Глава 28

Завтрак стыл, а двое магов сверлили друг друга взглядами. Маркиз с дочерью благоразумно не вмешивались, понимали, сейчас они лишние.

– В мой кабинет! – наконец скомандовал Даур и, помассировав виски, тяжело опустился на ближайший стул.

Вайолет метнулась к нему, присела на корточки, сжала руку.

– С вами все в порядке? – с тревогой спросила она, игнорируя возмущенного отца и закатившего глаза Леннарда. – Воды? Лекарство?

– Естественно, не в порядке, – ответил за кузена лорд Лар’Несс и, вопреки приказу, опустился за стол. – Удивительно, как братец вообще ходит, разговаривает. Прости, Даур, – обратился он к хозяину дома, – я позавтракаю. Тебя, понимаю, сейчас тошнит – обычное дело для отката, но я почти сутки ничего не ел. Открытие порталов и поисковые чары отнимают много сил, умаялся, пока пытался разыскать Эдмона. Еще буря эта!.. Энергия мгновенно утекает, не тело, а сито!

Магистр не ответил. Он все так же сидел, уставившись в одну точку, а потом медленно, очень медленно переложил руки на стол.

– Уведите вашего отца, – неожиданно попросил Даур.

Вайолет кивнула и, поднявшись, позвонила в колокольчик. Артур явился в ту же минуту, то ли дежурил, то ли подслушивал за дверью.

– Пожалуйста, – обратилась к нему девушка, – проводите маркиза в его покои и позаботьтесь, чтобы ему заново подали завтрак.

Дворецкий кивнул.

– Прошу за мной, милорд.

Однако маркиз не спешил уходить. Скомкав салфетку, он со смесью сожаления и презрения смотрел на дочь.

– Извини, – устав от затянувшейся мизансцены, развела та руками, – я не оправдала ожиданий. Не вышла за герцога Берила, за лорда Лар’Несса тоже не выйду. Уж простите, Леннард, – обернулась она к Леннарду.

– Не за что, – усмехнулся он, отправив в рот очередной кусок тоста. Выплеснув порцию новостей, Леннард полностью сосредоточился на еде. – Я еще пять минут назад понял, что мне отказали. Но если вдруг передумаете, прошу. Любви между нами нет, а сделку всегда заключить сумеем.

Вайолет нервно коснулась сережки. Хотя бы с Леннардом проблем не возникнет.

Как же темные маги отличаются от обычных людей! Откажи девушка лорду с красной кровью, тот затаил бы обиду, оскорбился, заявил: ноги его здесь больше не будет, а Вайолет еще пожалеет. Леннард и бровью не повел. Ну, останется холостым так останется, вишневый джем важнее. Если бы и отец так отреагировал! Увы, Сайрос молчать не собирался. Устранив навязчивого Артура со своего пути, он попросил разрешения у хозяина дома переговорить с дочерью наедине. Маркиз посчитал молчание Даура согласием и вывел Вайолет в буфетную. Они не собирались скандалить при посторонних.

– Ну и как это понимать? – захлопнув дверь, перешел в атаку Сайрос.

Девушка не спешила с ответом. Отойдя в глубь полутемной комнаты, она провела пальцем по старинному буфету. Пусть отец выпустит эмоции, вдоволь накричится, ему все равно придется принять ее выбор.

– Ты хотя бы понимаешь, что другого шанса не представится?

Маркиз подпер спиной стену, грозным стражем замерев возле двери. В голове роилось множественно мыслей, самой главной из которых было: «Как сохранить честь рода?»

– Понимаю, – равнодушно кивнула Вайолет. – Но и ты пойми, я люблю Даура Лар’Ирена и останусь с ним.

– Он не собирается жениться, – нанес удар Сайрос. – Ты готова навеки утратить связь с высшим обществом? Даже в местных гостиных тебя не примут, ты опустишься до уровня содержанки.

– Даур мне не платит, – усмехнулась девушка. – Твоя дочь работает за кров и еду.

– Вайолет!

От возмущения лицо маркиза раскраснелось.

– А что такого? – пожала плечами Вайолет. – Не ты ли первым назвал меня проституткой? Иными словами, но сути не меняет.

– Подумай, – проглотив рвавшееся с языка острое слово, продолжал давить отец. – Хотя бы обо мне, о матери.

– Ты с ней разведешься.

– Что? – маркиз опешил.

– Зачеркнешь прошлое, обзаведешься желанным сыном.

Губы Сайроса дрогнули, пальцы сжались в кулаки. Дать бы Вайолет пощечину, напомнить, кто она, но он сдержался и просто не удостоил ее ответом. Пусть дочь заботит собственная жизнь, обсуждать его она не доросла.

