Глава 12

Нас разбудил стук в дверь — решительный, как будто гость явился к себе домой. Я приоткрыла сонный глаз. Через занавески пробивалось неяркое утреннее солнце. Никита сквозь сон прижал меня к себе покрепче, и я почувствовала, что одна его часть уже встала и чувствует себя довольно бодро.

— Стучат, — я потрясла его за плечо.

Никита открыл глаза сразу. Взгляд у него был цепкий, чуть настороженный, как будто и не только что проснулся. Стук повторился.

— Рановато, — с сожалением прокомментировал Никита.

Он неторопливо встал и подошёл к двери.

— Кто там?

— Я. Открой, поговорить надо, — тихо ответили из коридора.

Я вопросительно взглянула на Никиту. Он кивнул.

Гена пожаловал раньше, чем мы думали.

— Подожди, мы оденемся, — спокойно произнёс Никита.

Одевался тоже откровенно неспешно. Меня слегка потряхивало в ожидании скандала, а ему хоть бы что.

— Умойся, соня, — Никита, посмеиваясь, застегивал джинсы. Я уже полностью одета, а он только штаны и натянул. — Приведи себя в порядок. Без тебя не открою, — тихо добавил он. — Подождёт.

Психологически Гена выбрал идеальное время суток: так, чтобы застать брата полусонным. Человек, поднятый с постели, хуже соображает, больше растеряется. Только Никиту он недооценил. Тот явно показывал братцу, кто в номере хозяин.

— Как его вообще сюда пустили? — проворчала я, ныряя в санузел.

— Скорее всего, показал паспорт, сказал, что срочно нужно поговорить с братом. Генка умеет быть очень убедительным.

Никита зашёл за мной и спокойно наблюдал, как я причёсываюсь.

— Ну и с чего ты нервничаешь? — он хмыкнул. — Тебе скандал уж точно ничем не грозит.

— Я вообще скандалов не люблю, — я потянулась за зубной щёткой.

— Значит так, — жёстко сказал Никита, — мы договорились, что ты играешь роль. Значит, играй и не думай ни о чём. Твоя задача — сидеть рядом со мной, молчать и равнодушно слушать. Равнодушно, понятно? Ты вообще тут не причём, это наши с Генкой дела.

— Угу.

Не получится равнодушно. Мне не все равно, как Антон и Диана воспримут новую интересную информацию. И как они после этого отнесутся ко мне — тоже теперь не всё равно.

Никита открыл дверь только после того, как я привела себя в порядок и застелила постель полосатыми пледами.

— Лучше всего уткнись в телефон и пореже выглядывай оттуда, — приказал он. — Полазь в соцсетях, почитай книжку, в общем, изобрази полное равнодушие.

Я нервно сжала в руке мобильник. Через порог шагнул симпатичный мужчина с располагающим приятным лицом. Помнится, у Сокольникова фейс тоже приятный и располагающий. Был бы другим, не смог бы выдуривать деньги у всех подряд. Я машинально отметила дорогой костюм, приличные кожаные ботинки, и — с ума сойти — галстук! Никита в джинсах и футболке выглядел рядом с гостем слишком просто. Братец Гена неплохо знает психологию, а вот Никиту явно недооценивает. Того абсолютно не смущает, что он сейчас смотрится, как слуга около знатного аристократа.

— Привет. Что это тебя сюда принесло, да ещё в такую рань? — со спокойной улыбкой спросил Никита.

— Салют. Доброе утро, — Гена кивнул мне.

— Доброе, — протянула я и заклацала ногтями по экрану телефона, стараясь стучать погромче.

Сказал Никита изобразить равнодушие — пожалуйста. Жаль, что в номере нет ярких женских журнальчиков, эффектнее бы смотрелось. Ладно, соцсети тоже подойдут. Я плюхнулась на кровать на живот и согнула ноги в коленях, принимая эффектную киношную позу.

— Наш план, я так понимаю, провалился? — поинтересовался Гена.

— Почему провалился? — со смешком ответил Никита. — Полностью воплощен в жизнь.

