Глава 16

Мы с повелителем резко развернулись. У входа стояла Ириша. Как долго она уже здесь? Что успела услышать?

— Я сразу поняла, что ты такая же, как мой сын, — шагнула ближе светлейшая. — Прости, Свейлон, я должна была сама рассказать, — несмотря на слова, раскаяния в лице женщины я не заметила.

— Хочешь сказать, это правда? — лицо повелителя превратилось в маску.

— У нас с Тиари не могло быть детей, — Ириша прошла вглубь комнаты, прошла мимо нас и присела в свободное кресло. Взяла оставленный Свейлоном бокал, принюхалась к содержимому и опустошила одним глотком. — Я должна была провести одну ночь с тем, на кого мне указали в храме, таков был договор. Так Аквадия могла получить наследника, и она его получила!

— Ты знала, что тот, с кем ты… что он… Бог?

— Конечно, нет! — рассмеялась женщина. — Тогда нет. Но когда ты стал проявлять свои способности я снова пошла в храм. Тот наставник, Алджанир, помнишь его? — Свейлон кивнул. — Я провела ночь с ним. Заподозрил бы ты в нем Бога, Свейлон?

— Всевышние способны менять свой облик, принимать любой другой, — вмешалась негромко, но взгляды повелителя Аквадии и его матери все равно скрестились на мне.

— Из вас получилась бы отличная пара, — вдруг выдала Ириша. — Представьте только, что за дети могут у вас родиться!

— Это невозможно! — отрезала как можно жестче, чтобы и тени этой мысли в голове светлейшей не задержалось.

— Не о том речь, — отмахнулся в свою очередь Свейлон. — А Марилла?

— Марилла твоя сестра, Свейлон. И дочь Тиари. Он ее отец.

— Ее, но не мой? И как же так вышло, если у вас не могло быть детей? — голос повелителя сочился ядом.

— Сын, соберись! — повысила голос Ириша. — Ты узнал, что сын Бога! Бога, Свейлон! Ты способен повелевать умами людей, способен узнать, что они замышляют, Аквадия получила лучшего наследника из всех возможных! Это главное!

— Отец знал? — Свейлон наклонился над сидящей женщиной. — Мама, отец знал, что я не его сын?

— Узнал перед самой смертью, — выдохнула она, вся как-то резко съежившись.

— Перед смертью? — Свейлон отшатнулся. — Но… ты ведь не могла…

— Нет! — резко ответила женщина. — Он умер сам. Да, новость его подкосила, но умер он сам.

Я не вмешивалась в их перепалку, молча переводила взгляд с одного на другую. Свейлону повезло больше, чем мне. Видно, что мать его любит, своеобразно, прямо скажем, и вряд ли больше несравненной Аквадии, но любит.

— Что ты слышала? — светлейший отошел от Ириши на пару шагов и замер спиной к ней и ко мне.

— Все. В этой комнате есть слуховое окно, так что я слышала все.

Всевышние, даже у меня брови взлетели. Это ведь комната… неформального общения.

Свейлон резко обернулся, крылья носа мужчины раздувались, челюсть он крепко сжал, сведя скулы, желваки нервно ходили на щеках.

— Слуховое окно? — обманчиво спокойно переспросил, прожигая мать взглядом.

— Не переживай, — отмахнулась та. — Твои свидания меня никогда не интересовали, но, согласись, контроль иногда все же нужен.

— Сколько открытий за один вечер, мама, — процедил повелитель.

— Прошу прощения, — рискнула все же привлечь внимание. — Может, я пойду? Вернусь завтра, а вы пока между собой пообщайтесь.

— Как ты это делаешь? — теперь взгляд Свейлона прожигал меня. — Крылья, — пояснил он. — Как ты их выпускаешь?

— А как ты выпускаешь свои щупальца? — прищурилась в ответ.

— Щупальца? — моргнул повелитель.

— Золотые нити, — пояснила тут же.

— Ты их видишь?

— Ну конечно, — пожала плечами. — Это энергия. Она есть везде, и я вижу ее потоки.

— Откуда вы, льяра Эйш? — вмешалась Ириша. — Кто ваши родители? Где вы выросли?

— В другом мире, — переключилась на мать Свейлона. — Ривенар — мой родной мир.