Жениться… Если бы маркиз мог! Оставалось надеяться, Эмберли еще способна принести пользу. Всего один ребенок – и та дочь. Внебрачный Гевил не в счет, ему титул не передашь. Тянуть до старости Сайрос не станет, поставит Эмберли ультиматум: либо беременность, либо она возвращается к отцу без содержания. Последнее для жены при ее страсти к нарядам и развлечениям страшнее смерти.

– Знаешь, – маркиз чиркнул ногтем по стенной панели, – твое согласие необязательно. Лорд Лар’Несс подпишет контракт, и ты станешь его женой.

– Я совершеннолетняя, – напомнила Вайолет.

Внешне она оставалась спокойной, но внутри поднимала голову паника. Отец не шутил, говорил предельно серьезно, выходит, отыскал лазейку.

– В ряде случаев права совершеннолетних ограничиваются в пользу опекунов, в частности родителей. Я знаю законы лучше тебя, согласись по доброй воле.

Девушка прикусила губу. Ее загнали в ловушку.

– Как честно и благородно – признать собственную дочь сумасшедшей!

Оба дружно обернулись на голос.

В дверях буфетной стоял Даур. Он умудрился появиться неслышно и в самый нужный момент. Приступ слабости миновал, больше никакого потерянного взгляда, сгорбленных плеч. Замерший на пороге мужчина излучал силу. Левую руку он положил поверх правой. Вроде ничего особенного, но ильер снял перчатки. Стоит Дауру убрать пальцы, как у маркиза закончатся аргументы. Может, ему даже понадобится нюхательная соль. Вайолет тоже напряглась. Пройдет немало времени, пока она перестанет различать обычные и костяной пальцы.

– Мы, кажется, поставили точку в данном вопросе, – сделав акцент на слове «точка», заметил Даур и шагнул в комнату.

Дверь осталась открытой – красноречивый намек на окончание беседы тет-а-тет.

– Кузен отозвал свое согласие, это вы тоже слышали. Ссориться со мной он побоится. Понятно?

Маркиз неуверенно кивнул, хотя пока ничего не понимал. Впрочем, несмотря на трепет перед ильером, сдаваться он не планировал.

– В свою очередь, ильер, я хотел бы предупредить о последствиях вашего поведения, – с достоинством парировал Сайрос. – Император в кратчайшие сроки будет поставлен в известность…

– О чем? – Ильер расхохотался и таки отвел ладонь. – Миледи, – подчеркнуто вежливо обратился он к Вайолет, – впустите, пожалуйста, в комнату свет, чтобы уважаемый маркиз понял, почему император ничего не сделает.

Мелкими шажками, постоянно оборачиваясь проверить, не сделал ли Даур что-либо отцу, девушка добралась до окна. Ильер благодарно кивнул и поднял руку. Эффект оправдал ожидания. Сайрос попятился, натыкаясь на мебель. Полный ужаса взгляд сфокусировался на костяном мизинце.

– Поэтому я всегда ношу перчатки, – флегматично пояснил ильер и опустил руку. – Не желаю нечаянно причинить вред. Не бойтесь, милорд, дышите ровнее. Я не намерен вас убивать, проклинать и прочее, всего лишь настоятельно требую навсегда оставить дочь в покое. Характер наших отношений мы определим сами, и уже в следующем году леди Редж станет выходить в свет. Всех, кто посмеет косо на нее смотреть, отпускать нелицеприятные замечания, отправляйте ко мне. Артур, – обернулся он, выискивая взглядом дворецкого, – перчатки! И налейте гостю виски. Маркиз перенервничал.

Воспользовавшись общей заминкой, Вайолет проскользнула в столовую. Ее тяготила атмосфера буфетной. Вдобавок, может, у отца и пропал аппетит, а девушка бы выпила кофе. Странно, после заявления Даура ей стало лучше. Стоявший в горле ком растворился, на смену ему пришла смутная, непонятная радость.

Подойдя к столу, Вайолет нахмурилась. Вместо чашки кофе и подставки для яйца перед Леннардом стоял бокал красного вина. Большая часть посуды пропала, тарелки оставили только для маркиза и его дочери.

– Что произошло? – Девушка вопросительно посмотрела на лорда.

Вместо ответа тот показал перебинтованное запястье.

– Это какое-то наказание? – продолжала недоумевать Вайолет. – Но ведь вы ничего дурного не сделали…

В голове боролись устоявшиеся представления о темных магах и привязанность к Дауру. Вдруг за попытку жениться на чужой женщине полагалось членовредительство? Сайтрет – особый мир, тут иные законы.