Пауза звенела, наполняясь скрытым напряжением. Мужчины стояли друг против друга. Поднимать на них взгляд я не стала, но была уверена, что оба правдоподобно изображают дружелюбие.

— Каким образом? — голос Гены зазвучал чуть напористее. — Я вчера говорил с Дианой и никаких перемен в ее отношениях с Антоном не заметил. Между прочим, она упомянула, что ты проводишь время со своей девушкой.

— Всё правильно, — согласился Никита. — План был узнать, по расчёту Антон хочет жениться на Дианке или нет, так? Эля прекрасно справилась с задачей: пообщалась с Тохой наедине, несколько раз подчеркнула, что недавно получила огромное наследство и не представляет как поступить с деньгами. Антон к Эле и её деньгам интереса не проявил и в разговоре рассказывал ей, как у них с Дианой все хорошо. А так как вчера выяснилось, что наша сестричка беременна, — выразительно подчеркнул Никита, — план пора сворачивать и готовиться к свадьбе. Антон, кстати, и настоял на отплытии с острова, как только узнал, что станет папой. И да, я действительно провожу время с Элей, нас обоих это устраивает. С нами все, надеюсь, понятно: мы поехали отдыхать, вот и отдыхаем. Кстати, спасибо, что поспособствовал знакомству. Так с чего ты примчался с утра пораньше?

Пока он говорил, я нашла и открыла в соцсетях ленту группы для девушек, посвящённую диетам, макияжу, моде и психологии отношений. Листала неторопливо, открывая почти каждый пост и делая вид, что любуюсь на выщипанные брови, подведенные глаза или симпатичный костюмчик стоимостью в две-три средних зарплаты.

— Никит, мне деньги нужны, — сообщил Гена. — Причём срочно.

В глубине души появилась надежда, что проблема разрулится безо всякого шантажа. Братья поговорят и договорятся до чего-нибудь путного. Впрочем, надежда была очень недолгой.

Молчание стало ещё более напряжённым, предгрозовым. Как же оба брата умеют выдерживать паузы! Я подняла в меру заинтересованный взгляд от телефона. Выглядят оба расслабленными, благодушными. Никита смотрит на брата выжидающе-вежливо, и чувствуется, что именно Никита сейчас — хозяин положения.

Пауза затягивалась.

— Я проигрался, — решительно заговорил Гена. — Вдрызг. И мне нужны деньги.

От суммы, которую он назвал, у меня глаза на лоб полезли. Одно могу сказать, квартира Людмилы Георгиевны никак не спасла бы положение Геннадия, даже если бы он мог продать мое съёмное жильё. Я торопливо уткнулась в телефон.

— Возьми кредит под бизнес или под дом, — спокойно посоветовал Никита. — Я уже говорил, что не дам ни рубля за твои карточные долги. Сам проиграл — сам расплачивайся.

— Кредит я сейчас не вытяну. Думаю, ты все же мне поможешь, — очень спокойно проговорил Гена. — Ты слишком привык жить для себя, а свыше сказано, что надо помогать ближним.

Я чуть не фыркнула. Какая прелесть! Может, Геннадий сейчас ещё и Евангелие дословно процитирует? Я бы этому не удивилась. Люди вообще любят вспоминать священные книги, когда хотят использовать кого-то в своих интересах. У моих родителей, например, любимая цитата: "Почитай родителей твоих". И сильно подозреваю, что кроме этой заповеди они мало что могли бы вспомнить из Библии. Кстати, что-то я не припомню, чтобы они так уж почитали моих дедушек и бабушек, но это уже так, к слову. Вот и Гена выучил подходящее изречение. Вернее, даже не выучил, а очень вольно пересказал. Похоже, «ближний» не в курсе, что Никита действительно помогает, но именно тем, кому действительно нужна помощь.

— Я об этом слышал, — в голосе Никиты прозвучала откровенная ирония. — Подай пример закоренелому эгоисту, расскажи, кому и чем ты помогаешь.

— Я сейчас никому помочь не могу, — без малейшей доли смущения заявил его брат. — А ты можешь. Вот, например, ты знаешь, что с Эли могут потребовать долги Сокольникова?

