунем вместо духов натираться, если бы запах был хоть немного более брутальным. А так — что-то цветочное, слегка кислое, чуть терпкое. Скорее девчачье, но Яну нравилось все равно. Даже настроение немного поднялось.

И халаты тут были отпадные. В квартире Яна такого атрибута не водилось отродясь — и вряд ли когда-нибудь появится, — но в гостиницах он пользовался ими с удовольствием. Особенно такими шикарными, как этот.

Он как раз устроился в халате на кровати, пытаясь выяснить, как подключиться к вай-фай, когда в дверь вдруг постучали.

— Да! — крикнул он, надеясь, что это не Коннор — его рожу видеть не хотелось до тошноты.

Но это был не Коннор. В спальню вошел Люк с мотком эластичного бинта и какой-то банкой в руках. Молча пересек комнату, уселся на кровать. И довольно бесцеремонно подтянул к себе поврежденную ногу.

— Ты заметил? — поинтересовался Люк, обмазывая уже начавшую синеть лодыжку густой, остро пахнущей ментолом мазью. — Ты первым начал орать.

— А что еще я должен был делать? — запала на негативные эмоции после горячего душа у Яна не осталось, так что ответил он без огонька, почти спокойно.

Ян не ожидал, что он придет. Такие, как Люк Харпер, обычно заботятся только об одном человеке — о себе самом.

— Не знаю, — Люк поставил его ступню на простыню — мази нужно было впитаться. — Я орать не умею.

— А тебе и не надо, — усмехнулся Ян. — Тебя все и без того слушают.

— Прям уж все, — Люк вытянулся на спине, закинув руки за голову.

— Иди сюда, — позвал его Ян. — Ты показал мне свои игрушки — давай теперь я тебе свои покажу. Вот, — он открыл фотографию, сохраненную в отдельной папке. — Не смотри, что старый и страшный, на любом бездорожье вывезет. Армейская модель.

И он показал подсевшему к нему Люку свой мотоцикл.

Тот подался вперед, заслонил кудряшками экран. До Яна донесся запах шампуня, но определенно не отельного. Что-то травянистое, пряное. Почти неприятное.

— Это твой? — спросил Люк. — Прямо твой собственный?

— Да, — Ян невольно улыбнулся такому вопросу. — Достался от отца. Я думал купить другой, но сейчас просто пластиковые скорлупки, а не мотоциклы. Зато по цене твоих вертолетов.

— Он как «Ми-6», — Люк обернулся. — Знаешь такой?

— Знаю «Апач», — Ян мысленно возблагодарил свою любовь к американским боевикам.

____________________________________________________________

«Ми-6» — русский военный вертолет

«Апач» — американский военный вертолет

____________________________________________________________

— Да, что-то в этом роде, — кивнул Люк. — Надежный, мощный, тяжелый. Как ты его таскаешь?

— С трудом, — признался Ян. — Но привык уже. Отец с детства меня на него сажал. Говорил, что мы ж в Техасе, нужно с детства уметь сидеть в седле.

— Мне показалось, что вы с отцом не ладили, — тон Люка стал осторожным. — Он ведь бил тебя.

— Ну не только же бил, — Ян нахмурился, пытаясь понять, как ответить на неожиданно сложный вопрос. — Он был строгим, да. Иногда чересчур. Но он многому меня научил, да и в принципе… Скажем так: он был строгим отцом, но он был отцом.

Люк помолчал.

— Мой не был, — тихо, почти шепотом сказал затем. — И строгим тоже нет. То, что он творил, называется по-другому.

Внутри что-то кольнуло. Ян слишком хорошо понимал, что скрывается за этими словами.

— Поэтому ты привык, что на тебя орут?..

Люк горько усмехнулся.

— Да говорю же… Для меня это не ор даже. И я совершенно точно знал, что никто из тренеров не посмеет поднять на меня руку.