Леннард тихо усмехнулся и покачал головой.

– Мы давно прояснили недоразумение. Это, – он коснулся пальцами запястья, – последствия ритуала. Требовалось срочно привести Даура в порядок, магия крови наиболее действенна. Теперь наш магистр бодр, полностью оправился от визита к Асвейг и готов к подвигам.

Взгляд Вайолет обежал стол и остановился на ноже для масла неподалеку от бокала.

– Фи! – скривился Леннард. – Ни один уважающий себя маг к такому не притронется. Вот!

Он извлек из внутреннего кармана серебряный нож непривычной лунообразной формы. Дорогостоящее лезвие компенсировалось предельно простой костяной рукоятью.

– Хотите? – Лорд протянул девушке нож. – Не бойтесь, я его вытер.

Вайолет с трепетом приняла оружие, взвесила на ладони, оценила мастерство работы. Мастер позаботился о том, чтобы клинок случайно не выскользнул из рук, тщательно продумал любую мелочь.

– Неплохо смотришься!

От неожиданности девушка едва не поранилась и от греха положила нож на стол.

– Я отослал маркиза, можем говорить откровенно. Ты ешь, – Даур кивнул на тарелку. – Тебе принесут все, что скажешь. Ты ведь не против отказа от «вы»?

– Обоюдного?

Приглядевшись, Вайолет заметила торчавшую из-под манжета повязку. Выходит, оба кузена резали запястья.

– Я бы предложил «ты» на троих, – вклинился Леннард. – На правах возможного родственника.

Девушка на минутку задумалась и кивнула. Вот Эдмону она бы точно не стала «тыкать».

– Итак, – Дауру тоже принесли вина, и он расположился с ним подле Вайолет, – с одной проблемой покончено. Маркиз скоро уедет и не станет требовать дочь назад. Но это мелочи. Меня тревожит Эдмон.

Асвейг просила приглядеться к ближнему кругу, не старшего ли из кузенов она имела в виду? Как вовремя тот пропал – растворился в магической буре после появления храма. Вдобавок Леннард верно подметил, проклятие утратило силу сразу после отъезда Эдмона. Не потому ли, что лишилось постоянной подпитки? К сожалению, в силу состояния здоровья Даур не успел поработать с заклинанием, но сходился с Леннардом во мнении, что его постоянно подновляли, держали под контролем, усиливая по мере восстановления сил жертвы. Для этого требовалось находиться неподалеку от жертвы и обладать огромным резервом – вот куда пошла сила убитых магов. Даур подозревал, что во время вынужденного сна он попутно подпитывал двоюродного брата – по какой-то причине ведь Эдмон от него не избавился, не прибег к смертельному проклятию. А потом что-то случилось, нечто чрезвычайно важное, раз под прикрытием бури кузен исчез. По словам Леннарда, он собирался к заместителю председателя гильдии некромантов, но так до него и не добрался. Примечательно, что сам председатель погиб несколькими днями ранее.

Оглядываясь в прошлое, Даур находил все больше подозрительных возможностей. Эдмон легко мог устроить ловушку на кладбище. Для него не составило бы труда отследить передвижения, выяснить планы двоюродного брата. Вдобавок он в курсе тайны Вайолет, которую умело использовал в своих целях. Фигура из видения по комплекции тоже походила на Эдмона, но ильер не спешил с выводами – недаром он заведовал Тайной стражей. Все слишком очевидно, будто некто подталкивал Даура в нужном направлении.

Оставалась книга. Она поможет пролить свет на происходящее, отделить правду от вымысла.

– Леннард, – кузен живо обернулся, – организуй поиски. Подними всех по тревоге. Я тоже вызову своих ребят.

– Тайных? – Лорд скривился, будто проглотил дюжину лимонов. – Я предпочел бы обойтись без них. Зачем нам чужаки?

– Тебя забыл спросить! – рявкнул Даур.

Глубокая зелень глаз лучше любых слов предупреждала: лучше не спорить. Леннард и не стал. Насупившись, он допил вино и покинул столовую.

Вайолет тоже пугала Тайная стража. Напрасно она убеждала себя, что ей нечего бояться, тревога только усиливалась.

– Так надо. – Ильер заметил ее волнение. – Боюсь, счет пошел на дни, глупо отказываться от помощи профессионалов. Мои люди и не таких преступников доставали. Леннард их терпеть не может, но это нормально. Я, – он издал короткий смешок, – не знаю ни одного мага или простого человека, который бы их любил. Но императору важен результат, а не методы работы или состав крови.

– Они… они хоть живые? – с надеждой спросила Вайолет.