Я резко села, откинув в сторону на большой кровати ненужный телефон. Шутки в сторону. Раз уж речь зашла обо мне, я поучаствую в этой беседе.

— Геннадий, я очень благодарна за заботу, — в моем голосе переливался и бурлил яд. — Но в полиции уже лежит моё заявление на Николая Сокольникова. И у меня есть куда позвонить, если ко мне явятся с требованиями оплатить долги парня, который мне не муж, не жених и не родственник.

— Ну вот, — Никита безмятежно улыбнулся, — Эля сама тебе ответила. Не беспокойся за неё. Если будет нужно, я подключу к этому вопросу кое-кого из серьёзных людей и, разумеется, решу проблему. Но сомневаюсь, что такая проблема возникнет.

— А если девушка напишет заявление в полицию и на тебя? — очень спокойно продолжал Гена. — Ты взломал дверь в её съемное жилье, угрозами и шантажом принудил хорошую порядочную девочку к сожительству, пытался заняться сутенерством и подложить её под своего приятеля. Как думаешь, сумеешь отмазаться от таких обвинений? Свидетели есть, доказательства тоже найдутся, — с благожелательной улыбкой чётко выговаривал он. — А может, и изнасилование имело место? Наверняка, имело, а это точно статья и реальный срок. Даже если отмажешься, потратишь гораздо больше, чем это возможно здесь и сейчас. Правда, я могу по-родственному забыть об этой истории, и Эля, возможно, забудет, хотя у неё на всю жизнь останется психологическая травма. Эля, во сколько вы оцените моральный ущерб? Какая сумма вам нужна, чтобы вы не написали заявление на Никиту Александровича и простили ему эту крайне неприятную историю?

Я слушала с возрастающим отвращением. Сколько же у этого гада в запасе схем шантажа? Зашёл сразу с козырей: угроза нешуточная, и Никите было бы что терять. Как минимум, репутацию, а максимум — свободу на несколько лет. И ведь схема вполне могла бы сработать, окажись на моем месте девушка с более гибкими принципами. Да уж, шеф, братца ты недооценил!

— Не стесняйтесь, назовите свою цену, — продолжал Геннадий. — У вас, насколько я понимаю, нет своего жилья. Эту проблему вполне можно было бы решить.

Лицо Никиты не выражало ни одной эмоции, как будто окаменело. Неужели думает, что я могла бы перейти на сторону Гены? Или оценивает, какой мразью оказался его родной брат? В любом случае, сейчас оба ждут моей реакции, и я не хочу держать паузу.

— Ну что вы, Геннадий? Какой взлом? Какое изнасилование? — мягко заговорила я. — Никита дверь квартиры не взламывал, а открыл ключами, которые вы же ему и подарили. Мы с ним замечательно провели время по полному согласию, этому тоже есть свидетели, и их много. Нас видели вдвоём соседи на съёмной квартире, вахтер на заводе, полицейские, приехавшие на мой вызов, Диана с Антоном, в конце концов. Все могут подтвердить, что я не пыталась звать на помощь и никакого недовольства присутствием Никиты не проявляла. Сутенерства тем более не было, Антон проводил время с любимой невестой и очень удивился бы, если бы Никита предложил ему что-то в этом духе. Так что вы напрасно за меня беспокоитесь. Всё было совсем не так, как вам кажется.

— Ну что же, значит, я ошибся и всё было по-другому, — неунывающим тоном подхватил Гена, снова поворачиваясь к Никите. — Ты попросил меня подыскать девицу без комплексов, но с подвешенным языком и хорошими актерскими задатками, и решил с её помощью поссорить беременную сестру с женихом, которого считал не подходящим. Ты же тот ещё сноб, тебе в родственники только состоятельных людей подавай. Я грешным делом подсказал тебе, где искать подходящую девушку, правда, не понял сначала, зачем она тебе нужна. Подумал, что просто хочешь прихватить с собой симпатичную девчонку, с которой по ночам не будет скучно, а днем перед сестрой и другом не стыдно. А потом ты мне сообщение прислал, оно у меня даже в телефоне осталось. «Эля попробует отбить Антона, хотя не уверен, что получится».

