Глава 37

Встречи не удалось. Господин Шольц не торопился домой, а я бы выглядела слишком подозрительно, долго оставаясь в его доме без мазей и ингредиентов для них. Пришлось возвращаться, но не сдаваться.

Я готова была отложить и отдых, и любую другую работу, в первую очередь взявшись за приготовление уходовых мазей. Всё, чтобы скорее вернуться в Ханиград и встретиться с господином Шольцем.

Не взирая на просьбы Юки лечь спать сразу после ужина подгоревшей уткой, я принялась за перечитывание бабушкиных тетрадей. Она разделяла виды мазей по разным типам кожи. Для жирной советовала использовать масло из виноградной косточки, а для сухой — из ростков пшеницы, от прыщиков писала про смородину и примулу, а для возрастной советовала варить крем на основе масла облепихи. Чем больше я читала, тем шире раскрывала глаза. Оказывается, в создании уходовых мазей и кремов заморочек не меньше, чем в работе над лекарственными.

Выдохнув и захлопнув тетрадь так, что огонёк на ближайшей свечке затанцевал и затрещал от резкого дуновения, я взяла в руки холодную длинную ручку колпачка для тушения, накрыла свечу. Свет в доме погас. Комната погрузилась во мрак, лишь алели угли в очаге, да холодный голубоватый свет луны прочертил дорожку от окна до двери в спальню. Там на постели лежал Юки. Он улыбнулся мне и протянул руки, словно хотел обнять.

— Завтра я помогу тебе, Луна моя, а теперь давай спать.

Улыбнувшись, я подошла к нему и легла сверху, утопая в тёплых объятиях. Сон не шёл, а муж медленно поглаживал мои волосы, пропуская пряди между пальцев. Его размеренное дыхание успокаивало и вселяло надежду, что вместе мы справимся.

К утру я отдохнула не сильно, хоть какое-то время и подремала. Голова болела, а во рту поселился неприятный привкус. Похоже, я совсем забыла про питьё вчера.

Не успела я попросить воды, как возле меня оказался заботливый Юки с холодной чашкой в руках. На внешних её стенках поблёскивали мелкие капельки, словно чашку целиком окунули в жидкость.

— Ты сходил к роднику? — прохрипела я, припадая губами к прохладной чашке.

— Лучше, — юноша сел на край постели и наблюдал за мной. — Я прицепил на колодец новую цепь. Ну, ладно, довольно старую. Не смотри так. Я нашёл цепь в погребе и повесил её. Она крепкая! Там же взял ведро. Оно недырявое, я проверил.

Губы мои сами собой расползлись в улыбке. С таким помощником у меня точно всё получится.

— Сначала завтрак, потом работа, — словно прочитал мои мысли Юки и тоже улыбнулся.

После сытной каши с маслом и творогом мы прокипятили все тары и вспомогающие приспособления и принялись за варку крема.

Я подготовила три тары не больше чашки каждую, и одну несколько вместительнее. В маленькие залила необходимые масла, в каждой разную смесь, а в более вместительную — колодезную воду и поставили томиться на паровой бане. Я хотела приготовить три вида уходового крема, надеясь, что один из них подойдёт лучше прочих.

Когда масла соединились, но до того, как закипели, мы сняли наши заготовки с огня, а домик наполнился яркими ароматами, коими насыщен каждый парфюмерный салон.

— Это ещё зачем? — нахмурился Юки, глядя на то, как я замешивала в каждую тару с маслами по маленькому яичному желтку.

— Желток поможет соединить масла с водой и помешает расслоению, — я налила масла из одной тары и часть прогретой воды в небольшую деревянную маслобойку.

— Можно я? — потянулся Юки к маслобойке и резво принялся стучать деревянным колышком, взбивая массу в крем.

Улыбнувшись, я плоской деревянной ложечкой замешивала следующую масляную заготовку с водой. Затем, когда Юки взбил первую, я отдала ему оставшиеся, а сама вернулась к работе надо смесью нежного желтоватого оттенка. Для начала капнула в неё немного уксуса и аккуратно вмешала его чистой деревянной ложечкой.

— А это для чего? — стук от маслобойки заглушал части слов.

— Чтобы крем дольше сохранился, — повысила я голос под хлюпающее постукивание.

Наконец, все три кремы были готовы. В каждый я добавила по несколько капель ароматных эфирных масел, для яркости и благозвучности запаха, и повязала верхушки баночек цветными отрезами. Мне только подписать крема оказалось нечем, а так вышли бы почти как в лавках продаются.

— Ты молодец, — похвалил Юки и обнял меня со спины.

Мы смотрели на наши заготовки, но я не могла радоваться ими. Мне предстояло вернуться в дом к Шольцам не только ради продажи, но и по очень важному делу. Я хотела прогнать Леманна со своих земель раз и навсегда.

— Если у меня не получится? — я вцепилась в обнимавшие меня руки.

— Ты обязательно справишься, — Юки поцеловал меня в висок.

— А если нет?

— Тогда я прогоню всякого со своих земель, — от голоса юноши повеяло снежным холодом.

Я слегка обернулась и запрокинула голову. Лицо Юки казалось непроницаемым и очень сосредоточенным, однако, заметив мой взгляд. Оно расслабилось, а уголки губ приподнялись в ласковой улыбке.

— Ты очень способная, Ая. Ты всё сможешь, — ободрил он.

Я хотела спросить: как он прогонит Леманна? Но почему-то смолчала. Меня будто кольнуло льдинками от взгляда Юки, такого я за ним прежде не замечала. Однако я не испугалась его, хоть и почувствовала мощь, ранее незаметную.