Теперь омлет точно останется на тарелке.

– Почти все. Ну завтракай! После зайди ко мне, расскажи, что здесь творилось. Хочу собрать как можно больше версий одних и тех же событий.

После ухода Даура девушка для порядка потыкала вилкой в тарелку и выпила вторую чашку кофе. Ну вот, можно и в кабинет любимого.

Еще на лестнице Вайолет заподозрила неладное. Прежде Даур никогда не кричал, а теперь от его голоса сотрясались стены. До нее долетали лишь обрывки фраз: «уничтожу», «ответите». Вайолет в нерешительности замерла. Может, повременить, дождаться, пока гнев уляжется? С другой стороны, она точно ни в чем не виновата. И Вайолет свернула на хозяйскую половину, по мере приближения к кабинету замедляя шаг. В конце девушка и вовсе кралась.

Дверь с драконом оказалась открыта, весь пол усеян бумагами. Однако внимание Вайолет привлекли не они, а стол Даура. Вернее, то, что над ним происходило. Ильер стоял боком к ней, сжимая в кулаке призрачное горло Зеркального лика. Тот отчаянно дергался, пытался спрятаться в осколках, усеявших стол. Тщетно. Даур с мрачным упорством тянул его все выше, отчего шея существа – полупрозрачные нити, соединявшие его с разбитым зеркалом, – постепенно истончалась.

– Господин, я не хотел! – хрипел несостоявшийся убийца Вайолет.

– Ты предал меня, – ильер поднял Зеркального духа на уровень собственного лица, – и ответишь за это. Не надейся переродиться или попасть в Призрачный мир.

Кривая улыбка исказила губы Даура. Таким девушка еще его не видела и жутко испугалась. Магистр походил на безумного убийцу, которому доставляли удовольствие мучения жертв.

– Я не хотел! – отчаянно сопротивляясь, повторил Зеркальный лик. – Мне показалось, хозяин стал мягкотелым…

– …и ты нашел нового? – со злым смешком продолжил за него ильер. – Кого?

Потустороннее существо молчало. Контуры его постепенно блекли, а сам он наливался чернильной густотой.

– Кого? – требовательно повторил Даур. – Кто приказал убить Вайолет?

Зеркальный лик захрипел:

– Лар… Лар’Несс.

Лицо ильера стало темнее тучи.

– Который?

– Если я скажу, хозяин пощадит меня?

– Ты еще торговаться вздумал?!

Взбешенный Даур встряхнул его, и перепуганный демон принял чужие правила игры.

– Хорошо, я сейчас скажу, все скажу, абсолютно. Я многое знаю. Это…

Зеркальный лик вдруг затрясся, безумно завращал глазами, словно в агонии, задергался в руках ильера.

– Нет, нет, господин не может, он обещал! – бессвязно бормотал он.

Мгновение, и черный песок струйкой вытек сквозь пальцы Даура на стол. Ильер досадливо выругался и брезгливо стряхнул останки Зеркального лика с кожи. После обернулся к двери и нетерпеливо обратился к кому-то поверх головы Вайолет:

– Ну, нашел?

– Увы! – развел руками Леннард и протиснулся мимо девушки в кабинет. – Все перерыл – ничего. Немудрено: братец наверняка прихватил его с собой. В комнате много чего не хватает. Провел меня!

Он в сердцах ударил кулаком по стене и равнодушно взглянул на выступившие на костяшках фиолетовые капли.

– Что-то пропало? – задавая вопрос, Вайолет догадывалась, каким будет ответ.

– Дневник жреца Ма’И, – озвучил очевидное Даур. – Жаль, – он покосился на кучку пепла на столе, – не удалось разговорить мерзавца!

– Но главное ты слышал, – попытался успокоить его Леннард, – фамилия прозвучала. Уже немало! Судя по всему, Эдмон наложил проклятие саморазрушения. Чудо, что оно не сработало сразу.

Склонившись над остатками Зеркального лика, ильер попробовал их на вкус и кивнул:

– Горький вкус. Оно самое. Воздействие ментальное, дистанционное – иное бы не приклеилось. Попробую исследовать, отыскать частички колдовства. Маг, – Даур намеренно не назвал имя Эдмона, – наверняка торопился, допустил ошибку. Но даже если он заранее все спланировал, то не учел, что будет иметь дело со мной.

– О да, – со смешком подтвердил Леннард и слизнул кровь с ладони, – ты даже тончайшие ниточки обнаружишь! Но сначала лучше бы Эдмона. Сдается, он ждать, пока мы торчим в лаборатории, не станет, особенно с книгой: там же прямые указания к действию.