Я хмуро оценивала новую версию событий. Похоже на то, что предсказывал Никита. И я не сомневаюсь, что у Гены повернётся язык рассказать об этом Диане и показать сообщение в телефоне. Я даже представляю, каким печальным, проникновенным тоном этот аферист будет рассказывать свою версию событий.

Никита снова обрёл вид вежливого заинтересованного слушателя.

— Насколько я понял, у Эли большие финансовые трудности, — сочувственно продолжал Гена, ненадолго переводя на меня фальшиво-понимающий взгляд. — Так что за умеренную, по твоим меркам, сумму девушка согласилась и спать с тобой всю эту неделю, и попробовать заинтересовать собой Антона. Я не могу осуждать бедную девочку, — он тяжело вздохнул. — Поддержки у неё никакой, да ещё и кредит на неё повесили в сто пятьдесят тысяч. И за квартиру Эля должна, хозяйка выгнать может, и парень, с которым она жила, сбежал из города, оставив долги. В общем, для Эли это предложение было выходом из всех проблем. Или не из всех? — он прищурился. — Что-то я сомневаюсь, что ты полностью оплатил её кредит. Ты ведь, в отличие от неё, неплохо умеешь считать.

— Очень трогательная забота об Эле, — спокойно улыбнулся Никита. — У тебя короткая память. Не помнишь, откуда вообще узнал о девушке? Есть люди, которые могут подтвердить, что ты играл на неё с Сокольниковым в карты. А перед этим подробно расспрашивал его об Эле и ситуации, в которой она находится.

— Каких ставок в азарте не сделаешь! — Гена развёл руками. — У меня в мыслях не было устраивать девушке какие-либо неприятности. Она вообще меня сегодня в первый раз увидела, да и то потому что находится в твоём номере. Просто так совпало: ты вернулся, позвонил мне и спросил, нет ли бойкой девочки, желающей подзаработать. Я и дал тебе адресок.

— Ну допустим, история получается достаточно правдоподобной, — прокомментировал Никита.

— Вспомним, как ты чуть не подрался с Антоном, когда узнал о них с Дианой, — продолжал его брат. — Как ты доказывал Диане, что он женится по расчёту.

— Не только я, вся семья доказывала, — скучающим тоном возразил Никита.

— И только я был на стороне Дианы и Антона, — с пафосом подхватил Гена. — И теперь, когда я понял, что ты хотел разрушить счастье сестры… Беременной сестры, — уточнил он, — я просто не могу об этом молчать.

Ну вот, Никита предвидел такую ситуацию. И почему он не рассказал вчера сам Антону и Диане, как было дело? Да, объяснение вышло бы неприятное, но после этого они даже не стали бы слушать Гену. А сейчас у него есть все шансы выставить Никиту в самом невыгодном свете и обелить себя, любимого.

В гостиничном номере снова повисла напряжённая тишина. Никита разглядывал брата, как особо диковинную гадость в террариуме. На этот раз пауза была недолгой, и Никита заговорил первым.

— Ну так не молчи, — спокойно произнёс он. — Рассказывай хоть всему городу, если кому-то это будет интересно, конечно. А теперь вали отсюда, денег ты не получишь ни при каком раскладе. Хорошо услышал?

— Зачем же всему городу? В номере по соседству Диана с Антоном, им будет особенно интересно услышать…

Договорить Гена не успел. Движение Никиты было коротким и молниеносным. Я даже не успела понять, что происходит, а он уже держал брата в удушающем захвате сзади за шею. Гена захрипел.

— Не понимаешь — объясню так, — с нажимом проговорил Никита. — Убирайся отсюда, гнида, и больше никогда ничего у меня не проси.

Дверь он открыл плечом сопротивляющегося Гены и вытолкнул брата в коридор. Я мысленно сопровождала вышвыривание шантажиста из номера бурными овациями. Надо же, Никита, оказывается, не только переговоры вести умеет. Хотя это тоже переговоры — на более понятном Геннадию языке.