Дала ей время обдумать мои слова, им обоим.

— Для чего вы здесь? — не слишком уверенно задала вопрос светлейшая.

— Даже с моей неколебимой верой, что все происходит по воле Всевышних, думаю, мое появление в Эйргаре все же случайно.

— Но как… как это вышло? Как вообще можно перенестись в другой мир?

— Я попала в блуждающий портал. Дыра в пространстве, — пояснила, но по лицам видела, что понятнее обоим не стало. — В моем мире много одаренных, все они используют энергию мира, используют постоянно, изо дня в день. Есть теория, что в тех местах, где энергию мира черпают особенно безжалостно, образуются дыры. В одну из таких дыр я и угодила. Обычно никто не возвращается из такого портала, скорее всего, даже погибает. Мне повезло. Я жива.

— В вашем мире живут Боги? — подалась вперед Ириша.

— Нет. И мы зовет их Всевышними. В Ривенаре много детей Всевышних, но сами они среди нас не живут. Или, по крайне мере, не афишируют этого.

— А ваши крылья, они откуда?

— Забавный вопрос, — усмехнулась. — Это тоже мой дар. Ваш сын — чтец, льяра аль Шарис, а я — травница. Но, кроме того, у меня есть и другие… навыки. Свейлон, думаю, тоже может некоторым обучиться, тем, на которые способны многие одаренные.

— Ты можешь научить меня? — перебил Свейлон.

— Ты про крылья? — напряженный взгляд в ответ. — Это очень редкий дар, даже в Ривенаре тех, кто на это способен единицы, — развела руками. — Он либо есть, либо нет. Это не то, чему можно научиться, уж прости.

Свейлону мой ответ не понравился. Мужчина сжал губы и снова сцепил руки за спиной.

— Как ты узнал, что способен читать других? — мне и правда было интересно. Воспоминания о моем… пробуждении нельзя назвать приятными. У других салаяр из обители тоже не было красивых историй, похожих на сказку.

— Мне стали сниться сны, — после небольшой паузы принялся рассказывать светлейший. — О родных, об окружении. Странные. О прошлом, о настоящем. А потом образы стали появляться и днем. Я мог разговаривать с кем-то и вдруг понять, о чем он думает, буквально увидеть это. Долгие годы я не мог никому сказать… мне пришлось самому научиться справляться с этим. — Я видела, что Свейлон предельно честен. Заметила, что Ириша поджала губы. Очевидно, сын скрывался и от нее. — А как это было у тебя? — последовал вполне закономерный вопрос.

— Не слишком приятно, — воспоминания отдавали горечью. — Видишь ли, в Ривенаре все в курсе, что если в семье родилась салаяра, значит тот, кого она считала отцом не имеет к ее появлению на свет никакого отношения. Одаренные рождаются от одаренных, салаяры — только от Всевышних. Семь лет я думала, что дочь своих отца и матери. Росла в любви и заботе, но только семь лет, — говорила намеренно сухо, дабы скрыть никуда не девшуюся горечь. — А потом все закончилось в один день. Правда вскрылась, тот, кого считала отцом отослал из дома… детство закончилось.

Отвернулась, дабы скрыть эмоции, наверняка крупными буквами написанные на лице. Прошло столько лет, а мне до сих пор больно вспоминать.

— Мне жаль, — отрывисто, в спину.

— Мне тоже, — хмыкнула, выныривая из воспоминаний.

Вернуться в лавку этим вечером удалось без проблем. Со Свейлоном договорились, что он пришлет записку с новой датой встречи. Нам обоим есть, что обдумать, также как и есть, о чем еще поговорить. Поэтому просто согласилась, не ставя никаких условий.

Признаться, только оказавшись в ставших родными стенах сумела выдохнуть. Напряжение понемногу отпускало. Первым делом проверила детей — оба спали, раскинувшись на кровати. Не удержалась — подошла ближе, поправила сползшее одеяло, тронула светлые волосики, поцеловала теплые щечки.

Кровать будет готова только через несколько дней, а пока мне снова предстоит спать где-нибудь… здесь, — осмотрелась с тайной надеждой, что с прошлой ночи в спальне появилась новая кровать. Нет, кровать не появилась.

Что ж, — зевнула с удовольствием. Зато буду спать рядом с детьми.