— Поэтому ты прикосновений шарахаешься? — Ян вспомнил пару таких эпизодов.

— Шарахаюсь? — Люк удивленно на него посмотрел.

— Ну я хотел похлопать тебя по спине, а ты прямо отскочил.

— А… — Люк нахмурился. — Не знаю. Не помню. Может, болело что-то. Правда, — он усмехнулся, — у меня все время что-то болит. Уже почти не замечаю.

— Не замечаешь, как болит, не замечаешь, как орут… Холод терпишь, как робот, — Ян посмотрел ему в глаза. — А что замечаешь тогда?

— Ошибки, — Люк улыбнулся. — И воду. Она разная всегда, в каждом бассейне.

— А что-то поживее? — снова не удержался Ян. — Девушек?.. В принципе людей? Небо над головой?

— Ну… У меня была девушка… — Люк равнодушно пожал плечами. — А вот бассейны я предпочитаю крытые. Небо — только отвлекает.

— Все-таки мир куда больше бассейна, — покачал Ян головой. — И им нужно уметь наслаждаться, особенно, когда молод и богат. Знаешь, как говорят? “Всех денег не заработаешь”. А в твоем случае — медалей.

— Так говорят только неудачники.

Очередной невозмутимый ответ отрезал все дальнейшее желание развивать тему. Словно ведерко со льдом на колени опрокинули. Ян не был карьеристом, но и неудачником себя не считал. Здесь же, в этом безбожно дорогом отеле, рядом с покупающим вертолеты и квартиры Харпером, он вдруг почувствовал себя человеком второго сорта. Калекой, неспособным даже прогуляться в горы без происшествий. Наемным рабочим, получавшим ежедневный кусок из рук хозяина. Даже одежда на нем была та, что ему отвалили с барского плеча.

Неловкую неуютную тишину нарушил Харпер. Он вернулся к ноге Яна и быстро, ловко забинтовал ее эластичным бинтом, предварительно изолировав слой мази обычным марлевым.

— Завтра вечером поменяю, — сказал деловито. — Размотать сам можешь, но обратно лучше я. И днем не снимай, ходи с ним.

— Ладно, — согласился Ян для проформы. Ему уже было плевать и на ногу, и на то, как он будет работать завтра, прыгая как контуженный воробей.

— Научишь меня? На мотоцикле? — очередной вопрос снова поставил в тупик.

Да что с этим человеком не так? Ян внезапно разозлился. Неужели можно быть настолько глухим к чужим эмоциям? Или настолько равнодушным…

— Не знаю. Посмотрим, — буркнул Ян. И буквально заставил себя добавить: — Спасибо.

— Все еще злишься на мистера Коннора? — Люк нахмурился.

А Яну… Яну захотелось его ударить. Вот прямо с размаху, чтобы остался фингал. Чтобы больше не задавал идиотских вопросов и не строил из себя хрен знает что.

— Нет. Нога болит, — соврал Ян. — А мистер Коннор твой пошел в жопу.

— Сейчас пройдет. Это хорошая мазь, — Люк ободряюще похлопал его по ступне и… снова сел рядом. — Покажи еще, — попросил, кивнув на телефон. — Есть видео?

Несколько долгих секунд Ян всерьез собирался его прогнать. Из комнаты, из коттеджа — а лучше сразу послать туда же, к мистеру Коннору. А потом до него дошло: Харпер все равно ничего не поймет. Посчитает его больным идиотом, истерящим на пустом месте. Да, собственно, наверное, так и было. Оставалось либо принять положение дел, затолкав так некстати проснувшуюся гордость поглубже в недра обиженной души, либо увольняться к чертям.

Выбор без выбора.

Ян порылся в медиатеке, загрузил видео и пихнул телефон Харперу. Он не злился, нет. В общем-то Люк честно сказал, что думает. Возможно, это даже можно считать своеобразным жестом уважения. Но от горького, мерзкого привкуса собственной никчемности это никак не спасало.