Скрипнула дверь соседнего номера. Я прикрыла глаза. Ну вот, семейный скандал Алексеевых сейчас наберёт обороты и дойдёт до кульминации. Разумеется, Антон и Диана не могли не услышать шум за стеной.

— Ген, ты что тут делаешь? — удивлённо спросила Диана.

— Ребят, что у вас происходит? — деловито поинтересовался Антон. — Что не поделили?

— Сейчас расскажу, — в голосе Гены слышалась сдерживаемая ярость. — Где бы тут посидеть и поговорить спокойно?

— Пойдём вниз, позавтракаем и поговорим, — флегматично сказал Антон. — И отойдите друг от друга, нам ваша драка не нужна, гостинице — тем более.

— Тох, никто не дерётся, — мирно ответил Никита. — Это я объяснял свою позицию доходчивым языком, а то на словах Генка не понял, что я не плачу шантажистам и не имею с ними дел.

— Конечно! Ты всегда весь в белом, — едко заговорил Гена. — Делаешь, что хочешь, никому ничего не должен, гордость семьи: наш успешный Никита! Для тебя вообще проблем не существует, ты всё легко решишь, у тебя везде свои люди. Только в этот раз ты заигрался, пытаясь сделать по-своему. Ты не в курсе, что твои родственники — тоже люди, и у них есть свои желания и планы на жизнь?

— Свои желания ты уже озвучил, — бросил Никита. — А твои планы на жизнь меня вообще не интересуют. Твои проблемы я решать не буду и карточные долги оплачивай сам, как хочешь.

— Опять проигрался? — расстроенно спросила Диана. — Ты же несколько лет не играл.

— Так, ребят, пошли-ка за столик, — вмешался Антон. — Спокойно поговорим, заодно и Генку завтраком накормим.

— Я за него платить не буду, — спокойно уточнил Никита.

— Ну значит я угощу, — ответил Антон. — Расскажете, что не поделили. Где там Эля?

— Я не хочу есть, — трусливо пискнула я из комнаты. — Спускайтесь без меня.

— Это ещё с какой стати? — Никита шагнул в номер. — Ребят, закажите завтрак, мы сейчас подойдём.

Он закрыл дверь и смерил меня понимающим взглядом.

— Элька, а ты, оказывается, трусиха. Вставай и пойдём, если из-за каждой проблемы голодать, с голоду помереть можно.

Никита потянул меня за руку. Я нехотя поднялась.

— Я не хочу участвовать в вашем скандале.

— А тебе участвовать и не надо, — Никита коснулся губами моей щеки. — Будешь завтракать и любоваться театром одного плохого актера.

— Тебя ничего не смущает? — я немного отстранилась и вгляделась в его лицо.

Никита спокойно улыбался.

— А что меня должно смутить?

— Ну хотя бы то, что Диане нельзя волноваться!

— Эль, Диана не такой уж нежный цветочек, — Никита хмыкнул. — У неё все в порядке с нервами, и этот скандал никак ей не повредит. Да и не даст никто её сильно взволновать или расстроить.

— Ну а я как буду выглядеть? — я поморщилась. — Диана меня свидетельницей на свадьбу звала, а сейчас ей расскажут, что я должна была отбивать у неё жениха.

— К тебе-то какие претензии? — Никита обнял меня за талию и повёл к двери. — Всё вопросы к организаторам шоу, то есть к нам с Генкой. Пошли, никто тебя там не съест. Будешь сидеть за столиком, дышать воздухом и есть яичницу с беконом и гренками. Я с вечера заказывал нам, её уже должны были пожарить. А мы сами между собой разберёмся.

Когда мы спустились, на столике действительно стояли четыре больших тарелки с обещанной яичницей и гренками. Гена восседал между Антоном и Дианой и что-то говорил с самым печальным видом. Антон скептически качал головой, Диана смотрела на брата с сочувствием.

— О проигрыше рассказывает, — шепнул Никита.

— Быстро ты успокоился, — заметила я.

— А кто сказал, что успокоился? — еле слышно пробормотал он. — Просто бить морду Генке в гостинице не вариант. Покажу, что он меня задел, только порадую этого гаденыша.